Превратности судьбы

      Начало декабря - странное время для работников министерства, когда пролетарии, владельцы лавочек и авантюристы всех мастей радостно ждут праздников - служащие министерства обливаются восьмью потами. Ежегодная проверка эффективности и зависящая от неё надбавка напрягала даже самых матерых бюрократов. До середины месяца отделы и подразделения должны были доказать, что бюджеты освоены не зря. Мракоборцы собирались силами и строчили толстенные отчеты о своей героической деятельности. Отдел тайн объяснялся, что рейды по нахождению новых реликвий нужны и необходимы. Казна пыталась свести дебит с кредитом обязательно в плюс, даже если он в минусе. Министерская канцелярия во главе с Гермионой обеспечивала контроль, буквально кошмаря отделения правками и доработками.       Леди Уизли работала не покладая рук, но Герольд почувствовал легкие перемены, начальница уходила домой в семь. Не засиживалась допоздна и не приходила в выходные. Из личных наблюдений и обрывков сплетен щуплый секретарь сложил два и два. Леди Уизли встречается с кем-то и явно счастлива. Точно никто ничего не знал, но предположений было море, одно смешнее другого. Своевременно зашуганные журналюги предпочитали не рыпаться, «Цвет волшебства» едва не разорился, когда министерство заинтересовалось правомерностью их существования с особым рвением. Амброзиус Стукс молил и стелился в приемной министерши, прося оставить его журнал в покое. Герольд не слышал, что начальница сказала, но вышел он как в воду опущенный, а журнал стал писать советы и веселые рассказы.       Герольд любил рассказывать эту историю друзьям и еще больше зауважал леди Уизли. Было приятно наблюдать счастливую и чуть рассеянную по утрам Гермиону. Мистер Поттер не забывал пошутить на эту тему, из-за чего получал неодобрительные взгляды. Поговорив, мистер Поттер попрощался в дверях приемной. Сегодня вечером планировался прием в испанском посольстве, так что ближе к обеду кабинет опустел.       Портал из кабинета в дом все еще работал. Материализовавшись в гостиной, Гермиона чуть испугалась резвости домовика. Фриз моментально подошел отчитываться.       - Леди Уизли, ваше платье готово, я взял на себя смелость и зачаровал его. Хозяйка сказала передать, что прибудет к обеду. Садовых гномов я выгнал из подвала, но они не сдаются. – хозяйка дома никак не могла привыкнуть к нужде домовика постоянно отчитываться и перестраховываться. Даже став свободным наемным работником, он не изменял своим привычкам. Отпущение домовика на вольные хлеба не прошло без слез. Скальду пришлось прижать Фриза лапой к груди, заставляя перестать биться головой об диван. Сама мысль, что он может стать свободным не укладывалась в его голове. Разозлённой Белле пришлось пустить в ход последние аргументы.       - Фриз. Ты знаешь правила. Род Лестрейнджей прервался на Рудольфусе. Я указала в завещании, после моей смерти, ты станешь свободным. – домовик молча залился слезами, даже не пытаясь вырваться из лап духа. – Не смей перечить мне. Я не хочу тебя отпускать, ты мой, но и рисковать своей будущей жизнью не могу. Прими свитер и будь свободен. Я не стану просить тебя дважды. – домовик прожил слишком много и помнил все. Поверить в такой исход было трудно. Всем сердцем он желал не покидать хозяйку, первую из невесток дома, запомнившую его имя. Эльф молчал о бытовой инвалидности хозяйки. «Как она будет без меня? Одной магией много не сделаешь.» Все еще заливаясь слезами, домовик погладил духа прося отпустить. Молча и печально он протянул руки. – Ты свободен, видит Мерлин я не хотела. Ты будешь работать на меня? – слезы полились еще большим ручьем. Незримая нить магических пут испарилась, оставаясь бледной тенью в сердце домовика. Надев свитер, эльф про гундел;       - Хочу место в кладовке. – от малости этих внезапных требований ведьма громко рассмеялась, пугая своих домочадцев.       - Тебя наймет Гермиона. С ней и разговаривай. – Скальд специально обтерся телом об домовика позволяя просушись об себя слезы. Остановившись, он заявил;       - Скальд остается хозяйка. Хильда только меня подпускать начала, у хозяйки получилось и у Скальда получится. – такое заявление заинтриговало ведьму.       - Хильда? Рядом живут Йольские коты? – намывая лапу дух продолжил.       - Да. Соседний лес занят. Муррр… Хильда живет на холме рядом с Лилем. Хозяйка позволит мне возвращаться в дом? – Фриз от таких новостей перестал рыдать. Он был уверен, что дух поедет с ними, за последний год они очень сильно подружились.       - Я закрою его сохраняющим заклинанием. Приходи, когда захочешь. Фриз, я тебе больше не хозяйка, так что забирай с кухни, что захочешь. Гермиона ждет тебя на днях. – видимо почувствовав свободу первый раз в жизни, Фриз воспротивился, немало удивив духа и ведьму.       - Нет. Фриз будет служить вам до вашей смерти! Мне не нужно ничего. Вы были добры ко мне. Я не хочу вас покидать. Фриз давал клятву и, он выполнит её. – такое заявление растрогало Беллу. Она была уверена, что домовик убежит, как станет можно. Гермиона, знакомая с домовиками куда плотнее и успевшая поговорить с эльфом, пыталась переубеждить её. Человеку со стороны было совершенно понятно, что домовик души в ней не чает и побежит за ней куда угодно. В тот вечер, встретив хозяйку раненой, он чуть не словил три инсульта. Беззвучно рыдая, Фриз носился за ингредиентами для зелий по всей Франции. Успокоился он только убедившись в том, что зелье работает.       - Ох… Фриз. Я рада, что ты так предан мне. – полный теплоты взгляд от вечно холодной хозяйки согрел сердце лучше, чем все свитера мира.       Дальше шли долгие переговоры застатой врасплох Беллы и домовика. Он отказывался работать за деньги и вообще покидать хозяйку. Даже лишённый пут, он стоял на своем. Ведьме пришлось объяснить ему суть плана Гермионы. Она очень точно подметила, что домовик захочет остаться и просила быть помягче. «Не волнуйся. Он сделает так, как попросишь. Фриз очень любит тебя. Я понимаю, что отпускать его тяжело, но волноваться не о чём.» Домовик принял наконец конспирационный план, но заявил, что деньги будет тратить на всякие кухонные приблуды. Раньше он не решался просить на них денег. Бывшая пожирательница от такого заявления залилась смехом снова.       В тот же день, пока хозяйка прощалась с коллегами, он переместился в Лондон. Застав девушку за чтением писем, он очень тактично кашлянул. Гермиона подозревала, что получится как-то так и ждала домовика. Очень тактично он попросил личную кладовку и кухню в полный доступ. Условия его найма оказались куда лучше, отказываться он не решился. С того дня в доме министра магии всегда пахло едой. Кузены, узнав о освобождении, пытались переманить его к себе, но узнав, что его позвала работать знаменитая леди Уизли, отстали. Гермиона не подозревала, насколько её уважают домовики в Англии. Служить в её доме оказалось весьма почетно. Фриз теперь получал уважение и скидки у всех домовиков Лондона.       Сейчас в доме царила спокойная безмятежность. Белла перевелась в лондонскую академию магических искусств и продолжала свою деятельность уже там. Эксперимент с янтарем не удался и это толкнуло мысли в другие стороны. Лондонские заклинатели приняли уже знаменитую ведьму весьма охотно. Объёмная статья раз в месяц и лаборатория для экспериментов устраивали и Белладонну Миллс и, директора академии. Гермиона любила наблюдать, как она по вечерам пишет заметки или учит понравившиеся заклинания. Часто они встречались на кухне, и Белла завораживающе варила кофе. Было что-то соблазнительное в её сосредоточенном взгляде и взмахах руками.       