Ваш дружелюбный сосед Хан Джисон

Джисон стоял на сцене в бесячем свете софитов, от которых спустя три часа мероприятия уже порядком побаливала голова. Ладони были холодными и ужасно потели, оставляя мокрые пятна на всём, к чему Хану доводилось прикасаться. Весьма ожидаемо скользкие, окоченевшие от ужаса перед публичным выступлением пальцы соскочили с пульта управления роботом, и механический паук грохнулся вниз со здорового куска льда, заказанного на последние карманные деньги специально, чтобы продемонстрировать работу на скользких отвесных поверхностях. Паук, словно мёртвый, распластался на полу тестового полигона. Хан перевёл взгляд в окутанный полумраком зал. Слезящимися глазами он заметил лицо мамы, отца, держащего за него кулачки, и Минхо, неотрывно наблюдающего за происходящим. Старший одними губами проговорил: “Ты сможешь!”. Джисон собрался. - К…к-как в-вы можете видеть, после падения робот остался цел, - Хан подёргал за контроллер, заставляя алюминиевые ноги двигаться. - Он достаточно лёгкий и прочный, чтобы не убиться при падении с высоты, в десять раз превышающей длину его корпуса. Благодаря смещённому центру тяжести и распределению противовесов по суставам, наш паук-спасатель, в отличие от своей предыдущей версии, теперь умеет проделывать такой трюк… Джисон нажал нужную комбинацию клавиш ноутбука, и робот на глазах удивлённой публики резко подскочил и, сделав сальто, приземлился на ноги, чтобы тут же возобновить восхождение по льду. - Каждая из четырёх пар ног может двигаться независимо, а это здорово выручает, если на поверхности есть выступы. Он подвёл робота к части глыбы, где были вырублены целые куски. Хан переключил режим, и паук сам, находя с помощью камер наиболее удачные углубления, направлял лапы в нужные стороны и подтягивал тело. Достигнув самого большого выступа, он остановился. - Здесь я хочу продемонстрировать модифицированную работу с тросами. В прошлом году уважаемая комиссия указала мне на весьма значительный недочёт: раньше паук мог выпускать трос только вверх или вперёд в зависимости от угла поверхности, однако это делало его нестабильным в плохих погодных условиях и довольно сильно ограничивало спектр возможностей. Хан поочерёдно нажал несколько кнопок, и робот тут же выстрелил одним тросом прямо напротив себя, а другим - на самую вершину, тут же начав подъём, как по монорельсу. Джисон дополнительно подёргал паука руками, но тот строго следовал заданной траектории. Вскоре робот достиг последней части тестового полигона - полосу, имитирующую снежную шапку, в конце которой его ожидали “попавшие в беду”. - На этом участке я продемонстрирую передвижение по рыхлым поверхностям. В качестве покрытия мы с моим учителем выбрали крахмал, поскольку из всех имитаций снега он больше остальных по своей консистенции напоминает плотный сугроб. Это была финишная прямая, в конце которой паука ждала парочка роботов Козмо, терпящих бедствие по условию задания. После нажатия очередной комбинации клавиш паук распластал лапы, чтобы не увязать в крахмале, и быстро пополз вдоль дорожки. Когда он добрался до роботов, те забрались по его корпусу в специальный защитный короб, и паук просигналил о том, что объекты найдены. - Добираясь до данной точки, паук запомнил безопасный путь, а поэтому мы сейчас можем просто ему дать команду вернуться на точку старта самостоятельно. Джисон снова нажал несколько клавиш на своём ноутбуке, отдавая роботу команду идти обратно. Чуть больше минуты пауку потребовалось, чтобы переправить Козмо с вершины тестового полигона к самому началу. После сигнала робота о завершении миссии зал одобрительно зааплодировал. К сожалению, это не был конец. За аплодисментами последовала сессия вопросов от комиссии, каждый из которых подталкивал Хана ближе к панической атаке. И даже когда Джисона отпустили, на сцену вышли ещё три конкурсанта. Все презентации нужно было отсмотреть, сидя в специальном секторе зала, выделенном для участников, и от этого становилось ещё более тревожно. Выступления проходили мимо ушей, ладони продолжали потеть, а ноги и вовсе заледенели от волнения. Пытаясь успокоиться, Хан сверлил взглядом Минхо, сидящего через несколько рядов. Иногда им удавалось переглянуться. Старший тепло ему улыбался и отворачивался - ему отвлекаться надолго было нельзя, ведь заметки для новой статьи сами себя не напишут. Хан, казалось, умирал внутри. Он штурмовал этот конкурс с самого первого года в Стайвесанте, и победа в нём