Nevermind. На грани безумия

В тот день Чонгук так и не ответил на вопрос Тэхена — может ли тот заявиться в дом отца, когда там будет его брат. Но, кажется, старший решил вести себя смиренно и дальше. Он уже как несколько дней жил в отеле. Его поведение никак не изменилось. На учебе он все так же вешался на Чимина, а после нее тащил Гука на свидание. — Если так переживаешь, просто иди к нему. Оторвав взгляд от барной стойки, которую скрывала от него танцующая толпа, Чонгук посмотрел на Чимина. Старший сидел напротив. Его щеки были красноватые, глаза же, казалось, открыты с трудом. — Со мной ничего не будет. Я выпил всего банку пива, поэтому не пьян. Просто не выспался и устал. Всегда, когда они приходят в клуб, Гук не спускает с Пака взгляда. Когда выпьет, тот спотыкается обо что-то, чего под его ногами нет и в помине. Старший просто не способен ходить спокойно, поэтому за ним нужен глаз да глаз, но… — С чего мне переживать? Все с ним будет в порядке. Будет в порядке. Но Чон и сам не заметил, что говорил это, снова смотря в сторону барной стойки. — Ну да. Я и вижу, как не переживаешь. Обещаю не вставать, — Чимин улыбнулся. — Кроме того, Юнги-хен проводит Намджун-хена и вернется. За мной присмотрит он. Раньше Чонгук бы никогда не оставил Пака. Особенно после упоминания Юнги, но… Он просто не понял, что сказал старший. Не обратил внимания на смысл его слов. Его все больше волновало, что Тэхена не было довольно давно. — Я быстро. Просто проверю, где он, и вернусь. Не став ждать ответа, Гук буквально сорвался с места. Все эти дни старший не отлипал от него ни на шаг. И сейчас, когда того не было уже как десять минут, это волновало… Ким нашелся довольно быстро. Тот один сидел за барной стойкой. Увидев это, Гук тут же хотел вернуться к Чимину, но внезапно он замер. Его внимание привлекла рука старшего. Он что-то вертел в ней, смотря при этом расфокусированным взглядом в одну точку. Прошла минута, три, пять… Тэхен сидел все в том же положении. И когда Чонгук уже хотел подойти к нему, внезапно старший, не смотря, коснулся пальцами стакана, который стоял возле него. Это что, алкоголь? Он же не пьет… Осознание, что Тэ держал в руке, пришло в то мгновение, когда тот внезапно коснулся края стакана кончиками пальцев, в следующую секунду опрокидывая его. Пока жидкость растекалась по стойке, старший не спускал с нее взгляда. Зажигалка, которую он все это время вертел в руке, полностью скрылась в силой сжатой им ладони. Почему-то Чонгук не шевелился. Он просто смотрел на Кима, ожидая дальнейших его действий. Он так сосредоточил на нем свое внимание, что не замечал остальное. Поэтому когда Тэ внезапно подскочил, он даже не сразу понял причину. Встав, старший стал кланяться перед парнем, который подошел к нему. Кажется, он извинялся за то, что часть напитка из его стакана оказалась у того на штанах. И, кажется, эти извинения принесли результат, так как парень, улыбнувшись, внезапно потянул к Киму руку. Коснувшись подбородка, он большим пальцем провел по его нижней губе. Чонгук понимал, что Тэхен не нуждается в защите. Он понимал, что тот вполне может справиться и сам. Впору переживать за того бедолагу, который решил прикоснуться к нему. Он это понимал. Но не в тот момент. Ярость возникла неожиданно. Она накрыла мгновенно, полностью перекрывая собой здравый смысл. Он видел лишь пальцы, касающиеся старшего. Подойдя, Гук ударил парня в живот. Тот и распрямиться не успел, как он схватил его руку, которой прикасался к Киму, после чего с силой ударил ее о барную стойку. Один раз. Второй. Возможно, он бил бы так ее до тех пор, пока кость