Вишенка на торте

Приоткрыв глаза и увидев на потолке солнечный свет, Раон зашевелилась в кровати, отодвигая со своего живота руки Феликса. Феликс тут же проснулся и захныкал, как это делал по обыкновению, когда ему не давали поспать. Он не дал Раон подняться, обняв ее за талию и прижав к матрасу. — Раон, давай никуда не пойдем, — пробурчал он ей в шею. — Будем просто лежать весь день в кровати. — Мы приехали сюда, чтобы насладиться прекрасными видами и достопримечательностями. Потом у нас не будет такой возможности. Тем более в поездку, которую мы выиграли в конкурсе, входят три экскурсии. И первая уже завтра. Феликс коснулся губами ее шеи. — Полежим еще немного? — спросил он. — А…га… — Раон с шумом втянула воздух, почувствовав его руку у себя между ног. Феликс ласкал ее пальцами, пока не появилась влага. Раон стонала, зажимая его ладонь бедрами и слегка двигая ими вверх-вниз. — Феликс… Что ты… делаешь? — хватая ртом воздух, протянула Раон и посмотрела вниз. Феликс откинул одеяло, раздвинул ее ноги и поцеловал во внутреннюю часть бедра. — Делаю тебе приятно, — ответил он, сощурив глаза. — А еще я снова возбудился. Займемся сексом? Феликс навис над нею. — Я не против быть сверху, но может ты хочешь? — он сверкнул белозубой улыбкой. — Раон, решай быстрее, — говорил он, целуя ее лицо и тем самым не давая сказать и слова. Только Раон хотела открыть рот, как Феликс впился в ее губы поцелуем. Она обвила руками его шею. Феликс отодвинулся на пару сантиметров и заглянул в ее улыбающиеся глаза. — Я решила, — сказала она. — Ложись. Теперь я буду делать тебе приятно. Феликс лег на кровать и взял Раон за руку. Он нежно погладил ее запястье и предплечье, придвинул к себе ее ладонь и поцеловал пальцы. Раон не могла оторвать взгляда от его лица. Его глаза светились влажным блеском, а губы улыбались той трепетной улыбкой, от которой у Раон замирало сердце. Она давно не целовала его сама. Обычно Феликс брал на себя инициативу, накануне так и было. Раон положила руку на его подтянутый живот и провела ладонью вниз, к его паху, обхватила пальцами член и слегка сжала его. Феликс поморщился от внезапной ласки. — Такая красивая, — сказал он, поглаживая ее плечо и волосы, переливающиеся серебром в свете солнца. Раон не торопясь склонилась и ввела в себя член. Феликс порывисто выдохнул и закрыл глаза, когда Раон двинулась бедрами вперед, а потом мучительно медленно назад. Она поглаживала ладонями его грудь и наклонялась, чтобы поцеловать в губы, когда Феликс этого хотел. — Позволь мне, — сказала она прежде, чем Феликс ее поцеловал. — Сегодня я буду целовать тебя. — Раон, сколько мне раз сказать, какая ты замечательная? Они кончили, а потом лежали и разговаривали. Феликс приподнялся к спинке кровати. Раон сделала так же, чтобы положить голову ему на плечо. Феликс подал ей одеяло. Раон прикрыла им голое тело. — Раон, Чанбин недавно сообщил мне, что съезжает, — сказал Феликс. — Хочешь жить со мной? Стоило Феликсу произнести этот вопрос, как по его щекам пробежали мурашки. — Хочу. Только мне надо обговорить это с родителями. — Отлично! Я помогу тебе с переездом. Феликс обнял ее за плечо. — А еще давай откроем свое собственное кафе. Я не обижусь, если ты хочешь и дальше работать с Енджуном… Но мне будет без тебя одиноко. — Значит все-таки обидишься, — проговорила Раон улыбаясь. — Самую малость, — отвечал Феликс. — Раон, вместе мы можем создать кафе, которое нравилось бы нам обоим, и составить интересное меню, в котором, конечно же, будут десерты с вишней. — А как же без них? — сказала Раон и тихо засмеялась. — Можем сделать меню и без вишни. Я