гарантировала не то что приглашение на конференцию молодых талантов, курируемую Старк Индастриз, а ещё и поступление в Инженерную школу при Колумбийском университете, которую родители Хана точно не могли себе позволить, даже имея успешный ресторанный бизнес. Джисон продолжал трястись, погружённый в свои мысли. В какой-то момент всех позвали на сцену. Опять эти бесячие софиты. Монотонный голос председателя комиссии. Сердце будто поднимается к самому горлу, стоять на месте и притворяться спокойным всё труднее. - …пример завидного упорства, - нудел председатель словно через слой ваты. - Не всегда вершину удаётся покорить с первого раза, но тот, у кого есть цель, обязательно это сделает. Не хотелось бы томить нашу аудиторию, поэтому с радостью сообщаю, что дипломом первой степени награждается Хан Джисон за разработку функционального прототипа робота для горно-спасательного дела. Кто-то подтолкнул Джисона вперёд. - Мистер Хан, - обратился к нему председатель, - прошу, примите ваш диплом. Люди в зале начали аплодировать. Хан на ватных ногах подошёл к мужчине, чтобы трясущимися руками забрать награду. Вспышка фотоаппарата. Председатель жмёт ему руку. Суета. Много слов. Награждение завершилось, и Джисон медленно спустился со сцены, стараясь не навернуться. Он что, выиграл? - Сонни, Букашечка, поздравляю! - голос мамы вернул Хана в реальность. - А? - Молодец, сынок! Ты смог! - отец пожал ему руку и обнял. - Инженерная школа не за горами, да? Я так тобой горжусь! Потом Джисона обняла мама и ласково погладила по голове. Минхо всё это время стоял рядом, но не проронил ни звука. Ли был на прошлогоднем конкурсе, но после завершения церемонии награждения быстро ушёл, обойдясь каким-то дежурным поздравлением. Теперь всё ощущалось по-другому. Хан встретился с ним взглядом, выпрямился, прижимая к себе рамку с дипломом. Минхо мягко, почти смущённо улыбнулся ему, сделал шаг навстречу и… тоже обнял? - Ты замечательно выступил! - старший прижал Джисона к себе, держа за плечи, и как бы между делом потрепал его волосы на затылке, прежде чем отпустить. Расстояние между ними снова увеличилось, но дыхание у обоих уже сбилось, уши покраснели. - Презентация казалась очень уверенной со стороны! Даже когда робот упал, ты не растерялся. И на вопросы от комиссии отвечал гораздо более структурированно по сравнению с прошлым годом. Ты реально очень хорошо постарался. Награда абсолютно заслужена. - О, спасибо, хён! - Хан помялся несколько мгновений, не зная, как ещё ответить на неожиданно тёплые слова. Его захлестнули эмоции, и если быть до конца честным, то ему хотелось расплакаться. Он посмотрел на родителей. - А можно Минхо с нами отметит? - Конечно! - активно закивала мама. - Минхо? - Простите, - старший поклонился, - боюсь, я вынужден отказаться. Мне нужно написать статью о конкурсе. Публикация должна быть завтра. - А… - Джисон понимающе покачал головой. - Жаль, что тебя не будет. - Можем потом отдельно отметить, - как-то тихо и не очень уверенно ответил Минхо, отходя. Он ещё раз всем поклонился и попрощался, прежде чем скрыться в оживлённой толпе. Через час в сети снова появились сообщения о появлении монстра в Верхнем Манхэттене. *** Победу Джисона на конкурсе они всё-таки отметили вместе, как Минхо и обещал. На следующий вечер после награждения старший появился на пороге квартиры семьи Хан с ароматным яблочным крамблом на подносе. В пирог была воткнута горящая свеча (к слову, хозяйственная), как на день рождения. Ли сказал, что будет добавлять по одной за каждую новую победу. Такому знаку внимания Джисон, конечно, был рад, да и то, как пирог был преподнесён, его позабавило, но к этой радости подмешивалось новое и не самое приятное чувство - подозрение. Всё было похоже на серию дурацких совпадений, лишь притворяющихся закономерностью. Джисон расстаётся с Минхо на какое-то время и не знает, чем тот занимается, - в тот же самый период в сеть забрасывают новые свидетельства с фотографиями монстра. Странное появление Ли сразу после исчезновения мутанта тогда в Восточном Гарлеме. Его желание постоянно есть сладкое. В конце концов, возможно, даже чутьё беспокойно реагировало на него вовсе не из-за нежных чувств, а как раз-таки из-за ощущения опасности. Хан честно пытался задвинуть свою влюблённость на второй план и приглядеться к Ли так, как профессиональный сыщик приглядывается к подозреваемому, но разве виноват он был в том, что само присутствие Минхо заставляло его усомниться в каждой из