Чёртова амортенция

      Пожиратели Смерти не успели среагировать, как в них полетели непростительные. Десятки тел замертво упали на кафельный пол, который вскоре обагрился кровью. В помещении ощущался едкий привкус железа, оседающий на кончике языка. — Недурно. Но, Драко, неужели ты променял Тёмного Лорда на какую-то жалкую грязнокровку? Не ожидала от тебя такого, племянничек. Ты уверен в своём решении?       Беллатриса внимательно вглядывалась в лицо блондина и приготовилась к атаке. Гриффиндорка, вокруг которой в последнее время вилось столько внимания, успела выбраться из крепкого захвата и тоже достала свою палочку. — Как никогда. Vincere aut mori. — Что же, Авада Кедавра! — Нет! Остолбеней! — Звонкий девичий крик прозвучал наравне с женским — так Гермиона впервые убила.       Два луча, вылетевшие из палочек яркими вспышками, на секунду пересеклись. Приспешница зла захрипела и вмиг умолкла, а Драко опустился вниз, растерянно смотря на пятно, окрашивающее правый бок. Бывшая Блэк целилась в сердце, но промазала, подарив Малфою несколько минут жизни.

***

      Твоё напряжённое личико неотрывно смотрит на мои вымазанные кровью руки, которые пытаются оттянуть неизбежное. Упрямо думаешь, что она не моя? Закусываешь нижнюю губу и сжимаешь костяшки побелевших пальцев в немой молитве. Кому, Богу? Его нет, и ты скоро в этом убедишься. Молитва мне не поможет, и ты это знаешь. Судорожно копаешься в маленькой сумочке, чтобы что-то найти, но слишком нервничаешь, отчего лихорадочно трясутся руки. Не плачь, со временем станет легче. Годы должны притупить чувства, которые сейчас могут разрывать на части. Я верю, что ты научишься жить счастливо, так, словно я был лишь одной яркой вспышкой в твоей жизни.       Кажется, после случая с креслом ты долго жалела о содеянном. Возможно, это предсмертный бред, но ты невероятно чиста для столь грязных поступков. Знаю, что создала даже организацию для восстановления независимости домовых эльфов… Примерная девочка. Долгое время старательно отводила взгляд, лишь бы не попасться, лишь бы я не догадался, что это ты. Однако глаза всегда тебя выдавали. Твои личные карие предатели. Никто не понял, что случилось с тем креслом, а мне сразу вспомнилась наша первая встреча.       Прости, Грейнджер.       Красивая, на проклятом зельеварении судьба зло подшутила над нами. Прозаично: свела вместе самых непохожих друг на друга волшебников. Знаешь, полюса находятся ближе. Проклятая амортенция. Нет, я ни о чём не жалею, ведь именно ты подарила мне несколько мгновений счастья. Плевать, что расплатой оказалась жизнь. Думаешь, лучше влачить существование без тебя? Ошибаешься. Я бы погиб следом за тобой, а ты обязана жить дальше.       Вовек не признаюсь, но я наблюдал за тобой. Заучка, я знаю, как ты морщишь островатый носик и хмуришь вычерченные брови, когда что-то не получается. Как у тебя пунцовеют щёки на трескучем морозе, и как мечтательно улыбаешься, смотря на вечернее звёздное небо. Кстати, ты так и не успела рассказать мне про созвездие Кассиопеи. Также прекрасна и очаровательна. Жаль, что никогда не сможешь об этом услышать.       Ты лихорадочно прижимаешься ко мне и слышишь, как сердце замедляет свой ход. Милая, неужели ты думала, что я бессмертен и имею иммунитет к непростительным? От Авады нет лекарства, дорогая, поэтому не плачь. Просто дай взглянуть в столь любимые карамельные глаза и вдохнуть аромат пряной корицы, возвращающий в счастливое детство.       Это моя кровь, заучка. В ней всё ещё течёт недолюбовь к тебе. Словом, всё шло чересчур хорошо, а потому быстро закончилось. — Гермиона… спасибо, что доверилась мне хотя бы на столь… короткое время. Прощай. — Драко, не вздумай умирать! Малфой! Проклятый слизеринец, посмотри на меня!       Моя гриффиндорка тёрла заплаканные глаза и продолжала отчаянно зажимать кровоточащий бок своими дрожащими пальцами. Кровь стремительно расползалась по телу, пачкая белоснежную рубашку алыми разводами. Силы спешно покидали моё бренное тело и последнее, что я увидел, — это силуэт взбалмошной девчонки, в глазах которой горел адский огонь, сжигающий ту до тла. Как прозаично: умереть в тот же день, когда только-только начал жить.

***

      Астрономическую башню пронзил душераздирающий вопль, полный боли и отчаяния. В эту ночь погиб не только Драко Малфой, но и светлая часть души Гермионы Грейнджер. Так много смертей, а чёртово сердце дрогнуло именно на этой. Время — вот, что нельзя повернуть вспять, вот, что является самым ценным для каждого, будь то маггл или волшебник. Как жаль, что в таких ситуациях бессилен даже Маховик Времени.       Между тем в Хогвартсе шла ожесточённая битва. Смерть блуждающим призраком преследовала каждого, кто погряз в непроглядной пучине. Сотни мёртвых тел орошали своей кровью территорию школы. Пожиратели Смерти, члены Ордена Феникса, ученики и преподаватели — всё смешалось и превратилось в страшное месиво. А девушка, потерявшая суженого, сидела на заледенелом полу и пыталась собрать себя по кусочкам, разжигая в обозлённом сердце безудержную, испепеляющую врагов ненависть. Она больше не будет плакать, ни одной слезинки не упадёт с девичьего лица. — Giuro che ti vendicherò. Pagheranno per ogni goccia del tuo sangue, mio ​​coraggioso Drago.