Эти голубые глаза... сводят меня с ума..

Прошел месяц с того дня, когда я впервые поцеловал его. С того дня, когда всё изменилось навсегда. Мы жили теперь в своём собственном маленьком мире. Тёплые дни и очень жаркие ночи. Днём мы вели себя почти как раньше — старались не палиться перед клонами, перекидывались редкими взглядами, иногда случайно касались руками на кухне. А ночью… ночью дом становился нашим. Все клоны снова ушли гулять — на этот раз на целых несколько часов. Мы остались вдвоём в зале. Зонт лежал на диване, а я устроился рядом и не мог перестать целовать его пальцы, ладони, запястья. — Хаха, Вару, прекрати… щекотно! — смеялся он, пытаясь отобрать руку. — Я хочу целовать твои ручки вечно, — пробормотал я, продолжая осыпать их поцелуями. — Ты такой красивый, зайка… Я люблю тебя. Зонт покраснел и тихо ответил: — Ты тоже красивый… очень. Я чмокнул его в губы — коротко, но нежно. А потом в голову пришла идея, от которой у меня самого мурашки побежали по спине. — Зонтик… а пойдём ко мне в комнату? Он кивнул, не раздумывая: — Ладно. Как только дверь моей комнаты закрылась, я прижал его к стене. Сердце колотилось как бешеное. — Хочу тебя, безумно, — начал я, глядя ему прямо в глаза. — Ты не против? Зонт на секунду растерялся, потом улыбнулся и чмокнул меня в губы. — Нет, не против. Я резко толкнул его на кровать и навис сверху. В моих зеленых глазах появилось что-то новое — уверенность, почти хищное выражение. Заткнул его поцелуем — жадным, глубоким. Его руки уже лезли под мой свитер, гладя кожу. Дальше всё закружилось. Я засунул два пальца ему в рот, приказав сосать. Он послушно выполнял, хотя никогда раньше не был в такой роли. Потом я развернул его животом вниз, стянул штаны и аккуратно, но уверенно вошёл пальцами внутрь. Он стонал, вцепившись в простынь. Когда я достаточно его растянул, я разделся полностью, сел и начал медленно насаживать его на себя. Он двигал бёдрами, громко постанывая. Мой размер больше среднего оказался для него более чем достаточным — казалось, каждый толчок заставлял его видеть звёзды. Мы меняли позы: он скакал на мне, потом я поставил его раком и вошёл резко, глубоко. Он кончил первым — сильно, на простынь, с громким стоном. Я излился в него спустя несколько секунд. Мы оба тяжело дышали. Я предложил сменить простынь и просто полежать. Мы легли обнявшись, голые и довольные. — Мне так понравилось… надо будет как-нибудь повторить, — улыбнулся я. — Ага… — Зонт обнял меня крепче. — Да… — я прижался к нему лицом. — Я люблю тебя, котёнок. — И я тебя, зеленочка… Мы ещё долго лежали, разговаривали обо всём и ни о чём, потом оделись и спустились в зал, как будто ничего не произошло. Когда вернулись клоны — никто ничего не заподозрил. 12:23, несколько дней спустя Мне было очень скучно. Рисовать не хотелось — вдохновения ноль. Валяться целый день тоже уже надоело. Убираться — лень. И тогда в голову пришла отличная идея. Я решил пригласить Зонта на аттракционы. Тихонько, пока клоны не видят. Подкрался к его комнате, приоткрыл дверь и увидел, как он рисует… меня. Рисунок был невероятно красивым: мягкие линии, тёплые цвета, даже мои спиральки в глазах проработаны до мелочей. — Красиво рисуешь, тряпочка, — тихо сказал я, подходя ближе. — ААААА! — Зонт подпрыгнул от испуга. — Тсс, не кричи, услышат же. — Г-господи, ты зачем так подкрался?! — Не знаю. Пойдём на аттракционы? Он немного покраснел, но кивнул: — Х-хорошо… только уберу всё. Пока он убирал карандаши и прятал рисунок, я стоял и смотрел. Потом он начал переодеваться прямо при мне. Я почувствовал, как из носа потекла кровь. — Вару… у тебя кровь! — А? Что? — я быстро вытер нос рукой. — Всё, переодевайся. Я тоже пошёл. Мы вышли из дома незаметно и направились в парк. Шли за руку, разговаривали обо всём подряд. Мы дошли до парка, купили карты на аттракционы и сначала пошли на колесо обозрения. Зонт боялся высоты — сильно сжимал мою руку, а на самом верху прижался ко мне всем телом. — Эй, ты чего? Высоты боишься? — Д-да… мне страшно… — Эх ты, бояка, — я крепче обнял его. — Смотри, как красиво… Потом были американские горки. Зонт кричал от страха, но в итоге начал смеяться. Я гордился им. После аттракционов мы зашли в пиццерию, наелись маргариты, картошки и наггетсов, а потом я повёл его на крышу 16-этажного дома. Закрыл ему глаза руками, подвёл к краю, посадил к себе на колени и убрал ладони. Перед нами открылся потрясающий красно-розовый закат. — Это так красиво… — прошептал Зонт. — Я знал, что тебе понравится. Он облокотился на меня, как на кресло, и тихо сказал: — Это самый лучший день в моей жизни. Спасибо, Вару… Я поцеловал его в шею и крепче прижал к себе. Вечер. Два парня на крыше высокого дома обнимаются и смотрят на закат. Атмосферно до мурашек. Любовь — это когда бабочки в животе не заканчиваются. Когда ты готов защищать своего человека от всего мира. Когда вы разные по характеру, но вам всё равно. Когда вы вместе проходите и трудности, и счастливые моменты… и даже спите иногда в одной постели, не боясь, что скажут клоны. Наши чувства росли с каждым днём. Мы любили друг друга несмотря ни на что. Но уже скоро всё должно было измениться.