Не проходите мимо!

Со смехом кружимся на карусели детства, Едим мороженое вкуснейшее, шагая рядом. Поцелуи рассыпаны, снова с тобою вместе. Мы души друг друга отогреваем взглядами.

      Чонгук ещё издалека увидел ажурные ворота с башенками сказочного замка по бокам, а когда до входа оставалось метров пятьдесят, то приятно удивился. Взгляд поднялся выше и невольно задержался на новой арке, где красовались кованые птицы. На удивление, они не казались кусками бездушного металла. Их изящные, широко расправленные на взмахе крылья были полны лёгкости и движения, словно готовились вот-вот поднять в воздух.       — Знакомый парк, но вот этих птиц тут раньше не было, — указал на арку Чонгук. — Очень красиво получилось.       — Ты здесь уже бывал? — быстро перевёл на него взгляд Тэхён.       — Да. Школьные экскурсии, несколько семейных вылазок и даже свидание, — Чонгук замялся, неловко усмехаясь, и вдруг зачем-то уточнил. — С одной девушкой.       Тэхён притворно удивился.       — Всего с одной? А что так мало? Я думал, за таким красавчиком табунами бегали, — заметив после этих слов промелькнувшее в глазах лёгкое замешательство, толкнулся плечом. — Расслабься, Док. В нашем возрасте нормально иметь за плечами какие-то увлечения и даже отношения, но все они уже остались в прошлом. Важно только здесь и сейчас. И я своего шанса не упущу.       Схватив довольно улыбающегося Чонгука за запястье, Тэхён потянул за собой, категорично заявляя:       — В этот раз свидание будет со мной.       — Только сегодня? — игриво приподнял брови Чонгук, хотя ответ уже знал, поймав искрящийся взгляд.       — Сколько захотим, столько свиданий и будет.       Оказавшись на территории отдыхательно-развлекательного парка, они с первых минут окунулись в совершенно особенную атмосферу. Она напоминала счастливое детство, полное радости и смеха, пока ещё не омрачённое никакими проблемами. Когда всё вокруг кажется большим и невероятно интересным, порой даже волшебным, как Рождество и Новый год, с предвкушением чуда и самых желанных подарков.       Парк был щедро украшен фигурно подстриженными зелёными растениями и яркой россыпью цветов на многочисленных клумбах, садовых арках и в низких вазонах. Всё вокруг пестрело аттракционами, небольшими магазинчиками с сувенирами, повсюду бродили толпы желающих сполна насладиться выходными днями.       Этот огромный фантастический организм жил собственной жизнью: целый день шумел механизмами; собирал коллекции голосов, колокольчики смеха и сирены детского плача; рисовал улыбки на лицах, а по ночам устало вздыхал тихим ветром.       Он давно привык с распростёртыми объятиями встречать и всячески ублажать своих разновозрастных посетителей. Некоторые приходили сюда подзарядиться хорошим настроением, кто-то желал получить бодрящую дозу адреналина на экстремальных аттракционах.       Было много и тех, кто, наоборот, не торопясь прогуливался по узким дорожкам среди раскидистых деревьев в самой глубине парка. В тихом уединении, куда почти не долетали шум ни весёлые крики-визги детей, ни хохот гуляющей молодёжи и отдыхающих под свои бурные воспоминания взрослых.       Здесь каждый находил для себя именно то, за чем и приходил.       Парк стал настоящим спасительным оазисом для уставших от бетона, стекла и асфальта местных жителей и культурно отдыхающих гостей столицы. После утомительных променадов с круговертью аттракционов гуляющие непременно заходили в многочисленные ресторанчики и кафе, разбросанные тут и там по всей территории.       Взглянув на Тэхёна, Чонгук с энтузиазмом потёр ладони, лихо подмигнув.       — Та-а-к… Пора нам с тобой забыть о возрасте и предаться удовольствиям по полной программе! С чего начнём? — поинтересовался он, озираясь и уже мысленно прокладывая маршрут.       — А с чего бы ты сам хотел? — вместо ответа последовал вопрос, а за ним без долгих раздумий прозвучало смелое заявление Тэхёна. — Ради тебя сегодня я готов на всё.       Сунув руки в карманы, Чонгук кивнул.       — Тогда первыми, пока наши с тобой желудки ещё пустые, будут «Американские горки», иначе потом мы на них прокатиться не сможем.       — Горки так горки, — Тэхён безропотно согласился, но Чонгуку показалось, что в голосе не было радости, а следующие слова это подтвердили. — Правда, катался я на них лет десять назад и без особого удовольствия. Меня укачало и последствия, сам понимаешь, были не самые приятные, — из груди вырвался тихий вздох. — Подвёл мой слабый вестибулярный аппарат: высоту с качкой не люблю, хотя аэрофобией не страдаю.       В глазах Тэхёна не было паники, только лёгкое беспокойство. Стало понятно, что он опасался испортить первое свидание, поэтому предупредил заранее, но и отказываться тоже не стал, — клин клином вышибают.       Чонгук наклонился поближе, чтобы сказать ему тихое:       — Значит, буду держать тебя за руку. Ничего не бойся, когда я рядом.       — Идём уже, мой рыцарь в белом халате, — усмехнулся Тэхён, посылая губами едва заметный поцелуй.       Вскоре они увидели хвост довольно приличной очереди, что цветной лентой тянулась к устрашающе-весёлому аттракциону, и переглянулись.       — Надо же, сколько желающих пощекотать нервишки. Стоять придётся минут сорок, не меньше. Жалко впустую тратить время. Наверное, не судьба попасть туда сегодня, — Тэхён уже поглядывал в сторону автодрома. — Может, лучше пойдём порулим?       — Мы никуда не торопимся. Неужели тебе не хочется прокатиться вместе со мной?— продолжал уговаривать Чонгук, лукаво щуря глаза. — Что, сдрейфил всё-таки? Нужно просто зажмуриться и орать изо всех сил, тут все так делают, независимо от возраста. Хочешь, я тебе потом мороженое куплю?       — Да мороженое мы и так обязательно поедим. Я его с детства обожаю, регулярно себя балую, а дома всегда имеется стратегический запас вкуснятины. Так что этим меня не купишь, придумай что-нибудь другое, — отмахнулся Тэхён. — Вот видишь, сколько секретов я тебе уже выдал за день. Ладно, прокатимся на горках. Мужик я, в конце концов, или кто? — выпрямив спину, он решительно двинулся к очереди.       — В этом я точно не сомневаюсь, — хмыкнул Чонгук, догоняя, и снова наклонился ближе, чтобы прошептать прямо в ухо. — Потому что вчера успел и рассмотреть всё в подробностях, и в руках кое-что подержал. Мне всё очень даже понравилось.       Ему удалось пощекотать воображение обоих лёгкой пошлинкой и теперь с довольным лицом наблюдал, как Тэхён усмехнулся, а его щёки порозовели. В ту же секунду Чонгук ойкнул, получив увесистый шлепок по руке.       Правда, Тэхёну хотелось бы от души влепить по его крепкой заднице, но множество глаз вокруг быстро погасили это желание и внесли коррективы в выбор цели удара.       Ну ничего, дома он ему покажет! Нет, стоп, не так выразился. Ничего он показывать не будет. Наверное.       Вот дома он этому озабоченному доктору даст!       Белый халат на голом теле… Чонгук одну за другой не спеша расстёгивает пуговицы и очень медленно, сантиметр за сантиметром, его приоткрывает. А в какой позе ему лучше дать?       Что?!       Да что такое, блин, опять не о том подумал. И слово должно было быть другое — не «даст», а «задаст»!       Куда-то совсем не туда свернули взбудораженные мысли. И чем только его голова сейчас занята?       — Тебе нехорошо, Тэхён? Ты как-то тяжело дышишь, — Чонгук обеспокоенно смотрел на пыхтевшего Кима, его пылающие щёки и странно заблестевшие глаза.       — Всё нормально, я просто… задумался, — взглянул на него Тэхён, а потом прыснул в кулак, слегка ущипнув за бок.       — Судя по лицу, думал о чём-то приятном, — закивал Чонгук.       — Очень, — прошипел Тэхён, довольно болезненно похлопывая себя по бёдрам, пытаясь унять так некстати накатывающее возбуждение.       Всего парочка правильно выбранных слов вот так легко способна «поднакачать» молодое тело даже посреди шумного моря людей.

***

      Вопреки ожиданиям, вереница желающих попасть на «Горки» двигалась довольно быстро. Причина оказалась банальной: стоило только прозвучать первым крикам и визгам тех смельчаков, кто решил «прокатиться с ветерком» в бешено несущемся поезде, как очередь ожидающих сразу уменьшалась на несколько человек.       Не каждый выдержит такой экстрим. Вагончики то неслись с огромной высоты вниз, создавая ощущение свободного падения, отчего сердце подскакивало к горлу; то совершали «мертвые петли», а после заваливались на крутых виражах, дезориентируя в пространстве; то снова резко поднимались вверх, на мгновение перекрывая дыхание.       Тэхён, даже просто наблюдая за летящим мини-поездом, почувствовал, как внутри медленно поднимается мутная волна. Нужно было срочно переключить внимание, отвлечь себя разговором о чём угодно.       — Гук, а ты знаешь, что есть другое, очень неожиданное для многих название этого аттракциона? — поинтересовался он, разворачиваясь спиной к железной конструкции.       — Какие-нибудь «Гималайские горки»? — Чонгук решил прикинуться незнайкой, незатейливо пошутив. На самом деле он ещё в подростковом возрасте узнал историю создания адреналинового развлечения.       Тэхён видел простодушного Чонгука насквозь, но тоже решил подыграть.       — Не угадал. Несмотря на то, что это изобретение действительно было запатентовано в Америке, его прародителем стали… — выдержав многозначительную паузу, продолжил, — русские ледяные горки, с которых катались на санях. Впервые их построили в далёкие времена ещё при царе Петре I. Одна из таких горок была высотой аж целых 25 метров. Представляешь, каково было в те времена сотворить такую махину изо льда? Вот именно эта система и легла потом в основу «Американских горок», но только ледяные спуски они заменили на рельсы, лёд — на дерево, а потом на металл, вместо саней стали использовать специальные крепкие, более безопасные вагончики. Да и высота самих горок со временем, конечно, поменялась из-за того, что технологии и материалы с годами становились только лучше. Теперь высота горок уже стала достигать 135 метров и даже выше, если я не ошибаюсь. И, кстати, в США до сих пор этот аттракцион так и называют «Русские горки». Ну, как тебе такая метаморфоза?       — Офигеть! — Чонгук театрально округлил глаза, изображая наивное изумление.       Впечатлился услышанным не только он, как выяснилось. Тэхён заметил, что уже давно разговоры вокруг почти стихли: многие посетители из очереди, кто стоял поближе, по-настоящему заинтересовались историей.       — Да, с изобретениями такое случается. У одних людей появляются гениальные идеи и они их воплощают, если получается. А другие — те, у кого способности и фантазии попроще, но зато имеются большие амбиции — быстро схватывают чужие интеллектуальные наработки. Иногда вносят какие-то небольшие коррективы, а то и вовсе обходятся без них, и потом заявляют на это свои права, покупая патент на изобретение или промышленный образец. Вот так одни умело пользуются мозгами других, получая не только материальную выгоду, но и зарабатывая себе громкое имя и славу. Даже среди деловых партнёров и друзей такое случается, и тогда они становятся бывшими.       На это Чонгук закивал, соглашаясь. Переглянувшись с Тэхёном, иронично хмыкнул:       — Сразу вспоминается знаменитая фраза: «Ничего личного, это просто бизнес».       После экскурса в историю захотелось сменить тему на более весёлую, но тоже полную невероятных открытий. Они принялись вспоминать бурную школьную жизнь, когда откровенно чудили, ставили какие-то безумные эксперименты, порой с риском для здоровья, тоже пытаясь «изобрести колесо».       За невинной болтовнёй время пролетело незаметно. Чонгук с Тэхёном внезапно оказались возле самого входа на аттракцион.       В этот момент вагончики аттракциона остановились, первыми из них бодро выскочили улыбающиеся любители скоростей и адреналина. Следом к выходу потянулись и другие довольные пассажиры, на ходу проверяя карманы, — всё ли на месте? А за ними медленно выползали пострадавшие от собственных фобий или слабого вестибулярного аппарата. Они шатались, как зомби из фильма ужасов, и пугали своими позеленевшими лицами. Зрелище не из приятных.       Увидев их состояние, Тэхён сглотнул неприятный ком в горле. Они с Чонгуком ещё не сели в вагончик, а вестибулярный аппарат уже заранее начал возмущаться. Ну ничего, бороться со своим организмом приходилось не впервой.       — Ты точно не передумал, Тэ? — это была последняя попытка Чонгука развернуться и уйти, если тот захочет.       Тэхён лишь упрямо помотал головой, не позволяя себе отступать. Цепко ухватил его за руку и потянул за собой, торопливо направляясь к вагончикам. Но прямо возле мини-поезда всё-таки замешкался, что не осталось незамеченным.       — Ну же, вперёд, герой, — Чонгук обогнал его, чтобы первым зайти в вагончик.       Выдохнув, Тэхён поспешил за ним и тяжело плюхнулся рядом на скамейку. Сразу пристегнулся широкими ремнями, немного поёрзал, поплотнее прижимаясь к тёплому боку. Рядом с Чонгуком он, молодой мужчина, неожиданно почувствовал себя в полной безопасности.       — Давай свою руку, смельчак. Я буду за неё держаться, а то вдруг испугаюсь, — Чонгук понимающе улыбнулся, протянул руку навстречу, хотя очень хотелось обнять.       — Ничего не бойся, когда я рядом с тобой, — как мантру произнёс Тэхён, вспомнив его же слова. Повёл кончиками пальцев по глубоким линиям раскрытой ладони, наклонился ближе и едва слышно спросил. — А поцеловаться можно будет? Как думаешь, никто не заметит? — после этих слов он удобно вложил свою руку в его.       Опустив голову, Чонгук смотрел, как жадно переплетаются между собой их пальцы.       — Вряд ли здесь кто-то будет за нами наблюдать, так что попробуем. Надеюсь, после этого нас отсюда не выгонят, — ответил также тихо. — Но если тебе захочется поорать, то не стесняйся, можешь даже матюгнуться разочек. Я постараюсь тебя перекричать, чтобы никто ничего не понял.       — Чёрт возьми, я вообще-то взрослый мужчина, а веду себя как сопливый мальчишка, — Тэхён благодарно сжал его руку.       Раздался звуковой сигнал и вагончики друг за другом качнулись. Как только гусеница ярких вагончиков сдвинулась с места и поползла по рельсам, с каждой секундой набирая скорость, хватка Тэхёна настолько усилилась, что у Чонгука побелела рука.       — Если что, просто зажмурься и не отпускай меня, — стараясь снять напряжение, Чонгук принялся легонько поглаживать большим пальцем тыльную сторону его крепко сжатой ладони.       — Нет. Я так ничего не увижу. Какой смысл нестись по рельсам с закрытыми глазами и чувствовать себя слепым кротом? Лучше представлю, что привычно сижу за рулём такси, ты — мой самый ценный пассажир, которого я должен доставить в целости и сохранности. Будем считать это экстремальным маршрутом, — улыбнулся Тэхён, даже подмигнул. Он всегда был настойчивым и привык не сдаваться до последнего.       — Всё-таки ты невероятный, — Чонгук искренне восхищался силой его характера, стараясь поддержать боевой настрой. — Я доверяюсь тебе полностью.       — Надеюсь, я не опозорюсь… — едва успел произнести Тэхён, когда мини-поезд, набрав достаточную скорость, начал резкий подъём, прижимая обоих к спинке сиденья. И тут из широко раскрытого рта Тэхёна как-то само собой вылетело… — А-а-а, бля-а!       — Да-а-а!!! — в ту же секунду заорал Чонгук во всё горло, перебивая совсем недетский возглас, хотя другие пассажиры уже тоже и орали, и визжали, и хлопали в ладоши, и топали ногами. Во всей этой какофонии звуков неблагозвучный выкрик очень быстро потонул.       