не переломилась бы пополам, но внезапно его схватили за запястье, чем заставили остановиться. Хоть Гук и пришел в себя, ярость никуда не исчезла. Отцепив от себя руку, он сам схватил Тэхена, после чего буквально потащил того за собой к выходу из клуба. Старший что-то говорил, но Чонгук не слышал его. Ярость перемешалась со страхом. Он не замечал этого раньше, но ему нравилось то, что происходило между ним и Тэхеном. Он не верил в слова старшего, что тот что-то испытывает к нему. Тем движет любопытство, желание помочь Чимину. Что угодно, но не любовь к нему. Но, даже так… Ему нравится проводить время с Тэ. Нравится, что его не боятся и не отталкивают. Старший так часто был рядом с ним, что он не задумывался об этом. У него не было на это времени. Но… Но что, если все закончится, и он снова останется один? — Крольчонок… — хоть Тэхен и не пытался вырваться, его голос звучал растерянным. Разум помутнел. Из-за этого Чонгук не заметил, что впервые срыв случился не из-за Чимина. И он не заметил еще кое-чего… Все-таки он оказался прав. План Кима действительно оказался плохим. Им не нужно было это начинать, потому что… — Открой! — дойдя до машины старшего, Чонгук остановился. — Крольчонок, может… Не став слушать, Чонгук внезапно прижал Тэхена к задней двери. Кажется, он выглядел действительно устрашающе, потому что тот как-то нервно сглотнул. — Что такое? — Гук и сам не узнавал свой голос. Он изменился из-за тех чувств, что разрывали его изнутри. — Ты напуган? — коснувшись подбородка, он провел по нижней губе Кима большим пальцем. — Хен, разве не ты сам хотел, чтобы я переключился на тебя? Если так, то… — наклонившись, Чон коснулся шеи старшего губами. Его рука, спустившись по спине, остановилась на пояснице. — То почему позволяешь другим прикасаться к себе? — Крольчонок… Кажется, Ким хотел или объясниться, или успокоить, но Гук не дал ему договорить, впиваясь в губы. Рука, которая была на пояснице, переместилась чуть выше под кофту. План Тэхена оказался провальным. Хотя бы потому, что одержимость усилилась. Случилось то, чего Чонгук так боялся с Чимином. Он боялся прикасаться к нему и потерять над собой контроль. С Кимом же они давно перешли черту. В ушах гул. Он заглушал все мысли. Перед глазами же пелена. Она мешала лучше рассмотреть Тэхена и понять его эмоции. Ему страшно? Он разочарован? Или зол? Не получается сосредоточиться. Не получается остановиться. Было плевать, что они находятся на парковке, куда могли зайти люди. Было плевать, что в здании были камеры. Было на все плевать. И, кажется, Тэхен это понял, потому что он, даже и не пытаясь отлепить от себя Гука, постучал в стекло. Когда послышались щелчки, Чонгук разорвал поцелуй, но только для того, чтобы открыть дверь машины и запихать на заднее сиденье Тэ. — Хотел узнать, получится ли что-нибудь у таких, как мы? Ну что, узнал? — прижимая руки Тэхена к сиденью, Чонгук коснулся его шеи губами. — Не позволю тебе уйти. Не позволю ни к кому прикоснуться. И я переломаю руки всем, кто прикоснется к тебе, — отпустив одну руку, он потянулся к замку на кофте старшего, расстёгивая его. После того как Чонгук поцеловал Кима, злость внезапно испарилась. И из-за этого стал отчетливее ощущаться страх. Он хочет, чтобы старший и дальше был с ним. Хочет проводить с ним время, прикасаться к нему. Хочет, чтобы этот месяц, в который они были вместе, растянулся на года. Но у Тэхена проблемы с эмоциями. Вряд ли он нуждается в нем также сильно. Что, если он заинтересуется кем-то другим? Что, если захочет уйти? Эти мысли, которые появились внезапно, норовили вот-вот свести с