Превратности судьбы

      Переместившись, Гермиона отпустила теплую ладонь и, не оборачиваясь, кинула:       - Иди за мной. – наступив на первые ступеньки крыльца, девушка исчезла. Дом по меркам Лондона был небольшим, но что мешает магу? Ничего. Внутри он мог быть какой угодно. Приглядевшись, Белла заметила белую линию. Это была пометка охранных чар. Гермиона нервничала после встречи с журналюгой непонятно почему. Все было так спокойно и доверительно, но она явно злилась. За защитными чарами ждала открытая дверь и стоящая в ней хозяйка. Немного взвинченная, обдумывала что-то.       - Прости за то, что случилось на башне. Я думала, они отстали от меня. Нехорошо получилось. Дом накрыт многослойными чарами, даже Рита Скитер не смогла бы сюда попасть. Амброзиус… - договорить ей не дали. Ведьма только сейчас поняла, насколько на неё давили незнакомые места и нужда быть крайне осторожной. Оказавшись под куполом защитных чар, цепи сдержанности упали. Она ничего не слышала. Вид трепещущейся на ветру рубашки, чуть растрепавшихся волос и мягкий голос заполнили мозг одним желанием. Сделав шаг, Белла втянула немного удивлённую девушку в нежный, трепетный поцелуй. Постоянно казалось, что не могло так повезти, не может после всего её полюбить такая девушка. Каждый момент бесценен. Если бы в эту секунду её повязали, ведьма не пожалела бы ни о чем. Да что там! Помереть в этот момент незазорно, лишь бы почувствовать удивлённый ответ чуть холодных губ.       Приобняв женщину, Гермиона осознала: Белла дрожит, напряжена и нездорово сдержана. Сейчас она особенно уязвима и не боится это показывать. Нужно было действовать. Привычка держать палочку в незримом кармане у манжета в очередной раз пригодилась. Белый туман окутал их, перенося в гостиную. Дверь хлопнула. Оказавшись зажатой между диваном и стройным телом, ведьма попыталась приподняться. Серьезный обеспокоенный взгляд приковал к месту.       - Нам нужно поговорить. Мне очень льстит, что ты так трепетно ко мне относишься, но… Я давно не девочка, прекрати носиться со мной, как с хрустальной вазой. Я… Мне… - взгляд ушел направо. Так некстати вылезшая стеснительность раздражала, но избавиться от неё не представилось возможным.       - Хочешь большего? – мягкий блеск зеленых глаз чуть не увел мысли совсем в никуда. Совершенно счастливо улыбаясь, она продолжила. – Мерлин! Вы полны сюрпризов. – дразнящий, немного снисходительный тон раззадорил хозяйку дома.       В полуприкрытых глазах мелькали разные эмоции, но в них нельзя было вычленить главное. Стало делом чести вызвать те же чувства, которые бились на мечах в глубине души. Первый раз за долгие годы девушка закатила глаза в недоумении и наклонилась. От томного взгляда сердце пропустило удар. Прижав ведьму к дивану всем телом, она начала одурманивающий во всех отношениях поцелуй. За двадцать лет брака волшебница успела многому научиться. От такого напора Белла чуть не застонала. Рука, обхватившая ягодицу, окончательно снесла вечно во всём сомневающийся разум. Перехватив инициативу, ведьма оказалась сверху.       - Ты так красноречива, Рыжая. – одним резкими движением они оказались в вертикальном положении, прижатые вплотную. Широкая, обалдевше наглая улыбка ударила в самое сердце. Уже не разобрать, где чьё дыхание. – Я не разочарую тебя. – томное, мягкое, как все перины мира, обещание чувствовалось железным и правдивым. Забыв про слова, они обменялись эмоциями, томными взглядами, нежными прикосновениями, стуком радостного сердца.       Белла любила долгие прелюдии, ей нравилось чувствовать своих партнерш. Чувствовать мурашки под руками, тихие стоны, беззвучные просьбы, но сегодня сдерживаться было сложно. Внимательная, чувственная Гермиона хотела не только принимать, но и отдавать. Привыкшая все брать в свои руки, она тянулась передать нежную страсть. Непонятно сколько они самозабвенно целовались, пытаясь перехватить инициативу. Эта игра нравилась обоим. Изголодавшиеся по ласке женщины, откровенно наслаждались процессом. Языки танцевали, узнавая друг друга все больше. В один момент Белле удалось извернуться и подхватить волшебницу на руки, как кенгурёнка.       - Пойдем в спальню? – напрягшиеся на мгновение руки расслабились, чуть затуманенный взгляд сфокусировался. Резкая перемена положения сбила волшебницу столку. Она выглядела немного уставшей.       - Так? – удивление в её голове повеселило ведьму. «Неужели этот олух Уизли никогда не носил её на руках? Семейка нищебродов, что с них взять?»       - Да, так. – в подтверждение своих слов, она скинула туфли. – Куда идти?       - Прямо, потом вверх по лестнице. – чуть испугавшись первого толчка, Гермиона по крепче схватилась за плечи, но под успокоившись прильнула и обмякла. Путь оказался неблизким. Лестница была в дальнем конце дома, а спальня в конце коридора второго этажа. Ведьму распирала от счастья и нежности, так что она не сразу заметила сопение. Было уже глубоко за полночь. Лунный свет освещал спальню. Осознав, что девушка уснула, Белла совсем утонула в нежности. Страсть утихла, затопленная заботой. Как можно бережнее она опустила тело на кровать, взмахом кисти убирая одеяло. Заклятье сняло брюки, рубашка осталась, ради душевного спокойствия. Интерьер этой спальни Белла про себя назвала душевным минимализмом. Двуспальная, немного массивная кровать, тумбочки, лампа на длинной ножке, шкафы и ковер с высоким ворсом.       Ради приличий стоило уйти к себе в дырявый котел, но что-то подсказывало, что милая леди расстроится её уходу. «Она хотела что-то сказать, там на стене белой башни. Совсем вымоталась, почему она назначила свидание в пятницу? Старею, раньше я не могла спокойно сидеть рядом с красивой девушкой. Может оно и к лучшему. Хорошо, что одежда зачарована в восемь слоев.» Достав палочку, она наколдовала из костюма белую ночную сорочку. Места на широкой кровати хватало на троих. Усталость взяла свое, через минуту женщины уже сопели в обнимку. Перед тем, как уснуть, ведьма успела поймать обрывок мысли, но запомнить его не смогла.       Проснулась ведьма от топота. По коридору быстро ходили, громко смеялись и что-то таскали. Гермиона шикала на них, но люди продолжали ржать, только на полтона потише. Обрывок разговора долетел до ушей.       - Сдались вам эти эликсиры. К чему такая спешка? Аккуратней! Испортите мой универсальный котел можете не возвращаться! Ты понял меня, Рональд? - разговор проходил громким полушёпотом.       - Гермиона, я же слежу за ним! Если получится с элексирами, купим тебе новый! – веселый голос принадлежал явно одному из Уизли.       - Поэтому я и беспокоюсь! Вы бы еще в семь утра приперлись! У меня гости спят!       - Мы спросили Джинни, она сказала, что ты свободна. Да что такого, заберем и уйдем!       - Буть я одна, слова бы не сказала! Рон, ты сам решил съехать, теперь не жалуйся.       - Да ладно тебе. Кого приютила?       - Белладону Миллс, на рождество познакомились. – ничего уточнять она не стала.       - Эта та, о которой Рози рассказывала?       Голоса удалились к лестнице, ответ ведьма разобрать не сумела. Стоило встать с кровати, как ночнушка легко перекинулась обратно в костюм. Поразмыслив, Белла превратила жакет в черную приталенную рубашку. Брюки сели как влитые. Гонимая любопытством, она прошла на первый этаж. В зале, соединённом с кухней, стояли двое. Гермиона палочкой наводила лоск на костюме рыжего мужчины, он явно был одним из многочисленных Уизли. С первого взгляда становилось понятно, что они куда больше, чем старые знакомые. Перепалка продолжалась.       - Заклинание продержится три часа. Захочешь скрыть помятости - смени пиджак. – Рыжий улыбнулся мягкой улыбкой привыкшего выслушивать мужа.       - Я понял. Не первый раз. Это… Мама спрашивала, когда ты освободишься? – между ними оставалось полметра. Белле это страшно не нравилось. Взявшееся из ниоткуда чувство собственничества вспыхнуло и тут же потухло. Гнилой червяк сомнений напомнил о себе. «Мне изначально не стояло ни на что надеяться. Мне не занять его место.» Внезапная печаль надавила титановым прессом. В эту секунду её заметила хозяйка дома.       - Ты проснулась, Белла? – мягкий голос на миг отпихнул пресс печали. – Познакомься, Рон Уизли – мой бывший муж. – она повернула голову к мужчине. – Белладонна Миллс. Учёная из Калле. – Рон с ведьмой заметили, как она перешла на профессиональный тон. Обоим это несильно понравилось, но выбирать не приходилось. Следуя вбитым в подкорку приличиям, Белла подошла и протянула руку.       - Рада познакомиться. – лицо никак не выражало чувство глубокой зависти. «Этот олух был с ней все эти годы?» Ладони встретились в крепком рукопожатии.       - Я тоже. Мне про вас дочь рассказывала, вы её очень впечатлили. Эмм… Я пойду, Гермиона напиши маме, а то она от нас не отстанет. – он уже хотел уйти, но его остановила рука на бицепсе.       - Стой. – почти машинально, Гермиона принялась поправлять галстук. – Вечно у тебя все… Я предупреждала, раньше апреля можете не ждать. Иди. – Аккуратным и нежным движением она погладила галстук убеждаясь, что все гладко. Белла погрустнела еще больше. В её жизни не было никакой бытовой романтики, только печать и сожаления. Накрытая заклинанием метка пожирателей кольнула кожу. Слезы уже готовы были навернуться, но сила воли передавила их еще на подходе.       