Давай встречаться?

      До университета из новой квартиры ему добираться минут десять неспешным шагом. А вот Виёну теперь далековато. Но вот уже второе утро за ним заезжает Хосок и эти двое подолгу шебуршатся в комнате младшего.       Вчера, когда он первый раз после выписки пришёл в университет, староста группы сразу велел идти в деканат.       У Тэхёна тряслись руки от волнения и он спрятал их за спину, заходя в кабинет директора.       Но… Ещё никогда с ним не беседовали так доброжелательно. Директор справился о здоровье, спросил не нужна ли ему будет помощь с изучением пропущенного материала, живо поинтересовался его дополнительными факультативами и, пожелав хорошего дня, отпустил, лично проводив до двери.       Тэ вышел из кабинета, оглушённый таким отношением к себе, и поплёлся в аудиторию на лекцию по экономике, где преподаватель, строгий альфа кёсунним Ли, тоже мягко кивнул ему, приглашая занять своё место.       И от таких простых, добрых разговоров и внимания, которых у него никогда не было, Тэхёну стало хорошо и спокойно. Ему было интересно на лекциях, у него разыгрался аппетит, и на большом перерыве он почти бежал в столовую…       А вот там он наткнулся взглядом на всю «компанию» Чонгука. Самого альфы не было…       Зато был Джун, который сидел вместе со всеми, пододвинув к столику омег стул и «оседлав» его. Он заулыбался, увидев Тэхёна. Но, не дав Джуну возможности позвать его, Тэ быстро отвернулся и поспешил к автоматам, чтобы сделать и оплатить заказ.                   Когда он ставил свой стакан с чаем, тарелки с рисом и кимчи на поднос, то почувствовал, как сзади подошёл… Чонгук? Он не мог спутать запах…       Альфа не дал Тэхёну забрать поднос, а начал выставлять на него тарелки с «японскими» котлетами и кусочками пряной курицы…       Потом Чонгук взял его поднос и наклонившись к уху Тэхёна спросил:       — Где ты хочешь сесть?       Тэ понимал, что за ними наблюдают, но напрашиваться в практически незнакомую компанию, он, конечно, не собирался…       Они заняли свободные места за длинным столом, где все усаживались друг напротив друга и где они всегда садились с Намджуном.       Альфа пододвинул поднос поближе к Тэхёну и прежде, чем залипнуть в телефон, пожелал ему: «Приятного аппетита!»       Ох, как стеснялся Тэхён всех этих взглядов, которые на них бросали все, кто заходил обедать. И весь его утренний «запал» хорошего настроения сдувался на глазах. И тем не менее, он продолжал есть, чтобы хоть чем-то занять себя.       Как только он положил палочки и отодвинул от себя поднос, Чонгук оторвался от телефона и посмотрел сначала на Тэ, а потом на пустые тарелки, спросил Тэхёна:       — Проводить тебя?       Тэ отрицательно качает головой. Сам относит поднос и на самом выходе оборачивается, чтобы увидеть, как Чонгук пересаживается к друзьям и чтобы ещё больше смутиться, увидев на столике у омег только по стакану разноцветных напитков… А он слопал целый поднос еды! Стыдоба…       Вечером ему впервые нечем себя занять. На работу в магазин ему не надо, Виёна увёз Хосок, и тишина в квартире стоит оглушающая.       Зато когда брат и его альфа вваливаются в квартиру с огромной коробкой пиццы, шумные и хохочущие, Тэхён решает, что ради Виена он пойдёт на всё, лишь бы братишка был счастлив.       Во вторник и в среду всё повторяется…       Дни для Тэхёна — близнецы-братья. И это — то самое затишье перед бурей, которая разразилась в четверг.       