Caring for Hook

Что-то странное происходило с ним. Что-то новое. Что-то другое. Он предоставить не мог, что это могло быть, и это сводило его с ума. Прошли дни с тех пор, как он попросил рассказчицу остаться. Сказанное ей он списывал на своё нетрезвое состояние. Он не понимал тогда, что говорил. Он не мог привязаться к ней настолько, чтобы захотеть оставить её на своём корабле. Однако, если она покинет его… Мысль об этом вызывала неприятное ощущение у него в животе. Они не говорили о том, что произошло. Вместо этого они продолжали заниматься своими привычным делами, как это было с тех пор, как девушка неожиданно появилась на корабле. Так было проще. Он был доволен этим. Хотя и не должен был быть. Мужчина заметил, что его тьма, его убийственная ярость отступила. Но она была всё ещё в нём. Он ощущал, как она цепляется за его разум, словно дикое существо из ада, однако, она больше не вырывалась наружу. Он почувствовал какого-то рода свободу, вновь обретя над собой контроль. Пират вздохнул с облегчением. Ему не хотелось думать о том, что же помогло ему заглушить свою тьму. Он боялся, что в его разум снова поглотит хаос, если он зациклится на этих мыслях. А так жить он отказывался. Так что, он занимался командой. Ел с мисс Дарлинг в своей каюте. Взамен на его компанию девушка рассказывала ему истории. Она спала в его постели. Позднее ночью он присоединялся к ней. Ему казалось странным, что они делили кровать. Он старался не обращать внимание на поздравительные взгляды, которыми одаривала его команда, когда видела Капитана в обществе Венди. Они, верно, считали, что она на борту в качестве его любовницы. Как же они были не правы. Он не прикасался к ней. Не в этом смысле. Однако всё выглядело так, словно он обесчестил её. Но он не мог этого сделать. Не имел права. Тем не менее, сама рассказчица могла бы прикоснуться к нему. Подарила бы ему нежные, опьяняющие ласки. Она вложила бы свою ладонь в его. Убрала бы эбонитовые кудри, спадающие ему на лицо. Своими пальцами она затронула бы саму его душу, пока он извивался в исключительном удовольствии. И он бы вздрогнул, и она бы посчитала его параноиком, так и не научившимся доверять ей. И слава богу, она не могла знать, почему. Она бы и не поверила. Стоя у перил, Крюк поднял взгляд. Всё из-за стоящей всего в нескольких шагах от него, купающейся в багровом сиянии закатного солнца Венди. Это она оказывала на него такое воздействие, будто управляла его мыслями. У пирата перехватило дыхание от неё. — Капитан, — поприветствовала девушка. Джеймс ответил ей лишь кивком, не желая сказать чего-нибудь, о чём он мог бы потом пожалеть. — Мистер Сми сказал мне, что вы наслаждаетесь закатом. Девушка всегда начинала беседу со спокойной ноты. Всегда нейтрально. — Он напоминает мне о доме. В Венди определённо проснулось любопытство, и она приблизилась к нему, как если бы он говорил шёпотом. — О доме? — В Англии. Я помню, как моя мать сидела по вечерам в саду и смотрела, как садится солнце. Это было единственное, что он отчётливо помнил из детства. Женщина, которую в воспоминаниях он инстинктивно идентифицировал как свою мать, сидела среди роз, розмарина и руты. Её лицо, так же как у цветка, было обращено к солнцу. Её глаза были закрыты, а вокруг неё царила аура полной безмятежности. — И вы смотрели вместе с ней? Он покачал головой. — Я не помню. Я так не думаю. — Вы, должно быть, очень сильно любили её, если всё ещё помните её. Пират окинул взглядом море, на поверхности которого мерцало отражение закатного солнца. — Должно быть. Её ладонь покоилась на его, прекрасная и невинная. Так они стояли в тишине, пока солнце не скрылось за горизонтом, а на небе не появились звёзды. Потом она, держа его за руку, повела к постели, где сама же быстро провалилась в сон. Джеймс лежал рядом, погрузившись в омут своих мыслей и обдумывая обещание Венди остаться с ним. Следующий день начался так же, как и все дни до него. Ничего не предвещало огненного дождя стрел, прилетающих с неба смертоносными дугами. Несколько мгновений команда стояла в оцепенении, глядя, как загорелся их корабль, их дом, не в силах поверить своим глазам. Ничего подобного никогда не случалось за все их столетия в Нетландии. — Огонь! Крик, исходящий от пирата, среагировавшего быстрее, чем остальные, заставил команду пошевелиться. Они заметались, хватая вёдра и таская воду, чтобы потушить огонь и нейтрализовать опасность. Никто из них не прыгал в воду, потому что каждый знал, что даже если они выживут, доплыв до берега, обратно на борт их не примут. Крюк ненадолго скрылся из виду, и вскоре, вернувшись с мечом в руках, начал выкрикивать приказы. Рассказчице он велел оставаться в каюте, надеясь, что она послушается и не станет подвергать себя