Их истории

Чужая одежда смотрелась на Чу Ваньнине мешковато, визуально делая его ещё меньше, чем он был на самом деле. Мо Жань изо всех сил старался сдержать улыбку: прикусил щёку и сморщил нос, но от цепкого взгляда его сокровища всё равно эти манипуляции скрыть не удалось. — И что, позволь спросить, тебя так насмешило? — угрожающе нахмурил тот брови. — Абсолютно ничего, — замотал головой Мо Жань и потянулся за телефоном. — Ты же не против нескольких фото на память? Пришлось уворачиваться от немедленно прилетевшей в него подушки. Его одежда ожидаемо была Чу Ваньнину слишком уж велика – толстовка висела чуть ли не до колен, а штаны так и вовсе грозились упасть с каждым шагом. И вот такой – с мокрыми волосами и потерянным взглядом – он выглядел очаровательно, немного нелепо, но всё равно уютно и по-домашнему. Такого Чу Ваньнина хотелось обнимать часами. Ладно, допустим, Мо Жаню вообще любого Чу Ваньнина хотелось обнимать часами, но вот такого – особенно. Вообще он давно уже ему предлагал оставить хоть какую-то часть своих вещей у него дома, раз он уж так часто здесь бывает, или вообще уже съехаться и жить вместе, чтобы не мотаться из одного конца города на другой. Но Чу Ваньнин слишком ценил своё личное пространство, поэтому ни в какую не соглашался. Из его вещей в квартире Мо Жаня была только зубная щётка, но и ту Чу Ваньнин привёз только спустя пару месяцев после того, как они начали встречаться, справедливо рассудив, что каждый раз возить её с собой туда-обратно нерационально. Кто же мог знать, что именно сегодня он неудачно поскользнётся на выходе из магазинчика. Мо Жань даже среагировать не успел, только моргнул – а тот уже шлёпнулся прямо в лужу. Одежду пришлось отправить в стирку, белые джинсы вообще не прощали таких вот ошибок, а Чу Ваньнина – в душ. Порывшись в шкафу, Мо Жань нашёл спортивный костюм, который таскал ещё в старшей школе, но и тот был Ваньнину и близко не по размеру. — Давай сюда свою ногу, — Мо Жань притащил антисептик, мазь и ватные диски. — Оценим масштаб бедствия. Он плюхнулся на диван рядом с Чу Ваньнином и, несмотря на возмущённое бурчание, проворно закатал ему обе штанины. — Будет синяк! — уверенно заявил Мо Жань. — Тебе больно? — он легонько коснулся смоченным в растворе диском ссадины на коленке. — Терпимо, — Чу Ваньнин поморщился, но ногу не убрал. — Это всего лишь пустяковая царапина! — Нет уж, а вдруг заражение, надо обязательно обработать. Мо Жань осторожно оглаживал раскрасневшуюся после горячего душа кожу, наносил мазь и дул на влажные ранки следом, чтобы не щипало, а когда закончил, заклеил обе коленки крест-накрест. — У тебя что, другого не нашлось? — Чу Ваньнин придирчиво осмотрел пластырь с принтом в виде кошачьих мордочек. — Что было в аптеке, то и взял. Это даже мило, — подмигнул ему Мо Жань. — Ну что, больной, принести тебе чай? — Сам справлюсь. Чу Ваньнин поднялся и даже сделал шаг в сторону кухни, но наступил на край штанины и едва снова не пропахал носом пол. — Да как ты вообще в этом ходишь? — воскликнул он с досадой. — Ну, как тебе сказать, — кусая губы, чтобы не рассмеяться в голос, замялся Мо Жань. — Ты лучше сядь, а я всё сделаю. «Пока ты шею себе не свернул», – вслух произносить он этого не стал. Чу Ваньнин что-то недовольно прошипел в ответ, а в следующий раз к его зубной щётке в квартире Мо Жаня добавилась ещё небольшая стопка одежды. Так, на всякий случай.