Надежда

7:56, утро понедельника. Весь класс или большая его часть стоит и ждёт звонка на первый урок. Из бесконечного потока шума уловить хотя бы что-то, практически не представляется возможным. Время шло безумно медленно. Преподаватель, имя коего не запомнить никому, вновь говорит на своем языке неясно что, при этом не давая шанса как либо понять её лепет. Девушки на задних партах красятся, "уродуя" своё лицо. Кто-то шепчется между собой об учителях и учениках из параллели, разводят новые сплетни. Первый урок, слава всем богам, закончился, и я уже стоял у другого кабинета, в то время как Кирилл с его компанией устроились в конце коридора. Видимо у них уроки на этом же этаже… — Кирюша, приветик! Как делишки? — Синевласая девушка подбежала к Кириллу и повисла на его шее. — Ох, э-э… да нормально. А у тебя как? Думаю, вам любопытно, кто эта девочка? Это девушка Кирилла – Наташа. Она стройная — победительница в генетической лотереи, немногим выше Антона, а он ростом под сто шестьдесят пять точно. У Наташи длинные, покрашеные в синий волосы, а также ей свойственна привычка ходить в цветных линзах. При этом каждый день менять их на другие, более или менее вычурные. Зависит от её настроения. А о масштабах изобилия контактных линз изволю только догадываться. Не моё дело! Да и коли решу спросить Наталью об этом, то она явно воспримет мой вопрос как оскорбление. Но, несмотря на всю обоятельность её лика, по сути своей она эгоистична и прихотлива в ухаживаниях в свою сторону. Потому в мужском внимании Наташа себя не ограничивает. Но, кажется, Кирилла это особо не волнует. Наталья собой не безобразна и желана многими благодаря этой красе, наверное, ему достаточно и того, что она его девушка. Остальное смысла не имеет. Однако, может есть и другая причина… — Ми-и-их! — Да, Дим, что случилось? — Ты же сделал домашку по литре? Пожалуйста, я тебя умоляю… — Жалобно сложил руки в молитве Димка. — Да, сделал. — О, отлично! Ты же дашь списать, ну так, от души? Пожалуйста? А то забыл про эту литературу... — Держи, упаси тебя господь.. — Сказал Миша, достав заветную тетрадь и протянув её другу. — Я б тебя расцеловал щас! Спасибо, брат. — Всегда пожалуйста. Успеешь переписать? — Естественно, че думаешь? Самая быстрая рука на диком западе! Да Дима часто просит списать что-то: домашнее задание, классную работу, какой либо конспект и так далее по списку. Ну а как его ещё вытягивать? В учебе он безнадёжен. К тому же, несмотря на его буйный нрав и неспособность усидеть на ровном месте – он лентяй ещё тот. Слов нет, чтобы описать его безделье.. После русского языка я наблюдаю за тем, как Уздечкин в торопях списывает сочинение по литературе, меняя его под себя и успевая лить воду в несчастный текст, чтобы Марина Евгеньевна ничего не заподозрила. И у него довольно неплохо получается. Фантазёр он тот ещё. Дописав, Димка вернул мою тетрадь: — Ёще раз спасибо, выручил, — Гордо закрывая тетрадку, исписанную кривым округлым почерком, Фёдорович смотрел на своего спасителя с довольной улыбкой на лице. — Ага. И тут, как гром среди ясного неба, прозвенел противный звон, оповещая о начале урока. — Своё домашнее задание сдадите в конце, а сейчас садитесь и записывайте.. — Сказала Марина Евгеньевна своим как обычно зауныльным голосом. Многим в классе не нравится эта учительница, однако я иного мнения. Хоть голос её более уныл, чем у гробовщика на очередных похоронах, материал она разбирала хорошо. Да и многим моим одноклассникам, как и мне стоит слушать её внимательнее, коли планируем нормально написать ЕГЭ по литературе. А экзамены не за горами.. Скоро пойдут пробники, а затем и сами адские пытки нервной системы. Мне не верится, что это последний учебный год и скоро наступит самый важный этап моей жизни... Но особо переживать мне не стоит, ведь какие предметы буду сдавать - я уже выбрал давно. Да вот только сегодня девятнадцатое сентября, а я уж про ЕГЭ заладил.. Совсем крыша поехала. *** — Ура, дом-дом-домой! — Радостно