Da capo

В одних боксёрах сапфирового оттенка, «преступник» (так тоже называли Джона), подходит к барной стойке, минуя толпу, желающую прикоснуться к почти голому телу, да только зная принципы парня, не делают это. Уже был один тип, что тронулся раньше, чем Бог его. Так он до сих пор в реанимации. (С того ебанного случая прошло два месяца) — Кстати, ты завтра придёшь? Ты стал часто пропадать. – Кейго испытывает черную зависть от того, как спокойно работник клуба говорит с этим невероятным парнем от которого взгляд нельзя отвести. К тому же, впервые Таками вновь так близко к тому. Совсем близко, ведь тот сел уже на соседний стул, который был выделен барменом специально для Джона. — У меня есть жизнь. Не забывай. – берет свой бесплатный напиток и начинает пить, высматривая бутылки на стене. Доу был здесь где-то раз десять, а может и больше. Много коктейлей перепробовал. Не за свой счет, конечно, поэтому и берет все и в большом количестве. Все равно этот уебок напротив него, являющий еще и владельцем местом, заработал на нем больше за сегодня, чем все тут стоит из алкоголя вместе взятых. — Да-да, просто твои фанаты каждый день спрашивают о тебе. – у «пернатого», так тоже Таками в службе называли, сердце с душой упало в пятки. — И кто больше всех спрашивает? А то, что-то хочу секса дико сейчас, но нужен чел с квартирой. – бровь бармена поднимается вверх и изгибается, как бы спрашивая: «Почему ты спрашиваешь у меня, когда тут есть огромная толпа желающих позади?». – Душ. Я сейчас немного на улице. – ещё более недоумевающий взгляд. Столько денег иногда собирает со сцены «преступник», что можно было бы купить квартиру, если не целую виллу, как мечтает уже бармен-владелец, смотря на то, сколько чеков уже в мусорке и подсчитывая в уме, сколько его охрана собрала на входе от огромной толпы. – Не важно. – как всегда ничего нельзя более подробно узнать.Да и для наливающего очередной напиток Богу это не так ебет. Ему бы лишь получить деньги, сорвать куш. А этот чувак, как единственный чертов золотой билет в миллионе шоколадок. — У меня есть квартира…С ванной. — сам не понял Ястреб как слова сорвались с уст, но они были произнесены и пара глаз уставились на него вновь с игривостью. Ястреб. Стоит и ему уделить внимание. Это более серьезное армейское прозвище, Кейго получил за дела в небе и на земле. Он был серьезный и бессердечный. Сражался и убивал. В основном используя пистолеты или более серьезное огненное оружие (Всегда манил огонь с тех дней, как видел, как Энджи стреляет, защищая страну). Его душа и лицо не дергалось никак. Но сейчас…когда бирюзовые глаза принадлежат только ему…Он готов испустить дух. И, кажется, баремен уже может смело увидеть эту душонку, как и улыбчивый парнишка. — Ох, хорошо. — заигрывающий голос, подобный лишь есть у Сирен, и заинтересованный взгляд — заставляют сердце пташки трепетать ещё сильнее и позабыть о своем стояке. А ладонь, накрывшая его щеку, обжигает. — Но сначала, потанцуй со мной. Пальцы скользят ниже, преступник копа хватает за ремень, тянет на себя и заставляет встать со стула и идти за ним в центр зала.

I feel the heat I feel the pain I feel the sweat Falling like rain Giving it all In the battle ahead I feel the power When they're calling my name

Вот они в толпе. Все завидуют Кейго, поскольку именно его сейчас трогает этот жгучий парнишка, прижимает к своему голому телу и позволяет трогать себя в ответ. Правда, Таками никак не может и что-то сделать, поэтому танцор сам все устраивает: водит чужими ладонями по своему телу. Плечи, ключицы, грудь, торс, талия, задница, бедра. — Не бойся, птенчик, — преступник знает, как называют этого парня другие и решил взять другую формулировку. Агент даже не подумал о том, что его раскрыли, как работника ФСБ, его мысли просто вышли из разума и явно не желают возвращаться в ближайшие сутки. – Трогай меня…— это горячее дыхание на ушко просто заставляет задымиться. — Птенчик так наивен в этом плане? — со смешком произносит, дразня его. — Я не плита, обо мне обжечься нельзя. — ой, да кто тут пиздит. Таками уверен нав се сто, что его пальцы горят от прикосновения чужих пальчиков и от тела, к которому прикасается.

