Тёмные воды

      Этот вопрос должен был прозвучать. Было даже странно, что Эвелин обратила на это внимание только сейчас, а не сразу, когда только зашла речь об этом. — Это… Это как раз к вопросу о выборе, — Теодор ещё раз посмотрел на труп, потом перевёл взгляд на Эвелин, собираясь пояснить ей этот момент, но тут в дверной косяк постучались, и через секунду в приоткрытую дверь заглянула Летиция. — Тео, ты тут? Мне Джоэл сказал… Оу, — тут она заметила Эвелин, и в ту же секунду выражение её лица из удивлённо-обеспокоенного стало негодующе-презрительным. — Ты не один…       И снова Эвелин стала свидетелем того, как легко и быстро брал себя в руки Теодор в чужом присутствии. Секунда — и он снова равнодушный аристократ. И не скажешь, что совсем недавно на его лице читалась каждая эмоция. — Летиция, дорогая, ты не смешивала мистеру О’Брайену какие-нибудь… м-м-м… специфические препараты? — поднявшись с дивана, староста прошёл мимо журнального столика, взял с него чашку, в которой на самом дне плескались остатки чая, который пила Эвелин, и подсунул Летиции под нос. — Что здесь было налито, помимо чая?       Девушка непонимающе нахмурилась и машинально отвернулась, затем резким, раздражённым движением отобрала у Теодора чашку и сама понюхала остатки содержимого. — Не понимаю, как ты хочешь, чтобы я в такой капле по запаху что-то определила. Наверное, какое-нибудь снотворное или успокоительное. Я ещё в сентябре сделала Дезмонду смесь, он просил, чтобы легче засыпалось. Что-то случилось? — Да, — Теодор взял Летицию под локоть и затащил глубже в комнату, подводя её к дивану достаточно близко, чтобы она могла всё увидеть.       Стоило девушке заметить тело О’Брайена, как она взвизгнула и попыталась выдернуть руку из захвата, чтобы отскочить, но Теодор держал крепко. — Это не я! Я ничего не делала! Он не мог! — Я знаю, что не ты. Твоей бурдой он опоил Эвелин, чтобы она не сопротивлялась.       Летиция нахмурилась, задумавшись. В её глазах отразилась серьёзная работа мысли, а затем её лицо посветлело от пришедшего осознания. — Ты хочешь сказать, что… — девушка неопределённо махнула рукой, ткнула пальцем сначала в труп, потом в Эвелин, сделала страшные глаза. — Это… — Да, — Теодор не дал ей закончить мысль, и Летиция прижала руки ко рту. — Ох… Это… Это ведь хорошо, да? Я имею в виду, в прошлый раз было по-другому, так ведь? — Я бы воздержался пока от оценок. Но да, сейчас всё иначе, — несмотря на то, что лицо Теодора оставалось бесстрастным, голос его зазвучал по-другому, как-то мрачно и почти обречённо. — М-м-м, ладно, — протянула Летиция и покосилась на Эвелин. — Что ты хочешь от меня в этой ситуации? — Во-первых, ты должна будешь мне рассказывать обо всех случаях, когда кто-нибудь к тебе обратится с каким-нибудь специфическим заказом. Снотворное, седативное, что-нибудь… эм… более интимное, скажем так. Причём это касается не только преподавателей. — Но… Мы же и так про всех всё знаем… Разве нет? — Ты слышишь меня? Обо всех таких случаях! Ты ведь на моей стороне? — Летиция угукгула, и Теодор кивнул. — Хорошо. И вторая просьба… Нужно противозачаточное. На всякий случай.       Летиция скривилась, посмотрела снова на Эвелин, скривилась ещё сильнее, потом перевела взгляд на старосту. — Какая мерзость… Ты уверен, что он успел? Да и потом не факт, что что-то будет. Там знаешь, сколько нюансов, чтобы получилось. — Летиция, пожалуйста. Я не думаю, что стоит проверять. — Ты вообще понимаешь, о чём меня просишь? Я не могу заказывать нормальные таблетки, особенно такие! Отец меня убьёт, даже не разбираясь, для чего мне это! А та смесь, которую я могу организовать, слишком забористая! Я на такое не пойду. — Не настолько она и забористая, чтобы ей не воспользоваться в крайнем случае. Я тебя прошу, пожалуйста. Обещаю, я тебя больше никогда не буду называть Летти, только помоги с этим, — голос Теодора дрогнул, и Эвелин показалось на мгновение, что его маска безразличия сейчас слетит, а сам он встанет перед девушкой на колени. — Ох, ну хорошо! — раздражённо ответила Летиция. — Под твою ответственность!       Вздохнув, она повернулась к Эвелин и встала над ней, скрестив руки на груди. Девушка явно была недовольна ситуацией и тем, что отстоять свою позицию не смогла, поэтому готова была выместить своё раздражение на каждом, кто подвернётся под руку. — Оуэн. Ты слышала Тео. Он считает, что тебе нужно противозачаточное. Я в этом не уверена, но пускай. Нормальных лекарств такого плана нет, ты это тоже слышала. Я сделаю тебе смесь, которая поможет избавиться от всех последствий, если такие есть. Но тебе будет очень плохо, потому что это фактически яд. Не смертельный, но неприятный. Дня три поболеешь, головокружение, рвота, слабость — полный комплект, в общем. Но зато никакой беременности гарантированно не будет. Завтра занесу к тебе в комнату. — Спасибо, — Эвелин слабо кивнула, исподлобья посмотрев на Летицию, а затем уткнулась лбом в колени. Ей всё это не нравилось совершенно. Теодор так и не ответил ничего про преподавателей, а их разговор с Летицией породил только новые вопросы. Какой другой раз? Что там было по-другому? Она ничего не понимала.       Летиция ушла, не прощаясь, и Теодор снова сел на диван рядом с Эвелин, взял её за руку и крепко сжал, переплетая пальцы. — Всё будет в порядке, я обещаю. Я прослежу за этим.       Звучало не слишком убедительно, но всё равно хотелось ему верить. Не потому, что он заслуживал доверия, а потому, что просто хотелось верить в то, что всё наладится. — Харди, — староста ощутимо вздрогнул, когда Эвелин обратилась к нему. — А откуда Летиция берёт ингредиенты для смешивания этих своих смесей? — Заказывает в аптеке через отца. Она врёт ему, что ей нужно это для практических занятий по химии, а он покупает и оплачивает всё, потом присылает. Почта-то до нас доходит, это же не мобильная связь, которую можно заглушить. Ты не волнуйся, Летиция химик и фармацевт от бога. Не знаю, как у неё так получается, но такое ощущение, что она просто чувствует, что и как сочетать, чтобы получить нужный эффект. Жаль будет, если такой талант пропадёт…       Эвелин вздохнула. Оставалось надеяться, что Летиция и правда в этом здорово разбирается и не отравит её насмерть по неосторожности. Впрочем, хотелось надеяться, что намеренно тоже не отравит. — Так что там с преподавателями? Ты обещал рассказать. — Да… — задумчиво протянул Теодор. — Только давай лучше потом. Уже время ужина, если мы сейчас не спустимся, нас пойдут искать. Мне бы не хотелось, чтобы посторонние нас нашли рядом с трупом. Не всем здесь можно доверять. Идём скорее.