Стрела и меч

«Евангелина…» Ева не могла пошевелиться. Он смотрел на нее, исчезая в портале, с такой виной и болью, что у нее разрывалось сердце. Он как будто хотел протянуть к ней руку, но демон сжимал его в своих когтях, утягивая за собой. Лук упал на землю. — Снова… Гроуви… Юго… Он счастливо улыбался у нее в руках, пачкая перчатки кровью, глядя на нее с любовью и спокойствием. Ева дрожала, умоляя его прекратить, умоляя его встать, умоляя остаться с ней. Он счастливо улыбался у нее в руках, закрыв глаза. — Чертов Антар утащил их в мир Шушу… Ваши друзья обречены. Ева рухнула на колени. «Станем легендой вместе», прошептала она, держа его бездыханное тело в своих руках, прижимая его голову к своей груди. Если бы не Руэль, она умерла бы прямо там, умерла бы вместе с ним. Может, о них рассказали бы историю — романтичную и трагичную. С грустным концом. Но она все еще была жива, а он не дышал и у него не билось сердце. Он только улыбался в ее ладонях. Как будто спал. — Евангелина! — голос Амалии звучал как будто сквозь толщу воды. Ева задыхалась, поднимая дрожащие ладони к лицу, пытаясь остановить истекающую из нее боль, слезами срывающуюся на землю. Она тряслась, сжимая собственную голову, пальцами зарываясь в волосы. Его тело рассыпалось золотой пылью. И больше его не было. Крик вырвался из груди, разрывая барабанные перепонки, и Ева упала, ударяясь лбом о землю. «Только не снова, только не снова, пожалуйста! Гроуви!» Ее разрывало на части, она чувствовала, как ломается каждая кость в ее теле, как кровь бешеным потоком носится по венам, вырываясь из них, падая на землю крупными прозрачными каплями, как каждая мышца ее тела сражалась в неравном бою с холодом и болью. Она только вернула его. Едва успела сказать, что любит его. — Ева, ты слышишь меня? Евангелина! Руэль тряс ее за плечо, но кра только снова закричала, вцепившись в свою голову, подтягивая под себя ноги. «Не оставляй меня больше…» «Не оставлю. Клянусь.» Кто-то резко схватил ее за плечи, поднимая ей голову. Щеку пронзила острая боль, от удара голова дернулась в сторону. — Евангелина! Ева замерла, разом перестав ощущать весь мир вокруг. Все поглотила холодная пустота, только белый шум звенел в ушах. Первым вернулось зрение. Она была на лугу. Вокруг — трава и скалы. Она сидела на коленях. За плечи ее держала Амалия, позади нее — Руэль. Где-то в стороне — куча золотых доспехов, в которых Ева узнала своих недавних знакомых, рыцарей Справедливость. Потом очнулось осязание. Ладонь Амалии дрожала, сжимаясь на плече кра, колени холодила влажная земля. Щека горела. Глаза горели. Было больно. Обоняние и вкус. Тяжелый, железный запах крови. Режущий глаза и нос запах серы. Соль на губах. Слух. — Евангелина? — с надеждой позвала ее Амалия дрожащими губами, сдерживая слезы. Ева медленно повернула голову, моргая и фокусируя взгляд на принцессе. — Амалия, — прошептала Евангелина, глядя на нее так, будто видела подругу первый раз в жизни. Амалия едва заметно улыбнулась ей, пытаясь совладать с накатившими слезами. Ева медленно перевела взгляд ей за спину. — Руэль, — выдохнула кра сквозь боль, стискивающую ей ребра. Старик улыбнулся ей, кивая. Потихоньку Ева начинала приходить в себя. — Ева… — сдавленно позвала Амалия, заставляя Евангелину перевести взгляд снова на нее. — Юго… Гроуви… Их забрали в мир демонов Шушу… Евангелина моргнула. Осторожно подняла руки. Притянула принцессу к себе, пряча ее лицо у себя в плече и мягко гладя по волосам. — Мы вернем их, — просипела лучница, игнорируя режущую боль в горле. — Мы вернем их, Амалия. Все будет хорошо. Садида шмыгнула носом и закивала, крепче обнимая подругу. Ева повернула голову, натыкаясь взглядом на рыцарей, все еще стоявших неподалеку. Они знали, куда исчез Гроуви. Ева нахмурилась, отпуская Амалию и поднимаясь на ноги. — Вы двое. Больше она его не потеряет. — Сейчас вы расскажете мне все, что знаете о мире Шушу и как туда попасть. Иначе вы узнаете, как жесток мой гнев.