Meet me at the top Won't stop I'm gonna push until I drop Won't stop And if you wanna chase the sun Don't stop

Кейго ощущает, как собирает капельки пота подушечками пальцев после танца Джона. Проскальзывает идея попробовать даже его. Ненормально. Безумно. Желанно. Но она улетает, ведь тело оказывается в чужих объятиях. В очень крепких и надёжных, будто укрывающие от всего мира. Таками утыкается носом в шею незнакомца. Его аромат. Он пахнет гарью. Слышал об этом. Но этот аромат…Сводит с ума. Тут смешалась не только что-то сгоревшее, но и аромат самого тела. От этого член агента встал, и преступник почувствовал это, как в его пах упирается что-то твердое и жаждущее внимания. — И этот парень служил? Я думал ты умеешь терпеть…— шепот дьявола на ушко заставляет тут же забыть, о чем было сказано предложение, ведь одно легкое дуновение в ракушку и в голове загулял ветер. — Пойдем, мой горячий птенчик, уже даже хочется тебя попробовать. — в голове от такой фразы могла бы сложиться картинка рекламы КФС, но там слишком пусто. Агенст ФБР не вспомнит никогда каким образом тогда оказался в своей квартире не говоря адрес, да как и все. Это Божественный незнакомец слишком хорош. И это поймет Кейго чуть-чуть позже, а сейчас, держа того за ручку, отдает другой рукой в левую ладошку ключи от своей убежища, куда никого не приводил. Мозги у пташки совершенно отключились. У него появилось наркотическое ощущение. Он не мог понять, что будет, но подчинялся всему, что делал с ним этот чертов Бог. Да и как отказать такому Божественно красивому созданию, которое усадило тебя на диван, раздвинуло ноги и уселось прямо перед тобой. Все происходит в пьяном угаре, особенно эти нежные сжимающие прикосновение в области паха. Такое не реальное, что на выдохе лишь произносит имя «Джон». И это оказалось глобальной ошибкой. Незнакомец стает с каменным лицом, убирая широкую улыбку и игривый взгляд. Разворачивается и идет искать ванную. Находит и запирается там. Кейго недоумевал много минут, пока тот был в душе, что произошло? Где Таками совершил ошибку? Толпа часто кричала танцору имя, фамилию. Да, выдуманную, но реакции не было подобной.

I'm flesh and blood I feel the strain Adrenaline fire Running through my veins When I'm at my end I look to the sky And never say never

