Вишенка на торте

С поездкой сразу не заладилось. За покупку билетов отвечал Феликс. Он заказал их заранее на пятое января, но потом оказалось, что вместо пятого января он указал на сайте четвертое. Раон пришлось быстренько собирать сумку. Феликсу тоже. Он наспех запихнул в нее рубашки, брюки и спортивные штаны. Они могли бы ехать на машине Феликса, но она сломалась, — пришлось сдать в ремонт. В путешествие они отправились на автобусе. По дороге Раон записывала в блокнотик места, которые хотела бы посетить. Феликс уже бывал на Чеджу, когда ему было десять лет. Сейчас была его вторая поездка. Первая поездка была интересной, потому что на Чеджу он ездил вместе с родителями. Тогда его поразило все: начиная с истории острова и заканчивая захватывающими видами. Сейчас он ехал вместе с любимой девушкой и слегка волновался. Он хотел, чтобы поездка понравилась Раон, потому поддерживал все ее идеи. Раон хотела обязательно взобраться на пик Сонсан Ильчхульбон, увидеть скалы Чжусан Чжолли, сходить на рынок, а еще посетить множество музеев и ресторанчиков. Феликс не представлял, как за неделю они обойдут столько мест, и тайно надеялся, что хотя бы перед сном они смогут уделить немного времени друг другу. В автобусе Феликс задремал. Некогда он испытывал легкую неприязнь к Раон и не желал находиться рядом с ней. Отныне же без опаски клал голову на ее плечо. Раон не отпихивала Феликса, а нежно поглаживала его волосы. Доехали они благополучно, затем быстро отыскали гостиницу, где их ждал номер с двуспальной кроватью, кухней, санузлом, просторным балконом, с которого открывался волшебный вид на море. Одного вида Раон было недостаточно. Так как Чеджу славился пляжами, Раон предложила Феликсу вечером сходить к морю и насладиться пейзажем. Разобрав вещи, они решили перекусить. Для этого нашли маленькое уютное кафе, где подавали всякие десерты. Феликс хотел найти десерт, который готовят лучше него. Расположившись за крайним столиком, они принялись пробовать заказанные десерты: какое-то шоколадное пирожное, на вид обыкновенное, но как уверял их официант, шоколад был изготовлен по особому рецепту. Впрочем, Раон и Феликс не заметили разницы с тем, что готовили они. Феликс постоянно хмурился, пробуя то один, то другой десерт. Раон они не казались такими уж плохими; она недоумевала: неужели Феликс такой привереда, что ему все не нравится. Она звякнула ложечкой о тарелку, привлекая его внимание. Феликс задумчиво смотрел куда-то вдаль. — Раон, я кое-что забыл в автобусе. Только что вспомнил… — И что же? — Сумка. Я оставил её на сидении. — Можно будет обратиться в бюро находок. Твоя сумка наверняка уже там. — Да, но… — Феликс коснулся пальцами кончика носа и покраснел. Раон выжидающе смотрела на него. — В той сумке было моё нижнее белье. Как и предполагала Раон, сумку Феликса нашли и отправили в бюро находок. Оно находилось недалеко от вокзала, где они высадились. Феликс зря переживал. Он забрал сумку и прижал ее к своей груди. — Надеюсь, ее никто не открывал, — говорил Феликс, когда они возвращались в гостиницу. — Если б и открыли, ничего бы страшного не произошло. — Ты права, но мне было бы неловко. — Ты положил в эту сумку что-то кроме белья? — Лучше не спрашивай. Феликс покраснел и теснее прижал к себе сумку. Придя в гостиницу, он спрятал ее в один из шкафов и наказал Раон не прикасаться к сумке. — Да что там такое? — Ничего! Феликс загородил ей путь к шкафу. Раон нырнула под его руку, распахнула шкаф и схватила сумку. Она побежала на балкон и заперла дверь. — Раон! Не смей открывать ее! — кричал Феликс, ударяя кулаками в дверь. Раон было не остановить. Она медленно потянула за