Ничтожество

Нана взглядом прошлась по комнате, отмечая все новые и новые детали. Окно нельзя было назвать полноценным. Может быть форточка, но не окно. Но по крайней мере… Если она встанет на носочки и посмотрит в нее, то даже сможет увидеть луну или звезды. Это было завораживающим. Она сможет увидеть солнце.

«Я жива. Это самое главное.»

      Мысль о том что ей придется каждый день не только видеть, но и общаться с преступниками, удручала. Это еще больше тревоги, и постоянная осторожность в словах, просто что бы не навлечь огромную трагедию.       Кровать даже на вид была удобнее чем прошлая, и Нана сделала вывод, что теперь это ее постоянное место сна, и больше переселений не планируется. Стол так же был, практический такой же, как в прошлом месте. Стул был взят из абсолютно другого набора мебели, о чем говорила мягкая сидушка с лилиями, будто бы расписанная золотыми нитками.       Нана уже не сомневалась, что находится в особняке, возможно переделанном кем-то для неизвестных нужд. Эта спальня напоминала гостевую: не такая вычурная, как хозяйская, но и не слишком бедная.       И окно раньше было больше. Его просто заложили кирпичами, и то что получилось заклеили такими же обоями. Это можно было понять по шву, и по цвету обоев — старые уже давно выцвели, а часть под окном была все такой же яркой.       Значит, здесь держали только ее. «Ремонт» был сделан не так давно, и пыль даже не успела лечь в разные уголки комнаты. Если кто-то еще и был, то точно не в этой комнате. Но в обоих вариантах только один вопрос;

«Зачем?»

      Казалось, за эту неделю Нана задала его около тысячи раз, ведь каждая логическая цепочка вела именно к нему. И ответы могут дать лишь органы власти, когда накроют преступную деятельность и начнут расследование. Либо… Сами семеро мужчин. Предложение самой себе пронеслось в голове еще пару раз, пока Нана высчитывала проценты своей смерти или наказания, если она спросит что-то подобное прямо.       С другой стороны, она могла подойти к этому… По-умному. Психологов ведь обычно не трогают, правда? Они точно были психически нестабильными людьми. Девушка начала ускоренно вспоминать пройденные курсы психиатрии, вычленяя из них самую важную информацию, которая могла бы ей пригодиться.       Она ведь может вывести их на правду.       Вначале она пообщается со всеми, затем выберет из семерых самого слабого психологически, и начнет ниточками вытягивать из него информацию. Кто-то из них точно должен быть нарциссом, в таком случае она методом лести вытянет из него то что хочет. Среди них ведь есть иерархия, и кто-то точно этой иерархией недоволен, ведь так было всегда. Это тоже может быть спусковым крючком.       Энтузиазма стало больше, теперь у нее было намного больше вариантов. Нана все еще не собиралась делать попытки побега. Она не знает свое местоположение, не знает местности за домом, не знает даже планировки самого дома. Слишком опасно рыпаться. Да и если быть честной, она не думала что сможет. Не была готова даже физически, не то что морально.       Спать не хотелось. Слишком много энергии, хотелось разворошить комнату, что бы найти хоть что-то. Нана сдерживала эти порывы, и оставалось только осмотреть книжную полку. И вправду, сделали как обещали. Обыкновенная классика, немного дешевых романов. Журналы, даже судоку.

«Как они могли так угадать?»

      Некоторые книги были перечитаны Наной вдоль и поперек, и оставались самыми любимыми с самого подросткового возраста. Другие она только планировала почитать, все время забывая об этом из-за учебы.       Это испугало. Они следили за ней? Что если они знают о ней абсолютно все? Просматривали переписки, прослушивали звонки. Они даже знали куда она пойдет, и в какой день.       Но… Она никому не сообщала. Означало ли это, что они следили за ней и в жизни? В ее квартире были камеры?       Девушка с ужасом откинула книгу на стол, и начала нервно озираться. В таком случае, они и сейчас следят за ней, будто бы она находится в реалити-шоу. Что вообще делают в таких ситуациях?..

«Не попадают в них.»

      Нужно сделать вид, что я ничего не знаю. Им не понравится моя осведомленность. Но даже после этого наставления у себя в голове, девушка не могла не высматривать камеры по углам. Конечно, ничего она не нашла, но сам факт их присутствия был возможен на все сто процентов.       Когда пришло время все-таки лечь и вымученно заснуть, желудок Наны свернулся, будто клубок змей. Сейчас кто-то смотрит как она спит? Теперь странное чувство постоянной настороженности будет сопровождать ее абсолютно всегда, каждую секунду в этом помещении.