ума. Усугубляла все реакция организма на касания к старшему. Сердцебиение усилилось, температура подскочила. Кроме того, дышать было физически сложно. Чонгук уже чувствовал такое. Когда Чимин был связан. Но сейчас, в отличие от того раза, было одно существенное отличие. Это невозможность сдерживать себя. Нет, даже не так. Это нежелание. И из-за этого все чувства и ощущения усиливались во много раз. Отстранившись от губ, Чонгук потянулся к ремню на джинсах старшего. Он даже успел расстегнуть пряжку, как внезапно его оттолкнули. Сила была такой, что он буквально вывалился из машины. Приподнявшись, Тэхен стал перелезать на переднее сиденье, но он успел лишь забрать мобильный у водителя, который с напуганным выражением лица кому-то звонил. После этого его внезапно снова вернули в лежачее положение. Пока его губы и шею целовали, Ким махнул рукой мужчине, намекая тому достать что-то из бардачка. Гук видел, что в руку старшего что-то вложили. Что это? Баллончик? Пистолет? Плевать. Задрав футболку, Чонгук стал покрывать поцелуями сначала грудь, а затем и живот старшего. Он настолько увлекся процессом, что не заметил, как тот стал отползать от него к противоположной двери. Осознание пришло только в тот момент, когда Ким прижался спиной к стеклу. После этого целовать его было уже не так удобно. Гук хотел притянуть Кима к себе и тем самым снова уложить, но… Внезапно тот обхватил его шею рукой, сам притягивая к себе и впиваясь в губы. Пока он не пришел в себя, старший заставил его сесть, сам размещаясь у него на коленях. После того как послышался хлопок двери, машина завелась. Перепарковавшись немного по-другому, водитель вышел. Все это время Тэхен не отрывался от губ Чонгука. — Крольчонок, — разорвав поцелуй, Тэ наклонился к уху, слегка кусая мочку, — если ты думаешь, что во время срыва выглядишь сексуально, то… Ты чертовски прав! — от уха он переместился к шее, оставляя на ней лёгкий поцелуй. — Но больше так не делай. Ненормально ломать людям руки. — Хочешь сказать, что… — Гук с шумом выдохнул, когда старший провел по его кадыку языком. — Поджигать барные стойки — это нормально? — О, так ты заметил? — усмехнувшись, Тэхен отстранился, снимая с себя кофту, а затем и футболку. — Ничего ведь не произошло. Я не собирался поджигать стойку. Хотя, признаться честно, — закусив губу, что-то вспоминая, он улыбнулся, — тот парень был на волоске. Он был на грани, чтобы я поджег его. Крольчонок, — стянув футболку, Тэ оценивающе окинул тело Гука взглядом, — мне показалось, или ты не веришь моим словам? Я же говорил, что ты мне нравишься. — Даже не думай, хен, — обняв за талию, Гук оставил на ключицах Кима легкий поцелуй. — Я никогда не поверю тебе. Но мне это и не важно. Не важно, чувствуешь ты что-то ко мне или нет. Ты сам ввязался в это. Поэтому я не отпущу тебя. Пока дышу, ты будешь рядом. Всегда. Чонгук покрывал шею и ключицы старшего поцелуями, но ему пришлось остановиться, когда тот внезапно прижался к нему. — Люблю тебя. От шепота и дыхания, коснувшегося уха, по телу пронеслись мурашки. Но большую реакцию вызвали сами слова. От них казалось, что сердце просто остановилось. — Не говори так, — стараясь не обращать внимания на услышанное, Гук оставил на шее старшего засос. Один, а затем и второй. Смотря на них будто слышались слова «только мой!». — Крольчонок, я люблю тебя. До этого казалось, что сердце остановилось. Сейчас же оно пропустило такой удар, что стало больно. Обхватив за талию, Гук скинул с себя Тэхена. Как только тот снова был прижат спиной к двери, он потянулся к его джинсам, намереваясь снять их, но… — Чонгук. Пальцы, коснувшиеся