молнию, откинула крышку и взорвалась смехом. Сверху лежали трусы с рисунком вишенок на черном фоне. — Ну я же просил не открывать, — протянул Феликс, войдя на балкон: Раон отворила для него дверцу. Феликс потянул сумку за ручку и в одно движение застегнул ее. — Ну как? Понравилось? — с издевкой спрашивал он. — Ага, — отвечала Раон сквозь смех и слезы. — Ты меня удивил! Говоришь, вишню не любишь? Она вскинула брови и снова покатилась со смеху. Феликс налился густым румянцем и вошел в номер, плотно захлопнув за собой дверцу. Раон до самого вечера припоминала ему эти трусы, и не могла насмеяться. Одно упоминание вишни отныне ассоциировалось у нее с трусами Феликса. Вечером они все-таки пошли на пляж. Они спустились по каменной лесенке и оказались прямо у моря. Волны с шелестом накатывали на берег. Раон пробежалась по пляжу. Её ботинки утопали в мягком песке. — Последний раз я видела море лет в пять. Это было так давно, что я уж и не помню, — говорила Раон, сидя на песке. Она обхватила руками ноги и устремила свой взор вдаль, где над волнами, увенчанными гребешками пены, горланили чайки. — Я тоже видел море давно. Целых двенадцать лет назад. И это было на Чеджу. Тогда я не думал, что окажусь здесь снова, — отвечал Феликс. Его голос заглушал шум моря. Над головой висели синеватые облака, подсвеченные изнутри розовым. Солнце уходило за горизонт, бросая золотистые отсветы на пунцовую воду. — Раон, а когда ты влюбилась в меня? — спросил Феликс, не сводя взгляда с чарующего заката. — После моего признания? — Намного раньше, — отвечала Раон. Голос ее был тихий и спокойный, как легкая мелодия ветра. — Когда ты испортил мой торт. — Но я же сотворил такую гадость? — И все же ты мне понравился, — сказала Раон, посмотрев на Феликса. В ее глазах мерцали золотые блики. — Но меня немного отпугивал твой внешний вид. — Чем же? — Ты казался мне слишком идеальным. Они помолчали. — На днях я вспоминала академию. Уже тогда ты привлек мое внимание. Правда, я ненавидела тебя за то, что ты обыграл Енджуна в кулинарном поединке. Помнишь, его торт упал и первое место присудили тебе? — Помню, конечно. Но моей вины в том нет. — Да я и не виню тебя. Просто это так необычно. Я видела тебя всего раз и не могла помыслить, что через каких-то пять лет мы будем вместе любоваться морем. Феликс положил руку на песок и раскрыл ладонь. Раон обхватила ее своими пальцами. Есть такие моменты, когда одним действием можно выразить больше, чем словом. В первый день поездки на Чеджу они ограничились прогулкой на море. На следующий день они собирались сходить в музей плюшевых медведей и забраться на пик Сонсан Ильчхульбон, с которого можно было обозреть весь остров. Феликс ждал вечера. Он понимал, что сегодня единственный день, когда они могут насладиться друг другом. В другие дни они будут заняты прогулками по острову. Перед возвращением в гостиницу они зашли в ресторанчик и поужинали. Открыв дверь номера, Феликс скинул ботинки и куртку и резко прижал Раон к стене. Она даже не успела раздеться. Феликс помог ей с этим. Он расстегнул ее куртку, в нетерпении запустил руки под ее водолазку и провел холодными ладонями по ее животу. — Я хочу тебя, — сказал он и скинул с ее плеч куртку, а затем подхватил Раон на руки. Он усадил ее на кровать и прильнул к ее губам в длительном поцелуе. Ему пришлось на минутку отстраниться, чтобы снять с себя рубашку и брюки. Вынув все пуговки из петель, он повесил рубашку на спинку стула. Как только он снял брюки, Раон засмеялась. Феликс бросил взгляд на свое нижнее белье. На нем не было трусов с вишней, а были обыкновенные, черного цвета, но он догадался, что Раон вспомнила о