Глава 19
5 декабря 2022 г., 23:32
— Капитан кавалерии Ордо Фавониус… — пробормотал синевласый, сидя на утёсе Звездолова и бездумно смотря в даль.
С момента разговора с Дилюком прошло 3 дня, в которые они не виделись и не связывались. Кэйе нужно было привести мысли в порядок.
После того, как ему отдали Глаз Бога, Кэйа молча смотрел на него, после чего извинился и спешно покинул винокурню. В тот момент он сильно растерялся и не знал, как ему реагировать, что говорить и как смотреть на Дилюка.
В голове снова творился хаос и куча новых вопросов обрушилась на парня. Откуда у него был его Глаз Бога? Как долго он его хранил и как? Как это вообще возможно, в конце концов?
Кэйа хотел конструктивного диалога, но в тот вечер он был просто не в состоянии для этого. Он понимал, что не очень хорошо поступил и что не стоило так резко уходить, ведь Дилюк волновался не меньше его самого, когда решился показать вещи Кэйи и отдать дар Архонта. Винодел тоже переживал и боялся, а Кэйа так просто ушёл, бросив напоследок лишь извинения. Даже страшно представить, что творилось в душе аловолосого в эти дни… Кэйа обязательно завтра извинится перед парнем и они нормально поговорят, да.
— Так и знал, что найду тебя здесь.
За спиной синевласого раздался спокойный голос, вырывая Альбериха из мыслей, в которых он уже строил план действий на завтрашний день и продумывал слова, которые должен будет сказать Дилюку. С левой стороны от него сели. Дайнслейф. Он не видел его с того происшествия в баре, когда Дилюк чуть не превратил его в курицу-гриль. Родственник никак не пытался с ним связаться и не показывался. Так что было удивительно, почему он пришёл именно сейчас и как вообще узнал, что Кэйа будет именно здесь. Да и после того случая у самого Альбериха были вопросы, которые он хотел задать.
— Откуда ты знал, что я буду тут? — поинтересовался Альберих и посмотрел на блондина.
— Тебя всегда тянуло туда, где тише и где ты можешь подумать о чём-то, — Дайнслейф пожал плечами, но после его взгляд скользнул вниз. — Что это… Откуда у тебя Глаз Бога? — маска отстранённости треснула на бледном лице блондина, открывая его эмоции.
— Мне его вернули. Сам был удивлён, но он действительно мой. Я чувствую это и теперь чувствую себя целым, будто мне вернули недостающий кусочек души, — ответил Альберих и погладил дар Архонта, что был прикреплён к ремню штанов. С момента возвращения Кэйа с ним не расставался и носил с собой везде. С ним он чувствовал себя спокойно. Стихия наполняла тело и это неожиданно было так привычно и правильно.
— Кэйа, ты никогда не получал Глаз Бога, — медленно произнёс блондин. — Как ты можешь так легко верить кому попало?
— Не кому попало, мне отдал его Дилюк. Он не тот, кто будет лгать. Он ненавидит ложь, — немного резковато ответил Кэйа. — И ты сам знаешь, что Глаз Бога не будет активен в руках чужого человека, но он откликается на меня и я чувствую стихию внутри себя, — подняв руку, Альберих раскрыл ладонь, над которой стали парить несколько снежинок. — Как видишь, он и правда мой.
— Дилюк, конечно, кто же ещё, — хмыкнул Дайн, наблюдая за крио-магом. — И зачем же он отдал его тебе?
— Потому что он мой? — синяя бровь изогнулась дугой. — Довольно глупый вопрос, Дайн. И почему ты злишься будто произошло что-то ужасное?
— Тебе показалось, Кэйа, я просто не понимаю зачем тебе нужен Глаз Бога и что тебя так тянет к Дилюку Рагнвиндру, — Дайн постарался вернуть лицу прежнее спокойное выражение. — И с чего ты начал носить глазную повязку?
Васильковый глаз сощурился. Кэйа смотрел колко и цепко, подмечая проглядывающие сквозь треснувшую маску эмоции родственника. Он чувствовал ложь, знал, что Дайн пытается отмахнуться и уйти от разговора или же вывернуть его в свою пользу. Но не в этот раз.