штанов старшего, замерли. Они стали еле заметно дрожать, что, кажется, не осталось незамеченным, так как Тэхен улыбнулся. Эта улыбка отличалась от той, что он показывал Чимину и остальным. Она отличалась от той, что вызывала по коже мороз. Она ни на что не была похожа. — Я буду говорить это тебе, пока ты мне не поверишь. Каждый день. Люблю тебя, — коротко коснувшись губ Чонгука своими, Тэхен сам снял с себя штаны с трусами. После этого его поцелуй был более настойчивым. Эти слова ничего не значат. Он никогда не поверит им. За всю жизнь он ни разу не слышал эту фразу в свою сторону. Потому что его невозможно полюбить. Для него взаимности не существует. Не с его окружением, образом жизни и мыслями. Поэтому это неправда. Эти слова ничего для него не значат. Не важно, испытывает к нему Тэхен что-то или нет. Это неважно. Но… Сердце, которое сначала замерло, а затем пропустило один болезненный удар, разогналось до предельной скорости. Чувства, которые обволакивали его, были непривычными, незнакомыми, но очень приятными. Из-за них казалось, что сердце вот-вот взорвется. Не разрывая поцелуй, Чонгук скользил по телу Кима руками. Он прислушивался к дыханию старшего, к его сердцебиению. Он снова старался запомнить ощущения от прикосновений к нему. То, что он чувствовал в первый раз с ним, не сравнится с тем, что он испытывал сейчас. Его глаза не завязаны, он знает, что перед ним Тэхен. Он видит его. И у него в мыслях нет, что это должен быть кто-то другой. Тэхен. Только он. На какое-то время Гук забыл, что все это время в руках Кима что-то было. Вспомнил он об этом, только когда провел между ног старшего рукой. Именно в этот момент ему под нос подсунули какой-то тюбик. Чонгуку потребовалась пара секунд, чтобы понять, что все это время Тэхен и не пытался сопротивляться. Правда, возникал вопрос — нахрена старшему в бардачке смазка?.. Прежде чем эти мысли окончательно заполонили голову, Тэ потянулся к его ремню. Гук привык не обращать внимания на детали, которые могли бы спровоцировать срыв, вот и сейчас действия старшего заставили его моментально обо всем забыть. Тэхен дышал часто. Пока Гук скользил пальцами по его телу, тот слегка извивался, старался поддаться навстречу, постанывал в поцелуй. Он реагировал на каждое прикосновение. Сначала было опасение, что из-за своей болезни старший не сможет почувствовать хоть что-то, но… Не было сомнений, тот возбужден также сильно, как и он. Все движения Тэхена, каждый его громкий выдох, иногда напоминающий стон, каждый его поцелуй, говорил о том, что он хочет стать еще ближе как можно скорее. Чонгук и сам держался из последних сил. Но он понимал, что вряд ли Тэ осознает, что будет, если он войдет без подготовки. Он может переломать конечности всем остальным, но ему делать больно хотелось меньше всего. Когда Гук выдавил на пальцы смазку и аккуратно стал подготавливать Тэхена, тот попытался усмехнуться, но из-за тяжелого дыхания у него это не особо получилось. — Крольчонок, а ты садист. Тебе так сильно нравится меня мучить? — из него вырвался очередной громкий выдох, когда Гук слегка укусил его за шею. — Заканчивай уже с пальцами, или я… Чем быстрее он двигал рукой, тем сильнее старший извивался, стонал в поцелуй и вообще намекал разными способами забить на прелюдию. — Или ты что? Снова усадишь меня и возьмешь все в свои руки? Тэхен успел лишь открыть рот, чтобы подтвердить догадку, как Чонгук медленно и аккуратно стал входить в него. Тюбик был полным, но сейчас не было уверенности, что там осталось хоть что-то. В смазке была вся рука и низ живота. Его и Тэхена. Наверняка много