Тэхён ненадолго примолк, выравнивая дыхание. А после повернул голову к своему надёжному «глушителю», поднёс руку Чонгука к своему лицу и благодарно прижался к ней сухими губами. С ним и правда было намного легче.       Через мгновение оба от души вопили на два голоса, выплёскивая наружу накрывшие их с головой эмоции и присоединяясь к всеобщему оглушительному хору. Во время очередного крутого поворота Тэхён привалился к плечу Чонгука и, дерзко глядя в глаза, сложил губы трубочкой, словно ребёнок требуя обещанный поцелуй, который немедленно получил.       После этого он окончательно расслабился, позабыв о высоте, и от души хохотал вместе с Чонгуком. Ударные дозы яркого, захватывающего дух удовольствия они точно получили. Адреналин, как всегда, сделал своё дело.       — Вот это я кайфанул!       С улыбкой на пол-лица и слегка пошатываясь, Тэхён выбрался из вагончика, пытаясь опустить пониже платок на вспотевшей шее.       Чонгук быстро схватил его за руку, удерживая на месте. Зашептал скороговоркой:       — Ты поосторожнее с оголением-то, засосы встречным ветром не сдуло и они никуда не делись.       — Чёрт, я и забыл про них, — спохватился Тэхён, осмотревшись по сторонам. И хотя никто не обратил на него внимания, всё равно стало неловко. — Вот бы я сейчас показался во всей красе. Тогда наша прогулка закончилась бы раньше времени, чтобы в мою сторону не тыкали пальцами и не называли...       — Ты всё удачно спрятал, — прервал его Чонгук. — Я постараюсь, конечно, больше этого не делать, по крайней мере, на самых видных местах. Но только в определённый момент я перестаю себя контролировать, извини.       — Ладно, проехали.       — Тогда пойдём дальше выполнять культурную программу: следующим у нас будет тир, — но после этих слов Чонгук и шага не успел сделать.       — А обещанное мороженое?! Детей нельзя обманывать, — возмущённо протянул Тэхён, еле сдерживая рвущийся из груди смех.       — О, детка, — подвигал бровями ухмыльнувшийся после таких двусмысленных слов Чонгук. — Я не обману твои ожидания, но попозже. Ночью.       Купив в ближайшем торговом павильоне по бутылке воды, пара направилась в сторону тира. Оба шли так близко друг к другу, что касались плечами и пальцами рук. Хотелось не только обняться. Как сейчас было бы здорово оказаться вдвоём в уединённом месте, чтобы без посторонних глаз, ничего не опасаясь и не сдерживаясь, нацеловаться до одурения.       — Смотри, Чонгук, фотобудка, — кивнул Тэхён в сторону большой прямоугольной конструкции, напоминающей большую обувную коробку со шторкой. — Давай зайдём?       — Секунду назад я подумал о том же, — рассмеялся Чонгук. — Говорят, у дураков мысли сходятся.       — У влюблённых, как мы, — да. Ведь это же здорово — угадывать желания друг друга, — Тэхён бросил на него косой взгляд и добавил на грани слышимости, чтобы смог прочитать по губам. — Особенно в сексе.       — Тэ, не провоцируй, иначе мы с тобой оскверним эту несчастную будку как минимум горячими фото, — процедил сквозь зубы Чонгук, засунув руки в карманы своих широких спасительных карго.       Быстро затащив Тэхёна в кабинку и задёрнув шторку, Чонгук стиснул его в объятиях. Впился в губы, требовательно приоткрыл их кончиком языка и тут же легко проскользнул внутрь, прикрывая глаза от удовольствия. Толкнулся в ребристое нёбо, огладил изнутри гладкие щёки. Встретился с рвущимся навстречу жадным языком, и наконец -то позволил себе насладиться долгожданным откровенным поцелуем.       — Подожди, мы забыли про фото, — отстранившись, Чонгук пошелестел возле автомата, выбрал нужную опцию и похлопал себя по бёдрам, приглашая Тэхёна.       После первой мелькнувшей вспышки они для начала запечатлели лёгкий поцелуй, а потом начали дурачиться, как расшалившиеся мальчишки, строя смешные рожицы с высунутыми языками и выпученными глазами, а ещё, конечно же, подставляли друг другу «рожки». Это уже была вечная и неискоренимая традиция. Но стоило бурной фотосессии закончится, как они уже снова нетерпеливо целовались, будто только встретились после слишком долгой разлуки. Им всегда будет мало друг друга.       Вскоре, довольные и весёлые, они вышли из будки. Их губы пылали ярким кармином, а лица сияли блеском начищенной воны. Оба заливисто и совсем не по-взрослому хохотали, рассматривая получившиеся смешные рожицы, улыбались, глядя на романтичный поцелуй.       — Эти фото я теперь всегда буду носить с собой, чтобы даже на работе чувствовать тебя рядом, — Тэхён бережно согнул ленту с тремя снимками и положил её в нагрудный карман.       — А я выделю им самое надёжное место — в бумажнике, — бодро шагая рядом, ответил Чонгук, помещая такую же ленту в большой боковой карман брюк. — Ну что, следующим у нас будет тир?       — А мороженое? — просящие глаза не оставляли ни единого шанса на отказ.       — Тэ, мы ещё хотели посидеть в каком-нибудь кафе или ресторане, там на десерт можно заказать мороженое, — Чонгук пытался переубедить, но как-то вяло. Знал, что всё равно уступит.       — Я уже большой мальчик и свой зверский аппетит вряд ли перебью, если ты именно этого боишься, — пробасил Тэхён. Он был непреклонен.       — Ну тогда пошли, сладкоежка. Кстати, какое мороженое ты любишь? Форма, вкус, размер? — посмеиваясь, Чонгук показывал руками то, что озвучивал, пошловато намекая на кое-что другое, и явно шутил с огнём.       Тэхён готов был подбросить в разговор горячих угольков и вступил в игру.       — С размером и формой я ещё вчера определился, а вот по поводу вкуса придётся сегодня вечером уточнить ещё раз, — он нарочито медленно облизнул губы, с усмешкой наблюдая за поплывшим взглядом Чонгука. — А если всё-таки не распробую, то придётся повторять эту дегустацию во все следующие наши встречи.       — Тогда и я, пожалуй, в этом поучаствую. Чёрт, Тэхён, нас опять понесло в какие-то эротические дали, — страдальчески закатил глаза Чонгук и тут же налетел на вазон с цветами, оказавшийся у него на пути. — Вот, чёрт! — болезненно скривился, подскакивая на здоровой ноге и потирая ушибленную голень.       — Это ты сейчас о чём? Вообще-то я говорил о мороженом, — кукольно похлопав ресницами, Тэхён прикинулся скромной монашкой и принялся загибать пальцы, томным голосом начав перечислять. — Обожаю сливочное с тягучим шоколадным соусом; со вкусом виски; с фиолетовым бататом; с зелёным чаем и лаймом; клубничное с печеньем; с бананами и поп-корном; с…       — Ха, я понял, — хохотнул Чонгук. — Похоже, этот список ты готов продолжать ещё очень долго. Может, проще перечислить те, которые тебе не нравятся?       — Кажется, такого не существует. Хотя… Я равнодушен к манго. Но всё равно ем иногда и такое, для разнообразия, даже несмотря на то, что на него у меня бывает лёгкая аллергия, — развёл руками Тэхён после нескольких секунд раздумий.       Они переглянулись и Чонгук усмехнулся.       — О, аллергия — это хорошо. То есть очень плохо: придётся тебя лечить разными способами, — он погрозил указательным пальцем. — В тебе до сих пор живёт тот маленький мальчик, который любил возиться с чужим карапузом.       В глазах Чонгука было столько нежности, что сладкоежка сразу растаял, как то самое мороженое.       — Да… любимчик с родинкой, — отстранённо протянул Тэхён, словно разговаривал сам с собой, уставившись немигающим взглядом на его губы. — Совсем как у… Почему я вчера её не заметил? Ах да, нам же не до того было. Она у тебя с рождения?       — Родинка под губой? — зачем-то решил уточнить Чонгук. — Я никогда этим не интересовался. Как-нибудь у мамы спрошу. Чаще всего родинки появляются годам к пяти, это я тебе как дерматолог говорю. Но один ребёнок из ста уже рождается с одной или несколькими. А что тебя насторожило?       — Нет-нет, ничего, просто она выглядит так заманчиво, что… Вот сейчас я смотрю на неё, а у меня как будто стоп-кадр какой-то перед глазами. И мне вдруг снова захотелось поцеловать её, как ту любимую, из пусанского детства. Я странный взрослый, да?       — Ты просто человек влюблённый обыкновенный, особый вид Homo sapiens, как и я. Помнишь выражение на латыни: Amantes sunt amentes? — Чонгук скользнул пальцами по его ладони.       — Что означает «Влюблённый — это безумный». И в написании эти два слова отличаются друг от друга всего лишь одной буквой, — Тэхён перевёл взгляд с магнетической родинки на глаза Чонгука.       И вдруг увидел в их бездонной глубине пухлощёкого малыша, который помахивал ему ручкой с крохотными пальчиками и улыбался.       Резко остановившись, Тэхён прикрыл рукой глаза. И вдруг почувствовал, будто шеи коснулись маленькие ласковые ладошки. Для него это было как фантомные боли из потерянного прошлого.       — Тэ, что случилось? Ты побледнел. Всё-таки укачало на горках, да? Хочешь воды? — озадаченный его видом, Чонгук засыпал вопросами.       Тэхён медленно открыл глаза. Чонгук стоял напротив него и мягко водил пальцами по его шее возле уха.       — Гук-и, а как тебя ласково называли в детстве?       — Так же, как и ты сейчас, — Гук-и, а потом, когда стал постарше — Гук. Тэхён, может, посидим на скамейке? Ты меня пугаешь. Как будто привидение увидел.       Поджав губы, Чонгук наблюдал, как он провёл руками по лицу.       — Всё нормально. Если только я не схожу с ума, — шумно выдохнул Тэхён. — А с мамой всё-таки поговори, но её ответ мне пока не озвучивай. Я должен сам…       — Что ты должен сделать сам? Я ничего не понял, — Чонгук на самом деле выглядел обеспокоенным и даже немного растерянным. Что вообще происходит?       Тэхён словно прочитал его мысли.       — Не обращай внимания, Док, со мной такое бывает, — теперь он выглядел и говорил как обычно. — А сейчас пойдём и всё-таки постреляем, как ты и хотел, — слегка подтолкнув Чонгука в спину, Тэхён зашагал вперёд.

***

      До небольшого тира они добрались через десять минут. Он располагался в новом, сияющем яркими красками павильоне, где мишенями служили только фрукты, овощи и тарелки с бутылками из стали.       Чонгук отстрелялся со сознанием дела, как спецназовец, одну за другой выбивая все мишени. Призом оказалась мягкая игрушка — очаровательный жираф, которого Чонгук попросил передать кому-нибудь в подарок.       Тэхён за свою жизнь был в тире лишь однажды, ещё студентом, поэтому, сколько сейчас ни стрелял, всё улетало в «молоко». Но он лишь смеялся после каждого промаха. И хотя результаты были у них прямо противоположными, удовольствие всё равно получили оба.

