"Имя убийцы...ты?"

      - Мамочка, а куда мы идём? – тихо спросил мальчик, пока женщина тянула его вдоль темного коридора.       За окнами давно стемнело, луна еле освещала окружающий мир, даря ощущение спокойствия для любителей ночных прогулок. Тихий ветер, безлюдные улицы, слабый лунный свет. Но для ребёнка это было лишь одним большим напоминанием, что он живёт в жестоком мире, где всё происходит не просто так. Стоило им покинуть здание, ноги прошибло холодом. Снег. Точно, сейчас январь. Часы давно перевалили заполночь, и наступило 19 января. Босые ступни аккуратно ступали по снежной тропинке в абсолютной тишине, оставляя любопытство без ответа.       - Мама? – снова позвал он, в надежде что-то услышать.       Мама остановилась. Тогда мальчик понял, что снова совершил ошибку. «Ты должен молчать и не задавать вопросы», «Не лезь туда, куда не надо, Натаниэль», «Ты знаешь, что случиться, если ослушаешься, так ведь, младший?» Он снова ошибся. Собравшись со всеми силами, которые могли быть у шестилетки, мальчик приготовился к удару. Но его ожидания не оправдались. Громкий голос раздался впереди них, призывая поспешить. Женщина ещё какое-то время смотрела на своего сына, но всё же направилась дальше, подхватив его на руки. Мужчина довольно усмехнулся, когда его «семья» всё же подошла ближе. Жестом приказав сесть в машину, он направился к водительскому сиденью.       - Ты принесешь много денег нам, младший. Не сомневаюсь.       В середине пути внезапно машина начала тормозить, скользя по дороге, покрытой льдом. Женщина, воспользовавшись этой помехой, открыла заднюю дверь и попыталась выскочить через неё с ребёнком в ближайший сугроб, но весь план сорвали грубые руки отца, потянувшие обратно в салон. Выскочить вышло лишь у мальчика.       - Беги, Натаниэль! Живи! – кричала мать, пока мужчина держал её за руку и шею, сдавливая так, что в высоком голосе отчётливо слышалась хрипота. – Беги!       Всего несколько секунд, и сбоку раздался раздражающий писклявый сигнал грузовика. Мгновение – и он столкнулся с машиной, тут же вспыхивая ярым пламенем, осветившим снег, на котором остались в стороне леса следы детских босых ног.       Парень проснулся в холодном поту, сразу хватаясь за футболку в области сердца. Шрамы на ногах давили своим присутствием, всё больше напоминая о реальности кошмара. Зачесав чёлку назад, взгляд метнулся к часам, стоящим на тумбочке. «03:17».       - Снова.., - разбавил нервный шёпот тишину, и Нил встал с дивана. Уснуть не получится. Уж точно не сейчас.       Включив тусклый светильник, он вышел из спальни, проходя на кухню. На удивление, свет уже горел, а у барной стойки стоял мужчина, равномерно помешивающий ложкой кофе. Он обернулся, снимая свои очки и откладывая их в сторону.       - Снова кошмары, Нил?       Рыжеволосый грустно усмехнулся, почесывая затылок. Видимо, он таки шумел, возможно, кричал во сне – кто его знает. Ответ итак очевиден. Кто-кто, а этот мужчина всё знает.       - Прости, Ро, - вместо этого ответил Джостен, проходя к кофемашине.       - Эспрессо закончилось, - предупредил брюнет и потряс своей кружкой. Ясно.       Нил вгляделся в содержимое именной кружки Ичиро, после чего его аккуратные брови нахмурились. Напиток светло-коричневого оттенка явно был смесью кофе не только со сливками и виски, как в оригинальном айриш, но и молока. И вся эта бурда сейчас находилась в большой (буквально огромной) кружке.       - Я, вроде, говорил тебе не перебарщивать с кофе и вообще чем-либо в нём.       - Так вкуснее.       - Это кофейное кощунство, Ро, - простонал Нил, прикрывая глаза. Всё же, работая баристой долгое время, нельзя смотреть на такое спокойно.       Мужчина лишь хмыкнул, возвращаясь к приятному (явно не баристе) напитку и книге. Тёмная обложка привлекла к себе внимание голубых глаз, заставляя подойти к стойке и опереться на неё локтями. Мимолётно пробежавшись по открытой странице насколько это было возможно (вверх ногами особо быстро не почитаешь), он всё же выделил пару слов, может предложений, чтобы понять скуку повествования. Не для Нила это. Что-то историческое, связанное с Японией.       Выпрямившись, Джостен покинул кухню, направляясь в коридор.       - Надолго? – коротко спросил Морияма, не отрываясь от книги.       - Прогуляюсь до кофейни.       Тихий ветер, безлюдные улицы, тусклый свет луны. Триггер для некоторых людей. Поэтому, стоило Нилу сесть за руль мотоцикла, как он с высокой скоростью направился в другую часть города в «Лисью нору». Мёртвая тишина, стоящая на перекрестке у кофейни, была прервана гулом мотора мотоцикла. Единственное, что расслабляло парня в таких ситуациях.       Отперев дверь родного места, он прошел внутрь, сразу направляясь к барной стойке. Раз Ичиро израсходовал весь запас кофе, ничего не остаётся, кроме как тратить ресурсы кофейни. Размеренное гудение аппарата, тонкий аромат свежих перемолотых кофейных зёрен и тихо включенные песни Chase Atlantic на фоне. То, что нужно для парня в такие моменты. Это и громкий звук дверного колокольчика. Стоп. Колокольчик? Какой нахрен колокольчик, на часах четыре утра?!       - Не знал, что кофейня работает в такое время, - хмыкнул знакомый мужской голос, пройдя внутрь. Легкая улыбка, уставший взгляд, опущенные плечи говорили о том, что следователь работал сверхурочно.       - Она и не работает, - ответил Нил, дёрнув уголком губ, но всё же кивнул на барные сиденья, после чего развернулся к кофемашине (Эндрю наверняка уже завидовал ему – в отделе до сих пор не появлялся мастер).       Блондин в несколько шагов преодолел расстояние, присаживаясь на стул, и начал наблюдать за движениями рыжеволосого. До чего же всё отработано до автоматизма! Заправить, выстроить, поставить, нажать, отойти, открыть, взять, вернуться, нажать, взять, положить, поставить. За этим можно наблюдать вечно. И Эндрю готов. Но, пока рядом с ним оказалась небольшая кружка кофе с поднимающимся от неё паром, он решил не медлить и сделал глоток – и едва сдержал порыв тошноты. Горько, очень горько. Под слабый кашель раздался тихий смех Джостена.       - Это чистый эспрессо, без всяких добавок, - ответил он, забирая кружку и смотря на возмущённое бледное лицо.       - Как ты пьёшь эту дрянь? – выругался Миньярд, хватая с вазочки пару леденцов – ему просто необходима моральная компенсация!       - Так же, как и ты пьёшь десятый номер, - Нил хотел было возразить, что это для детей, но не стал, видя расслабляющееся лицо блондина из-за сладости. Пускай, не стоит его добивать.       Закончив с кофе, бариста протянул кружку Миньярду, возвращаясь к своей. Блондин проговорил что-то насчёт красоты сервиза, на что Нил закатил глаза.       Ах, идеально! «Right here» от Chase Atlantic, любимый кофе и милый блондин, сидящий напротив. Все тревоги мигом испаряются. Особенно когда взгляд задерживается на светлых губах, бесшумно сюрпающих напиток; когда из-за них виднеются белоснежные клыки, разгрызающие твёрдые конфеты с характерным звуком; когда медовые глазные яблоки встречаются с хозяином кофейни и внимательно изучают. Миньярд очень органично смотрится в этом интерьере, будто так и должно быть. И Нилу кажется, что, да, именно так и должно быть.       - Так почему ты здесь? – спросил Миньярд, наблюдая за парнем поверх кружки.       - Кошмары, - честно признался тот. Эндрю в курсе непрекращающихся кошмаров, нагло и незаконно терроризирующих его краша, но настоящую их причину не слышал. Ну как не слышал. Частичное знание знанием не считается! Для Эндрю причиной является смерть родителей, что правда. Только вот для Нила это совсем не так просто. Больше его пугает не факт смерти кого-то в роде них, а факт длительного одиночества, в коем его оставили. Для Эндрю причиной является пожар, в то время как Нил боится зимы, снега и холода, навсегда отпечатавшихся в его голове.       - Они не прекращаются?       Парень помотал головой, делая глоток. Ох, остыло. Не вовремя.       - Всё прошло, поэтому я не зацикливаюсь на этом.       - Но они до сих пор тебе снятся, - жалкая фраза, прервавшая Нила.       Ещё один глоток. Холодный. Неприятно холодный.       - Нил.       - Почему ты здесь, Эндрю?       Блондин замялся, нахмурившись. А Нил подумал, что это мило. Может быть, преступники и боялись, но Нил находил очень очаровательной складку кожи между бровями, а также грубый, раздражённый излом линий.       - Свет горел, вот и решил проверить.       - Тогда: зачем ты остался? – настороженно проговорил парень, посмотрев в чужие глаза. – Ты утолил своё любопытство, так почему ты все ещё здесь? Тратишь время на такого человека, как я?       - На такого, как ты? – повторил Эндрю, а черты лица почему-то расслабились. Он такой странный, и бариста никогда его не поймёт.       - Да, я. Эндрю, я всё понимаю: работа – есть работа. Но свободное время ты должен тратить на себя и близких, понимаешь? Не на того, кого знаешь от силы пару месяцев.       - А ты разве не являешься близким? Разве ты просто едва знакомый человек? – спросил Эндрю, а Нил замер с кружкой в руке.       «Глупости», - думал Нил. Этого просто не может быть. Ерунда. Ход мыслей прервал неприятный скрип старого барного стула. Неужели он собрался уходить? Ну молодец, Джостен, молодец! Язык когда научишься держать за зубами? Ладно. Ладно. Внутреннего критика можно оставить на потом, он сейчас не поможет. Надо хоть попрощаться, а то как-то не красиво.       Бариста поднял голову, собираясь что-то сказать, но тут же замер. Эндрю стоял близко. Слишком, чёрт возьми, близко! Его глаза смотрели прямо в душу, и, честно сказать, рыжеволосый стушевался. Сердечный ритм ускорился в несколько раз, и Нил мысленно попросил прекратить эту внезапную пытку. Словно услышав его желание, сердце буквально остановилось на долю секунды. Нет, Джостен не владеет магией. Просто Эндрю-блять-Миньярд-напиток-№10 накрыл его губы своими, но тут же отстранился, оставляя лишь тёплый след, напоминающий о только что произошедшем. Спустя пару секунд Джостен распробовал привкус табака и сахара.       Сладко. Приторно сладко. Неестественно для Нила, но тогда почему хочется больше? Мало. Этого тепла чертовски мало! Аккуратно схватив рукав куртки следователя, рыжеволосый притянул его к себе, не намереваясь отпускать. Миньярду пришлось сделать шаг вперёд, прижимая тело в коротком фирменном фартуке к барной стойке. Бледная ладонь обхватила талию, притягивая в ответ. Одежда – единственная вещь, сохранявшая сейчас парням рассудок. Нил был готов накинуться вновь на эти узкие губы, а Эндрю сжал руку, собираясь продолжить настолько, насколько ему позволят.       Но у Вселенной другие планы. В помещении раздался рингтон мобильного телефона следователя. Тот, нехотя и смачно шепча различные ругательства, немного отлип от парня. Бариста недовольно, почти хныча, выдохнул, сдерживая порыв потянуться за теплом. Глаза Миньярда продолжали пожирать губы Нила, пока руки на ощупь доставали несчастный мобильник.       - Что? – едва ли не гаркнул он на вызов, не сводя взгляд со столь желанного парня и поглаживая талию большим пальцем. – Нет. Не хочу… Чёрт.       - Тебе нужно… идти. Да, - скрывая разочарование, неловко проговорил Джостен, когда вызов закончился. Такой интимный зрительный контакт был прерван, но он продолжал чувствовать взгляд медовых глаз на себе. И от этого внутри всё как-то очень резко перекрутило.       Хватка ослабла, и Нил вздрогнул, не желая терять последнюю частичку Эндрю. Он обернулся, будто надеясь этим пригвоздить чужие пальцы к своей футболке. Горячее сбитое дыхание на щеке вернуло его на место, плавно перетекая в короткое мягкое касание губ. Нил был готов схватить парня всеми руками и ногами, удержать этот поцелуй, хоть на минуту!       Громко, нервно хлопнула входная дверь. Слишком ответственный сейчас Миньярд всё-таки оставил его наедине с чувством пустоты.       «I don't wanna be your friend I wanna kiss your lips» - неожиданно зазвучала в голове строчка из песни, непонятно как затесавшейся в плейлист кофейни. Может, Сэм добавил?       Проходит пять минут, и только сейчас Джостена конкретно кроет. Уши и щёки начинают гореть огнём, а сердце норовит выскочить из груди или, по крайней мере, выиграть марафон. Загорелые руки, хлопнув себя по лбу, закрыли лицо с диким и нечленораздельным набором звуков. Бариста скатился вниз по стене, кусая влажные губы, будто пытаясь получше распробовать ещё едва живой вкус Эндрю. Это почти получается, и сахар с примесью никотина неожиданно успокаивающе действует на нервную систему Нила. Он облизывается и расслабленно выдыхает. Кажется, у него украли первый поцелуй…