предпосылок? - Сегодня будет заседание редакции, а сразу после - тренировка, я не думаю, что тебе стоит меня ждать, - сказал Ли, разбирая тетради в своём шкафчике. Хан стоял рядом, привалившись плечом к соседней дверце, и старался как можно менее заметно осматривать внутренности шкафчика Минхо на предмет подозрительных вещей. Вдруг щёку Джисона мягко потрепала знакомая рука. - Хани! Ты чего завис? - Хён, ты точно уверен? - встрепенулся Хан. - Мне совсем не трудно подождать. - Отправляйся домой и отдохни хорошенько, - Ли захлопнул металлическую дверцу и перевёл на младшего внимательный взгляд, от которого тот сразу подобрался. - Ты в последнее время абсолютно никакой, а в мешках под глазами хоть картошку храни. - Но ты ведь любишь картошечку фри, - не унимался Джисон. Ему было интересно, отчего вдруг Минхо отказывается от его компании. Правда ли он собирался оставаться в школе после занятий, или… - Люблю, но без соуса из жертв, - Минхо поправил воротник тёплой фланелевой рубашки Хана и по-хозяйски похлопал его по груди. От прикосновения по всему телу парня прокатилось цунами из мурашек, но он стойко выдержал это испытание, не дёрнувшись и почти не покраснев. - Я серьёзно. Естественно, Джисон не послушался, а остался, чтобы убедиться, что старший действительно отправится на заседание и тренировку. Так оно и оказалось. Когда Хан заглянул в стеклянное окошко кабинета редакции, Минхо был там и о чём-то вещал присутствующим. Через полтора часа Ли уже разогревался с командой в спортзале. На тренировке присутствовал Чанбин, Феликс наблюдал за ним со скамьи в первых рядах, и чтобы скрыть свое присутствие от друзей, Джисону пришлось залезть под трибуну. Обзор был, конечно, так себе, но Ли никуда не сбегал, а значит, Хан был спокоен. Пока команда по лакроссу устраивала себе испытания с функциональными упражнениями, Джисон решил остаться до конца и воспользоваться выдавшимся временем, чтобы сделать хотя бы часть домашки. Он устроился у стены, подложив под спину рюкзак, и открыл нужный параграф учебника по физике, но не заметил, как буквы на страницах стали расплываться и отключился. Разбудило его чутьё, резко зазвеневшее в затылке. Хан открыл глаза и тут же покрылся льдом изнутри - настолько у Минхо был злой взгляд. Старший сидел напротив него. Чёлка прилипла к вспотевшему лбу, по футболке расходились круги влажных пятен. В зале уже никого не было. - Я же говорил, что тебе нужно отдохнуть. - Прости, я… - Ты дурак, Хан Джисон! Какого хера ты меня караулил? - Хотел пойти с тобой домой, - то была ложь лишь отчасти. Стыдливо спрятав лицо, Хан стал собираться. - А я хотел, чтобы ты о себе позаботился, - Минхо зажмурил глаза и перевёл дыхание. - Господи, сначала один, теперь ты вот… - Чего? - Ничего. Вставай. Через пятнадцать минут я буду готов, но клянусь, если сегодня я увижу тебя онлайн после десяти, то завтра отпинаю тебе жопу. Джисон встретил Ли у выхода из раздевалки, и до ближайшего круглосуточного они шли молча, потому что Минхо продолжал дуться, однако банка горячего кофе и “Сникерс” немного помогли растопить его сердце. Так что поездку в метро они провели за обменом сообщений с соседних сидений. Между делом Хан проверял паблики на предмет новостей о монстре, но всё было тихо. Только глубокой ночью, когда мальчики уже должны были спать, в Твиттер попало видео, на котором не без труда удавалось разглядеть огромную человекоподобную тень, перемещающуюся с крыши на крышу. *** Тем временем близилось Рождество. Джисон решил отложить разоблачение чудовища из Верхнего Манхэттена до появления действительно веских улик. Тем более, что самого монстра с момента последнего упоминания никто не видел уже больше недели. - Ну, и что ты Чанбину будешь дарить? - поинтересовался Джисон у Феликса, когда они гуляли по торговому центру. В каждом из магазинов во всю проходили праздничные распродажи, и люди зигзагами курсировали от одного к другому в поисках подарков для своих близких. - Я уже урвал для него берцы от “Прада”. Он их ещё осенью в вишлист на “Фарфетче” добавил, - гордо сообщил австралиец, потягивая пряный латте, взятый в ближайшей кофейне. - “Прада”? - Хан скривился будто от боли. - И ты с осени копил на это? Сколько тебе на карманные дают, раз ты успел к Рождеству? - А я не копил, я папину кредитку взял! - Ясно. Сытому голодного не понять… - Ты же работаешь у родителей в ресторане. Тебе разве не хватает? - Я кучу денег спускаю на запчасти для роботов, а после конкурса мой бюджет