не так уж на ней помешана, просто хотела позлить тебя, когда ты пришел в кафе. — Дааа… Ты меня тогда удивила! «А у меня аллергия на вас!» — вспомнил Феликс и прыснул со смеху. — Никогда не забуду нашу первую встречу. Раон, ты самая лучшая. — А ты ворчун. — Буду стараться ворчать поменьше. — Не надо. Ведь ты такой милый, когда хмуришь брови и поджимаешь губы. Раон взглянула на время. — Нам пора собираться. Пик Сонсан Ильчхульбон можно было увидеть почти на каждой фотографии, где был изображен остров Чеджу. С одной стороны пика открывался вид на бескрайний океан, а с другой — на сам остров. В середине пика было углубление в форме чаши, — некогда это был вулкан. Раон и Феликс долго взбирались по каменной лестнице, чтобы попасть наверх. Раон подошла к деревянным перилам и взглянула на чашу потухшего вулкана. Внутри стояли невысокие деревья, припорошенные снегом. Феликс обратил свой взор в сторону моря. Картина колеблющихся волн тревожила его душу. Ветер усилился и погнал по небу свинцовые тучи. Из огромного темно-серого облака повалил снег. Полюбоваться островом им не удалось. Взяв напрокат машину, они поехали в музей плюшевых медведей. Раон музей очень понравился. Она улыбалась, пока ходила из зала в зал и смотрела на пушистых мишек. В музее были медведи в национальных костюмах Кореи и других стран. Мишки пили чай или сидели в библиотеке за большим деревянным столом и читали свитки. Раон нашла мишек в костюмах молодоженов, стоящих под цветочной аркой, и панд, спрятавшихся под бамбуковыми листьями: крупная медведица держала медвежонка, который стискивал в лапах бамбуковую тростинку, а другой медвежонок развалился у ног мамы и лениво жевал листья. Перед уходом из музея Феликс купил Раон сувениры — брелок с Паддингтоном и плюшевую коалу. Раон прижала медвежат к своей груди и в порыве радости поднялась на носочки и поцеловала Феликса в щеку. Феликс смущенно отвел взгляд. Ему хотелось, чтобы их счастье длилось долго-долго и ничего не мешало ему. К вечеру они проголодались и решили зайти в ресторанчик на берегу моря. В помещении горел приглушенный свет и пахло жареным мясом и пряностями. Феликс попросил говядины. Он обжарил ее на гриле. Раон заворачивала кусочки говядины в листья салата и с превеликим удовольствием ела. Услышав пронзительный визг, Феликс дернул рукой. Щипцы для жарки мяса полетели на пол, со звоном отскочив от него. — Феликс, не надо, — проговорила Раон, хватая его за руку. — Сами разберутся… Сзади них за столиком сидели четверо: два коренастых парня и две девушки вызывающего вида. Парень так хлестал девушку по лицу, что у той заалели щеки и из носа брызнула кровь. Феликс не стал терпеть издевательства. Он поднялся и шагнул к столику. Парень хотел было ударить девушку снова, но Феликс остановил его руку. — А ты кто? — прогнусавил он, шатаясь из стороны в сторону. Из его рта пахло перегаром, а глаза то и дело закатывались. Он попытался отпихнуть Феликса, но Феликс и не думал двигаться с места. — Попроси у нее прощения, — приказал Феликс. Верзила ударил Феликса кулаком в живот. Раон вскочила с места. — Феликс, ты как? — Все хорошо, — сказал он, скорчив гримасу. — Пойдем отсюда, — попросила Раон, взглядывая на парней. Она подхватила Феликса под руку и повела его к выходу. — Куда? — крикнули им вдогонку. Феликс толкнул Раон к двери, а сам выпрямился и принял еще один удар, теперь уже в грудь. — Феликс! — закричала Раон. Она увидела в руках парня нож. Она вцепилась в кофту Феликса мертвой хваткой и потащила его к двери. Феликс перехватил ее ладонь, и вместе они побежали прочь из этого места. Но убежать