Надежда и Проклятье короны

- Я так и знала, что из тебя выйдет толк! - мама с довольным видом отхлебнула кофе, - у меня на работе все говорили, что зачем тебе в Эртевель ехать, ничего у тебя не получится, будешь там в какой-нибудь кафешке с подносами бегать! А вот как всё вышло. Моя дочь теперь не просто Анита Вайлот, а будущая принцесса Анита! - Я не буду принцессой, мам. Этот титул получают только дети и внуки короля, или чей дед был королём. - Как так? - мама вскинула брови, - эту Цицилию же принцессой называют! - Ей дали титул как будущей королеве и жене следующего короля. Меня будут называть просто сеньора Дирайзис, - хмуро заметила Анита. - Вот как! Как будто ты им не семья теперь! А ты ведь и не просила ведь, правда? - Во дворце всё по строгим правилам, титулы в том числе. Да и от того, что перед моим именем будет стоять новое слово, ничего не изменится. - Ещё как изменится! Ты теперь не кто-то там, а член королевской семьи! - То есть ты хочешь сказать, что без этого брака я "кто-то там"?       Анита ненавидела такие разговоры один на один, особенно с матерью. Не было ничего отвратительнее, когда тебе с улыбкой, под чай и кофе с пирогом, настойчиво объясняют как неправильно и плохо ты жил. И Анита знала, что как бы много она не трудилась, и какие бы удары судьба ей не преподносила, она всегда будет неправой, виноватой и недостаточно старавшейся. - Ну чего ты к словам цепляешься? Расскажи лучше, как подготовка к свадьбе идёт? - Хорошо, всё уже подготовили. - Ты с папой уже встречалась? - Нет, зачем? - Как - зачем? А кто тебя к алтарю поведёт? - Фелиппе. Мы с ним договорились. - То есть ты променяла родного отца на совершенно постороннего человека? - Фелиппе не посторонний, он брат моего будущего мужа, - Анита встала из-за стола, - а мой отец? После того, как вы развелись, сколько раз нас навещал? А сколько раз он заплатил тебе алименты? - У тебя всё деньги на уме, а родною кровь забывать нельзя, моя милая, - мама покачала головой. - С чего это ты вдруг воспылала к нему такой любовью? Не ты ли сама мне постоянно плакалась, какая он сволочь, как ты его ненавидишь? Почему я что-то должна человеку, которому наша семья не нужна?       Мама широко распахнула глаза и открыла рот, чтобы что-нибудь ответить, но так и не придумала, что. Анита решила не дожидаться ответа и ушла с кухни. Хотелось побыть одной, закрыться в своей комнате, как в детстве, когда происходило что-то плохое, и Анита сидела завернувшись в плед на кровати, переживая свою грусть.       Почему-то самым печальным в своём прошлом Анита помнила тот момент, когда она узнала, что была незапланированным ребёнком. Когда бабушка, ныне покойная, проговорилась, что мама забеременела ещё в школе, от молодого водопроводчика. Анита тогда, в четырнадцать лет, проплакала весь вечер. Тогда она почувствовала себя лишней, ненужной, непонятно зачем существующей. Не родись она, вся жизнь её родителей сложилась бы по-другому. По крайне мере, мамина; отца её жизнь не слишком беспокоит - он прожил с ними года четыре, а потом просто ушёл и зажил своей собственной жизнью. Появлялся после этого он один-два раза в год, часто только потому, что ему самому что-то было нужно. В такие дни Анита пряталась в своей комнате и слушала крики и звуки ударов.       Вайлот жили втроём - дочь, мать и бабушка. За два года до того, как Анита уехала из Йоассы, бабушка умерла, и она осталась наедине с матерью. Анита каждый день смотрела на неё, на рано постаревшую, располневшую женщину, которой и сейчас не было ещё и сорока, жила её жизнью, в которой не было ни одного светлого мгновения, были лишь нелюбимая работа и дочь с кучей своих проблем. И каждый день, перед сном, каждое воскресенье, на церковной службе, Анита клялась себе, что никто, ни муж, ни ребёнок не помешает ей добиться богатства и успеха. И она никогда не вернётся в этот промёрзший дом с выцветшими обоями и рыжими пятнами на потолке. - Что ты ушла? Поговорить с тобой ни о чём нельзя! - мама заглянула в комнату и посмотрела наверх, - ты бы тут не сидела, с потолка капает, а там, на улице дождь начинается. Да уж, во всём доме надо много чего поменять и обновить. - Ты хочешь сделать ремонт? А откуда у тебя деньги? Ты откладывала? - Ну вообще-то у меня дочка есть, у которой финансовых проблем теперь нет и не будет! Я так думаю, что она-то мне должна помочь, - мама улыбалась так умильно, что Аниту затошнило. - Мама, - сказала она, пытаясь выгнать горечь из мыслей, - я не знаю, как мне будет выплачиваться содержание, смогу ли я этими деньгами распоряжаться. Может, всё будет выплачиваться напрямую Феликсу. - То есть ты мать без денег оставляешь? - мамино лицо вдруг стало сердитым, злобным. - В смысле - без денег? Ты работаешь, у тебя есть зарплата, на которую пусть скромно, но можно жить. - Мы сейчас не про мою работу говорим! Я тебе мать или кто? Нашла себе своего принца, и родная семья тебе уже не нужна! Да кто бы ты была, если бы Феликс тебя не выбрал? Сидела бы на моей шее без работы! - Не Феликс меня выбрал, а я выбрала его! - вскрикнула Анита, - то, что он позвал меня замуж, это только моя заслуга! Если бы я захотела, то и сам король Реймондо стал бы моим мужем! И когда я сидела у тебя на шее? Я уехала в семнадцать лет и после этого ни дуката у тебя не взяла! - А до семнадцати? Я тебя растила, я тебя рожала, а ты, как добралась до богатств, то плевать на меня хотела! Вот твоя благодарность! - Я не просила меня рожать. - Ах, ты, - лицо матери покраснело, - ради этого я тебя оставила. Думала будет мне гордость и помощь, а вот что вышло! И где я ошиблась? Останешься ты и без состояния, и без мужа, с прицепом приползешь ко мне! Тогда я на тебя посмотрю! - Мама, я поеду, - Анита быстрым шагом вышла из комнаты, сорвала с вешалки пальто и направилась к двери. - Куда ты? Там дождь идёт, а тебе ещё машину ждать. - Ничего, подожду.       Анита встала под дверным козырьком, прячась от дождя. Хотелось плакать, но того, чтобы кто-то видел её заплаканные глаза, Анита хотела ещё меньше. Как только машина подъехала, она, не дожидаясь, пока водитель выйдет и откроет ей дверь, запрыгнула в салон, кинула короткое нервное: "Поехали!" и сильнее закуталась в пальто.       Мимо проносились родные улицы, которые было еле видно за текущими по стеклу капельками дождя. Анита положила руку на живот. Её ребёнок ещё тихо спал под сердцем. Анита пару раз нежно провела рукой в сторону. - Спасибо, мой милый, я тебя люблю, - беззвучно проговорила она одними губами, - ты будешь счастлив, я клянусь тебе.       Как бы не закончилась её история, Анита знала, если её дочь или сын родится, то она сделает всё, чтобы её малыш был счастлив. Он будет самым беззаботным, самым любимым, и что бы не произошло между ней и Феликсом, пусть даже они будут ненавидеть друг друга самой лютой ненавистью, из глаз её ребёнка не прольётся ни единой слезинки.