Над пропастью фантазий.

Не доносилось ни звука. В ноздри ударил резкий запах нашатыря. Барри Вудс старался осмотреться, но кромешная тьма не позволяла ему этого сделать. Резкая боль в руках и ногах просто сводила с ума, не позволяя понять, что происходит. Наконец глаза стали потихоньку привыкать к темноте, и Вудс смог разглядеть силуэты стульев и одного общего стола. Попытавшись двинуться, он понял, что пристёгнут железными колодками по рукам и ногам к стене, позволяя свободно двигаться только голове. В какой-то момент он решил что это розыгрыш, друзья напились и прикололись над бедным чёрным парнем. Уповая на подобный расклад, Барри решил прекратить шутку, обратившись непосредственно к друзьям: — Эй, народ! Ну хорош! Прикол удался, поздравляю, только снимите меня отсюда, ноги и руки сильно затекают. Рей, долбанный козёл, я знаю, это твоих рук дело! Ну погоди, выберусь я, и твоя белая жопа будет в опасности, я тебе обещаю! — К сожалению, мистера Диксона тут нет, как и ваших друзей. Внезапный голос из темноты заставил его насторожиться. Теперь Барри начал осознавать, что обстановка накаляется. — Сэр, не знаю, кто вы, но если я как-то вам насолил, то простите меня, ибо я не понимаю, что происходит. Боже. Как же всё болит. — Боль пройдёт под конец нашего эксперимента, а пока давайте познакомимся чуть поближе. После этих слов послышался щелчок выключателя и комната озарилась светом ультрафиолетовых огней. Осмотрев себя более детально, Вудс пришёл в ужас: в руки и ноги были введены по шесть внутривенных катетеров, подключенных к аппаратам, мгновенного введения инъекций. Дикая паника охватила его, каждое движение отдавалось дикой болью. — Не мучайте себя, ибо принесёте себе только больше страданий, чем нужно. Осмотрев мельком место своего заточения, Барри понял, что находится в местной цветочной оранжерее, в которой хранилось множество цветов. Слева и справа инъекционные аппараты, по середине стол с лежащими на нём блокнотом и ручкой, и небольшой набор хирургических инструментов. — Давайте всё сразу проясним перед началом. Вы были похищены непосредственно мной ради эксперимента по скрещиванию нескольких групп крови в теле одного человека. В данных приборах закачена не только кровь, но и несколько кубиков адреналина, дабы поддерживать вашу сердечную активность на протяжении всего эксперимента. Умрёте вы или нет мне — не предугадать, однако постараюсь продержать вашу жизненную активность как можно дольше. Попутно слушая столь угрожающе профессиональные определения, Вудс старался разглядеть своего похитителя, но из-за слепящего глаза ультрафиолетового света, вытеснялся лишь тёмный силуэт. Однако, когда он подходил ближе, Барри удалось разглядеть на нём большие тёмные очки, позволяющие ему чувствовать себя комфортно в данном освещении. Паника затуманила разум, он был беспомощен. Понимая, что выхода нет, мозг перешёл на умоляющие пощады. — Слушай, мужик, не надо, я, я ведь не в чём не виноват! Отпусти меня, умоляю! я никому ничего не скажу. Может тебе нужны деньги? У меня они есть! Немного, но есть. Пожалуйста, у меня семья. — Была бы у тебя семья, не приходилось бы прибегать к наркотикам и просмотру порно. И тут гнев возобладал. — Я тебя прикончу, тварь! Выпусти меня, ублюдок, иначе тебе не поздоровится! Я из-под земли тебя достану! Я! Не успев договорить, он почувствовал как по венам побежала вливаемая в него кровь из аппаратов. Конвульсии сковали его тело, и бормоча что-то не членораздельное, он медленно погружался в объятия смерти. Начал действовать адреналин, и концентрация дозы в совокупности с поступающей кровью вызвали дикую передозировку. Сердце лопнуло. Из глаз, ушей, носа, и рта фонтаном хлынула кровь. Тело обмякло и наконец-то опустило голову. Барри мёртв. Подойдя к столу, «Он» берёт ручку и делает пометку в блокноте: «Неудовлетворительно. Время: 12:37». Затем, подойдя к трупу, достаёт из кармана маркер, и наносит хирургические разметки по лицу Вудса. Взяв со стола флакон со спиртом и один из малых скальпелей, приступает к обработке инструмента. Затем наносит первый надрез в области лба, затем переходит к глазам, и спускается к губам. Спустя пару минут хирургических махинаций он держит у себя в руках искусно срезанное лицо Барри Вудса. Сняв перчатки и поместив их в пакет, он выдвигает переносной холодильник из-под стола, и кладёт туда свежую плоть. Затем, взяв два больших бутыля с хлоркой и залив весь стол, труп, и окружающие его предметы, вышел из оранжереи с переносным холодильником в руках. Выйдя на улицу и осмотревшись, он вошёл в первый попавшийся супермаркет. Время позволяло выбрать всё самое необходимое. Пройдя мимо витрины, он заприметил шикарное тёмное пальто, которое сильно запало ему в душу. «Может, мне и правда стоит поменять имидж», — с лёгкой улыбкой сказал он, и не задумываясь, приобрёл вещь. В дополнение к нему прикупил пару хорошеньких тёмно-синих туфлей на малом каблуке,для той, что делает его счастливым каждый божий день. Закончив с покупками, он поймал такси, и помчался к ней — рыжеволосой фурии, которая обещала сделать его самым счастливым человеком на свете.