далеко не получилось. Парни нагнали их. Хоть они и были пьяными, на ногах держались крепко. Один схватил Феликса под мышки и оттащил к стене. Раон посторонилась. Коленки дрожали. На долю секунды она потерялась. Она не понимала, что происходит и что этим людям от них надо. Раон взвизгнула, когда ее схватили за волосы. Она дернулась вперед, вырываясь из стальной хватки, и кинулась на помощь Феликсу, заслоняя его своим телом. Феликс кричал ее имя. Раон захлопнула глаза, почувствовав острую боль, резанувшую по пальцам. Из ее глаз брызнули слезы. Раон нашла взглядом Феликса и ужаснулась. Он лежал без сознания, из груди торчал нож. Те люди ушли. Раон опустилась на четвереньки и пошатываясь подобралась к Феликсу. Сердце бухало во всем теле. Раон провела окровавленными пальцами по щеке Феликса и заплакала навзрыд. Нож был воткнут не в грудь, а в его плечо. — Помогите, — сказала Раон сиплым голосом. — По…мо…гите. Ее услышал случайный прохожий. Он и вызвал скорую. В больнице Раон перевязали руки. Ее не сильно заботило собственное состояние. Она думала о Феликсе. — Он пришел в себя? — спросила она у доктора, комкая его халат. Доктор кивнул. Раон сидела на больничной койке и смотрела в окно. День догорал. «А ведь утро было таким прекрасным…» — думала она. Сизые облака летели по небу, открывая вид на синеву и звезды. Чтобы отвлечь себя от тягостных дум, Раон решила помыть волосы, которые случайно запачкала кровью. — Привет, — раздалось позади. Раон обернулась и бросилась Феликсу на шею. — Ой-ой! Раон, поосторожнее, — проговорил Феликс, морщась от боли. Раон отстранилась. Его плечо было перевязано. — Я так испугался, что потерял сознание, — сказал Феликс. — Я трус. Не смог защитить тебя. А ты самоотверженно кинулась мне на помощь. — Не говори так. Раон потупила взор. — Феликс, помоги мне помыть волосы. Хотя… не стоит. У тебя рука болит. — Болит. Но я могу тебе помочь, — отвечал Феликс. — Идем. В ванной он включил душ и намочил Раон волосы. Уже который раз он это делал, и ему нравилось. Было в этом незатейливом действии что-то успокаивающее. Феликс массирующими движениями втирал в волосы Раон шампунь, а потом смывал его. С ее волос стекали струйки красноватой пены. — Натерпелись мы сегодня, — произнес Феликс, когда они вышли из ванной. Он бережно вытирал её волосы, легонько сжимая полотенцем самые кончики. Раон сидела, понурив голову. Она смотрела на свои руки. По пальцам проходили мелкие царапины; начиная от запястья и кончая локтями, руки были перевязаны медицинскими бинтами. Раон не могла согнуть пальцы: стоило ей это сделать, как царапины расходились и начинали кровоточить. После вчерашнего она стала такой беспомощной. Феликс сел перед ней на пол и осторожно взял её руки в свои. Раон вспомнила, как он недавно утешал её перед встречей с её родителями. Раон тогда и правда переживала. А что она чувствовала сейчас? Она попыталась сжать его пальцы, но колючая боль пробежала по рукам. Раон стиснула зубы и заплакала. Крупные слезы падали на руки Феликса. Он отвёл взгляд в сторону и закусил губу. Говорить ей «все пройдёт», «не волнуйся, мы переживём это» он не стал. Было и так понятно, что он любил её всем сердцем и что он готов ради неё на все. Он обнял ее ноги и положил голову на ее колени. Раон плакала, стирая слезинки исцарапанными ладонями. Вдруг плач стих. Феликс держал глаза закрытыми, когда Раон невесомо коснулась его волос и отодвинула пряди с его лба и щеки. — Феликс, — тихо сказала она. Голос ее дрожал. — Спасибо, что спас меня. Феликс теснее обнял её ноги. Раон поцеловала его в висок, надолго прильнув губами к его коже.