«Пародия на плохой детектив» или особенности проведения оперативно-розыскных мероприятий в отдельно взятом районе отдельно взятого города

А пока начальник полиции подполковник Завьялов общался с товарищем Гавриловым о высоких материях, ВрИО смотрящего по Охтинскому району Виталя Шрамов, бодрым шагом идущий от парковки к засветившейся в новостях комиссионке размышлял о делах насущных. На повестке дня у Шрама было несколько важных задач, поступивших от руководства. Руководством Виталя по привычке называл именно Джокера, не смотря на то, что сейчас непосредственным начальством являлся сам Ворон. Но объявление некоего Юрценко в неофициальный районный розыск пока не давало никаких результатов, помятый «гелик» тоже, со слов ответственного за это дело Ганса, как в воду канул, а желание узнать подробнее о персоне О.О.Ниццкого вызвало ненужный интерес у Горского – и, разумеется, ушёл Шрам несолоно хлебавши. Обязанный ежевечерне отчитываться перед руководством Виталя понимал, что Джокер будет недоволен, если и сегодня ему не предоставят свежей пищи для размышлений. Табличка «Закрыто на переучёт» на двери «Георг-Ломбарда» Шрамова не смутила и, обнаружив, что дверь открыта, он зашёл в помещение. – Жора!.. – не дождавшись хозяина комиссионки у прилавка, Виталя с грацией обожравшегося гепарда перемахнул через витрину. – Жора, мать твою!... Не обнаружив Сутейкина и в подсобных помещениях, Шрам, вспомнив богатую на события юность, извлёк из кармана отмычку и, с минуту повозившись с не внушавшим особого доверия замком, попал в небольшую комнатушку, очевидно, когда-то бывшую ванной комнатой. Посредине полутёмной комнатушки стояла обшарпаная винтажная тумбочка, на которой находился ещё тёплый электрочайник и блюдце с надкусанным бутербродом, рядом с тумбочкой расположилось будто кем-то вылизаное зелёное велюровое кресло с массивными позолоченными подлокотниками в виде львиных голов, но Виталю интересовал только лишь компьютер. Шрамов справедливо рассудил, что засветившийся на камеры некто, сдавший чемодан джокеровской – а в этом плане лично для Витали было уже всё давным давно понятно – психессы в шарашку Жоры Сутейкина, может помочь выйти на более крупные фигуры, в том числе и на Петлюру. Трудность всего задуманного предприятия состояла лишь в том, что с компьютером Виталя, в отличие от быстро ориентирующегося в новых вводных Джокера, до сих пор был на очень большое «вы» с реверансами.       – Руки вверх!... – послышался сзади чей-то неуверенный приказ. Шрам, молниеносно выхватив пистолет, обернулся и чуть не поймал глазом реплику меча древних скифов. Как именно Жора – а это был именно он – объяснял особо искушённым коллекционерам нахождение скифских племён среди чухонских болот, было доподлинно неизвестно, но за последние два года Сутейкину удалось сбыть четыре «уникальных подлинника» по спекулятивной цене, чем он втайне ото всех очень гордился.       – Это чё за прикол такой? – приподнял левую бровь Виталя, забирая у испытавшего не меньшее облегчение от того, что встреченного человека он уже давно знает Жоры меч. – Предупреждать надо.       – Виноват, учту. – промямлил Сутейкин, потирая мгновенно вспотевшие ладони. – Будьте добры меч... реплику...       – Фальшак, так и говори. – усмехнулся Шрам, рассматривая покрытую искусственной патиной рукоять. – Но, как специалист скажу, качественный.       – Как вам будет угодно. – согласился Жора и, в полупоклоне взяв «меч» за лезвие, аккуратно убрал его на кресло. – Чем обязан? Виталя ещё раз взглянул на компьютер, а затем, к величайшему обалдеванию хозяина комиссионки, взял с тумбочки бутерброд и начал его есть.       – Тебя ещё не прикрыли?       – Вашими молитвами. – с некоторым облегчением вздохнул Жора, припоминая утреннюю проверку. – Посоветовали сторожа нанять.       – Ясно. Мне нужна морда, которая на неделе припёрла тебе чемодан с бомбой. – умяв бутерброд, постановил Шрамов. – Джокеру очень не нравится, когда на его районе кто-то, кроме него самого, работает со взрвычаткой. От этого напрягаются менты и чекисты, у Ворона бизнес страдает, Ворон орёт на Джокера, а Джокер... – сделал драматическую паузу и страшные глаза Виталя. – Сам понимаешь, такое никому не понравится.       – Понял, сочувствую. – дёргано кивнул лично знакомый с Комоловым Сутейкин и, оттеснив от компьютера Виталю, начал искать нужную запись. – Прибежали третьего дня какие-то подростки... – начал рассказывать подробности Жора. – Лет по шестнадцать. Пацан с чёлкой, девчонка с косичками, в серёжках, с виду вроде не бедные... Наплели что-то про несчастную любовь, Шекспира... Вы, конечно, знаете эту печальную исто...       – Не отвлекайся. – перебил его Виталя, припоминая, что у пресловутого Шекспира такие забеги возлюбленных ничем хорошим не закончились. – Ищи давай.       – Ну так вот-с... – вжал голову в плечи Сутейкин. – Оставили чемодан, папку с сумкой, мол, на время. Даже пять тысяч дали за сохранность, вот я чего и подумал, что не бедные... Так вот же! – вдруг воскликнул скупщик, поставив видеозапись на паузу и указав на искомое лицо. – Вот же этот парень! Жора увеличил изображение и Шрам, всмотревшись в лицо искомой «морды», к большому своему удивлению осознал, что с «мордой» он уже давно знаком.       – Джокер будет в шоке.