Не могу не влюбиться

      Первый официальный день в школе начался ужасно. Док разбудил всех ни свет ни заря, влил каждому в желудок по большой чашке кофе и, велев поторапливаться, вышел на улицу, чтобы завести машину, пока сонные брат с сестрой пытались понять, чем заслужили такие мучения.       Но это оказалось меньшей из проблем. Стейси попала в класс Лорейн. И, несмотря на внешнее сходство, она едва не решила, что обозналась, приняв Бейнс за свою маму.       Лорейн была совсем не такой милой и скромной девушкой, как описывала себя дочерям, стремясь показать пример благонравия. О, совсем нет. Она ругалась с одноклассниками, сидела на партах, а в перерывах, пока учителя не было в кабинете, курила в открытую форточку, прямо как парни, пристроившиеся рядом.       Стейси знала, что мало походила на маму. Её скорее всегда сравнивали с отцом, непременно подмечая фантастическое внешнее сходство и практически идентичные черты характера. О втором вряд ли говорили в качестве комплимента, но было бы на что обижаться! И теперь убеждённость в таких выводах только усилилась, что не могло не разочаровывать.       Мама, если и не была идеалом, всегда виделась образцом для подражания, не меньше. Но, как оказалось, весь этот образ был просто фальшивкой и серьёзным преувеличением.       Мама флиртовала с парнями. Уверенно, будто делала это далеко не впервые. И если Марти всё-таки повёлся на её образ застенчивой дурочки, то Стейси увидела всю подноготную, просто наблюдая за тем, как Бифф, крутясь вокруг Лорейн, получил свою порцию внимания. О, мама совсем не пыталась всерьёз его отвадить! Она скорее забавлялась. И лишь когда Таннен начинал проявлять излишнюю настойчивость, превращалась в ту самую Лорейн, которую каждое утро Стейси целовала в щёку перед тем, как пойти в школу.       — Это просто кошмар, — стоило только ей встретиться с Марти во время обеденного перерыва, заявила МакФлай, устроившись рядом на скамейке в столовой.       — Что случилось?       — Мама, — коротко выдохнула Стейси в ответ и, тяжело вздохнув, закрыла лицо руками, прежде чем уронить голову на столешницу.       — Хей, ну почему сразу кошмар? — хмыкнул Марти, расслабленно потрепав её по плечу и совсем неверно поняв суть переживаний сестры. — Я сейчас ещё раз поговорю с папой. А там, глядишь, они сойдутся, и всё будет так, как надо.       — Не в этом дело, — мотнула подбородком Стейси, посмотрев на него чуть обиженно и упрямо. — Мне теперь кажется, что я никогда не знала её настоящую. Она курит, представляешь?       — Правда? — не без удивления переспросил Марти, но потом вдруг спокойно пожал плечами. — Но это же не повод волноваться. Подумаешь. Кто сигаретами не баловался?       — Но она всегда нам лгала.       — Стейси, — последовал тяжкий вздох, но Марти так и не придумал, что сказать.       Никто не был идеален. Он прекрасно это знал. И тем более понимал, почему мать могла скрывать некоторые аспекты своей молодости от детей. Может быть, ей было стыдно. Может, она надеялась заслужить уважение или же просто пересмотрела взгляды на жизнь и хотела, чтобы дочери им следовали. Стейси принимала всё слишком близко к сердцу. И если Марти мало обращал внимание на такие мелкие проблемы, занимаясь больше тем, что требовало первоочередного решения, то его сестра, напротив, начинала всё больше зарываться в самокопание.       — Стейси! — рядом вдруг возник Мэтч. МакФлай подпрыгнула на месте и завертела головой, пытаясь понять, с какой стороны он появился. А тот только рассмеялся и плюхнулся на скамейку, усевшись на неё в позе наездника и вытащив зубочистку изо рта. — Я смотрю, тебя всё-таки приняли. Поздравляю, теперь в наших рядах появилась ещё одна красотка.       Стейси ярко зарделась, отодвинулась поближе к шокированному брату и, сделав вид, что не обратила никакого внимания на комплимент, быстро представила их друг другу.       — Мэтч, это Марти. Мой брат.       — А, парень в спасательном жилете, — усмехнулся Мэтч в ответ и дружелюбно протянул руку МакФлаю для рукопожатия. — Как жизнь?       — Неплохо вроде бы. Но извини, нам пора идти, — Марти быстро ответил на приветствие и даже улыбнулся, но, заметив в дальнем углу столовой Джорджа, тут же решил, что расшаркивания перед дружком Таннена не стоили того, чтобы упускать возможность поговорить с отцом. — Пойдём, Стейси.       — Иди один, — вдруг сказала она, придвинув к себе нетронутый братом поднос с едой и взяв за ложку. На непонимающий взгляд Марти она быстро добавила. — Я хочу пообедать, а ты и сам справишься.       — Точно остаёшься? — Марти с сомнением покосился на Мэтча, но Стейси только быстро кивнула, принявшись обедать, уже не глядя ни на брата, ни на нового знакомого.       Марти оставалось только сдаться. Не тащить же сестру силой, честное слово! К тому же, она была права. С Джорджем он мог справиться сам, а женская компания, вполне возможно, наоборот помешала бы, смутив и без того неуверенного отца.       — Странные вы с ним какие-то, — хмыкнул Мэтч, пока Стейси с наслаждением уплетала не самую симпатичную на вид кашу, запивая всё чаем. — Ещё и с МакФлаем путаетесь.       — Он хороший, — возразила Стейси, проследив за взглядом Мэтча, который упирался в спину Марти, севшего напротив Джорджа и уверенно что-то ему доказывавшего. — Ты просто его плохо знаешь.       — Да уж, хороший, — хохотнул тот в ответ. — Рохля и нюня. Ты слышала, что он за Биффа домашку делает? Не потому, что Бифф чего-то не понимает в этой математической лабуде, а просто потому, что так веселее.       — Веселее издеваться над человеком? — возмущённо нахмурилась МакФлай и, покачав головой, отвернулась от Мэтча, потеряв всякое желание с ним разговаривать. — Я была о тебе лучшего мнения.       Мэтч сконфуженно замолчал. А потом потёр затылок и, неуверенно махнув рукой, решил, что сейчас было лучше ретироваться, чем спорить или оправдываться. Поэтому быстро поднялся со скамейки и пошёл к сидевшим за соседним столиком друзьям, наткнувшись на наполненный непониманием взгляд Биффа. Пришлось просто развести руками, но Таннена это не устроило. Ни то, что Мэтч снова решил проявить инициативу и подсесть к Стейси, ни то, что после какой-то очередной его фразы плечи МакФлай опустились, а сама она сжалась, как пружина, явно из-за чего-то расстроившись. Хотя друг и слыл в их компании главным джентльменом, и он, судя по всему, не всегда знал, как правильно общаться с девушками.       Хлопнув ладонями по столу и недовольно цокнув языком, Бифф быстро пересел к Стейси. МакФлай же просто ему кивнула, не отрываясь от еды. И если первые две минуты Таннен был готов ждать, полагая, что, закончив, она скажет ему хоть слово, то спустя ещё пять решил, что с него хватит. Он забрал у неё из рук почти пустой стакан с чаем и спросил, дождавшись, когда Стейси наконец строго на него взглянула:       — Что случилось?       — Ничего, Бифф. Дай я побуду одна, пожалуйста.       — Что Зубочистка тебе сказал, что на тебе лица нет, а? — не успокоился он и, когда она отвернулась от него, пряча глаза, крепко схватил пальцами за подбородок, повернув её голову в свою сторону. — Что?       — Ты разозлишься. И мы поругаемся, если начнём этот разговор. А у меня, прости, нет на это сил.       — Ты злишь меня уже сейчас своим недоговариванием, — не опуская руку, выдохнул он ей в лицо и, заметив боковым зрением, как внимательно за ними наблюдали соседние столики, громко рявкнул. — Чего уставились, придурки?       Возникшая на секунду тишина тут же взорвалась шорохами и разговорами, а Бифф ослабил хватку и медленно выдохнул сквозь зубы.       — Давай так, если он тебя обидел, просто кивни, — Стейси не шелохнулась. — Я тебя обидел?       