досталось и сиденью под ними. Но прямо сейчас это волновало меньше всего. Если старшему было плевать на последствия, то Гук хоть как-то старался контролировать ситуацию. Наверное, количество выдавленной смазки и время, отведенное на подготовку, не прошло зря, так как после того, как Гук вошел полностью, Тэ потребовалось совсем немного времени, чтобы прийти в себя. А возможно, старший просто ненормальный, потому что с первым же толчком из него вырвался тихий протяжный стон. Именно он чуть не заставил Чонгука испытать инфаркт, перевозбуждение и одновременно с этим потерю контроля. Желание увеличить скорость до максимума чуть не снесло крышу. Остался в сознании он лишь из-за взгляда Тэхена. В нем была провокация. Тот явно мстил за то, что его заставили ждать так долго. — Садист, — накрыв губы Тэ своими, Чонгук сделал толчок. Еще один и еще. Хоть его движения были плавными и аккуратными, скорость он слегка увеличил. Заниматься в машине этим не очень удобно, но в таком месте был один плюс. Тэхен полностью находился в его власти. Кажется, старший все же хотел усадить его и сам побыть сверху, контролируя скорость, но всякая его попытка отстраниться была тут же пресечена. Не было ни одного доступного участка тела, которое Чонгук не покрыл бы поцелуями. Из-за их сбившегося дыхания воздух накалился. Было очень жарко. Стекла запотели. Но даже если увидеть их теперь было и невозможно, тем не менее, наверняка машина раскачивалась довольно сильно. Но никого из них это не волновало. — Крольчонок… Позвать его у Тэхена получилось с явным трудом. Звуки перемешались с воздухом. Щеки старшего были красноватого оттенка, его грудь поднималась высоко и часто, пальцы впились в предплечья, взгляд затуманен, а тело напряжено слишком сильно. Чонгук и сам держался из последних сил, и такой вид Тэ стал для него последней каплей. Проскользив пальцами по животу, он спустил руку ниже. Старшему хватило пары движений, чтобы кончить. Как и Чону пары толчков. Если кто и был на парковке, и не догадывался о том, что происходило в этой машине, то теперь все обо всем знали. Сдерживать голос у Гука получалось с трудом. Тэ же и вовсе, кажется, ограничивать себя хоть в чем-то не планировал. Отдышаться получилось далеко не сразу. В повисшей тишине отчетливо были слышны удары их учащенных сердцебиений. Когда Тэхен захотел выйти и спокойно одеться, Чонгук схватил его за руку, одними губами рыча, чтобы и не думал выходить под камеры. Было видно, что старшего корячиться в машине не очень прельщало, но он, вздохнув, стал послушно натягивать на себя трусы. Проблемы вызвали джинсы. Именно надевая их, Тэ матерился сильнее всего. Особенно его возмущало то, что полностью без одежды был только он, поэтому и страдает в одиночку. Но его брови мгновенно разгладились, когда Чонгук утянул его в поцелуй. Только после того, как они оделись, взгляд Гука зацепился за валяющийся на полу тюбик со смазкой. Перед глазами тут же всплыло охреневшее выражение лица водителя, когда тот понял, что лежало в бардачке, и что будет происходить дальше. Кажется, про это подумал и Тэхен, так как тот усмехнулся. — То ли еще будет. Вот что бы ты делал, если бы он успел позвонить в полицию? Заваливаешь меня на заднее сиденье, стягиваешь одежду и угрожаешь еще. Бедный мужик. Оплатишь ему сеанс у психолога? Устало вздохнув, Чонгук стал осматриваться. До этого он не задумывался, что, собственно, все это время происходило вокруг них. Они все так же стояли на парковке. Правда, лобовое стекло было направлено в стену. Заднее и боковые затонированы. Кроме этого, на парковку вроде как так никто больше и