От внимательного взгляда было неуютно. От него веяло холодом. Он колол неприятно, будто острые мелкие снежинки на морозе, подхваченные сильным ветром. От него не получалось закрыться и спрятаться. Дайнслейф не знал этого Кэйю. Он знал мальчика, что взахлёб слушал его истории и был готов пойти за ним куда угодно, который слушал его советы и наставления. Дайн был для него ближе и важнее отца. С годами они виделись реже, но отношение Кэйи к нему не менялось, и блондин наивно полагал, что так будет всегда. Однако, чем старше становился его подопечный, тем сильнее рос его интерес к Мондштадту. И с каждым годом сдерживать его воспоминания было тяжелее. Рыцарь не мог позволить капитану вспомнить всё, особенно после стольких лет труда.
И до определённого момента всё шло хорошо, пока однажды он не приехал и не услышал, что Кэйа уехал в Мондштадт, даже не сообщив Дайну о своём решении. Он просто взял и уехал. Слабая надежда теплилась внутри всю дорогу до земель Архонта Свободы, но стоило ему увидеть Альбериха в объятиях Рагнвиндра, как всё разом рухнуло. Дайнслейф понял в тот момент, что все труды были беспощадно разрушены и как теперь поступать он не знал. Он столько лет пытался подготовить Кэйю к тому моменту, когда нужно будет поведать ему о миссии, о проклятье. Он старался взрастить в нём чувство долга, рассказывал хорошие истории про их родину, чтобы в будущем тот помог разрушить проклятье.
Но видя сейчас Кэйю таким, блондин осознавал, что память того возвращается, что он всё больше походит на прежнего себя. И нужно либо действовать быстрее, чем планировалось, либо отступить. Но последнего сделать хранитель ветви не мог. Но и память уже не получится запечатать. Глаз Бога попросту защитит своего хозяина от подобного воздействия и сейчас будет быстрее рушить все выстроенные магией стены. Да ещё и Дилюк, который всегда был подле Альбериха.
— Хм… Повязку ношу потому что мне удобно так. Глаз Бога… Это часть меня, Дайн, хоть я и не знал, что он у меня есть. Теперь же я с ним не расстанусь, — Кэйа погладил гладкую поверхность Глаза Бога и приулыбнулся. — Не думаю, что ты можешь это понять, так как у тебя его нет и ты не поклоняешься Архонтам. Насколько помню, твои предки родом из земель, где не было Богов, и все в вашей семье следуют этому, — спокойно протянул Кэйа, расслаблено оперевшись на руки, откинувшись назад. — А что касается Дилюка, я люблю его. Как бы банально не звучало, но это так.
— Как долго ты его знаешь, что утверждаешь такие вещи? Он же грубый, холодный, резкий. Он...
— Дайнслейф, — резко оборвал его холодный, словно ветер с Драконьего Хребта, голос Альбериха, заставив блондина мелко вздрогнуть. — Ты его совершенно не знаешь, раз так говоришь. Не стоит судить о людях лишь по слухам и внешнему виду. Про тебя тоже такое можно сказать.
— Вы знакомы пару месяцев, как ты можешь говорить, что любишь его? — не сдавался синеглазый.
— Какая разница сколько мы знакомы, если я уже это чувствую? Можешь считать меня психом, но я помню его. Мы уже были знакомы и теперь я не уйду от него. Нам не стоит продолжать этот разговор, Дайн. Я нашёл своё место, здесь, в городе Свободы. Рядом с ним, — Кэйа поднялся на ноги. — Поговорим, когда ты остудишь голову.
Махнув напоследок, Альберих пошёл прочь с утёса, не видя сведённые к переносице светлые брови и мрачный взгляд хранителя.