на подарки вообще сократился до ста баксов. - Приоритезируй расходы, значит. Мне, например, можешь ничего не дарить. От тебя достаточно открытки и тёплых слов, - Феликс округлил свои до нелепости мультяшные глазки и выпятил губы бантиком. - Ты ж моё солнышко! - шутливо отозвался Хан и потянулся к Ликсу за поцелуем, но, как это обычно случалось, первым не выдержал сам: когда Феликс уже коснулся пальцами его подбородка, Джисона пробило на смех, и он сразу отпрянул. Джисону нравилось с Феликсом. С ним было как-то особенно комфортно. Подколы никогда не задевали, а прикосновения не заставляли сгорать от неловкости. Наверное, потому что они совершенно точно не чувствовали друг к другу ничего, кроме тёплой дружеской привязанности. С Ликсом даже можно было вот так в шутку заигрывать. Забавно. Легко. И сердце не начинало надрывно биться. - Что мне подарить Минхо? - Почему ты меня спрашиваешь? Разве не ты его дольше знаешь? - Ну, ты ходишь с ним на танцы. А он их очень любит. Может, ты знаешь, что ему может пригодиться для занятий. - Всё, что надо, у него уже есть, Джисон. Просто покажи ему, что ты о нём заботишься. В смысле… - Ликс задумчиво потянул латте через трубочку, - …то, что ты ему подаришь, на самом деле не так важно. И то, сколько это будет стоить, тоже не важно. Твой подарок - способ продемонстрировать, что тебе он просто интересен, даже в мелочах. Хан остановился напротив витрины магазина одежды и посмотрел на унылый безликий мужской манекен, пластиковым глянцем блестящий в тёплом праздничном мерцании гирлянд. Пушистая толстовка мятного цвета почти светилась на фоне карамельно-рыжей дублёнки накинутой сверху. На витрине красовалась большая виниловая наклейка “Новая зимняя коллекция”. *** По всей видимости, основная цель любого рождественского ужина - умотать людей ещё до того, как они соберутся за столом. Все эти приготовления с самого утра, беготня между плитой и холодильником, густой запах кимчи, заполняющий каждый уголок квартиры, и гудящая от кухонного шума голова отлично сбавляли градус праздничного настроения. Время от времени телефон в кармане вибрировал от входящих сообщений. Феликс с Чанбином пачками присылали фото из Аспена в общий чат. Казалось, они пытались задокументировать каждую секунду своего пребывания на курорте и на всех фотографиях выглядели, как парочка молодожёнов на медовом месяце. Вот Чанбин и укутанный в шарф по самые уши Феликс катаются на подъёмнике. Вот Ликс застрял в сугробе по пояс. Вот Бин катится по склону на животе, пропалывая сноубордом укатанный снег. Большой обед в семейном кругу. Их отдельная комната с двуспальной кроватью, камином и панорамным видом на горы. Феликс позирует у нарядной пышной ёлки в дурацком свитере. Чанбин снимает себя в ростовое зеркало, пока его со спины обнимает Ликс. Настолько сладко, аж челюсти сводило. “Они б ещё пососались на камеру, господи”, - параллельно писал Джисону в личные сообщения Минхо, но новое селфи не заставило себя долго ждать: на нём Бин страстно и с языком целовал своего парня на фоне заснеженных просторов. После фотографии последовало сообщение: “Ребята, не забудьте, пожалуйста, про Таймс-сквер и куранты”. Хана пробрал испанский стыд, а потом - волна зависти и негодования. Чанликсы могли отпускать свои шуточки бесконечно, однако шансы быть поцелованным старшим от этого не увеличивались, если вообще не уменьшались. Джисон с нетерпением ждал ужина, но не смел на что-то рассчитывать. Через пару часов готовые закуски были разложены по нарядным тарелкам, мама надела своё лучшее платье, сделала красивую причёску и, казалось, вылила на себя половину флакона духов. Женщина в целом выглядела воодушевлённой несмотря на усталость. Хан знал, как она любила вырываться из рутины время от времени. Отец же выглядел чуть официальнее обычного: комплект из футболки и штанов, которые он и так носил почти каждый день, в честь особого случая дополнял твидовый пиджак с заплатками на локтях. Джисону по настоянию родителей пришлось надеть ненавистную белую сорочку и классические - будь они неладны - брюки. Щелчок замка. Прохлада коридора. Стук в соседнюю дверь. На пороге их встретил Минхо. Его волосы были уложены крупными волнами и убраны назад, открывая лоб. На нём был надет простой бежевый джемпер и джинсы по фигуре. “Красивый”, - подумал Хан. Ли отошёл назад, впуская новоприбывших гостей в квартиру, и, поклонившись, забрал принесённые угощения, чтобы расставить их на засервированном столе и