***

      Когда они подходили к киоску «Мороженое», улыбчивый продавец в роговых очках, похожий на студента-ботаника, заканчивал обслуживать молодую семью с двумя детьми. Получив желаемое, все направились к ближайшему прудику — кормить уток.       Их место у прилавка занял Чонгук, за руку притягивая Тэхёна ближе.       — Ты какое хочешь?       — А что есть?       Привалившись к нему плечом, Тэхён взглянул на красочные ценники — глаза разбегались от огромного ассортимента холодного десерта. После недолгих размышлений, остановился на освежающем «Зелёный чай и лайм», а Чонгук взял своё любимое эскимо «Сладкая кукуруза». Выбор оказался более чем удачным и устроил обоих.       Они никуда не спешили, и когда неподалёку освободилась скамейка, то уселись рядом, тесно прижались друг к другу бёдрами, словно не хватало места. Раскрыв шуршащие упаковки, съели по первому кусочку мороженого и, не сговариваясь, в один голос протянули:       — Вкуснотища!       Последовал обмен короткими взглядами — и в следующую секунду веселье уже вырвалось наружу заразительным хохотом, не обращая внимания ни на смеющегося вместе с ними продавца, ни на прохожих.       Ненадолго они опять почувствовали себя детьми. Хотелось улыбаться и жмуриться от удовольствия, когда колючий холодок пощипывал язык и нёбо, медленно тянулся вниз по горлу. А в груди теплом разливалось удивительное блаженство.       — Вот видишь, Чонгук, как легко превратить обычный выходной день в настоящий праздник, даже если тебе уже далеко за двадцать.       — Было бы желание, а способы всегда найдутся, — согласился Чонгук, с трудом протискивая свободную руку за его спиной, чтобы незаметно для посторонних приобнять за талию.       На улице было тепло и через минуту по ладони Тэхёна медленно потекли зеленовато-белые дорожки подтаявшего мороженого. Первые он вытер единственной салфеткой, но она сразу намокла, став липкой, и её пришлось выбросить. Когда по ладони снова потекло, возвращаться к киоску за салфеткой уже не хотелось.       И тогда Тэхён нашёл самый быстрый способ избавиться от новых сладких ручейков: принялся самозабвенно вылизывать пальцы, глядя из-под полуопущенных век. Понимал ведь, что этим провоцирует, возбуждая фантазию, но не останавливался.       Сидящий рядом Чонгук наблюдал за ним не моргая. Сам в это время пихал в рот жёлтую кукурузину эскимо, откусывал большие куски, с завидной скоростью пережёвывал и судорожно глотал. Было вкусно, аж добавки захотелось.       Тэхён не удержался и щелкнул его по кончику носа:       — Попался, кролик!       — Ещё как! Вляпался по самое не балуй. Плюшевый медведь оказался коварным соблазнителем, — усмехнулся Чонгук, крепче сжал пальцы на талии и шепнул на ухо. — Мне понравилось, я бы тоже что-нибудь облизал. Только дома.       Тэхён едва успел открыть рот, чтобы ответить, а Чонгук уже протягивал ему своё ополовиненное эскимо:       — А моё хочешь попробовать?       Прохожие с удивлением бросали взгляды на скамейку, где эти двое угощали друг друга остатками мороженого. Детский сад, да и только!

***

      В плане сегодняшнего покорения аттракционов было ещё несколько пунктов и все они были успешно пройдены.       Соблазнение мороженым подстегнуло эмоции: на автодроме Чонгук устроил азартную погоню, пиная Тэхёна то по боку, то под зад, то зажимая в углу. Ну, не его самого, конечно, а бамперную машинку.       Рискнули прокатиться на огромной «Лодке викингов», где Тэхёна опять слегка укачало.       — Такое ощущение, что теперь в моём желудке вместо мороженого хорошо взбитые сливки, — примерно, вот столько, — он провёл ребром ладони по горлу и поплелся к скамейке.       Пока он приходил в себя, Чонгук срочно сбегал за водой, чтобы после отпаивать своего Гудини, обмахивая глянцевым флаером какого-то иллюзиониста из передвижного цирка.       Сквозь смех и крики пережили новый выброс адреналина в «Комнате страха».       Позже, стоя уже напротив силомера, Чонгук для селфи изобразил Тора с молотом на плече, а заодно решил продемонстрировать свой мощный удар. Силомер, жалобно взвизгнув металлом, едва не вышел из строя. Тэхён был намного аккуратнее — только эстетично подержал в руках тяжёлый молот. Тоже для селфи.       Напоследок, чувствуя приятную усталость и не думая о возрасте, они лениво «скакали» на лошадях сказочной карусели.       Все эти развлечения встряхнули кое-что подзабытое.       Удивительное, знакомое с детства ощущение маленького счастья.       Может, именно этого в последнее время им так не хватало?       Настоящая жизнь — это не далёкая перспектива, а здесь и сейчас.

***

      После такого бурного отдыха им захотелось уйти подальше от шума и суеты. Впереди как раз замаячили узкие тропинки, призывно вьющиеся среди деревьев в умиротворяющей части парка.       — Ты проголодался? — поинтересовался Тэхён, шагая рядом с Чонгуком по дорожке вдоль длинной цветочной полосы.       — Как тигр, который вышел на охоту, р-р-р, — отозвался тот, слегка рыкнув.       Тэхён кивнул в сторону невысокого бело-синего здания со скромной вывеской.       — Значит, пойдём вон в тот ресторанчик. Посмотрим, что там готовят.