***
— Мастер Кэйа, боюсь, я не ничем не могу вам помочь, я не видела мастера Дилюка уже несколько дней и на звонки он тоже не отвечает, — Аделинда потупила взгляд и сжала в руках белоснежный фартук, но поспешила его разгладить. Она нервничала и переживала, её руки дрожали, это было видно даже незрячему. Альбериху было жаль женщину, и он чувствовал перед ней вину, ведь причина пропажи Дилюка - он. Ему не стоило так реагировать и уходить, ни сказав ни слова, лишь извинения. — Аделинда, не переживайте, с мастером точно всё хорошо. Я найду его и задам трёпку за то, что он заставляет Вас волноваться, — Кэйа сжал женские ладони в своих. Они были горячими и мягкими. Такими родными. — Сегодня же найду, не переживайте, пожалуйста. — Хорошо. Раз это говорите Вы, молодой мастер, мне не о чем переживать. Вы действительно сможете найти мастера Дилюка, — слабо, но женщина улыбнулась и в ответ сжала смуглые мужские руки. — Но и Вы берегите себя, пожалуйста. — Не переживайте, — синевласый улыбнулся и поспешил покинуть винокурню. Хоть Кэйа и не надеялся на что-то, когда шёл на винокурню, но был огорчён, что не получил никакой информации. И куда Рагнвиндр мог пропасть? Он точно не мог уехать из Мондштадта, так где его искать? В баре он не появлялся, на винокурне тоже, на звонки не отвечает. Конечно, он может бегать в образе Полуночного Героя, но это ничуть не упрощает задачу. Он может бегать где угодно и поиски могут ничего не дать. Что же делать? Кэйа был растерян и не знал, как ему лучше поступить. Он однозначно должен был найти Дилюка и поговорить, но вот сам винодел находиться не желал. Кажется, побегать по округе всё же придётся, так как трубку тот всё ещё не брал. Но не успел Альберих убрать телефон в карман, как на экране высветился номер Чарльза. Удивлённо вскинув брови вверх, Кэйа ответил на звонок. Сейчас был разгар рабочего дня, с чего бы бармену отвлекаться на звонок Кэйе? — Да, Чарльз, что-то случилось? Мне выйти на замену? — поинтересовался Кэйа. Других мыслей насчет причины звонка на ум не приходили. Хоть выходить на работу сейчас было совсем не в его планах… Однако, следующие слова заставили замереть ледяной статуей. — Кэйа, сейчас приходила полиция и они забрали мастера в штаб. Просто вывели его из бара. — Что? Погоди, как забрали? Ди… Мастер Дилюк был в баре? Что вообще произошло? — воскликнул Альберих, быстрым шагом направляясь к мотоциклу. — Мастер пришёл буквально минут 20 назад. Выглядел он не очень, но об этом потом. Буквально через 10 минут после его возвращения пришли полицейские и вывели мастера. Я не знаю подробностей, но я не знал кому позвонить. Ты ближе всех с мастером Дилюком, и я подумал, что ты сможешь помочь… — Это даже не обсуждается. Всё, напишу позже. Спасибо, что позвонил, — сбросив звонок и убрав мобильный, Кэйа запрыгнул на мотоцикл и поехал к штабу полиции. У него были предположения, почему Дилюка забрали, но какие у них могли быть доказательства? Рагнвиндр, насколько Кэйа мог судить, всегда был осторожен и никому не давал увидеть ни лица, ни приметных волос, так как же? К тому же, судя по наблюдениям, полицейские из Ордо умом не очень блещут и это вызывает ещё больше подозрений. Остаётся только один вариант — на Дилюка донесли.***
Тиканье часов казалось слишком громким и действовало на нервы не хуже, чем вся сложившаяся ситуация и полицейский Ордо Фавониус перед собой. По прошлым встречам Атос уже бесил Рагнвиндра, но сегодня это чувствовалось особенно сильно. Сказывался недосып. Но на бледном лице не отражалось ни единой эмоции, ни намёка на состояние винодела. — Мистер Рагнвиндр, может хватит играть в молчанку? Вы не в том положении, чтобы вести себя столь высокомерно. Может будет сотрудничать с нами и поможете себе? — в который раз произнёс Атос, смотря на мужчину перед собой. Несмотря на то, что его привели сюда как подозреваемого, Рагнвиндр всё равно вёл себя спокойно, словно ничего такого не произошло, сидел ровно и скучающим взглядом осматривал помещение, но когда алые глаза натыкались на представителя власти, в них отчётливо можно было прочитать презрение и неприязнь. Это сбивало с толку и злило довольно сильно. «Как он вообще может таким взглядом смотреть на того, кто охраняет покой людей? Типичный богатенький мальчик, которому не о чем волноваться и переживать. Получил всё на золотом блюдце и теперь строит из себя невесть что», - так думал Атос, раздражённо глядя на аловолосого. Он ему не нравился. Выводил из себя своей отчуждённостью и поведением. Хозяин бара вёл себя так, словно он был выше других и ни во что