Ястребу пришлось прийти в себя окончательно и привести себя в порядок, да и переодеться в домашнее захотелось. Может так поможет тому почувствовать себя, как дома. Глупая мысль, но уже был в желтой пижаме, где брюки были в шотландскую клетку с белым и оранжевым цветом, а на кофте был изображен птенчик белоснежный и милый. И только, когда увидел на себе взгляд, говорящий «Ты ребенок?» Кейго ощутил стыд, стоя на кухне, куда пришел незнакомец. Стало неловко за свой наряд. И почему из огромного шкафа вытащил это? Черт его знает. — Будешь чай, кофе или что-то покрепче? Ох, птенчик, признай, ты хотел сказать другое, не так ли? Тебе определенно не нравиться то, что пришлось выдавить из себя эти слова, но ты их уже сказал Ястреб, пути назад нет. — Кофе с виски. — Сейчас. Старается не смотреть в сторону почти голого мужчины в этой кухне, который уселся за стол. Капли с волос падают на тело, которое укрыто лишь внизу полотенцем. Уже было шоу с водой и там он показал уже, как хорошо выглядит с ней в паре. Таками ставит перед Доу один стакан с кофе, другой с виски. Кейго прямо в ярких глазах читает: «Ты идиот?». И даже невольно кивнул, соглашаясь с этим. Слышит обреченный вздох из уст Джона. Гость отпивает половину кофе из кружки и выливает в него виски, размешивает и медленно, с элегантностью присущей аристократам, пьет его, сидя красиво и эстетично на стуле, словно он, действительно не голый и одет во фрак и находиться на светском мероприятии. Приготовил себе Ястреб чай. Не будет мудрить на ночь глядя с чем-то, ибо хочется насладиться видом, который ему открылся, когда он сел напротив и ему, будто дали разрешение любоваться Богом. На это можно смотреть вечность. Только спустя десять минут молчания до Ястреба доходит одна мысль: даже молчание этого человека прекрасно. Но как-то стало неловко от своей наглости, которую Божество явно не намерен останавливать. Почему? Скорее занят своими мыслями и наплевать на того, кто смотрит. — А вы умеете что-то кроме танцев? На нем оказываться до жути пугающий взор, в котором словно горел синий огонь. — Да. — А что? — Много чего. Ответы скомканы и выражающие неприязнь к подобному. Захочет — покажет. Отвечать на бессмысленные и тупые вопросы — он не собирается. По крайне мере, для него они такие. И, поскольку, Богу стало крайне скучно, ставит стакан и просит налить еще. На всякий случай, понимая, что его птенчик крайне тупит рядом с ним, уточняет: — Только виски. Кейго кивает и краем глаза наблюдает как тот идет в ванную и забирает свою одежду, которую повесил на спинку стул рядом с тем, где недавно сидел. Таками ставит стакан и говорит: — Приятного аппетита. И только потом осознает, что подал выпивку, а не блюдо. От этого краснеет и отворачивается на миг, пытаясь себя чем-то занять, лишь бы не думать о позоре. И когда развернулся уперся в мужскую грудь. Шаг назад. Кухонный гарнитур. Чуть ли не садиться на него, пытаясь избежать очередного желанного соприкосновения. Ведь еще чуть-чуть и сорваться. В его грудь тычут стаканом. С непониманием смотрит в глаза, невинно улыбаясь. А на него смотрят на дурочка. Бога явно подзаеабало то, что этот парень играет в глупца народа. Он знает: тот умен не по годам, но притворяется. Так жалко. Так обидно самому Ему, что приходиться вытягивать все, словно это уже повторялось не раз. И все идет по идиотскому кругу. Раздражительному. — Открой. Без дополнительных слов открывает рот. Впервые приказ четко выполнен. От этого гость улыбается и подносит к губам пташки стакан. Длинные пальцы Бога касаются подбородка. — Выпей. Начинает глотать алкоголь. Странный на вкус напиток. Не такой он был на памяти Ястреба, но, возможно, просто давно не пробовал и вот вылетело. — Не задавай лишних вопросов. Это была отсылка к недавнему разговору. Последнею с уст слизывает Джон, заставляя Кейго покраснеть пуще прежнего. Впервые его губ коснулся бог своим языком. От этого весь мир перевернулся с ног на голову, а член встал вновь. Так хотелось большего. Но слишком много желает. — Ты знаешь, что, когда ты испытываешь большие эмоциональные потрясения, твое сознание начинает бороться с болью, вырабатывая антитела? — делает небольшую паузу, давая птичке осмыслить сказанное. — Оно запоминаете произошедшее, чтобы в будущем предостеречь тебя от подобного. В голове Ястреба складывается впечатление, словно он где-то это слышал или даже сам говорил. Да и взгляд бирюзовых глаз заставляет напрячь все извилины мозга, ведь сейчас огромное напряжение между ними. — При сильной эмоциональной боли может наступить онемение. Состояние, когда ты, в принципе, перестаешь испытывать эмоции. — небольшой и глухой смешок. — Или даже все тело впадает в ступор. — добавил уже от себя. (да, определенно есть ощущение, что это он уже добавил, а не читал с листочка или экрана). — Свои эмоции или эмоции других людей. — когда начал давить дальше словами про эмоции Кейго не выдерживает и отводит взгляд. — Возможно даже близких и любимых тебе людей. Тебе просто будет плевать. — смеется от чего горячее дыхание гостя обжигает профиль Таками. — Из воспоминаний у тебя останется только боль. А от боли, как и от огня, надо держаться подальше. — и пока тот