***

      Утомившееся за день солнце уже низко висело золотым гонгом над зеленеющими вдалеке горами. Оно ласково убаюкивало вечерними лучами уходящую в тень одну сторону голубой планеты, и рассыпало на другой её стороне стрелы рассветных лучей, пробуждающих жизнь под розовым одеялом неба.       Природа вечным двигателем крутила своё колесо фортуны и каждому щедро дарила новый день с надеждами и мечтами. И у всех был выбор — верить в удачу и чудо или скептически ухмыльнуться.       Так было, так есть и так будет.       — Смотри, кыне, — Тэхён схватил Чонгука за ладонь и, резко свернув на узкую тропу, решительно потащил к качелям, видневшимся в глубине парка под кронами деревьев.       — Тэхён, мы же собирались поесть, — заканючил вдруг Чонгук, минуту назад безропотно тащившийся за ним следом.       — Хочу тебя покачать, чтобы вызвать у себя ассоциации с детством. Тогда долговременная память может открыть нужную информацию. Иногда это происходит в сновидениях, — Тэхён пристально посмотрел в глаза, словно пытаясь найти в них ответы, прежде чем спокойно продолжить. — Но сначала немного расскажу о своей прошлой семейной жизни.       Уже зная о разводе, для которого наверняка были веские причины, а годовщину Тэхён воспринял как праздник и даже отметил в клубе с друзьями, Чонгук понимал: воспоминания остались не самые радужные и нужно быть готовым к любым сюрпризам. Тем не менее обрадовался, что Тэхён сам, не дожидаясь вопросов, захотел поделиться другой стороной своей жизни.       — Если честно, об этом мне хотелось узнать поподробнее ещё в клубе, — усмехнувшись, покачал головой Чонгук. — Почему-то я с трудом представляю тебя женатым. Точнее, с женщиной, хотя сам тоже би. Наверное, во мне просыпается обычная ревность.       — Что было, то было, Гук. Это тоже часть моей жизни и от неё не открестишься.       — Да всё нормально. Чем больше я о тебе узнаю, тем лучше буду понимать, чтобы случайно не накосячить.       Первым подойдя к качелям, Чонгук уселся на деревянную доску, покрепче схватился за канатные верёвки и слегка оттолкнулся ногами от земли. Медленно раскачиваясь, он не торопил, только выжидающе смотрел и надеялся на искренность.       Тэхён, встав сбоку, поднял задумчивый взгляд к небу, готовясь к собственным откровениям и встречным вопросам. Снова выворачивать жизнь наизнанку будет непросто, но сделать необходимо, чтобы больше к этому не возвращаться.       Бесшумно выдохнул, обхватил канат рукой и сразу же скользнул пониже, чтобы накрыть ладонь Чонгука хотя бы наполовину.       Невыносимо захотелось тепла.       Нет, не летнего и солнечного — сегодня его было достаточно, а внутреннего, не зависящего от смены сезонов или погоды. Вот как сейчас…       Погладив мягкую кожу пальцами, Тэхён ощутил такое же движение на своей — Чонгук ответно поглаживал большим пальцем. Словно сговорившись, они посмотрели на соединённые руки, чувствуя острую необходимость получить этот естественный телесный контакт и то самое живое тепло, которое дарит любовь впервые в жизни.       — Моя история женитьбы до банальности проста, — прервав недолгое молчание, начал Тэхён. — Наш брак с Ли Нари с самого первого дня можно было назвать бизнес-союзом: наши родители работали в одной клинике. Её отец руководил отделением пластической хирургии, а мой возглавлял кардиологию. К этому времени я уже начал работать по специальности, — голос звучал ровно, а глаза внимательно следили за эмоциями Чонгука, пока рука монотонно раскачивала качели. — Когда на одном из корпоративов в честь юбилея клиники, куда можно было прийти с семьями, родители решили нас свести, я был не против. Потому что как раз за полгода до этого события прекратил отношения и был абсолютно свободен.       — А прежние отношения у тебя были с…       — С парнем, Чонгук. Мы слишком быстро сошлись на какой-то вечеринке, не интересовались жизнью друг друга и кроме скучного секса нас больше ничего не связывало. Эти недоотношения продлились всего две недели.       — А родители знали?       — Нет, даже не подозревали, что меня могут интересовать парни. Я давно уже жил в собственной квартире, которую они подарили мне ещё во времена учёбы в университете и никогда не контролировали, за что я им благодарен, — продолжая наблюдать за лицом Чонгука, Тэхён втайне радовался, насколько спокойно тот всё воспринимает. — Родители познакомили с Нари и открытым текстом сказали, что мы отлично смотримся рядом как пара. Она мне и правда понравилась: утончённые черты лица, шикарные волосы, великолепная фигура. С ног до головы ухоженная — хоть сейчас на обложку гламурного журнала. А ещё к этой красоте прилагался острый ум и деловая хватка. Находка, а не девушка. И я на всё это легко купился.       Чонгук, до этого смотревший себе под ноги, вопросительно уставился на Тэхёна.       — Хочешь сказать, что влюбился в неё? — на секунду по лицу скользнула едва заметная тень.       — Можно и так сказать, — честно признался Тэхён. — Мой тестостерон забурлил, это точно. Я с первого дня знакомства был совсем не против заняться с ней сексом, а потом завести семью. Свадьбу мы сыграли через пять месяцев. Наши родители сделали королевский подарок — маленькую частную клинику пластической хирургии, где жена начала проводить операции, а я беседовал с клиентами в своём кабинете психотерапевта. Вот такой семейный подряд, — он замолчал, собираясь с мыслями, потому что то, что произошло вскоре после свадьбы, Тэхён хотел бы забыть навсегда.       Эту небольшую паузу Чонгук понял по-своему. Он осторожно сжал запястье Тэхёна.       — Если тебе неприятно об этом вспоминать, то можешь не рассказывать. Я не хочу, чтобы твоё настроение оказалось испорченным. Сегодня наш день.       Улыбнувшись после этих слов, Тэхён энергично помотал головой.       — Да нет, Чонгук-и, ты что! Всё осталось в прошлом и уже перегорело. Да и настоящей любви между нами, как оказалось, не было, — он наклонился, через мгновенье прижимаясь губами к ладони Чонгука. Она до сих пор хранила на себе сладкий запах мороженого. Вкусный. Облизнув губы, Тэхён со вздохом продолжил. — В общем, красивая сказка закончилась на третий месяц совместной жизни. В тот день Чимин пригласил нас в ночной клуб — отметить свой день рождения. Ну мы и наотмечались там до потери бдительности: пока Юнги развлекался с Чимином в VIP-кабинете, я застал свою Нари целующейся возле бара с каким-то парнем.       В распахнувшихся глазах Чонгука промелькнуло удивление, которое быстро сменилось сочувствием.       — Ты набил ему морду? — выдвинул единственную, на его взгляд, версию. Во всяком случае, он на эмоциях так бы и сделал.       — Не угадал! Всё получилось намного хуже: я, как пьяный в стельку дурак, не нашёл ничего лучше, чем тут же подцепить смазливого парня, подошедшего к бару за коктейлем, и засосать его прямо на глазах своей жены. Что интересно — тот парень даже был не против продолжить. А вот Нари такого пунктика за мной не знала! И это стало непростительной ошибкой, которая имела для меня такие катастрофические последствия, что расхлёбываю до сих пор. Кстати, после этого я не пил целый год.       — Вы стали мстить друг другу? — сверкнул глазами Чонгук.       — Лично я ничего делать не стал, Док. А вот она… Она стала ещё больше присылать ко мне на приём клиентов. Мне приходилось работать по двенадцать часов практически каждый день. У самого уже нервишки начали пошаливать от чрезмерных перегрузок. Домой приходил только ночевать и всё никак не мог понять, почему Нари это устраивает, ведь у нас даже секс стал редкостью, — возвращаясь к тем событиям, Тэхён прикрыл лицо ладонью, отчего голос зазвучал глухо, и следом послышался долгий вздох. — А через некоторое время я обнаружил пустые счета, заложенные квартиру, клинику и даже автомобиль. Я остался голым как новорожденный — у меня не только ничего не осталось, а ещё, блять, и долг на мне висел. А Нари свинтила в Европу вместе со своим любовником — моим другом. Как выяснилось позже, она с ним жила до свадьбы со мной, да и после свадьбы тоже. Очень любвеобильная оказалась…       Вытаращив глаза, Чонгук ошарашенно присвистнул. Трудно было представить, какой тройной удар получил Тэхён! Как он вообще это пережил? Не каждый мужчина сможет с достоинством выдержать такое предательство.       — Ни хрена себе расклад! Прямо-таки детектив, хоть фильм снимай! А как же она смогла тебя так облапошить-то?       На губах Тэхёна появилась горькая усмешка. Он махнул рукой.       — Элементарно, ВатЧон: подсунула мне рабочие документы на подпись, а среди них были и договоры на огромные кредиты из трёх банков под залог имущества. Она-то с этими деньгами быстро исчезла, а я до сих пор расплачиваюсь. Вот так вот, Гук! Я думал, что мне повезло, — поймал золотую рыбку. А получилось, что попал в зубы хитрой щуке, которая тихо сидела в засаде и только ждала удобного случая, чтобы напасть и сожрать с потрохами. И ведь не подавилась, сука! — Тэхён не любил ругаться, но по-другому выразить сейчас свое презрение к бывшей жене и другу не получалось.       — Так ты бы ей судом пригрозил, — искренне возмутился Чонгук. Внутри бурлил гнев от такой чудовищной подлости.       — Чонгук, никакого суда я бы не выиграл: на документах стояла моя личная подпись, и сам был в адекватном состоянии. А ещё эта стерва пригрозила, что если я только открою рот и попытаюсь выдвинуть обвинения, то она расскажет родителям про мои бисексуальные наклонности. Мне бы совсем не хотелось увидеть их лица в этот момент, и уж тем более обсуждать свою интимную жизнь. Они консерваторы, соблюдают традиции, и маловероятно, что поняли бы и сразу приняли такие предпочтения сына. Вот поэтому я и отпустил её по-тихому, а сам быстро переехал сюда, в съёмную квартирку на окраине города.       — А как же твоя работа?       — Я был в таком эмоциональном состоянии, что хоть самому обращайся к психологу, поэтому не мог работать с клиентами. Из медицины ушёл и устроился работать таксистом в автопарк к своему другу Юнги. Если бы в то время они с Чимином меня не поддерживали, не позволяя пьянствовать, когда я три дня пытался глушить себя алкоголем, то даже не знаю, чем бы всё закончилось. Я всегда считал себя сильным, но, видимо, наивно переоценил. Теперь бы ещё разобраться с тем долгом. Хорошо, что осталось выплатить совсем немного. Я вообще хочу поскорее забыть это предательство, как страшный сон. Тогда можно будет начать всё заново. Вот и вся история.       — Тэхён, ты неправ, считая себя слабым. Только сильная личность смогла бы справиться с тем кошмаром и выйти из него незапятнанным. А родители об этом знают? — вопросы из Чонгука так и продолжали сыпаться как из рога изобилия.       — Да, конечно, знают. Но отец сказал, если я сам не хочу добиться справедливости в этом деле, то тогда и он не полезет. Денег предложил, я отказался. До сих пор слышу его слова: «Ты уже мужчина, а не мальчик, и сумеешь решить эту проблему самостоятельно. На ошибках учатся, иногда даже падают, но каждый раз нужно находить в себе силы подняться и идти дальше». Что я, собственно, и сделал. Вчера, например, мы с друзьями пошли в клуб — весело отметить годовщину моего развода с Нари. И я неслабо так окосел — за год абсолютно трезвой жизни успел отвыкнуть от алкоголя. Но зато мы там встретились с тобой, даже успели немного пошалить, — ухмыльнулся Тэхён.       — Да уж, как ты ко мне на четвереньках оленем прискакал, я очень хорошо помню, — коротко хмыкнул Чонгук и тут же вновь стал серьёзным, задавая очередной вопрос. — Слушай, а твои родители продолжили работать там же, вместе с родителями бывшей?       — Нет, естественно, они ушли в другую клинику, чуть поскромнее, но не менее известную. Всё, на этом поставлю жирную точку. Уф, хорошо, что я тебе всё сейчас выложил: сразу как-то легче стало, душу перед тобой распахнул — заходи, не стесняйся, я для тебя всегда открыт, — Тэхён придержал качели, останавливая движение, наклонился к лицу Чонгука и коснулся его улыбающихся губ своими. — Ну что, теперь пора перекусить? А то аппетит что-то разыгрался. После таких разговоров хочется мяса!