сразу скрыться на кухне. Он казался тихим и особенно задумчивым, на что чутьё Джисона беспокойно отзывалось. В столовой уже сидело несколько человек. Зайдя, Хан узнал бабушку и дедушку Ли, пару друзей семьи, которых он встречал в прошлом году. Отец Минхо сидел во главе стола, общаясь с кем-то по Фейстайму. Джисон с родителями занял места за столом и какое-то время просто сидел, прислушиваясь к разговорам взрослых и не решаясь доставать из кармана телефон, чтобы не услышать в свою сторону серию очередных упрёков относительно любви подрастающего поколения к бесполезным развлечениям. Вскоре в комнате появился Минхо со своей мамой. Они внесли несколько больших блюд, и воздух сразу наполнили ароматы жаренного мяса и пряных овощей. - Минхо-я сделал свой фирменный стейк? - радостно отозвалась бабушка, хлопая в ладоши. - Да, бабуль, - мягко отозвался внук, не поднимая взгляда. Он сосредоточенно передвигал на столе тарелки, освобождая место для мяса. - Твой любимый стейк, - голос Ли звучал вежливо, но безрадостно. Хан нервно перевёл дыхание. - У нашего Минхо золотые руки! Когда-нибудь он станет шеф-поваром в ресторане, - продолжала женщина, увлечённо наблюдая за тем, как парень помогает маме с последними приготовлениям. - Я всё-таки надеюсь, матушка, что он станет не поваром, а успешным программистом, - твёрдо сказал господин Ли, откладывая в сторону свой смартфон. - Да, сынок? - Да, папа, - кивнул Минхо. Закончив с сервировкой, он взял свободный стул и поставил его рядом с Джисоном. Все взрослые вопросительно на него уставились. Чета Ли сидела с противоположной стороны стола. Обстановка стремительно становилась неловкой. - Милый, не хочешь сесть ближе к нам? - тихо поинтересовалась госпожа Ли, занимая место рядом с мужем. - Хочу сесть с Хани. Мы поболтаем… про школу, - Минхо натянуто улыбнулся и плюхнулся на стул, мельком переглянувшись с Джисоном. Их стулья стояли достаточно близко, чтобы Хан мог ощутить лёгкое прикосновение бедра старшего. - Правильно! - подал голос дедушка. - Пусть молодёжь общается вживую. Всяко лучше, чем эти их… ТикиТоки. - ТикТок, дедуля, - доброжелательно поправил Минхо, улыбаясь. - А я как сказал? Ужин наконец-то начался. Хозяева вечера и гости, нагулявшие за день аппетит, набросились на еду. С набитыми ртами было сложно болтать о чём-то серьёзном, а потому все разговоры крутились вокруг рецептов, ингредиентов, праздничных запар в ресторанах и сезонных сложностей с поставками из-за большой нагрузки на логистические службы. Плавно беседа перетекла в обмен воспоминаниями о малочисленных отпусках и путешествиях. Всё это время Хан и Минхо молчали, лишь украдкой переглядываясь и пересылая друг другу мемы в личке. От разглядывания очередной картинки с упоротым сонным котом Джисона отвлёк голос отца: - Я правильно говорю, Сонни? - Что? - Тот робот, с которым ты занял первое место на конкурсе, называется “Робот-спасатель для горного дела”? - А… - Джисон отрицательно помотал головой, - полное название проекта “Функциональный прототип биомеханического робота-паука для горноспасательного дела”. - Вот! - воскликнул мужчина, обращаясь к господину Ли. - Первое место! - На городском конкурсе? - уточнил тот. - На национальном! - с нескрываемой гордостью сказал господин Хан, а его собеседник тут же изменился в лице, обращая холодный взгляд к своему сыну. - Надо же! Минхо есть, чему поучиться у младшего. Краем глаза Джисон увидел, как старший сжимает в руке телефон до побеления костяшек. - Да что вы! - в разговор вклинилась мама Джисона, очаровывая хозяина своей широкой улыбкой. - Минхо - такой замечательный талантливый мальчик! Столько достижений в разных сферах! Вы по праву можете им гордиться, а Сонни следует брать пример с него. - Достижений действительно много. Но я был бы рад, если бы они были ещё и качественными. - Подожди, - вступилась за внука бабушка, - а как же конференция по программированию в прошлом году? Минхо ведь написал эту, как там её? - она обратилась к мужу, не в силах вспомнить нужное слово. - Нейросеть, - подсказал дедушка. - Нейросеть! Я же видела, Минхо мне показывал, как оно там как-то само думает, эти все книжки из базы подбирает. Столько труда! - Мама, конференция была не национальной, а в масштабе нашего скромного штата Нью-Йорк. - Но у меня будет стипендия в Колумбийском, - Минхо поднял голову, выдерживая взгляд отца. Тот усмехнулся: - Шансы на получение стипендии не равны гарантии. Каждый год в Колумбийский университет подаются