Тяжесть мира покоится на его плечах

«Так, вроде ничего не забыл» – проговаривает себе под нос парнишка с волосами цвета белой сахарной ваты. Затем сосредоточенно (насколько это возможно) осматривает комнату, чтобы удостовериться. Небольшая кровать с разноцветным одеялом разобрана (и приводить ее в надлежащий вид совершенно некогда), некоторые постеры MARVEL покинули свои законные места на стене над кроватью и теперь ловят пылинки, лежа на полу. На широком столе устроили бунт блокноты, цветные карандаши и открытки с видом на Италию, а чуть дальше учебники по математике и физике что-то не поделили с комиксами про Стражей Галактики, потому как лежали друг на дружке в раскрытом состоянии. В комнате хаос, в голове тоже, но нужно собраться! Парнишка перепроверяет снова – все тетради, ручки, необходимые учебники уже смирно лежат в небесно-голубом рюкзачке, готовые к путешествию в школу. Ах да, тетрадь по Корейскому! Чуть трясущиеся от подстегивающего волнения руки хватают внушительную толстую тетрадь со множеством стикеров и закладок и наспех пихают к остальным школьным принадлежностям. Беловолосый шумно выдыхает. — Ликсии, иди завтракать! Накинув на одно плечо укороченную джинсовку, а на другое – рюкзак, Феликс торопится в кухню – Чанбин ругается, если еда остывает и ее приходится повторно греть. Зевок, что не хочет быть обнаруженным, слегка красноватые глаза и непричесанное облако на голове – ничто не способно укрыться от взгляда старшего брата: — Айщ, ты спал вообще? — Ну… пару часов… — врать тут бесполезно, Чанбин же чувствует. Старший качает головой, расставляя на столе кимпаб*, прекрасный в своем разрезе с виднеющимися оттуда кусочками овощей, большую тарелку с говядиной в сладком соусе и мисочки с закусками – все так аппетитно, так привлекательно, и в другой день Феликс бы уже уплетал за обе щеки, но сейчас кусок в горло не лезет. Однако, Чанбина расстраивать тоже не хочется, он же, небось, все утро на кухне суетился. — Ликси, сейчас надо особенно хорошо поесть. Иначе все правила из головы на экзамене вылетят! — Ооох, не напоминай! — мученически тянет младший, хватая палочками кусок говядины. — Не нервничай ты так! Готовился же. — Готовился. — Ешь, ешь, не отвлекайся. — К говядине присоединяются кимпаб и кимчи**, что Чанбин заботливо подкладывает в тарелку брата. — Хен, я все это не съем! — Ладно, — Чанбин откладывает палочки и беспокойно поглядывает на Феликса, пока тот молча жует. Окно открыто – чуть прохладный свежий воздух завладел просторной кухней и теперь играет со светлыми прядями, едва поддувая их, а несколько смелых лучей отделились от остальных и проникли в помещение, чтобы полежать на розоватых щеках, усыпанных звездочками-веснушками. Феликс дышал юностью. А юность дышала им, готовая раствориться в нем без остатка, въесться в мягкую здоровую кожу, проникнуть в легкие, раскрываясь там прекрасным весенним цветком. У Феликса вся жизнь впереди. Конечно же, если он сдаст этот пробный экзамен по корейскому и не умрет от волнения. — Спасибо, Хен! Все очень вкусно! — улыбка на лице-то есть, но почти незаметная из-за тени нервозности. — Хей, Ликси, ты справишься, — тон старшего становится еще мягче, взгляд еще теплее, — просто повтори неспеша все, что успеешь перед экзаменом, ты же учебник взял? — Взял. — Вот. В любом случае, даже если не сдашь… — Если не сдам, то и на основном провалюсь! Чанбин понимает – это волнение, первый пробный экзамен в этом году. — Просто подготовишься получше и… — Хотел бы я быть сейчас в Италии! С родителями. — Голос Феликса, в котором отчетливо прослеживается горький привкус обиды, чуть надрывается. — Они там путешествуют, а мы с тобой тут, тут… — Ликси, они там работают. Гораздо больше, чем отдыхают, поверь. — Чанбин вздыхает, подбирая нужные слова. — Мы не так уж плохо живем, у тебя сейчас период сложный, но он пройдет. Ты вот экзамен этот сдашь, и можем сходить в кино, например. — Я бы хотел видеть их, а не открытки, которые они присылают. Хотя бы чаще, чем раз в три месяца. — Мальчик с пушистыми волосами сейчас глядел в стол перед собой, чуть надув аккуратные губы. Утешение с кино не сработало. — Может напросимся к ним в Италию на лето? Ну или где они будут? — Может.             Братья жили и правда не плохо. Квартиру, которую им снимают родители в Сеуле, они уже давно обжили и подстроили под себя – комната Чанбина, аккуратная и практичная, находилась через пару комнат от логова Феликса, где почти всегда царил (творческий) беспорядок с несочетающимися друг с другом, на первый взгляд, вещами. Это были их собственные мирки, где они вкушали время наедине с собой, хотя иногда и захаживали друг другу в гости. Кухня же была призвана объединять их, перемешивать в воздухе запахи еды со звуками разговоров и смешков. Утром, после звонка будильника, Чанбин готовил завтрак для них обоих. Пожелав друг другу удачного дня, Чанбин убегал либо на учебу в Техническом, либо на подработку на завод, а Феликс отправлялся на учебу. Выходные младший обычно проводил, зарывшись носом в комиксы. А вечером, если Чанбин задерживался, выскакивал на улицу, и, разрезая быстрыми взбудораженными движениями наступающую темноту, направлялся в сторону волнующих кровь заброшек вместе с Чонином… Чонин! Феликс дожевывает остатки кимпаба и еще раз благодарит Чанбина за завтрак. — Возьми зонт! Ночью дождь был, днем тоже может ливануть. Захватив после недолгих уговоров черный зонт и банку с Колой из холодильника, Феликс покидает дом вместе с остатками спокойствия и уверенности. Однако, нет. Не все потеряно – он видит спрятавшего глаза в телефоне Чонина, который тут же поднимает голову, и слегка расслабляется. По крайней мере, он будет не один. — Ты время видел? Или забыл, что я зайду? — О тебе забудешь, как же! — Феликс слегка пихает одноклассника в плечо. Чонин хоть и возмущается, но все же улыбается: — Ну что, ты готов? Я почти ночь не спал… — Я тоже! — Последние задания такие сложные! Но за них дают много баллов, хорошо бы их сделать… Сквозящие волнением разговоры о предстоящем пробном экзамене и шелест переворачиваемых страниц учебника по Корейскому вскоре перемешались с потоком более громких звуков, когда старшеклассники подошли к школе. Сперва два урока английского языка, потом физкультура и только потом… экзамен. Кажется, этот день будет длиться вечно. Смеющиеся Феликс и Чонин кажутся такими маленькими на фоне этой большой школы, этого огромного мира, который будет открываться им каждый день, успевай только смотреть, хватать, запоминать. Они – маленькие подростки с большими дерзкими сердцами, охваченными огнем жизни и жаждой приключений. Маленькие люди, которые заполнят существующую реальность большими амбициями и вывернут наизнанку пылающие души. *Кимпаб – популярное блюдо корейской кухни, представляет собой роллы, завернутые в сушеные прессованные листы «морской капусты», наполненные приготовленным на пару́ рисом, с добавлением начинки, нарезанной или выложенной полосками, обычно квашеных овощей, рыбы, морепродуктов, ветчины и омлета. **Кимчи – блюдо корейской кухни, представляющее собой остро приправленные квашеные овощи, в первую очередь, пекинскую капусту.