Выслушав домовика, хозяйка дома решила перекусить сэндвичами. Парикмахерша должна была прийти с минуты на минуту. Шнур от магловского тостера торчал из банки с зачарованной слабым проклятьем бури. Пришлось повозиться, чтобы выдать точный заряд для аппарата. Закинув хлеб, девушка принялась резать огурцы и курицу, заботливо подмороженную домовиком. Тихо подошедшая Белла снова удивилась, наблюдая ручную нарезку ингредиентов. Бытовой труд был чужд её натуре. Тихо подойдя с боку, она положила руку под пояс Гермионы, легко просовывая ей в передний карман брюк. Привыкшая к таким заходам, Гермиона чуть прижалась к ней телом. Ведьма невесомо прикоснулась губами к щеке, дыша прямо в ухо, она спросила:       - Когда тебя ждать? – в очередной раз удивившись дрожи, прошедшей по телу, хозяйка дома ровно ответила, не отвлекаясь от нарезки огурцов.       - К полуночи. Прием будет долгим. Ближе к шести заедут Гарри с Джинни, мы сегодня на министерской карете. – не меняя положения тела, Белла изящным жестом подцепила кружечек огурца.       - Я буду в кабинете. – огурец громко хрустнул во рту. – Ждать тебя по вечерам бывает очень волнительно. – поймав волну нежности, Гермиона опустила нож и повернулась, сразу попав в плен мягких рук. Ладонь легла на грудь ведьмы, легко поглаживая кожу, видневшуюся в вырезе черной рубашки. Секунду они молчаливо наслаждались прикосновениями, нежно смотря друг на друга.       - Твои глаза совсем бездонные. Никак не привыкну. – нежная, чуть сдержанная улыбка снова прошибла сердце на вылит.       - Я тем более. – Белла притянула любимую к себе. – Превратности судьбы? – девушка сама потянулась за поцелуем. Зная о волнениях ведьмы, Гермиона старалась развеивать её сомнения. Она все также трепетно-заботливо относилась к ней, но иногда на женщину находила печаль и сожаления, которые легко было вычислить и предотвратить. Прикосновения легко отвлекали их обоих. Любые печали и проблемы становились проще стоило только почувствовать уверенную руку на талии. Боясь увлечься, они обменивались легкими поцелуями. Щёлочек тостера прервал их уже обыденные нежности.       - Тебе сделать? – испытав очередной приступ разочарования, Белла размножила тосты в два раза щелчком пальцев. Магловская машина вызывала у неё подозрения, пусть и готовила отличные тосты.       - С удовольствием. Мне нужно дописать месячную статью, как раз займусь до твоего прихода. Аннушка придет сюда? – парикмахерша и ведьма питали друг другу здоровую неприкрытую неприязнь. Белла категорически не приносила шабутную девушку. Любовь к шекспировской драме на ровном месте раздражала её неимоверно. Парикмахерша видела в ней консерваторшу, не принимающую ничего нового. От части это было правдой.       - Да. С минуты на минуту придет. Держи. – сэндвич перешёл из рук в руки.       - Тогда пойду в кабинет. Её щебетание доведет кого угодно до ручки. – прихватив сэндвич, женщина уже двинулась к коридору, но прикосновение к запястью заставило повернутся. Вопросительный взгляд уперся в решительно-ласковое лицо.       - Пообещай мне не изводиться по пустякам? – тронутая заботой, ведьма вложила руку в ладонь.       - Не могу, но постараюсь не показывать свои слабости. Я верю тебе и буду ждать.       Ответ вполне удовлетворил обоих. Гермиона была крайне удивлена, вернувшись однажды под утро с одного из приемов и застав Беллу в крайне подавленном настроении. Она долго отнекивалась, но в конце концов объяснила причину своей печали. Нерациональный страх потерять самое дорогое давил на неё, как стальной пресс. Справляться с ним становилось особенно тяжело в одиночестве. Волшебница как могла успокоила любимую, но с тех пор никогда не задерживалась. Приступы печали никуда не делись, но проявлялись все реже. Разговор прервал дверной звонок. Аннушка давила на кнопку в одной ей доступной раздражающей последовательности. Сжав руку напоследок, ведьма удалилась.       