тысячи таких же умных и разносторонне развитых, как ты, но попадают туда только лучшие. Не в штате, а в стране. - Так, значит, мне есть, над чем поработать? - спросил Ли, вытягиваясь, как струна. Чутьё загудело в затылке, запульсировало в такт биению сердца Минхо. Казалось, все собравшиеся затаили дыхание, ожидая развязки. - Да, я именно об этом, - утвердительно кивнул мужчина. - Что ж, - Минхо отодвинул стул, поднимаясь, - не буду терять времени и начну прямо сейчас. Спасибо всем, кто пришёл. Он поклонился гостям и вышел из столовой. Спустя пару секунд хлопнула дверь его комнаты. Господин Ли остановил порыв жены последовать за сыном. Мужчина решил никак не комментировать ситуацию, а просто перевести тему: - Сонни, расскажи, пожалуйста, что означает “биомеханический” и почему именно “робот-паук”? Ты фанат Человека-паука? Вопрос застал Джисона врасплох. Конечно, готовый ответ у него уже был, ведь ему за последние пару лет приходилось участвовать в сотне подобных разговоров, однако мысленно Хан постоянно возвращался к Минхо, ведь тот продолжал сидеть у себя в комнате один на один со всем дерьмом, что ему пришлось вынести за вечер. Джисона распирало праведное негодование, но он из последних сил пытался не подавать вида. Закончив мини-лекцию о применении принципов биомеханики в роботостроении, Хан сказал, что хочет отлучиться в туалет и, пользуясь моментом, свернул в сторону комнаты Минхо. Он остановился у самой двери, оглядываясь, достал телефон и набросал короткое сообщение старшему: “Хён, можно к тебе войти?”. Спустя мгновение дверь отворилась. Хан шагнул в темноту комнаты. Из всех источников света горела только настольная лампа, открытое окно впускало в помещение потоки холодного влажноватового воздуха. Обернувшись, Джисон увидел за дверью самого Минхо. Весьма ожидаемо выглядел он неважно. - Тухлые у вас тут какие-то разговоры. Не приглашай меня на следующий год, хён. - Хан знал, что Ли его возненавидит, если он скажет что-то хотя бы отдалённо напоминающее “Мне жаль”. Старший пустил вялый смешок, отходя в сторону кровати, чтобы сесть там по-турецки. Не дожидаясь особого приглашения, Джисон сел на крутящийся стул и подвинулся ближе к парню. Безжалостный декабрьский сквозняк дул прямо в сторону Ли, но тот упорно продолжал подставляться под него, дрожа как осиновый лист. Хан вспомнил о том, что забыл свой рождественский подарок дома, но это потом… - Дурацкий, конечно, вопрос… - Джисон развернулся на стуле и одним движением захлопнул створку окна, прерывая импровизированный сеанс самобичевания, - …но ты как вообще? - Не воодушевлён, - сухо ответил Минхо, пряча взгляд. - На всякий пожарный напоминаю, что ты можешь мне всё что угодно рассказать. - Я помню. Просто всё это как-то… неловко что ли? - Понимаю. Насчёт неловкости. - А насчёт всего остального? - Постараюсь принять. Минхо шумно вздохнул, беспокойно теребя рукава джемпера. Он взял подушку и выставил её перед Джисоном, словно щит. - Он почти всегда такой, - после продолжительного молчания Ли подал голос. - Я думал, что после случая с сотрясом что-то поменяется, но хер там плавал. Стоило мне вернуться к занятиям, так ему начало казаться, что я выздоравливаю слишком медленно, программу нагоняю как-то лениво. И постоянно, блядь, я не такой как тот, как этот и как вон тот. Иногда я даже не понимаю, на кой ляд я вообще существую, если из меня никак, блин, не получается нормальный человек? - и он снова затих, уткнувшись носом в подушку. Хан пододвинулся к нему вплотную, так, чтобы их ноги слегка соприкасались. Он не был уверен, что предлагать утешительные обнимашки прямо сейчас было хорошей идеей, но ему хотелось хоть как-то смягчить это острое чувство бессилия перед ситуацией. Джисон никак не мог повлиять на отношение отца к сыну, но у него был шанс предложить что-то своё, хотя казалось, даже этого не будет достаточно, как бы Хан ни старался. - Ты существуешь для чего-то большего, чем эти конференции, - Джисон наклонился, чтобы заглянуть Минхо в глаза. Ли продолжал молчать, видимо, ожидая продолжения. - И, как по мне, ты не просто нормальный, ты самый лучший человек! - А я-то думал, ты меня не жалеешь… - Я не жалею тебя, я серьёзно. Когда мы только начали общаться, помню, думал: “Вау, хён такой крутой! Хочу быть, как он!”