Рон привычным жестом приобнял девушку. Отстранившись, он весело кинул:       - Я все понял. Маман как обычно. Все получится, Гермиона. – добродушно улыбнувшись, мужчина вышел. Даже походка излучала энтузиазм. Дверь хлопнула.       - Доброе утро. – спокойное лицо резко омрачилось, наблюдая чуть сдерживаемые слезы. – Белла? – ведьма стояла неестественно ровно и отчаянно боролась с собой. Тяжесть всех потерянных лет вновь взяла её на удушающий. Чуть сдерживаясь, женщина ответила:       - Не стоит волноваться. – микрокапелька слез скопилась в уголке глаза, дрожа. – Мне нужно немного времени. Не обращай внимание. – помня о гордости Блэков, Гермиона мягко прикоснулась к запястью. Несмотря на лицо, она спросила:       - Не хочешь говорить не нужно, но… - взгляд перешел на лицо. – я могу разделить твои чувства. Рон мне давно уже как третий ребенок. Не беспокойся об этом. – трогательная забота разбила стенку упрямства. Нужно говорить, пока сознание не собралось в кулак, надежно запирая все ненужные чувства. Нырнув в объятия, старая ведьма тихо ответила, беззвучно рыдая.       - Дело не в нем. Я знаю, мне не стоило надеяться, мечтать и думать о жизни с тобой. Я знаю, еще рано, но я всегда мечтала жить с любимой. Мать разбила первую любовь, моя глупость и Темный лорд забрали шанс на тихую жизнь. Сейчас я призрак, платящий за лихую молодость. Чистая кровь, какой я была идиоткой. – беззвучные слезы тихо капали на синию домашнюю рубашку. Чуть дрогнувшим голосом ей ответили:       - Удивительно как схожи наши чувства. Там, на башне, я хотела попросить тебя пожить здесь неделю. – от удивления Белла встрепенулась, чуть отстраняясь, чтобы посмотреть не почудилось ли. – Дети разъехались, дом стал мне тягость. Вернувшись с отпуска, я часто ловила себя на мысли, что мне очень хочется видеть тебя здесь. Мне не хватает разговоров с тобой. – это признание высушило все слезы, оставляя только недоумение. Позволить себе радоваться ведьма не могла.       - Я не могу рисковать твоим положением. Это слишком опасно.       - Белла, если ты не будешь махать кнутом, никто не догадается о твоем прошлом. Я послала запрос в французский магистериум, не знаю как, но они мне выслали твою биографию за последние десять лет с припиской переехала из Америки. Если бы я не знала о твоем прошлом, то зацепится, было бы не за что. – раздумывая, они инстинктивно отстранились, но не очень далеко.       - Марго очень влиятельна в Бретонии. Я не знаю, что ответить. Это немного неожиданно. – Гермиона широко улыбнулась, сдерживая смех.       - Я не зову тебя замуж. Останься у меня на пару дней? – неожиданно в ведьме взыграла гордость.       - Как ты смеешь надо мной смеяться!? Я останусь у вас столько, сколько посчитаю нужным, леди Уизли. – казалось, она должна была быть надменной, но игривая радость придавала этим словам совсем другой тон.       Ответ потонул в шуме. Мракоборцы сносили запирающие чары. Мгновение, и три грозных тела окружили девушек. В голове хозяйки дома пронеслось «Табу!» Мужчины громко сообщили:       - Департамент магического правопорядка, вы использовали запрещенное имя. Согласно процедуре, мы должны осмотреть дом. - по лицу Беллы было совершенно невидно, но тело напряглось, готовясь бежать. Едва заметным жестом, Гермиона погладила запястье. «Верь мне.» читалось во взгляде.       - Ангус, это ошибка. Можете осмотреть дом. Здесь только я и леди Миллс. – парочка мракоборцев быстро ушла в осматривать дом. Высокий брюнет Ангус заметно расслабился, опуская палочку.       - Мы просим извинений, леди Уизли, но таков протокол. Мы не знали, что это ваш дом. Расскажете, как это получилось? Вы же знаете процедуру.       - Белладонна в городе недавно и не знала о запрете. Мы разговаривали о побеге Белатриссы. Многим до сих пор интересно узнать об этом. Я все понимаю, Ангус. Сегодня суббота, разве на смене не Макинтош?       - Он приболел, леди Уизли. – сзади притопали напарники брюнета. Их лица выражали глубокую настороженность. Патрульных очень напрягало, что они вломились в дом к министру магии. – Мы пойдем. – мужчины очень торопились, Гермионе пришлось их обернуть.       - Протокол. Дай я распишусь. – Ангус протянул плотный лист пергамента, который он мял в руках. Самопишущее перо выпрыгнуло рядом. – Пора уже снимать запрет, я оговорю это с Гарри. Идите. Чары на двери, я восстановлю сама.       Беллатрису очень удивляла непринужденность, с которой девушка общалась с матерыми мракоборцами. Самый младший чуть чуть не обливался потом, боясь лишний раз пискнуть, только начальник Ангус был спокоен. Уважение к человеку и должности прослеживалось в его словах и манерах. Еще раз, извинившись мракоборцы ушли.       - Теперь ты согласна остаться у меня? – в шахматах это можно было назвать ход конем.