тех трусах. Феликс чмокнул ее в губы, и Раон сразу перестала смеяться. Она посмотрела в его большие глаза и затаила дыхание. Феликс начал с легких поцелуев в губы: он кротко касался ее губ, вынуждая Раон медленно склоняться на кровать. Он потянул вверх ее водолазку и поцеловал впадинку меж грудей. Раон сладко вздохнула и расслабилась, отдавшись его неторопливым ласкам. Феликс раздел ее до трусов. На дворе был поздний вечер. В комнате стояла густая темень. Раон почти не видела Феликса и оттого острее чувствовала каждое прикосновение на своем теле. Он целовал ее шею и грудь, а бедрами прижимался к ее бедрам все теснее и теснее. Раон инстинктивно обхватила его бедра ногами и застонала, когда Феликс потерся о ее пах. Раон подалась к нему навстречу. Меж ее ног потекла влага. Феликс стянул с себя и с нее трусы и снова прижался к ней, теперь уже оказываясь внутри нее. Ему было так хорошо, что он не сдерживал стоны. Раон переплела руки на его спине. Феликс был нетерпеливее обычного. Он двигался быстро и целовал ее лицо. По его виску скатилась капелька пота. Раон стерла ее кончиком пальца. Феликс плавно вышел из нее и лег на кровать, распластав руки. Он дышал шумно и тяжело. Раон подобралась к нему и поцеловала его в щеку. Феликс чуть повернул голову и накрыл ее губы своими. Пару минут они целовались, не в силах оторваться друг от друга. Потом Феликс потянул ее в ванную. Ванна в гостинице по размерам была больше, чем у него дома. Они наполнили ее водой и вместе окунулись в нее. — Это будет наша традиция, — говорил Феликс, намыливая Раон волосы. На тумбочке он нашел шампунь с ароматом ванили и мяты. Раон жмурила глаза от удовольствия: кожа была чувствительной и, когда Феликс массировал ее, по ней разбегались мурашки. — Ты имеешь в виду принятие ванны? — Ага, — отвечал Феликс с улыбкой. Вода была покрыта облаками пены. Феликс обнял Раон сзади, притянув к себе, и поцеловал в висок. — Моя… только моя, — говорил он ей на ухо, лаская ее грудь пальцами. — Раон, теперь ты помой меня. Раон выдавила на руку немного шампуня и провела ладонями по волосам Феликса. Пока она намыливала ему волосы, он жмурился от жгучей пены. Раон смыла шампунь водой и взяла лицо Феликса в ладони. Она просто любовалась им: его веснушками, его губами, его прямым носом, его глазами. Она взяла мочалку и провела ею по его шее и плечам, замечая россыпь мелких родинок на его светлой коже. Раон нравилось его тело. Но полюбила она Феликса за душу. Феликс был мягким, добрым, отзывчивым человеком, когда надо проявлял скромность. Он был не заносчивым, как она решила в первую встречу с ним, а кротким и заботливым. Он прислушивался к ней, он по-настоящему любил ее. Феликс и после ванны не думал прекращать начатое. Они обтерлись полотенцами, и Феликс взял Раон на руки. Ему нравилось прижиматься к ее телу, чувствуя ее тепло и приглушенное сердцебиение. Раон провела указательным пальцем по его губам, раскрывая их, и резко отдернула палец, когда Феликс шутливо прикусил его. Он не хотел включать свет, потому что так бы разрушил интимную обстановку. Вместо того, чтобы положить Раон на кровать, он прижал ее к стене. Раон обвила его тело ногами, чувствуя новый прилив возбуждения. — Прости, — сказал Феликс, улыбнувшись в поцелуй. — Потом у нас на это не будет времени. Феликс тронул рукой ее промежность, проверяя смазку, и медленно вошел в нее своим членом. Раон застонала громко, напрягла пальцы на его спине и вдруг обмякла. Феликс отнес ее на кровать, уложил на подушки и накрыл одеялом. Сам забрался к ней и обнял ее. — Спокойной ночи, Раон, — прошептал он. Раон уже не слышала его слов. От усталости она крепко заснула.