. Сначала, конечно, впечатление произвели все твои награды, дипломы, но потом-то ведь ты свою крутость на деле доказал. Очень много помогал с учёбой, ничего не требуя взамен, время своё тратил на меня, заботился. Так что, знаешь, своими победами я и тебе обязан. - Я очень рад, что тебе помог, - Минхо невесело поджал губы, - только вот не знаю, как сейчас помочь себе. Мне кажется, я потерялся и уже сам не знаю, куда идти, чтобы мне просто стало легче и всех, наконец, устроил мой выбор. Тебе в этом плане везёт. - Мне? - Джисон удивлённо ткнул себя в грудь. - Тебе! - Ли легонько хватил его подушкой по голове. - Ты ведь хочешь того, что хотят твои родители. Тебе не приходится делать кучу вещей из-под палки. - Давай назовём это удачным совпадением. В своей семье я заложник других вещей. - И каких же? Хан скривился: - Уборки… - Тоже мне! - Ну, а если честно, то сдаётся мне, что ни одно наше решение не будет устраивать абсолютно всех. Стоит ли тогда вообще подстраиваться под кого-то? - Я хочу, чтобы меня просто увидели. Я делаю всё, что от меня требуют, но этого никогда не достаточно. А кого-то ведь и за меньшее любят… Минхо сидел, понуро опустив плечи, потупив взгляд, а Джисон всё никак не мог подобрать нужных слов. На языке крутилось наивное “Я тебя люблю”, потому что в принципе Хану хватало просто присутствия старшего, его резких шуток, поддразниваний, улыбки, прикосновений невзначай, ненавязчивой заботы. Трофеи и другие атрибуты успеха потеряли для него магическую силу, значение имел лишь Минхо, но большому признанию ещё не пришло время. - Я рад, что ты у меня есть, - наконец выдавил Джисон. Ли почти испуганно встрепенулся, обращая на него внимательный взгляд. Хан почесал затылок, не зная, куда деть руки, сухо шмыгнул носом. Сердце будто раздулось, болезненно заполняя грудь и лишая воздуха. - Типа даже если бы ты просто был, без этой всей мишуры и прочего, меня бы это делало счастливым. Не знаю, конечно, насколько я тебя счастливым делаю, но вот ты меня - точно. - А я рад, что оказался неправ насчет тебя, - тихо ответил Минхо. - М? - Раньше я думал, что ты просто ко мне подлизываешься. Потому что тебя родители заставляют или просто из-за выгоды какой-то. Моё эго в какой-то степени тешило твоё отношение, только воспринимал я это не как нечто, что действительно исходит от тебя. И до недавнего времени я на самом-то деле не давал тебе шанса доказать обратное. В общем… - Минхо закусил губу, разглядывая наволочку подушки, - я тоже рад, что ты у меня есть. Без тебя было бы совсем плохо. Джисон очень хотел запищать от счастья, но не без труда взял себя в руки, прежде чем заключить: - Ну, вот. Мы есть друг у друга. - Да, - старший грустно улыбнулся, встречаясь взглядом с Джисоном. Он поспешил перевести тему: - Закончу школу и первым делом отсюда съеду. Наверняка ведь будет легче вдали, когда сам по себе жить начну. - Определённо! Да и осталось тебе каких-то несколько месяцев до взрослой жизни. Я буду скучать по нашему соседству. - И я по тебе скучать буду. Но подожди, - Ли легонько ткнул Хана кулаком в бедро, - мы ведь всё равно останемся в одном городе. - Будем реже видеться в любом случае. - А ты тоже хочешь поступать в Колумбийский? - Ага. - Тогда сможем вместе снимать квартиру. - Брось! - Джисон смущённо улыбнулся, вспоминая, сколько раз сам об этом мечтал. - Наверняка у тебя в универе появится парень. Нужен я там тебе буду… - Кто знает? Они снова встретились взглядами, но на этот раз смотрели друг на друга чуть дольше обычного, отчего у Хана сладко заныло в груди. - Хён, я забыл твой подарок у себя в комнате. Ты не против, если я за ним сбегаю? - За бесплатной вещью для меня? - протянул Минхо, заметно повеселев. - Конечно, беги! Я твой достану пока. - Одна нога здесь, другая там, хён! Джисон радостно подскочил со своего места и тихо прошмыгнул к выходу. Зайдя к себе, он побежал в свою комнату, переоделся в одежду поудобнее и захватил свёрток в подарочной упаковке с котиками. Спустя две минуты Хан зашёл обратно к старшему. Тот всё так же сидел на кровати, но уже одной рукой приобнимал здоровую и, судя по всему, тяжёлую коробку в грубой крафтовой бумаге. - О, ничего себе! - удивился Джисон, глядя на коробку. - Внушительно! - Ты ещё даже не открыл… - Но уже впечатлился, - он сел обратно на стул, прижимая к себе свёрток, чтобы тут же его протянуть Минхо. - С рождеством тебя! - Вот так сразу? - повёл бровью старший, принимая подарок. - Спасибо! - он начал осторожно разворачивать упаковку, пока из-за слоёв бумаги не выглянул кусочек мягкой ткани мятного цвета. Ли взял толстовку, чтобы внимательнее её разглядеть в тусклом свете. Сначала на его лице не