не зашел. — Он еще разобрался с камерами. Я довольно часто раньше косячил, поэтому он знает, что делать. Правда, к такому его жизнь не готовила. Поэтому, крольчонок, насчет психолога я серьезно, — перебравшись на переднее пассажирское сиденье, Тэхен повернулся к Гуку. — Ты за рулем. Не люблю водить. Ночуешь сегодня у меня. Поехали. Чонгук не любил ночевать в отелях. Какими бы шикарными они ни были. Отель Кима же был среднего класса, но это почему-то волновало меньше всего. Кажется, Тэ терзало то, что в машине ему так и не удалось побыть сверху. Он хотел сам контролировать скорость. И то, что Гук не железный, того волновало меньше всего. Пока старший, взявшись за изголовье кровати и закрыв глаза, двигался, Чонгук рыскал по его телу взглядом. Шея, ключицы, плечи, грудь, талия. Все это возбуждало до невозможности. Но последней каплей становилось не это… Слегка запрокинув голову, из Тэхена вырвался громкий протяжный стон. Это второй раз в этом отеле, когда старший таким образом провоцирует его. Скинув с себя, Чонгук вошел в Тэ, сразу увеличивая скорость и впиваясь тому в шею зубами. Не настолько сильно, чтобы старший почувствовал боль, но достаточно, чтобы больше и не думал вылезать из-под него. Вторая разрядка была сильнее первой. После нее тело не чувствовалось. Сил не осталось совсем. Чтобы прийти в себя и хотя бы встать, потребовалось полчаса. — В ванную пойдем вместе? — Да, — Чонгук с трудом приподнялся на локтях, смотря на старшего. — Так будет быстрее. Помоемся и спать. — Хорошо, — улыбнувшись, Тэ кивнул на шкаф. — Возьми полотенца и одежду. Я начну первым. Выполнив поручение, Чонгук пошел в сторону ванной. Усталость все еще чувствовалась, кроме того, очень хотелось спать. Именно поэтому мысль, что мыться вместе — плохая идея, возникла слишком поздно. Осознание пришло в тот момент, когда Гук открыл дверь. Тэхен стоял в душевой кабине, намыливая тело. Его волосы были влажные, по спине стекала пена. Повернув к нему голову, старший улыбнулся. Из-за влажной челки его глаза были слегка прищурены. И это все при том, что дверь кабинки была открыта. — Ты быстро. Все нашел? Чонгук бы, возможно, и ответил, но прямо сейчас у него в мыслях было лишь одно слово — «Пиздец…». *** Проснулся Чонгук из-за незнакомой мелодии. Отвечать на чужие звонки нехорошо, но… Кинув взгляд на спящего Тэхена, он взял телефон старшего. — Алло. — Кто это? — Могу задать тот же вопрос. — Я брат Тэхена. Это ведь его телефон? Так кто вы? На какое-то время повисла тишина. Сказать, что Чонгук растерялся, это ничего не сказать. Какого черта у старшего не записан номер брата? Что теперь делать? — Ладно, не важно. Если его телефон у тебя, значит, ты знаешь, где он. Мне нужно с ним поговорить, поэтому назови адрес. Долго у него бегать от меня не получится. Рано или поздно я все равно найду его, поэтому… — Я пришлю вам сообщением. Сбросив вызов, Чонгук устало вздохнул. Пиздец, конечно, но если Сокджин ищет Тэхена, то и правда рано или поздно найдет его, поэтому будет лучше проконтролировать эту встречу. Утром Гук хотел встать пораньше и все рассказать Тэ, но… Единственное, что он успел — это открыть глаза и охренеть, что всю ночь они спали с незапертой дверью. Когда к ним в комнату ворвались, старший уже был одет и сидел в кресле. Чон на полном серьезе хотел убить Сокджина, если тот только подумает замахнуться, но… Подойдя, тот внезапно обнял Тэхена, который едва успел встать при виде него. — Я точно когда-нибудь тебя убью! Как долго планировал бегать от меня? — так и не получив ответа, Джин устало вздохнул, сильнее прижимая брата к себе. — Ты в порядке?