Аннушка щебетала последние сплетни магического Лондона, ловко орудуя зельями и заклинаниями. Быстро справившись с волосами, она также ураганно быстро упорхнула дальше. Лучшая парикмахерша Лондона славилась легкостью на подъём. Внезапно оказавшись в тишине, Гермиона выдохнула: девушка умела утомить.       Платье село как влитое, приталенное, с небольшим неброским декольте, бежевое с чёрными вставками, оно подчеркивало зрелость ума и моложавость тела. Гардеробная хранила множество нарядов и офисные костюмы. Должность обязывала иметь немаленький гардероб. Комната сама по себе была узкой с единственным узким и высоким окном. Большое зеркало ютилось у бездонного во всех отношения шкафа.       Восхищенный голос застал девушку за выбором украшений.       - Удивительно, как тебе идут любые платья. Бриллианты? Лишь они не будут портить твою прекрасную шею. – длинные пальцы подцепили золотой кулон с прозрачными камнями, переливавшимся в закатном свете.       - Помоги? – неожиданно обстановка приобрела очень интимный характер. Игривый взгляд почти прожог ведьму. Сглотнув, Белла неспешно подошла, забирая кулон. Запах свежих духов уводил сознание совсем не в те дебри. Неспешным движение смакуя момент, ведьма накинула цепочку через шею. Почти нестерпимое желание прикоснутся каким-то образом удалось передавить. Не задумываясь, она магией убрала волосы в бок, оголяя красивую тонкую шею. Девушка вздрогнула, почувствовав горячий вздох на спине. Застёжка щелкнула. Попав в ловушку чувств, дамы стояли чуть дыша. Рука плавно скользнули на плечи, переходя в аккуратные крепкие объятия.       - Как жаль, что тебе нужно ехать. – оцепенение наконец спало. Гермиона повернулась головой к Белле, утыкаясь лбом в неё. Мягкая рука погладила запястье.       - С ума с тобой сойдешь. – слова буквально выпорхнули, бессильно растворяясь между ними. На улице с громким стуком приземлилась карета, пегасы ржали и били копытами по мостовой. – Мне пора. – легко отстранившись, она неспешно побрела к выходу. Не оборачиваясь. Встав у окна, ведьма наблюдала, как карета улетает в верх. Оставалось мирно ждать вечера и шлифовать статью. Работа затянула с головой, в процессе выяснилось множество любопытных вопросов и нюансов. Ближе к двенадцати ведьма решила прилечь на диван в гостиной. Не заметив как, она уснула.       Вернувшаяся точно в срок, министерша удивилась открывшейся картине. Белла мирно сопела на диване, лежа на спине. Быстро переодевшись в домашнее, девушка присела рядом, размышляя стоит её будить или нет. Не решившись прикоснуться, она привстала за пледом с намерением укрыть. Шестым чувством Белла спросони поняла намерение. С помощью магии сама притянула плед и девушку в свои объятия.       - Ложись со мной. Уже поздно. – никаких других вариантов не предполагалось. Эта заносчивость почему-то не раздражала, а умиляла. Непреклонно требовательная в мелочах, она умела быть нежной. Ширины дивана легко хватило на двоих. Удобно устроившись, девушки мирно уснули.        Утром ведьма проснулась первой и долго разглядывала спящую девушку. Все еще не верилось, что все получилось, и настолько прекрасная женщина желала быть с ней. Даже просто смотреть на неё было волнительно, сердце в очередной раз замерло. Волшебница поежилась, просыпаясь, сонный голос заставил улыбнуться:       - Белла, дыши, я не растаю. Который час? – будильник на журнальном столике показывал девять утра.       - Девять. Сегодня же суббота? Тебе куда-то нужно? – девушка поворочалась, закутываясь в плед.       - Джинни сказала, что зайдет в двенадцать. Скоро дети приезжают на праздники, нужно обсудить кто в Нору поедет первыми. Хьюго с Чарли не приедут, а Рози пока не знает. Нужно обсудить. – Многочисленные Уизли появлялись в жизни Гермионы с завидной регулярностью. Не проходило и недели, чтобы кто-нибудь не заходил. Любопытная Молли, её сыновья, заходившие по поводу и без, Джинни, многочисленные племянники, просившие совета или защиты от бабушки и матерей. Поначалу это удивляло, но потом стало привычным. Джинни немало удивилась, когда узнала про роман своей подруги, но приняла все легко и даже помогла аккуратно подготовить почву для рассказа всем остальным. При знакомстве Белла скользнула в любимый образ обаятельной заклинательницы. Уже через час миссис Поттер и леди Миллс травили злобные шутки и обсуждали скользкие темы журналисткой работы. Белла имела очень хорошую память и помнила всех многочисленных Уизли с самых бородатых времен. Девчушка в её памяти превратилась в настоящую англичанку. Сейчас уже было неудивительно вспомнить, как она смело вошла в поединок с самой Беллатриссой. «Наглые дети выросли. Совсем другая Уизли...»       Любопытная Молли новостям не обрадовалась, но познакомиться пришла. Беседа не задалась с первых слов. Недолго поговорив, они молчаливо решили держать нейтралитет. На семейные праздники звали только Гермиону, но препятствовать и возмущаться миссис Уизли не решалась. Отчасти, это стало возможным после неожиданных, но очень искренних слов Беллы:       - Вы можете думать, что угодно. Я перед Уизли стелиться не хочу. Не мне просить одобрений, но вы её семья. Мне не стоит с вами ссориться, но если потребуется, я утоплю кого угодно в крови ради неё. – тут до мозга дошло, что режим защиты ляпнул лишнего. – Эмм… Я люблю её и только её слово заставит меня уйти. Мне хватает ума ни на что не претендовать. Вам в родню не набиваюсь. – Гермиона, услышав эти слова с кухни, чуть не запнулась об собственную ногу. «Как можно ТАК подставляться? С дипломатией у тебя...» Леди Молли тоже опешила от таких речей. Привстав, она ответила:       - Что же… Мне нужно подумать. Гермиона, отойдем ненадолго?       Беседа за углом свелась к мысли «Дело твое.» Артур в этом плане был куда более прогрессивен и уже дома успокаивал жену. Их многочисленные сыновья, если и имели вопросы, то держали их за зубами. В общем, они ждали вердикта Альма-матер, но он затягивался. Вопрос принятия Беллы в семью остался подвешенным в воздухе. Больше всех удивил Рон. Узнав от Джинни новости, мужчина повел себя по-джентельменски. Пожав плечами, он попросил передать, что рад за неё и если он не смог, то надеется, что леди Миллс сможет. Элексиры, которые задумывались, как авантюра, неожиданно выгорели, и теперь волшебник мотался по всей Англии, налаживая поставки ингредиентов.       Подумав, ведьма тоже закуталась в плед, согревая объятьями любимую.       - Милая, а как мы оказались на диване?       - Кто-то на нем вчера уснул.       - Да? Не помню такого. Будем дальше спать?       - Только до десяти. Я хочу сходить помыться. – длинные пальцы прошлись по спине Гермионы к бедру, ласково намекая.       - Может, сходим вместе? – этот вопрос окончательно выпнул остатки дремоты за горизонт. Неспешно приподнявшись, девушка переползла из объятий на грудь, удобно устраиваясь сверху.       - Какие непристойные предложения с утра. – поцелуй получился небыстрым и очень намекающим. – Намокнуть мы можем и так. – в ожидании ответа взгляды встретились.       - Как пожелаешь, рыжая.       - Давай в ванну потом? Сейчас справимся и так. – она уже было потянулась за поцелуем, но длинный указательный палец помешал.       - Когда-нибудь, я выясню почему ты не хочешь принимать со мной в ванную. – перехватив запястье рукой, Гермиона очаровательно улыбнулась.       - Когда-нибудь…       Это утро было похоже на многие другие, но от этого резкой дуэлянтке было только лучше. К ней буквально лоснилась девушка мечты. Что еще нужно старой ведьме?