отражалось ни одной эмоции, а потом уголки его губ растянулись в широкой улыбке. - Такая классная! Цвет красивый! - Я подумал, что, наверное, хорошее тёплое худи тебе не помешает. Ты постоянно мёрзнешь. Минхо пустил короткий смешок и натянул толстовку, чтобы взглянуть на себя в зеркало, встроенное в дверь шкафа. Он с минуту крутился, всматриваясь в отражение, прощупывал пушистые складки на рукавах. Всё это время Джисон не мог отвести от него глаз, с щемящим чувством в груди ожидая, скажет ли он что-то ещё. Ли нашёл замок потайного кармана и, открыв его, запустил ладонь внутрь. - Мягонькая! Ты её по себе брал? У нас, вроде бы, теперь один размер. - Да, пришлось примерить. Прости. - Нашёл, о чём беспокоиться. Жмакал карманы? Они тут флисовые какие-то что ли… - Эм, нет, но я рад, если тебе… - Джисон не смог договорить, потому что Минхо развернулся к нему, взял его руку и сунул её в открытый карман вместе со своей. Хан через ткань ощутил твёрдый живот старшего, а тыльной стороной ладони - жар его пальцев, и очень быстро стало жарко ему самому, - нравится. - Конечно, нравится! Она шикарная! - Минхо сверкнул своими улыбающимися глазами-полумесяцами, сжимая ладонь Джисона у себя в кармане, а затем плавно её отпуская. - Теперь моя очередь, - старший подхватил коробку и передал её Хану. Там действительно лежало что-то тяжёлое и большое. Джисон нервно выдохнул, прощупывая упаковку и пытаясь сначала догадаться, что там может лежать. - Давай, открывай! - Ли ёрзал на кровати в нетерпении. Хан надорвал незаклеенный край обёрточной бумаги, сама коробка была без рисунков и каких либо ещё опознавательных признаков. - Я не очень, конечно, в этом разбираюсь, так что если эта штука окажется для тебя бесполезной, ты можешь просто пустить её на запчасти. Джисон поднял вопросительный взгляд и, окончательно избавившись от бумаги, стал поддевать клапаны на коробке. Что же там такое?.. Внутри была ещё одна коробка, матовая чёрная и с глянцевой фотографией металлической конструкции. Над фотографией крупными белыми буквами было написано “Программируемая роботическая рука”, ниже шрифтом поменьше перечислялись основные технические характеристики. Хан задохнулся от шока. - Она… он… она ведь дорогущая! Зачем ты…? - Тебе не нравится? - с холодным разочарованием в голосе спросил Минхо. - Очень нравится! - выпалил Джисон, чтобы не оставлять и тени сомнений. - Просто твой подарок такой чудесный, и типа… чем я его заслужил? Мне никогда ничего такого дорогого не дарили. И она… О, поддерживает Пайтон и все основные консоли. Три вида манипуляторов. Грузоподъемность. Вау, мощная вещь. У меня с ней целую мастерскую получится обустроить. Ты… я даже мечтать о таком не мог, хён! - Хан решил не задавать глупых вопросов о том, где Минхо раздобыл деньги, потому что знал, что ему, скорее всего, пришлось разграбить собственную заначку с отложенными с зарплаты деньгами за несколько месяцев (если, конечно, Ли, будучи монстром из Верхнего Манхэттена, не заработал эту сумму от продажи украденного шоколада). И следовало признаться самому себе: этот жест его поразил. Казалось, Ли снова дал ему больше, чем он мог вернуть. Хан выдержал нечитаемый взгляд старшего, сглотнул и внезапно даже для самого себя спросил: - Можно я тебя обниму? Пожалуйста. Минхо только кивнул. Джисон аккуратно отставил коробку на стол и почти что кинулся на шею Ли, утыкаясь носом в мягкие складки капюшона. Он ощущал, как толстовка, ещё совсем недавно пахнущая просто новой вещью из магазина, начала впитывать сладковатый свежий аромат кожи Минхо. На спину опустилось тепло его ладоней. - Спасибо тебе огромное! - пробубнил Джисон, всё ещё пряча лицо. Ли не ответил, только притянул его к себе ещё ближе. - И тебе спасибо, - сказал Минхо, отпуская Хана с тяжёлым вздохом. - Эм, может я лезу не в своё дело, хён, но ты уже что-то подарил остальным? - с учётом стоимости роботической руки Хану меньше всего хотелось быть причиной отсутствия подарков у кого-то из близких старшего. - В смысле? - Ну, там родителям, Бину, эм… Крису? Минхо картинно закатил глаза: - Ты беспокоишься о Крисе? На прошлое Рождество я подарил ему свою девственность, так что думаю, он как-нибудь перебьётся на следующие лет сто, - после этих слов Джисон тут же пожалел о своём вопросе. - Подарки семье я утром раздал, а те двое получат своё, когда из Аспена вернутся. - Оу, хорошо. - Пожалуйста, не парься. Я не разорился, - Минхо ободряюще улыбнулся и игриво ткнул Хана кулаком в плечо.