Секрет

*** На больничный Ольгу отпустили сразу, учитывая анамнез и небольшой тонус. Минуло ещё восемь недель, и, наконец успокоившись, она вышла на работу. День протекал обыденно, она разбиралась с бумагами и отчётами, бесконечным количеством жалоб, в том числе и на мужа. – Лиза, Рыкова ко мне в кабинет! – гаркнула она. – Паша по-хозяйски ввалился в кабинет, но тут же сел, увидев её воинственный настрой. – Ты совсем охренел!? – Что случилось, Оленька? – А то, что ты опять кого-то побил на вызове, какого чёрта!? – прокричала она и схватилась за живот. – Что-то случилось, Оль? Тебе плохо? – Прихватило, сейчас пройдёт. – Спокойно, дышим, я сейчас вернусь. – Рыков быстро ретировался из кабинета. – Ребят, там Оля, короче, долго объяснять, гоним в больничку. Он сопроводил ее до кареты скорой помощи, Оля вцепилась в его ладонь и сдавленно спросила: – Мы её потеряем, да? – Тихо-тихо, нам осталось ехать пять минут, – Паша успокаивал любимую как мог, хотя и сам не надеялся на благоприятный исход, – Коль, гони быстрее, у нас воды отошли. Доехав до клиники, Оля на ватных ногах в полудрёме прошла в смотровую. – Давно воды отошли? – собирала анамнез ведущий гинеколог. – Ольга не чувствовала ничего, кроме схваткообразной боли и дикой слабости, до дрожи. – Сурфактант и дексометазон колите, быстро! – командовала врач, транспортируя Олю в родзал, где уже развернули операционную. – Будем кесарить. – Не успеем… – бездыханно произнесла Оля, – Я рожаю! – Её обдало холодной волной пота, тело пронзило крупной дрожью, и она готовилась к худшему. – Оленька, всё хорошо, слышишь? У нас ещё есть время, я рядом, с тобой, с малышкой… – Арефьева ничего не ответила, лишь безнадёжно моргнула, ощущая, как лекарство сквозь систему капельниц попадает в организм. На Олины роды собрался консилиум врачей, в том числе и Евгения. – Жень, можно мужа позвать? – тихо спросила она, понимая, что исход родов может быть любым. – Будем рожать? – Угу. Господи, как больно… – прорычала Оля, сквозь сильную схватку. Паша ходил по коридору из стороны в сторону, обхватив голову руками. Ожидать исхода за дверьми роздала было невыносимо. Разрушающе до основания. Дверь тихонько приоткрылась, и он с надеждой посмотрел в глаза врачу. – Проходите, только быстро. Оказавшись рядом с женой, он почувствовал облегчение, Оля тужилась, стиснув зубы, и единственное, что её волновало, вес ребёнка. – Всё, моя хорошая, ты молодец! – облегчённо сказал Павел, подавая ей бутылку с водой. Новорождённую девочку сразу забрали неонатологи и девочку ей не показали — не положено. – Паш, почему ее не показали? Она дышит? – Малышка была красно-сизого цвета, с мраморным рисунком на коже, с непропорционально большой головой и тонкими волосиками. Почти сразу после рождения её подключили к аппарату ИВЛ и определили в кювез. – Оля, ты меня слышишь? – спросила Евгения. Оля кивнула и ожидала ответа. – Лёгкие раскрылись, мы успели, но сама понимаешь, тебе сейчас лучше ее не видеть. – Вес, Женя, с каким весом она родилась? – 1150г, 34 см, так что прогноз хороший. Через неделю сможете увидеться, а пока тебе надо отдохнуть. – С ней точно всё будет хорошо? – И Ольга, и Павел отлично понимали, что дочка едва преодолела порог «критически низкого веса» и мысленно готовились к худшему. – Я тебе обещаю. *** Абсолютно растерянный и опустошённый Паша, выйдя в коридор клиники, набрал матери. – Да, Паша, я слушаю. – Возможно, нам понадобится твоя помощь. Подробности не по телефону. – Голос его был взволнованным и разбитым. – Я поняла, куда ехать?