***

      Подъем случился раньше, чем ожидалось. Девушка просто не смогла уснуть второй раз, когда подпрыгнула от очередного шороха. Оставалось только встречать рассвет, смотря в маленькую форточку. Для чтения было слишком темно, а по ощущениям, свет обычно включался чуть позже. А когда включался свет — приходил кто-то из семерых.       Лампочки в люстре загорелись, от чего Нана прищурилась, и протерла глаза ладонью. Дверь открылась. На этот раз… Джин.       Девушка все еще не была уверенна, запомнила ли она все имена правильно. Он вошел с подносом, который в первую очередь поставил на стол, немного задержавшись взглядом на брошенную книжку. Он взял ее в руки, и поставил на законное место.       Нана ожидала его следующих действий. Если он сейчас уйдет, то значит разговоры будут позже. Если нет, то ей пора бы придумывать вопросы, что бы не потеряться и не упасть с тонкой нитки дружелюбия, на которой они ее держат.

Он остался.

— Ты можешь садиться и есть. Девушка глубоко вздохнула, и встала с кровати, маленькими шажочками подходя к стулу. Металлическая вилка никак не хотела браться в дрожащую руку. Из-за тишины казалось, будто бы в комнате повис тяжелый, душный туман. — Ты боишься меня? Нана громко глотнула, и покосилась на широкоплечего, который сел на ее кровать. Он тоже был напряжен, а само настроение девушка могла охарактеризовать как… опечаленное. Стоит ему соврать, или сказать правду? Он не выглядит как человек, которому нравится видеть страх своей жертвы. — Немного. Вилка издала громкий стук по подносу, потому что девушка промахнулась, когда хотела наколоть еще один кусочек овоща. — Это правильно. Но не меня тебе стоит бояться больше всего. — Что? Он замолчал, и посмотрел Нане прямо в глаза. Потом аккуратно, медленно перевел взгляд на верхний угол комнаты. Что он хочет сказать? Камера? Прослушка? Он правда хочет помочь, или это проверка? — Я поняла. Сегодня ты со мной разговариваешь? — Да, к тебе будут приходить три раза в день. По тридцать минут. Следующим придет Юнги, потом Хосок… — Хочешь порисовать? Вопрос был неестественным с ее стороны, и она прикусила язык, но оказалось он задумался только на секунду. Понял мой план? — Конечно, если ты хочешь.       Альбомные листы вместе с цветными карандашами тоже были, будто бы девушка дошкольный ребенок. Была не была, да?..              Карандаш зашуршал по бумаге, создавая непонятные образы. Нане казалось, что она находится на приеме у психиатра, который дал ей тест с рисунком.       Вместе с несуразной бабочкой на цветке, которая была нарисована только красным цветом, она в углу листа начиркала свое послание.

Нас прослушивают?

      Нана отдает ему листок с рисунком, и он несколько секунд просто смотрит на него. Кивает положительно. — Красиво. Как тебе новая комната?       Отдает свой. — Мне нравится. Она удобнее чем прошлая.       Голос дрожит. Она нервно пытается отыскать хоть что-нибудь похожее на слова в его каракулях, и все-таки находит.

Будь осторожна. Не пытайся сбежать. Остерегайся Юнги, Тэхена и Чонгука. Не заводи разговоров о своей семье. Делай вид, что ничего не понимаешь. Тебя не отпустят.

      Последнее предложение словно запускает кровоток в голове. Зрачки расширяются. — Тебе не нравится?       Нана даже не находит что ответить. Слова словно не могут произнестись, все время зависая на самой первой букве. — Я… Не совсем его понимаю. — Рисунок получился очень точным. Ты просто должна понять его смысл. Бабочка застряла в Венериной Мухоловке. Она не сможет выбраться, ведь растение уже впрыснуло яд.       Не нужно быть и гением, что бы понять что бабочка — это она. Значение ее второго имени буквально - Бабочка. Значит они точно долго знали ее, следили за ней. Она никому не говорила о нем, просто не нужно было. Она помнила о чем-то таком... Похититель именно этим выдал себя.

"Но в чем заключается яд? Что за ребусы?"

— Мне пора. Рисунки я заберу. В обед придет Юнги. Удачи. Юнги это тот самый, которого нужно опасаться?       Какой ужас, ужас, ужас! Когда дверь захлопнулась, Нане хотелось повырывать себе все волосы. Джин ушел слишком быстро, не ответив на все ее вопросы. Он дал еще больше пищи для размышлений.

«Что за блядство тут происходит?»

      Но самое страшное было только в одном предложении на том рисунке, с самой жирной точкой в конце.

Тебя не выпустят.