Утром рядом с университетом Тэхёна поджидали: Лухан и двое его друзей-альф. Они посигналили из машины, которая стояла на университетской стоянке рядом со входом в кампус. Обернувшиеся студенты сразу потеряли интерес, как только поняли, что сигналят не им, а Тэхён медленно подошёл к машине.       — Привет, — альфа разговаривает с Тэ, не выходя из машины, опустив стекло.       — Привет, — Тэхён опускает глаза на носки своих старых кроссовок.       — Давно тебя не видно в нашем районе. Говорят, ты теперь подстилка богатенького мажора?       — Я лежал в больнице, — Тэхён пытается говорить тихо, стараясь не привлекать внимание спешащих студентов и умоляюще смотрит на альфу за рулём. — Я помню про долг, Лухан. Дай мне немного времени…       — Зачем? Попроси у своего альфы. Уверен, такая мелочёвка его не затруднит.       — Я не буду ни у кого просить. Я буду отдавать тебе с зарплаты…       — Я вчера заезжал в твой магазин. Мне сказали ты у них больше не работаешь. Что за дела, Тэхён? Дома ты не живёшь. С работы ушёл. Я, знаешь ли, не имею богатеньких друзей, которые бы меня кормили и содержали. И ждать твой долг я больше не могу. Завтра вечером — крайний срок.       Тэхён молчит. Сказать ему нечего. Денег у него нет…       Лухан с друзьями уезжают, а омега так и стоит на стоянке, разглядывая свои сцепленные руки.       Когда он поворачивается ко входу на территорию кампуса, он ловит на себе взгляд омеги, Пак Чимина, который разглядывает его внаглую, даже не пытаясь скрыть любопытство.       Тэхён плетется ко входу в центральный корпус, где сегодня будут проходить его лекции, а в обед даже не идёт в столовую.       Он ждёт Намджуна после занятий, сидя на ступенях стадиона, зная, что скоро начнётся тренировка у «Хищников» и Джун должен вот-вот появиться.       Альфа замечает его издалека и бежит к нему, минуя вход под трибуны, в раздевалку.       — Тэ? Ты чего тут? Меня ждёшь?       Тэхён кивает и шепчет:       — Лухан дал мне срок для погашения долга… Завтра вечером он хочет всю сумму…       — Понятно. Сиди здесь. Я сейчас отпрошусь у тренера.       Намджун убегает, чтобы вернуться через десять минут.       — Пошли.       — Куда?       — Провожу тебя до дома. И чтобы один никуда не ходил. Они —Лухан и его друзья — отморженные и вечно под кайфом. И завтра утром забегу за тобой.       — Он же не оставит меня в покое и твоя «охрана» не поможет. Я, действительно, ему должен.       — Всё. Разберусь без тебя. И деньги завтра отдам Лухану сам.       — Где ты их возьмёшь?       — Займу у Хосока. Сейчас главное — слезть со счётчика у Лухана.       — Он спросит, зачем тебе…       — Ну, я же не совсем идиот, Тэ, чтобы говорить про тебя. Скажу, мне надо на лечение деда. А если честно, я не понимаю, почему ты не хочешь сам рассказать все. Пусть не Чонгуку, но Хосоку-то можно…       — Как ты не понимаешь, что я не могу? Не могу переступить через себя. Я не привык быть на содержании. Я отвечаю за себя сам! Ты — мой друг, Намджун. И я знаю, что… Я боюсь, что за всё придётся расплачиваться Виёну.       — Я знаю, о чем думает твоя глупая голова! Поэтому и спрошу у Хосока деньги сам. Не все подлецы, Тэ…       Они медленно идут к выходу, и Тэхён вздыхает, проходя мимо магазина, в котором работал.       — Я завтра пойду проситься назад. У меня нет ни копейки. Хорошо, хоть Хосок содержит Виёна…       — Ты и в столовой поэтому сегодня не был?       Тэхён впервые за вечер улыбается.       — Хосок меня убьёт, если я подойду к бесплатной раздаче.       — Ох, Тэ.       — Самое смешное, Джун-и, что никому из них — ни Чонгуку, ни Хосоку, да никому из всей этой компании, не приходит в голову, что мне не на что купить еду.