опасности. Последовал ещё один залп пылающих стрел, ещё больше, чем предыдущий. Окинув внимательным взглядом остров, Крюк не нашёл ничего необычного. Но затем мужчина посмотрел на воду и обнаружил целую флотилию из каноэ с индейцами, битком набитыми в лодки. — Половина из вас пусть позаботится о пожаре! Остальные, готовьте пушки! Вооружайтесь! Едва закончив говорить, Капитан услышал детский смех своего заклятого врага. Он поднял глаза и увидел, как Пэн и его Потерянные Мальчики пролетают над ним и роняют на палубу пылающую листву. Они приземлились за его спиной и рассеялись по палубе, ища с кем из занятых делом пиратов можно побороться. Крюк стиснул зубы. Пожар разрастался. Если команда не сможет потушить его в ближайшее время, ему придётся послать кого-то за рассказчицей и покинуть корабль. Он постарался задвинуть эту мысль куда-нибудь подальше и, рыча, ринулся к Пэну. Мальчик взмыл вверх, смеясь и издеваясь над ним. Джеймс уже не мог слышать, что говорил ему Питер. Тьма подкралась к его сознанию, и Крюк принял её. Мальчик умрёт за то, что поджёг его корабль. За то, что подверг опасности его и его команду. За то, что подверг опасности Венди. Он ждал во всей боевой готовности, когда мальчик спустится вниз. Его разум кричал ему: «Убей мальчишку. Вырви его сердце. Пролей его кровь. Убей. Убей. Убей!» Вокруг него раздавались другие крики, крики из реального мира — как взрослые, так и детские. Индейцы — смертельно опасные бойцы — с ножами в зубах взбирались на корабль, хватаясь за перила Весёлого Роджера. Капитан и мальчишка, задыхаясь, кашляли от клубящегося чёрного дыма. Пэн бросился в атаку. Он спикировал вниз и, не останавливаясь, приземлился перед Крюком. Тот, шагнув в сторону, ударил локтем в спину мальчика, чуть ниже шеи. Ребёнок пошатнулся, но устоял на ногах. — В чём дело, Крюк? Слишком стар для настоящего сражения? Капитан пиратов зарычал, но не повёлся на провокацию. «Нужно ждать. Ждать. Ждать. Он сам подойдёт ко мне. Глупый ребёнок подойдёт. Он подойдёт. Он умрёт». Мальчик действительно подошёл. Ринувшись вперёд, он попытался нанести удар. Капитан парировал его атаку и потянулся, чтобы полоснуть его крюком. Пэн отклонился назад, едва успев уйти из зоны досягаемости. Не дав ему время опомниться, пират бросился на него, орудуя одновременно крюком и кортиком. Удивлённый его неистовством, мальчик взлетел в воздух и тут же рухнул вниз, ударившись головой о мачту. «Наконец-то, — шептал разум Джеймса. — Наконец-то. Убей его». Он занёс свой меч, чтобы нанести последний удар, но что-то привлекло его внимание. Венди Дарлинг. Рассказчица вскочила между сражающимися пиратом и Потерянным Мальчиком, пытаясь защитить ребёнка. Всё мысли о Пэне тут же испарились, когда он увидел, как другой мальчишка, не старше двенадцати лет, вонзил кинжал ей в бок. Её глаза расширились и, внезапно устремив свой взгляд на Джеймса, она навалилась на перила корабля. Венди схватилась за рану, кровь испачкала её пальцы. Мальчик толкнул её назад, и она начала медленно переваливаться за борт. Крюк, словно заворожённый, наблюдал, как один из пиратов попытался подхватить её. Раздался едва слышный всплеск. Пират с криком проткнул мальчика насквозь. Крюк бросился к перилам, и неуклюже перепрыгнув через них, нырнул за девушкой в воду. Под водой — ничего. Он вынырнул, чтобы набрать в лёгкие побольше воздуха. Снова погрузился. Схватил её за юбку платья. Обхватил за талию и снова вынырнул. Он поплыл, стараясь держать её голову над водой. Она дышала, каждый её прерывистый вздох обжигал ему щёку. Вытащив её на берег, он дрожащей рукой осмотрел рану. Венди бы выжила, если бы он смог остановить кровотечение. Она и так уже много потеряла. Слабо подняв руку, она приложила ладонь к его щеке. Он посмотрел ей в глаза, его алый встретился с её тусклым изумрудом. Всё вокруг них замерло. Время остановилось. Существовали только эта девушка — его ангел — и он сам. Венди медленно покачала головой, без слов говоря ему, что пытаться спасти её бесполезно. Она умрёт. Джеймс яростно покачал головой. «Нет! Ты не можешь умереть! Ты обещала! Ты обещала не оставлять меня!» Его ангел печально улыбнулась, медленно поглаживая его щёку большим пальцем. — Я всегда буду любить тебя, Капитан Крюк. Её ладонь соскользнула вниз, и он поймал её, крепко сжимая. Глаза девушки закрылись, она вздохнула. Она ушла. Капитан медленно притянул её тело к себе, обнимая так крепко, как только мог. Он желал обратить время вспять, чтобы её душа вернулась. — Нет, — его шёпот сливался с шумом прибоя. — Я люблю тебя, Венди Дарлинг, разве ты не видишь? Не оставляй меня. Бойня на корабле продолжалась. Никто не смог бы заметить, как страдает Капитан Крюк, держа на руках своего ангела. Или как из его глаз потекла кровь.