воскликнул Уздечкин, глядя в лицо своему товарищу, — О! А давай ко мне зайдем? Или погуляем? А то ты вчера наверняка весь день дома просидел. — Пожалуй, я тебя разочарую, но ты не угадал – ближе к вечеру я вышел свежим воздухом подышать. — И без меня?! — Обиженно воскликнул Димка, всплёскивая руками. — Мне хотелось побыть одному.. Да и тебя дёргать не было желания. — Ага, верю! — В обычной своей манере, Дима недовольно скрестил руки. — Не дуйся, так получилось.. — Миша положил руку на плечо Уздечкина, будто бы он привык к таким причудам. — Ладно, не страшно. Но гулять сегодня ты идёшь со мной! — Как скажешь, — Пожав плечами, Кошкин немного вздрогнул от неожиданного возгласа друга. Друзья, решившие не заморачиваться с формой, сначала заскочили домой к Мише взять некоторые вещи, заготовленные ими заранее, и оставить рюкзаки. А затем к дому Димки, захватить с собой продукты для пикника, на котором опять же настоял Дмитрий. К подобной вывозке они готовились уже давно, но никак не находилось времени. Выйдя из небольшого двора, где проживал Кошкин, на Дмитриевскую улицу, юноши шли по прямой. Аккуратный тротуар, уложенный незамысловатым узором из плиток, фонарные столбы, облепленные листовками, клумбы с прелестными цветами и миниатюрными кустиками – всё это умиляло. Слева, через дорогу шёл поворот к небольшому скверу с благородными дубами, гордо возвышающимися над землей, напротив больницы. По другую сторону находится рядок маленьких лавок с побрякушками в компании нескольких кофеен, табачной лавки и булочной на пару со скромной кондитерской. Повороты во дворы, засаженные изящными деревьями, пушистыми кустарниками с маленькими белыми пучками цветов, переулочки, неизмеримое количество которых сведëт с ума любого параноика, что добавляло запутанности в небольшом городке. Вот юноши вновь проходят мимо школы, а значит они уже на пол пути. Вблизи виднелись более новые дома и пара домишек с частного сектора на левой стороне. Всё тоже самое – небольшой двор, скамейки у подъездов и тоненькие силуэты деревьев. Разве что дома опрятнее и поновее. А вот и третий подъезд, прямо у входа, с внутренней стороны, на первом этаже висит расписание дежурных квартир. На втором была ЧИСТАЯ лестничная площадка и квартира под номером четыре, в которой и проживал Дмитрий со своими родителями. — Ну что, добро пожаловать! Заходи, не стесняйся! — открывая тëмно-коричневую дверь с серебристым номером, бодро подгонял Уздечкин. Ребята зашли в светлую квартиру, где до сих пор господствовал запах благовоний. Их встретила стенка с крючками, на которой красовался триллион курток на все сезоны и типы погоды. А напротив этого склада было большое зеркало и компактный столик, на коем сиял полный хаос во всей своей красе: расчëски, о существовании которых Дмитрию, вероятно, известно не было, запасные шнурки, щëтки для обуви, лак для волос, липоватые брелоки из тех самых автоматов в любом сетевом магазине, шпильки и резинки для волос (явно мамины), заколки и много чего другого, что невозможно разглядеть среди всех джунглей, разросшихся на несчастном столе. Линолеум в виде светлых сосновых досок, стены с фисташковыми обоями, украшенные картинами по номерам, сделанные мамой Димы, когда ей было невмоготу от скуки, белая мебель -- всё было пропитано уютом. Каждая комната, каждый уголок. Всё пестрело теплотой, как и сами жители этого места. — Надеюсь ты помнишь – прямо по коридору и на право. Там моя комната и кухня. А то ты чëт редко у меня бываешь, — слегка огорчился Димка. — Я не удивлен что ты ближе именно к кухне, — усмехнулся Миша. — Чел, будь моя воля - я бы жил на кухне. Итак, собрав все, чего не доставало, Кошкин и Уздечкин направились в сторону давно не используемых рельс. Ныне списанные пути были проложены ближе к окраине города, поэтому маршрут юношей проходит через центральный бульвар. Перейдя на другую сторону, на перекрестке они двинулись по улице Орециновой в сторону Перепелиного бульвара. Пожалуй, следует отметить, что