Она замотала головой и подняла на него полные слёз глаза. Бифф, совершенно растерявшись, с трудом сглотнул. Он не представлял, что с этим нужно было делать, только вот желание докопаться до причин такого состояния Стейси у него не уменьшилось. Просто, решил он, выпытывать всё нужно было не у неё самой, а у Мэтча.       — Ладно, я понял, — он сдался и, сцепив ладони в замок, положил их на столешницу. — Об этом мы потом как-нибудь поговорим. Лучше скажи, ты подумала?       — О чём? — Стейси нахмурила брови, и между ними тут же появилась маленькая морщинка, которую отчего-то невыносимо захотелось разгладить пальцами. Но Бифф сдержался, а она шмыгнула покрасневшим носом и, вытащив из кармана сумки платок, поспешно вытерла глаза.       — О танцах. Ты же сказала, что тебе надо подумать.       — А ты сказал, что всё уже решил за меня, — грустно хмыкнула она в ответ. — Я не знаю, Бифф. Всё так сложно…       — Значит, — пошёл ва-банк Таннен, рассчитывая, что так в ней взыграет если не ревность, то хотя бы уязвлённое самолюбие, — я могу продолжить добиваться Лорейн, а тебя больше в расчёт не брать?       — Что? Нет! — резко воскликнула Стейси, сама испугавшись того, как громко и нервно это было произнесено. Бифф довольно ухмыльнулся, приняв всё на свой счёт. Не мог же он знать, что единственной мыслью, бившейся сейчас в сознании МакФлай, было понимание того, что допустить ещё и такое вмешательство в и без того сложные отношения мамы и папы было нельзя. А это означало, что Таннена следовало отвадить от Лорейн любым возможным способом. И пока Стейси видела только один. — Я пойду с тобой.       — Какое неожиданное решение, — самодовольно хохотнул Бифф. — Всегда бы такая покладистость, детка, а то я устану тебя уговаривать. Может, и на что-нибудь поинтереснее согласишься, м?       — Только танцы, — испуганно пискнула Стейси, и Таннен, не сдержавшись, наконец от души рассмеялся.       — Что за мысли в твоей голове, а, хорошая девочка?

***

      Когда у Стейси закончились уроки, Марти уже ждал её на крыльце школы, маясь от безделья. Учебный день пролетел достаточно быстро в попытках достучаться до Джорджа и убедить его в необходимости пригласить маму на «Морское упоение». Осложняла всё сама Лорейн, буквально преследовавшая сына во время каждого перерыва. И если сначала Марти не хотел убегать, решив, что и маму можно было попытаться подтолкнуть в сторону папы, то под конец дня он заглядывал за угол каждый раз, прежде чем пройти по коридору.       Ситуацию спасала только Стейси, и сама подвергавшаяся своеобразному преследованию со стороны Таннена. Только тот, в отличие от мамы, был не столь навязчив. Просто крутился рядом или молча наблюдал. Плюсом было то, что в присутствии Стейси Лорейн и близко не подходила к Марти, только хмурилась и поджимала губы, будто ревнуя. От этого становилось противно, но Марти предпочитал внушать себе, что это всё было не по-настоящему.       На фоне этого он теперь не так уж и сильно волновался из-за Биффа. В конце концов, Стейси пришлось взять на себя роль приманки и отвлекать его от Бейнс, а заодно и от Джорджа, чтобы не мешался под ногами. Что, на самом деле, было не так уж и плохо.       — Значит, пункт «Б» на тебе. Б — это Бифф, — вздохнув, сказал он ей после того, как Стейси взволнованно рассказала о принятом приглашении на танцы. И о причинах принятия этого приглашения тоже. Вся первоначальная идея, такая простая и, казалось бы, не очень сложная в исполнении, трещала по швам.       Док был единственным из них, кто ни на йоту не отклонился от задуманного, разбираясь с машиной и в спешном порядке разрабатывая оборудование. Хотя в нём никогда и не сомневались.       Марти нетерпеливо покосился на наручные часы. Последний урок закончился минут двадцать назад, а Стейси всё ещё не вышла. Джордж уже уехал домой на велосипеде, Лорейн в сопровождении подруг ушла куда-то в сторону магазинов. Даже новый знакомый сестры Мэтч и ещё пара человек из его компании уехали на старенькой машине.       — Мартин, верно? — раздалось за спиной, и Марти повернулся лицом к главному входу, где, облокотившись боком на стену, стоял Бифф.       — Предпочитаю просто Марти.       — Странно, я слышал, как Лорейн Бейнс называла тебя Кельвином.       — Марти — моё второе имя, — солгал тот, пытаясь понять, чего от него хотел Таннен. Или это у него просто была такая привычка — доставать всех МакФлаев без разбора?       Впрочем, сейчас Бифф не выглядел такой уж занозой в одном месте. Он был спокоен и даже вежлив, что мало вязалось с тем, каким обычно видел Таннена Марти. Сразу вспомнилась их последняя встреча и разбитый вдребезги семейный автомобиль.       — Я решил, — продолжил Бифф, подойдя ближе, — что должен тебя предупредить. Я позвал Стейси на вечеринку в субботу.       — Она мне уже сказала. И?       — Просто, чтобы ты знал. Мне казалось, так правильно. Я бы мог предупредить вашего дядю, но, если честно, не очень-то хочу связываться с пси… Кхм, с учёным.       — Очень мило, Бифф, — кивнул Марти, всё ещё не до конца понимая его намерения. — Но зачем ты мне это всё говоришь? Стейси же уже дала согласие.       — А ты разве не предупреждаешь семью девушки, когда куда-то её ведёшь? — удивлённо уточнил Таннен, приподняв одну бровь и сложив руки на груди.       Марти отрицательно замотал головой. И тут же дал себе мысленную затрещину, вспомнив, что он находился совсем не в свободолюбивых восьмидесятых, а во вполне старомодных и консервативных пятидесятых, правила которых так давно устарели и исказились, что было бы странно проецировать их на действительность. Но то было для Марти. А Бифф, хоть и был придурком, жил во всём этом, считая подобные странности вполне нормальными.       «Надо как-нибудь выведать, что ещё здесь желательно делать или не делать», — подумал МакФлай, собираясь было уже аккуратно уточнить у Таннена, нормально ли в этом времени позвать девушку посидеть вечером в кафе, рассчитывая хоть так сблизить маму и папу, как из дверей школы вышла взмыленная Стейси с гигантской стопкой учебников в руках.       Марти поспешно подошёл к ней, забрав почти все книги. Руки тут же заболели от тяжести.       — Как ты это дотащила? — пропыхтел он, чувствуя, что ещё немного, и ему просто-напросто не хватило бы сил всё удержать.       — Стрикленд всучил мне это, когда я уже хотела уходить. Половина книг тут твоя, — пожала плечами Стейси и, заметив Таннена, кивнула ему. — Привет ещё раз.       — Стрикленд совсем из ума выжил? Тут килограмм десять, не меньше, — Бифф подхватил у Марти часть книг, грозивших вот-вот свалиться на землю. Сразу стало немного полегче, и МакФлай впервые за всю жизнь с благодарностью взглянул на Таннена, удивляясь, как такой относительно нормальный парень, если не брать в расчёт обстоятельства недавнего знакомства, превратился в одну из главных проблем их семьи. — Только не говори мне, что ты не послала его куда подальше с этими учебниками. Ты же их даже до следующего квартала не сможешь донести!       — А что я могла сделать? Мне сказали забирать сейчас, — Стейси с сомнением покосилась на брата. Дорога до дома Дока была не такой уж близкой, и даже в четыре руки утащить такое количество книг казалось проблематичным.       — Ну и как мы с этим пойдём? — Марти покачал головой. — Проще будет сунуть это всё в какие-нибудь кусты и договориться с Док… кхм, с дядей, чтобы он забрал на машине.       — Я вас увезу. Обоих, — встрял вдруг Бифф, продолжавший стоять рядом с частью учебников в руках, и мотнул подбородком в сторону парковки для машин. — Мой форд за поворотом.       — Не надо.       — Было бы чудесно, — почти в один момент произнесли брат с сестрой. Стейси недоумённо уставилась на мигом согласившегося на это предложение Марти. Не он ли буквально вчера говорил что-то про «того самого Биффа»? — Стейси, я не дотащу эту тяжесть один, а тебе нести просто не позволю.       — Поддерживаю, — кивнул Таннен. — Нечего тяжести таскать. И без того маленькая.       Марти тихо хохотнул, схлопотав от сестры убийственный взгляд.       — Ну, знаете, — возмущённо насупилась она и, будто не желая больше участвовать в этих обсуждениях, прошла мимо брата и Биффа, спустилась со школьного крыльца и направилась в сторону парковки. Раз уж Марти решил, что помощь Таннена можно было принять.       — Девчонки, — одновременно вздохнули Марти и Биффом, а потом, переглянувшись, поспешили следом за Стейси.       Они нагнали её уже около машины. Блестевший на солнце форд так и дышал какой-то раритетностью, и Марти, не сдержавшись, присвистнул. Такие автомобили он видел только на страницах журналов. Он вообще сомневался, что в восьмидесятые в пределах штата можно было найти хоть один экземпляр.       — Нравится? — заметив реакцию МакФлая, самодовольно спросил Таннен и не глядя бросил книги на заднее сиденье, даже не позаботившись, чтобы они не упали на пол.       — Классная! А пробег какой? — глаза Марти тут же загорелись, но Стейси, и без того постоянно слушавшая разговоры братьев и отца о машинах, поспешно прервала начавшееся было обсуждение:       — О чём угодно, но не про автомобили!       — Какие ограничения, — фыркнул Таннен и, не став открывать дверь, запрыгнул на водительское место. — Садитесь давайте.

***

      Уже вечером, пока Док разбирался с устройством антенны для успешной поимки молнии, а Марти пытался научить Коперника разным собачьим трюкам, Стейси, переодевшись в свои привычные вещи, делала домашнее задание. Брат решил наплевать на него, отказавшись решать задачки «ещё и из прошлого». Своих заданий тоже, конечно, хватало с лихвой, но для Стейси было проще погрузиться в учёбу, то есть то, на что она фактически всегда тратила всё своё время, чем думать, бесконечно сомневаясь во всём. Пока в мыслях кружили математические формулы, было проще. Не вспомнилась ни мама, вдруг утратившая весь свой старательно выстроенный идеальный образ, ни папа, к которому со своим странным планом посреди ночи собирался наведаться Марти. Ни Бифф, который интересовал. И интересовал неправильно.       Стейси не думала о нем как об образце пресловутой диалектики, не берясь сравнивать нынешнего Таннена с будущим-настоящим. Выходили чушь и полный кавардак в душе, когда она, борясь с собой, отказывалась признавать, что из этого Биффа мог вырасти тот моральный урод, которого она всем сердцем терпеть не могла.       Нет, её Бифф — подумать только, её Бифф! Бифф из этого времени — хоть и был наглым и бесцеремонным, всё же соблюдал некоторые нормы приличия. И всё это в совокупности отчего-то волновало.       Он был очень мил, когда без лишних вопросов предложил подвезти их с братом до дома Брауна, даже несмотря на, как выразился Мэтч, «путания» с МакФлаем. Стейси не тешила себя надеждой, что Бифф и папа когда-нибудь смогли бы нормально общаться, вмешайся она вдруг в их отношения, но вот если бы Таннен хотя бы просто не обращал на Джорджа внимание… Впрочем, как и на Лорейн. МакФлай видела их пару раз вместе в коридоре и не могла понять, что с ней творилось. Стоило только Биффу подойти ближе к маме, как Стейси чувствовала странную боль где-то в районе сердца, из-за чего дышать становилось тяжело, а в горле будто застревал ком. Она не знала, как себе это объяснить.       — Моргни хоть раз, дорогая, а то я начинаю за тебя волноваться, — раздался рядом голос Дока, по-отечески добрый и заботливый. Стейси быстро-быстро заморгала, осознав, что пялилась на одну строчку в учебнике по физике уже на протяжении нескольких минут. — Всё нормально?       — Всё в порядке, — она неловко улыбнулась, подняв глаза на Эммета. — А ты что, уже закончил?       — Не переводи тему, юная леди, — погрозил вдруг пальцем Док, всё-таки улыбнувшись в ответ и сев рядом с ней за стол. — Тебя что-то беспокоит.       — С чего ты взял?       — Взгляни на Марти, — Браун кивнул подбородком в сторону брата, игравшего с Коперником и заткнувшего уши наушниками. Музыка звучала так громко, что все, кто находился в комнате, без проблем могли расслышать слова. — Ему хоть бы хны, а ты с каждым днём становишься всё печальнее.       — О, я не печалюсь, Док, — помотала головой Стейси. — Я не могу перестать думать о происходящем. Здесь, в этом времени, всё какое-то… ненастоящее. Как будто мы с Марти попали в неправильный пятьдесят пятый.       Браун задумчиво нахмурился и покачал головой.       — Может, вы и могли нарушить временной континуум, но, судя по тому, что Вселенная всё ещё на месте, это маловероятно.       — Успокоил, ничего не скажешь, — хмыкнула она в ответ, захлопнув, наконец, несчастный учебник, который до этого с силой сжимала в пальцах. — И всё-таки, чувство очень странное.       — Знаешь, думается мне, что дело совсем не в этом. Эх, где мои семнадцать лет, — усмехнулся вдруг Эммет и, будто вспомнив что-то, громко фыркнул, запустив руку в волосы, превращая и без того неаккуратную причёску в какой-то настоящий хаос.       — Ты о чём?       — О том парне из школы. Бифф, кажется?       МакФлай вздрогнула и широко распахнутыми глазами уставилась на Брауна, словно он действительно был сумасшедшим учёным, одновременно смутившись и испугавшись его слов.       — А при чём тут Бифф?       Этот щелчок кнопки плеера брата Стейси бы ни с чем не перепутала. Марти стянул с головы наушники и непонимающим взглядом прошёлся сначала по лицу сестры, а потом и по Доку. Браун легко пожал плечами, оставив Стейси разбираться со всем самостоятельно.       — При чём тут Бифф, а, Стейси? — повторил Марти, строго хмурясь и мало что понимая.       — Он…       Стейси поджала губы и отвела взгляд, не представляя, что Марти хотел от неё услышать.       — Он тебе понравился, не так ли? — сам предположил Марти. И пусть интонация его голоса никак не изменилась, глаза не предвещали ничего хорошего. Особенно когда он заметил в затравленном взгляде сестры испуганное подтверждение своих слов. — Серьёзно?! Да это же…       — Я знаю, Марти, знаю! — затараторила Стейси, сжавшись ещё сильнее и зажмурив глаза. — Это ужасно. И вообще неправильно. Я знаю. Не надо лишний раз мне это объяснять!       МакФлай замер от изумления, скорее интуитивно почувствовав, чем увидев, как по её щекам покатились слёзы отчаяния. Сердце защемило от воспоминаний — несколько лет назад Стейси уже ревела из-за парня, который и не смотрел в её сторону. Об этом не знал никто. Никто, кроме Марти, разумеется, который был готов сделать всё, лишь бы первая влюбленность не отзывалась столь болезненно в чуткой душе любимой сестры. Но он ничего не мог изменить.       И вот опять — хуже и не придумаешь. Захотелось взвыть от досады. Чёрт с ним, пусть это был Бифф. Тот ещё тип, но полного отвращения он не вызывал, особенно когда не лез к Джорджу. Но в прошлом?! Когда буквально всё кричало о том, что из этого не могло выйти ничего толкового, Стейси нашла способ возразить. Судьбе, злому року или ещё какой-нибудь ненаучной ерунде. Однако всё равно какие-либо чувства были обречены. Стейси это понимала. Марти это понимал. И, что было хуже всего, никто из них не знал, что с этим делать.       — Эй, — негромко протянул Марти, растерянно уставившись на Дока, будто в поисках поддержки, — не плачь, пожалуйста. Я не хотел.       — Чего ты не хотел? — спросила хрипло Стейси и шмыгнула носом, поспешно вытирая лицо ладонями. — Ты ни в чём не виноват. Это всё я. Я одна, как всегда.       — Стейси, — последовал очередной обречённый вздох. Марти хотел было привычно заключить сестру в объятия, но она поспешно выставила руку вперёд.       — Не надо.       — Но, Стейси…       — Не надо, Марти. Не надо меня жалеть или успокаивать.