не ставил представителей власти. Даже сейчас, когда на него донесли и написали заявление, он совершенно никак не реагирует, а на полицейского смотрит как на пустое место. — Мистер Рагнвиндр, к чему игры? Почему Вы не хотите помочь? — со свистом выдохнул сквозь зубы Атос. — Помочь с чем? Упечь меня за решётку? Не имею ни единого желания, — наконец-то подал голос аловолосый. — Также как и не имею желания разговаривать с вами. Вы пришли ко мне в бар и просто притащили сюда, даже не объяснив в чём дело и в чём меня обвиняют. Так с чем же мне вам помочь? Не боитесь, что я могу жалобу написать на вас, а? Мой юрист с радостью пообщается с вами. Звучал он хоть и уверенно, но очень устало. Дилюк был вымотан. Он несколько дней бегал и зачищал лагеря хиличурлов, либо же бесцельно сидел на крышах высоток, подальше от людей, от шума, бродил по округе за городом, даже дошёл до логова Ужаса Бури, лишь бы отвлечься от мыслей о Кэйе, которого не видел и не слышал с того самого дня, как отдал Глаз Бога. Хоть Дилюк и мог понять Альбериха, но как же сильно ударил его уход. И не только это. Дилюк боялся, что Кэйа больше с ним не заговорит, не посмотрит и снова исчезнет. Это был его личный ад. И чтобы хоть как-то отвлечься, не погрузиться в отчаяние ещё больше, Рагнвиндр выбрал привычный ему способ спасения — загрузить себя чем-то. Но работать не получилось бы, так как Кэйа работает в баре, поэтому под горячую руку попали монстры. Но организм не может без отдыха. Дилюк даже не спал в эти дни, чем истощил себя сильнее. Поэтому сегодня он вернулся в бар, чтобы передохнуть и всё же вернуться к привычной жизни, ведь нельзя постоянно так делать и бегать от проблем. Однако, и это сделать Дилюку не дали надоедливые рыцари Ордо Фавониус, которые просто ворвались в его кабинет и забрали в свой штаб, а теперь предъявляют тут что-то, но уставший мозг отказывался воспринимать информацию. Единственное, что он понял, что кто-то на него что-то донёс и написал заявление. — Мистер Рагнвиндр, лучше Вам сотрудничать с нами и может это поможет вам сократить срок, — произнёс полицейский в кресле за столом. — Я не собираюсь общаться с вами и что-либо говорить. Тем более, я ничего не сделал, — хмыкнул Дилюк, сверля мужчину перед собой равнодушным взглядом. — Где вы были последние несколько дней? — Атос, проигнорировав слова хозяина винокурни, положил перед собой лист бумаги, приготовившись записывать всё, что тот скажет винодел. — Отдыхал, — только и ответил аловолосый и отметил, как полицейский сжал ручку, что та чуть не треснула. Это вызвало ещё один хмык. — Мистер Рагнвиндр… Однако представитель власти не смог договорить. За дверью послышались крики о том, что в кабинет нельзя, так как там идёт допрос, и тщетные просьбы остановиться, но другой человек явно игнорировал все слова и предупреждения, направляясь к своей цели. В следующее же мгновение дверь с грохотом распахнулась, а в проёме появился хмурый Альберих. — Сэр, что Вы тут делаете? Если у Вас есть дело, то придётся подождать. Тут идёт допрос. Покиньте кабинет, — ровно произнёс Атос, смотря на незваного гостя. — Ох, я не могу покинуть кабинет, так как я тут из-за человека, которого Вы допрашиваете, — Кэйа вальяжной походкой вошёл в кабинет, захлопнув дверь и сел на стул рядом с Дилюком, под возмущённый взгляд полицейского. Рагнвиндр же выглядел удивлённым и его глаза сейчас были такими же большими, как у совы. — Хотел бы узнать на каком основании Вы его забрали, по каким таким обвинениям и что он успел натворить, пока я отходил в магазин. — Сэр, Вы не имеете права так врываться в кабинет в полицейском участке, — мужчина нахмурился. — О, правда? Тогда почему Вы позволяете себе такое? Вы ворвались в кабинет моего молодого человека и просто увели его. Что ж, расскажите нам, в чём состоит обвинение, — хоть Альберих и улыбался, но у полицейского холодок пробежал по спине от взгляда единственного глаза. — И да, Вы правильно расслышали, это мой молодой человек. Мы в отношениях. А имя моё Кэйа Альберих, если это важно. — Кхм… Мистер Альберих, Вас это никак не касается… — Мы приехали на работу после выходных. Я отошёл в магазин за перекусом для нас, а когда вернулся, узнаю, что моего парня забрала полиция и никто не знает причины. Жизнь моего парня — моё дело. Так по какой причине Вы забрали Дилюка? — улыбка сползла с губ крио-мага. — На мистера Рагнвиндра было написано заявление о нападении на человека, а также нам сообщили, что он и есть Полуночный Герой, — нехотя произнёс Атос.
Примечания:
Как думаете, кто донес на нашу пиро-совушку?