молчит, Ястреб пытается заранее себя отгородить от будущего словесного удара, закрыв уши руками, но кисти были перехвачены и раздвинуты в стороны. — Или тебя мама не учила, что играть с огнем опасно? Тело окаменело. Ощущает себя статуей, которую нельзя сдвинуть с места. Вопрос заставил сердце забиться быстрее, а в разум ударила молния, кажется, отключив его. Внутри настоящий коктейль из чувств. Возбуждение с грустью и с разочарованием. Так сложно понять, что из всего преобладает, но, скорее всего, — желание поцеловать, коснуться тела и ощутить в себе чужой член, который до сих пор прикрыт чертовым полотенцем. Это так, ибо тот шептал все слова на ушко, а сейчас дышит туда, размеренно и молча. Да, это заставляет ноги подкоситься и потерять контроль над собой от чего ощущает крепкие объятия левой руки на своей талии, ловко поймавшая его. Ладонь на талии будто могла загореться, она обжигала кожу. Казалось, вот-вот и у Ястреба от Бога останется отпечаток ладони из-за ожога. И от сравнения даже захотелось этого. След того, что это тело только принадлежит Господу и то что Он на самом деле существует. Таками поворачивает голову в сторону Джона. Улыбается ему. Тянется за поцелуем. Дзынь. Магия исчезает. Больше нет того манящего желания. Появляется раздражение из-за чего приходиться оттолкнуть от себя Божество (ох, прикосновение к его груди ладонями, заставило член вздрогнут). Извиняется пока идет к двери. Уже мысленно проклинает человека за дверью. Такой момент был испорчен. В принципе, у Кейго так всегда. Отвернулся от Доу, чтобы открыть дверь. И перед собой видит своего любимого наставника — Энджи Тодороки. Прощает. За один лишь серьезный вид за вторжение в такой момент. Такому человеку грех не простить такое появление. К тому же, он одет в домашнее и даже в этом выглядит статно и элегантно. — Я бы хотел поговорить. Могу зайти? Случайно кивает, забыв на мгновение о Боге. И когда осознает, мужчина уже вошел на кухню, где не было ничего, чтобы могло напомнить о пребывание Божества здесь. На столе нет стакана и кружке, которые теперь стоял чистые там, где и всегда. Нет капель на полу, той, чертовой лужи, что была под стулом. Все испарилось. — Я рад, что ты один. Да он не один. Только вопрос где тот, кто тут ещё должен быть — под вопросом. Только шанса быстро пробежаться по местам, где Бог мог спрятаться — нет. — Я всегда один. И рад гостям, как вы, босс. — Я хотел поговорить насчет одного дела. Связанного с терроризмом и убийством важных членов департаментов. — А может потом? — Почему? Хочется укусить губу или что-то в этом духе, чтобы прийти в себя, но нельзя выдавать себя. Сохраняет спокойствие. Есть пару причин почему не сейчас: во-первых, гость все же вызывает недоверие в плане того, кем является. Есть возможность, что Он всего лишь играется с агентом, ведь знает о нем слишком много, как успел заметить. Во-вторых, было неловко перед своим кумиром из-за того, что резко сел за стол и попытался скрыть, как и тогда у двери, свой стояк в штанах. — Просто я сегодня был в баре. Выпил. И не соображаю. Частично правда. Он был в баре. Но вот насчет «не соображаю» почти пиздешь. Таками прекрасно думает рядом с Тодороки. Даже иногда чересчур много, дабы угодить этому великолепному и сильному мужчине, которому так идет водолазка черного цвета, подчеркивая ее мускулистые руки и грудь с прессом. Возбуждался ли от этого вида поклонник? Частично. Никак не мог определить свои границы в сторону этого мужчины, который наконец-то сел на стул напротив, где недавно сидел незнакомец. — Может выпьем вместе? — Да, можно завтра. — Сейчас. В голове пытается выстроиться план побега. Поэтому отводит взгляд. Видит отражение часов в зеркале в коридоре. Сейчас 21:00. Когда вернул его обратно, то черная точка в зрачке расширилась. — Что-то не так, Ястреб? — Нет, стой! Бах. Голова падает на стол. Таками открывает рот и тут же закрывает его ладонью, сдерживая крик, так и рвущийся из легких. Лужа крови начинает со стола с быстрой скоростью растекаться и спускаться водопадом на пол. Кейго не верит в то, что только что видел. Поэтому смотрит на все это так, будто это всего лишь шутка. Это же розыгрыш верно? В голове Энджи нет дырки от пули, а в руках Джона нет пистолета, который был под замком в комнате агента. — Что-то не так? Голос такой спокойный, словно только что не произошло убийство главы ФБР. — Ты только что убил… — Говоришь и выглядишь так, будто впервые видишь труп и подобное убийство. Ты сам убил много людей и таким образом, и другим. — Это же… — Энджи Тодороки. Человек, положивший хуй на свою семью, но зато страстно полюбивший свою работу, из-за ебанного стремления стать сильнее одного из самых популярных агентов средь всех служб. — Откуда ты знаешь? — Кто знает. — Ты знаешь. Отвечай. Кейго срывается на крик и бьет ладонями по столу, только после осознавая: теперь на его пальцах кровь его обожаемого главы. Он смотрит на эту кровь у себя и все перед глазами плывет. — Я не отвечу. — пару мгновений леденящей тишины и последнее слово: — Тебе. Холодный голос. Холодный пол, об который бьется тушка. Холодная темнота перед глазами. Холодные шаги в сторону упавшего тела. Холодная тишина.