Кот из храма у реки Ханагава

Казалось, это случилось с нами только вчера. Совсем недавно мы познакомились, доверившись друг другу: закрытая, холодная ко всем старшеклассница, и лесной дух кота в человеческом воплощении, проживший свою долгую жизнь в одиночестве. Мы были словно из разных миров: его мифический, нереальный для меня тогда мир, никогда не должен был стать частью моей обыкновенной истории. Да и характеры наши уж больно разные. Как же долго этому жизнерадостному и прекрасному парню, всё время доставлявшему мне неприятности, пришлось ждать, когда же моя душа станет открытой для него в любой момент. И ведь ни разу не сдался… Будто бы сама судьба вела меня к нему, чтобы в один прекрасный день показать, насколько я ошибалась, выбирая осознанное одиночество. А я тогда и в сказки не верила, не говоря уже о лесных духах. И теперь мы вновь стоим друг перед другом, отсчитывая секунды до расставания. — Неужели… мы правда никак не сможем связаться? — переспрашиваю я вопрос, всё ещё надеясь узнать хоть какой-нибудь способ, не важно, насколько опасным или дорогим он будет для нас обоих. Но Рин лишь тепло улыбается в ответ, как он делал это в самом начале нашего пути, когда мы были ещё почти незнакомы. — Ты ведь прекрасно знаешь ответ, Томи, — треплет он мои волосы, посмеиваясь, как будто эти слова совсем не нагоняют на него тоску, — Скучать хоть будешь по мне? — Издеваешься? Да я ещё со вчерашнего дня начала… Однако вспомнить почему, мне так и не удалось. Наверное, это всё из-за отъезда… Ощущение, что я просто забыла момент, из-за которого было так тяжело. Но в памяти всё ещё отчётливо отзывалась некоторая тревога. Неуверенно достав книгу из сумки, я передаю её Рину. Но он не спешит открывать, сказав, что оставит это на потом, чтобы вспоминать меня, когда буду уже далеко. И лишь тень грусти пробежала в его глазах, скрываемая тёплой и ласковой улыбкой. — Рин, моё желание… — начинаю я, опустив взгляд к земле, и чувствую, как к щекам медленно приливает кровь, — Спасибо, что исполнил его. В моей прежней школе все мои друзья изменились, и моя доброта стала для них лишь предметом насмешек… Но благодаря тебе в моей жизни появились Мираи, Акира и Сато. Появился мой самый первый и близкий друг. И даже больше того… — Для меня было честью сделать жизнь единственного человека, способного видеть меня, хоть немного более счастливой, — ответил мне Рин с его рядовой самодовольной улыбочкой, но теперь она казалась мне куда более значительной, будто бы всё это время за ней таились и гордость, и даже благодарность тому, что я всё же открыла своё сердце духу, — Вот только, не могу тебя отпустить в городскую школу без одной вещицы… Покопавшись в карманах, Рин достаёт подвеску на цепочке, в виде маленькой белой бабочки, и вешает мне на шею, уже не сдерживая широкой улыбки. Теперь у нас обоих, наконец-то, будут воспоминания друг о друге, даже будучи разделёнными расстоянием… Вот только поблагодарить духа за столь милый и приятный подарок я не успеваю, так как родители, ждавшие меня в машине у храма, уже поднимались по лестнице. Зажмурившись, я складываю руки на груди, будто бы собираюсь молиться и лишь надеюсь, что Рина никто не заметит. «Хитоми, нам нужно ехать. Идём скорее в машину», раздаётся у меня за спиной, будто бы прощальные слова. Взглянув ещё раз на Рина эту прощальную, самую последнюю секундочку, я произношу беззвучно своё желание, и слышу, как колокольчик на шее духа тоненько звенит. — Спасибо тебе, Томи. Теперь ты — мой новый мир. Его нежным, лёгким, но очень чувственным поцелуем заканчивается наша с Рином последняя встреча. Последнее, что я вижу, охватывая мысленно каждую деталь его прекрасного лица, это тёмные глаза, выражающие то, чего я в Рине раньше никогда не видела. Он отпускал меня без сожаления, даже не зная, вернусь ли я когда-нибудь обратно, открою ли я снова двери храма… Он был просто благодарен нашей встрече, даже если не уверен, что она повторится. Наблюдая за отдаляющимся храмом, каменной узкой лестницей, я провожала взглядом и Рина, не спускающего внимания с меня. Теперь он казался таким маленьким, таким крохотным, будто бы его никогда и не было здесь… но он по-прежнему в моём сердце, в моей памяти и… моих тёплых чувствах к нему. Так, километр за километром, мы пересекли границу префектуры Яманаси, возвращаясь к той жизни, от которой я всё это время спасалась.