Эти голубые глаза... сводят меня с ума..

— Вставать будем? Или ещё понежимся? — спросил я наконец, когда уже совсем захотелось есть. — Ещё чуть-чуть… — прошептал Зонт и крепче прижался. — С тобой так тепло и спокойно… не хочется никуда уходить. Я не стал спорить. Мы пролежали ещё немного, наслаждаясь тишиной и близостью. В какой-то момент я даже задремал снова под его ровное дыхание и мягкие прикосновения. Когда я открыл глаза, Зонт уже смотрел на меня с нежной улыбкой. — Просыпайся, соня… Уже много времени. Надо вставать, а то опять весь день проспим. Я потянулся, хрустнув косточками, и сел. — Блять… я че опять заснул? Пипец… — Хихи, ты был такой милый… как маленький котёнок, который свернулся клубочком, — Зонт покраснел и отвёл взгляд. — Мя-я-яу, — я наигранно мурлыкнул и потянулся к нему, чтобы пощекотать. Он засмеялся и попытался увернуться. Мы наконец встали. Зонт решил приготовить завтрак, а я обнял его сзади на кухне, целуя в шею и шепча всякие глупости, от которых он краснел и тихо смеялся. — Без меня кашеваришь? Вкусно пахнет… — Я подумал, почему бы и нет… Ты же любишь блины больше всего. — Обожаю. Спасибо, зайка. Ты лучший. Мы позавтракали вместе за большим столом. Зонт выглядел по-настоящему счастливым: улыбался, иногда касался моей руки под столом. После еды он помыл посуду, а я вытер стол. Всё было мирно и уютно. Но потом случилась мелкая, глупая ссора. Зонт решил пойти к себе рисовать — у него было вдохновение после вчерашней грозы. Я хотел пойти с ним, просто посидеть рядом, но он мягко отказал: — Вару… я хочу побыть один немного. Рисунок важный, мне нужно сосредоточиться. Ты не обидишься? Я пожал плечами, но внутри что-то неприятно кольнуло. — Ладно. Как хочешь. Он улыбнулся и ушёл к себе. Я вернулся в свою комнату, но настроение уже было испорчено. «Один… сосредоточиться… как будто я ему мешаю». Чем больше я об этом думал, тем сильнее раздражался. Вчера я всю ночь успокаивал его, обнимал, когда он боялся, а сегодня ему «нужно побыть одному». Через час мне стало совсем невыносимо сидеть в четырёх стенах. Телефон надоел, музыка не спасала, рисовать не хотелось. Я встал, быстро переоделся в худи и штаны, надел кеды и вышел из дома, даже не сказав Зонту. Просто прогуляться. Проветрить голову. По осенней аллее с красно-оранжевыми деревьями. Воздух был свежий после дождя, листья шуршали под ногами. Я шёл и думал: «Может, я слишком сильно к нему привязался? Может, он уже жалеет, что мы вместе? Вчера боялся грозы и звал меня, а сегодня ему “нужно побыть одному”…» Раздражение росло. Я специально не стал возвращаться быстро. Пусть посидит, подумает. Пусть почувствует, как это — когда меня нет рядом. А Зонт в это время, закончив рисунок, спустился на кухню готовить ужин. Проходя мимо моей комнаты, он заглянул — меня не было. Лёгкое беспокойство кольнуло его в грудь. «Куда он ушёл?.. После вчерашнего… может, обиделся?» Он немного постоял у моей двери, потом вздохнул и пошёл на кухню. Пока вода для брокколи закипала, он несколько раз выглядывал в окно, надеясь увидеть меня возвращающимся. Но меня всё не было. Зонт тихо вздохнул и продолжил готовить. Внутри у него уже росло неприятное чувство вины. «Может, зря я сказал, что хочу побыть один… Он же вчера столько со мной возился…» Дом был тихим. Никто из клонов пока не подозревал, что между нами пробежала маленькая, но очень своевременная трещина. А Вару в это время всё дальше уходил по аллее, не зная, что это его последняя спокойная прогулка.