никаких перепëлок по бульвару не разгуливает. Всё просто и весьма банально – открыт он был каким-то Перепëлкиным, скорее всего довольно важным человеком, и назван его именем. Данный бульвар хоть собой и не дурен, но скуден и уныл в коей то степени. Есть в нëм что-то не естественное, не живое, давящее.. Однако же, многим жителям города здесь очень нравится. Но возможно ощущения от данного места зависит от человека и его ассоциаций? Ребятам необходимо было пройти на правую сторону, выйдя к старой части города. В большей мере это широкие улицы, небольшие дворы и круговые аллеи. Шли юноши по прямой сквозь спокойный район минут, эдак, пятнадцать, пока наконец они не увидели бетонный перрон, кое-где заросший травой и потрескавшийся со временем. Значит они на месте. По рельсам, причем те до сей поры в хорошем состоянии, юноши шли на поле, где собирались устроить небольшой пикник. Путь был долгим и время парни коротали за беседами о том, что первым взбредет в голову. — Слушай, а что если бы были летающие собаки-машины? Тип знаешь, как в аниме каком-то где был кот-автобус. Или.. — Задумавшись, Уздечкин глазел на небо, словно пытаясь представить те собаки-машины где-то там. Высоко, высоко. — Эх, Димка, тебе бы на инженера или изобретателя с такой то фантазией! Всякого бы навыдумывал, народу точно не скучно было бы! — искренне улыбаясь, сказал Миша, одновременно смотря себе под ноги, чтобы не споткнуться об один из камней на путях и следя за другом, как бы и он не навернулся. — Аха! Мне бы ещё разбираться в этих ваших ваумных чертежах! — Дима, подхватив позитивный настрой товарища, отвлëкся от неба и своей фантазии, кривляясь, подобно какому-то заучке. — И то верно. А жаль.. — Да не парься ты так за меня! Мало «креативных» профессий что ли? — В шутку Дима резко шлëпнул собеседника по мягкому месту, что тот аж чуть не упал. Но Дмитрий успел удержать его на месте. — Ну как знаешь. Дело твоë. Мне лишь остается надеяться, что у тебя всё будет хорошо, — Оглядываясь по сторонам, Миша оценивал насколько долго им ещё предстояло пройти до излюбленного места на поле. — Чтож, спасибки за твою веру в меня! На ветру медленно качается ковыль, степные травы радостно встречают солнце, а в поле веет их чудесный запах. Огромные просторы занимало одно только душистое поле, окруженное полосой лесов, видневшейся в далеке, и ничего более. Нет ни одной живой души! Только по середине были проложены железнодорожные пути, по которым когда то ходили поезда.. Юноши шли по кое-где поржавевшим рельсам, с уже полусгнившими деревянными шпалами. Щебень под ногами, весело позвякивая, так и наровил выждать пока ты отвлечëшься и споткнëшься об него. — А между тем, в степных просторах На ветру качается ковыль, Полынь грустит неподалëку, И ветер песню завывает, Теряясь дальше по степи. А мы, по рельсам весело шагая, Щебечем будто певчьи птицы, Вдыхаем запах трав степных... — Поэт ты, Миша, поэт! Не поспоришь. Кстати, ты чëт бледный.. Всё нормально? Не заболел? Ты точно не простыл? А ты вообще нормально вчера оделся? — спустя несколько минут наслаждения видами, начал задавать тысячу и один вопрос Димка. — Дима, мы не на экзамене. Хватит валить меня вопросами! Всё в порядке. — попытался отмахнуться от друга Кошкин. — Ага-ага. Ты ВСЕГДА так говоришь! — Закатил глаза Уздечкин, размахивая своей левой, тем самым вырисовывая невидимые круги. — Ну.. Просто мне не по себе... Вчера такая ерунда произошла. Не знаю, что и думать по этому поводу. — А вот отсюда по подробнее, пожалуйста! — Уже откровенно пялясь, Дима ожидал услышать что-то невероятное. — Давай сначала дойдëм, а потом уже и объясню что к чему. Нам осталось всего ничего. Хорошо? — Да без б! Пройдя ещё немного, ребята добрались до их любимого места под единственным небольшым деревцем, чуть поодаль от самих путей. Растелив покрывало, юноши сели и продолжили раскладывать вещи для трапезы на свежем воздухе: бутерброды с сыром на чëрном хлебе, чипсы со сметаной и зеленью, пара яблок (ну как пара – килограмм), литровая бутылка воды и лапша быстрого приготовления – что же ещё было нужно? Дима достал термос с горячей водой, который прихватил с собой, открыв лапшу, залил еë кипятком. — Ну-с? Я слушаю, — взяв свой заваренный дошик, Дмитрий деловито уселся в ожидании. — Ох.. Может всë же я тебе не буду рассказывать? Там нет ничего интересного.. — с некой надеждой в глазах Миша смущенно смотрел на друга. — Че ж ты сразу то сливаешься с темы? Нет уж, рассказывай! — Ладно... Вчера где то в три часа дня я решил сходить к пансионату, тот который заброшен давным-давно. Думаю, ты помнишь о каком идëт речь. В целом, как я и предполагал, время проводил без посторонних лиц, в тишине, только где-то в далеке собаки лаяли и птицы чирикали. Приблизительно через часа два меня окликнул Кирилл, причём он взялся просто из неоткуда, как из воздуха, да ещё и прямо за спиной!! Жуть же? Ну а после он вёл себя вроде и нормально, однако мне так тревожно стало, — Миша ненадолго затих, но всё же продолжил, — Я не знаю из-за чего, просто резко началась жуткая паника. Он попытался меня успокоить, вроде нëс какой то бред про запах моих волос, но я уже не помню. Ну а потом.. сказал, что проводит меня до дома. «Диме нельзя знать о Антоне и Володе, ему нельзя об этом знать... Прости, Кирилл, мне пришлось соврать.» У Димы глаза на лоб полезли и он чуть ли не подавился от изумления: — …Чего!? Какие волосы!? Я, конечно, понимаю, что ты притягиваешь к себе много проблем, но чтоб настолько… ееебися-пися-заебися… — Уздечкин схватился за голову, отложив еду в сторону. — Ой, а сам то! — Ну приплыли! Вот и ты согласился?! Тебе голова только для словарей нужна!? Это же… ненормально! Он конечный? Нет, ну точно конченный А ты чего!? Ох ты ж б… — Дима вскочил с места и начал активно жестикулировать, высказывая всё, что он думает. — Дим, у меня выбора не было! Он просто сказал, что проводит меня и всё! Моё мнение об этом, его не интересовало. Этот парень сильнее меня раз в сто! Думаешь у меня были какие-то шансы от него отбиться? — Это капец! Что этот недогей о себе возомнил!? Ведь ничего с тобой сделать не успел? — Подобно разгневанному родителю, отчитывающему своего ребенка за непростительный проступок, Дима смотрел на друга сверху вниз, положив руки на пояс. — К счастью, нет. — Ну и слава богу!!! Я обязательно начищу рот за такое! Что он себе позволяет!? Да я его загрызу!! В канаву кину, чтоб мать вспомнил! Да я его.. — Дима, успокойся! Пожалуйста! — попытался угомонить своего разбушевавшегося друга Кошкин. — Всмысле успокойся!? Он мог сделать с тобой всë, что угодно!!! Какой успокойся?! Ты чего так защищаешь его!? Миш, ну ты сам то понимаешь же, что он еблан! Какого чëрта?! — ещё пуще прежнего рассердился Дима. Нахмурив брови и скрестив руки на груди, Уздечкин всё так же смотрел на напуганного и расстерявшегося товарища. — Я.. Я не знаю.. — еле слышно проговорил юноша. Дмитрий громко и тяжело вздохнул и сел на плед рядом с Мишей, переводя пар. В нем бушевал ураган эмоций. Злость и негодование брали верх. Так и хотелось орать и набить наглую морду Кирилла. Ведь никто не имеет права трогать его близких! НИКТО! — Эх.. Ладно. Ты это, старайся держаться от него подальше и не пересекаться. Звони мне, если не знаешь как быть. Я обязательно тебя поддержку и помогу чем смогу, если тебе будет нужно, Миш. Ëпт, ну ты мой друг как ни как! А друзья должны выручать друг друга всë таки. Почему ты не написал мне вчера, после того как это с тобой произошло? Брат, я волнуюсь за тебя, — остыв, Димка поддерживал друга как мог. — Прости, я... сам не знал как мне быть из-за шока, — прижав ноги к груди и обхватив их руками, Кошкин отвëл глаза. — Мхм. Миш, пусть это будет последний раз, когда ты врëшь или не рассказываешь мне, что с тобой случилось. Хорошо? — Дима смотрел на товарища с беспокойством. «Прости, Дима, я отвратительный друг...» — Хорошо.. — не поднимая глаз, тихо сказал Миша. — Обещаешь? — щурясь, уточнил Дима. — Обещаю.