Эти голубые глаза... сводят меня с ума..

Суббота. 12:33. Я больше так не мог. Я сидел на краю кровати, обхватив голову руками, и чувствовал, как внутри всё буквально разрывается. Сердце колотилось так сильно, что казалось, ещё чуть-чуть — и оно выскочит из груди. Дыхание сбивалось, ладони вспотели. Каждый раз, когда я закрывал глаза, передо мной вставало его лицо: робкая улыбка, голубые глаза, слегка растрёпанные волосы и этот вечный шарф, который он так любил прятать под ним свою тонкую шею. Зонтик. Я был одержим им. Полностью. Без остатка. Когда я видел его в коридоре или на кухне — даже мельком — моё сердце начинало биться быстрее, дыхание перехватывало, а в животе порхали настоящие бабочки. Я хотел подойти, обнять его со спины, прижать к себе крепко-крепко и прошептать: «Ты в безопасности. Я теперь всегда буду рядом». Хотел быть его защитой, его каменной стеной, его человеком, к которому он сможет прийти в любой момент — когда страшно, когда грустно, когда просто нужно тепло. Я хотел быть с ним. Держать за руку. Целовать эти пухлые губы. Защищать от всего мира… и от своих же прежних выходок. Господи, как же сильно я его люблю. Ревность жгла изнутри, когда я видел, как к нему подходит Куромаку с очередной чашкой чая или как Феликс обнимает его за плечи, говоря что-то доброе и светлое. «Да что он в них нашёл? — думал я сквозь зубы. — Они просто… просто клоны. А я… я готов ради него на всё». Я встал и нервно прошёлся по комнате. Руки дрожали. «Надо признаться. Я больше не могу это терпеть. Если он скажет „нет“ — я хотя бы перестану сходить с ума. А если… вдруг „да“…» Я даже не хотел додумывать эту мысль. Было слишком страшно и слишком сладко одновременно. Внизу, в зале, собрались все клоны. Удивительно, но я тоже там был — сидел на диване рядом с Пиком и делал вид, что смотрю телевизор. На самом деле я просто ждал момента, когда можно будет незаметно уйти. Вдруг Феликс хлопнул в ладоши и весело объявил: — Ребята! А давайте все вместе сходим погулять? Дома скучно, делать нечего, а на улице такая классная погода! Развеемся, подышим свежим воздухом! Почти все сразу согласились. Даже Пик, буркнув что-то вроде «ладно, только недолго», кивнул. Я уже открыл рот, чтобы отказаться, но Зонт опередил меня. — Я, пожалуй, тоже не пойду… — тихо сказал он, опустив глаза. — Настроения нет. В этот момент внутри меня что-то щёлкнуло. «Это шанс. Настоящий шанс. Мы останемся дома вдвоём». Все клоны быстро собрались и ушли, громко обсуждая, куда именно пойти. Дверь захлопнулась, и в доме наступила непривычная тишина. Только мы вдвоём. Зонт почти сразу ушёл к себе в комнату. Я тоже поднялся наверх, но через какое-то время мне стало невыносимо скучно. Сердце стучало где-то в горле. Я встал, подошёл к его двери и тихо постучал. — Это я, Вару… Откроешь? Дверь приоткрылась. Зонт выглянул с лёгким удивлением в голубых глазах. — Ты чего-то хотел? — Скучно, — я постарался улыбнуться как можно мягче. — Давай во что-нибудь поиграем? Он немного помедлил, потом кивнул: — Ладно… проходи. Я вошёл в его комнату и невольно улыбнулся. Здесь всё было в нежно-голубых тонах: стены, плед на кровати, ковёр с облаками, шкаф, даже маленькие детали декора. Уютно. Спокойно. Как будто сам Зонтик оставил здесь частичку себя. — У тебя здесь уютненько, — сказал я искренне, садясь на край кровати. Зонт удивлённо моргнул — такое поведение от меня он видел впервые. Я улыбнулся ещё шире и предложил: — Давай в «правду или действие»? — А… ну… давай, — робко ответил он и сел напротив. — Ты первый. — Правда или действие? — Правда. Зонт призадумался, слегка покусывая губу. Потом тихо спросил, глядя мне прямо в глаза: — Ты что-то чувствуешь ко мне? Я замер. Вопрос ударил прямо в солнечное сплетение. Но врать я больше не хотел. — Да, — ответил я уверенно, не отводя взгляда. — Чувствую. На щеках Зонта появился лёгкий румянец. Он опустил глаза, но я заметил, как уголки его губ слегка дрогнули. — Теперь моя очередь, — сказал я с лёгкой ухмылкой. — Правда или действие? — П-правда… Я почесал затылок, пытаясь придумать вопрос. Потом улыбнулся шире: — Ты в кого-нибудь влюблён? — Ч-что?! — Зонт густо покраснел и отвёл взгляд. — Д-да… Но в кого — не скажу. Я мысленно выдохнул. «Надеюсь… очень надеюсь, что это я». Мы играли ещё около часа. Разговор постепенно становился легче, теплее. Мы смеялись над глупыми вопросами, рассказывали мелкие секреты, и впервые за долгое время мне было по-настоящему хорошо рядом с ним. Когда игра начала надоедать, Зонт решил встать — у него затекла нога. Он резко поднялся… и у него потемнело в глазах. Зонт покачнулся и упал прямо на меня, оказавшись у меня на коленях. На секунду мы оба замерли. Я почувствовал тепло его тела, лёгкий запах голубики от волос. Руки сами собой обхватили его талию, не давая встать. — Ну вот ты и попался, зайчонок… — тихо проговорил я. Зонт не успел ничего сказать. Я нежно, но уверенно опрокинул его на кровать и навис сверху. — Ч-что ты делаешь?! — покраснев до кончиков ушей, прошептал он. Вместо ответа я наклонился и впился в его губы. Поцелуй получился долгим, горячим и немного неумелым — первый настоящий. Зонт сначала замер, стесняясь, но потом ответил — робко, но искренне. Наши губы двигались в такт, дыхание смешалось. Мои руки скользнули под его кофту, поглаживая хрупкое, тёплое тело. Зонт тихо вздрогнул от удовольствия. Мы отстранились только когда воздуха совсем не осталось. Оба тяжело дышали, глаза блестели. Вечером того же дня, 18:47 Все клоны занимались своими делами. Пик уехал на байке, Феликс готовил ужин, Куромаку работал. Зонт сидел в зале и смотрел телевизор, но явно витал где-то далеко — переживал случившееся. А я в своей комнате снова рисовал… и улыбался. Потому что теперь я точно знал: мои чувства взаимны.