Разные миры

Елена сидела на очередном наискучнейшем уроке и задумчиво крутила ручку. Она изо всех сил пыталась скрыть улыбку, потому что профессор то и дело бросал на нее настороженные взгляды, а ее мысли были очень далеки от его рассуждений. Сегодня был ее первый День Святого Валентина, который она проводила с любимым парнем. Еще с утра Стефан встретил ее около дома и подарил восхитительный букет красных роз. Елена уговаривала его прогулять школу и пойти в какой-нибудь милый ресторанчик, чтобы посидеть там только вдвоем, но он отказался, пообещав, что они обязательно сделают это, но только вечером. Это немного задело девушку, но вспомнив, какой Стефан правильный и обязательный, она решила простить ему этот маленький недочет. В конце концов, он действительно был прав, им необходимо было быть сегодня в школе, так как профессор Браун решил провести сегодня контрольную. Елена предполагала, что он был далеко несчастен в любви, раз так издевался над студентами в такой день. Сама же Гилберт чувствовала себя самой счастливой девушкой, если не в мире, то в школе точно. Рядом с ней сидел такой милые и любящий ее парень, который нежно сжимал ее ладошку в своей. Елена посмотрела на него, и их взгляды тут же встретились. — Ты чего? — улыбнулся Стефан. — Не знаю, — честно ответила девушка, пожав плечами. — Ты странная, — парень потянул ее руку на себя, и Елена оказалась лежащей на его плече. — Знаю, — усмехнулась она, блаженно закрывая глаза. Было так приятно облокотиться на Стефана, забыв обо всем мире. Но вот кажется, мир о ней не забыл. — Молодые люди, я вам не мешаю? — спросил учитель, и Елена, вздрогнув, открыла глаза и тут же села ровно, утыкая глаза в стол. Девушка медленно перевела взгляд на учителя, пытаясь сообразить, откуда у нее взялось чувство, что это уже было когда-то? — Простите нас, профессор, — тем временем извинился Стефан. — Только потому, что сегодня праздник, — строго предупредил профессор и вернулся к объяснению темы урока. — Все нормально? — тихо спросил парень, видя задумчивость подруги, которая до сих пор пыталась понять, с чего у нее появилось ощущение державю. — Да, — слабо улыбнулась она и, чувствуя чей-то внимательная взгляд, перевела глаза. И тут же увидела Деймона, сидевшего в пол-оборота к ней. Кажется, парень и сам не замечал, что смотрел на нее. Его взгляд был рассеянным, он будто вспоминал что-то. Когда он мотнул головой с легкой усмешкой на губах и уже осознано посмотрел на Елену, она слегка подняла бровки в немом вопросе. Парень небрежным и быстрым движением повел плечом, и сразу же отвернулся обратно к доске, не дав девушке времени сообразить, о чем он. Но если бы он задержался еще на несколько мгновений, он бы увидел, как непонимание на ее лице сменяется счастливой тоской. Она вспомнила, где уже слышала эти слова. Это была так давно, казалось, что прошла целая вечность. А на самом деле? Всего лишь несколько месяцев. Это было летом, в лагере, когда они с Деймоном сидели на очередном занятии, проходившем на небольшой полянке. Все разместились на специально принесенных сюда пледах, и делали вид, что что-то пишут вслед за учителем. Елена и сама не заметила, как ее голова оказалась на плече друга. Сегодня они, а еще Ник и Дейзи, снова не спали всю ночь. И на этот раз причина была очень даже уважительная — они сбегали в город. — Гилберт, тебе удобно? — с насмешкой спросил Сальваторе, чуть дернув плечом. — Эй, — возмутилась девушка этим действием, ударившись о его кость, но все равно легла обратно, — Очень удобно. Спасибо за заботу. — Вот скажи мне, где край твоей наглости? — А разве лежать на любимом друге — это наглость? — самым невинным взглядом посмотрев на Деймона, спросила Елена. — Я, конечно, польщен столь лестным отзывом, но… — закончить свою мысль парень не успел, потому что раздались слова учителя, по сей день звучащие в голове девушки — Молодые люди, я вам не мешаю? — Елена, точно как сейчас, смутилась и уже хотела сесть нормально, но вот Деймон не был порядочным и правильным Стефаном. Сальваторе, до этого возмущавшийся лежанием подруги на его плече, сам удержал ее от попытки встать, взяв за руку и крепко сжав ее. Гилберт подняла на него удивленный взгляд и с некой гордостью наблюдала, как парень спокойно с легкой усмешкой на губах произносит: — Смотря, что вы имеете в виду под этим, — по поляне прошелся тихий гул смешков и тут же смолк под строгим взглядом учителя. — То, что я не разрешаю на своем занятие разговаривать и уж тем более обниматься. Для этого существует множество других мест, — произнес он и, увидев, как Деймон серьезно кивнул, отвернулся к меленькой меловой доске, с трудом прикрепленной на дерево, полностью уверенный, что слизеринцы его послушали. Вот только Сальваторе не планировал идти у него на поводу. Он уверенно встал на ноги и помог то же самое сделать подруге. — Что ты творишь? — шепотом спросила Елена, когда он, не отпуская ее руки, пошел прочь с поляны. Но ответ она получить не успела, в этот момент позади нее раздался голос: — Могу я поинтересоваться, куда вы собрались? — Вы же сами сказали, что ваши занятия — не место для бесед, и предложили поискать другое место, — притворно непонимающе произнес Сальваторе. — Я вообще-то не это имел в виду, но если вы хотите — я вас не держу, — махнул рукой он, — и 10 баллов с Слизерина. Деймон пожал плечами и уверенно пошел в направление пляжа. Гилберт, несколько секунд переводя взгляд с него на учителя, все-таки побежала за другом, который уже успел уйти достаточно далеко. — Ну и что это было? — подняла бровки она. — Мы ушли с наискучнейшего занятия. Или ты против? — усмехнулся парень. — Нет, но… — Деймон, Елена, — окликнула их Дейзи, через мгновение появившаяся перед ними. Вслед за ней подошел и Клаус с легкой улыбкой на лице. — Вы почему не на лекции? — спросила девушка, — Мы хотели украсть вас оттуда, а вы все испортили… Елена махнула головой, вырываясь из летних счастливых воспоминаний, которые сейчас приносили столько боли. Воздуха не хватало. Девушка сделала глубокий вдох, крепко зажмурившись, и резко встала со своего места. Через мгновение она уже была в прохладном коридоре. Прислонившись к двери, Елена попыталась собрать свои мысли в кучу. Стена, которую она так упорно строила несколько месяцев, с грохотом развалилась от одного случайного воспоминания, и все ее чувства снова ворвались в ее сознание. Как получилось, что она смогла спрятать все, что касалось Деймона, и даже суметь забыть об этом? Только сейчас она поняла, о чем говорил Ник не так давно. Они с Деймоном неотъемлемая часть друг друга. Он нужен ей. Она врала и себе, и Клаусу, когда говорила, что ей достаточно просто видеть, как он, счастливый, проходим мимо нее в коридорах. Это слишком мало. Она хотела, чтобы он был рядом. Как врага, друга, брата. Неважно. Главное, снова ощутить, что он на ее стороне. — Мисс Гилберт, можно поинтересоваться, что вы делаете здесь во время урока? — вырвал девушку их размышлений профессор Шейн, всегда вовремя оказывающийся около нее. — Я… — Елена несколько раз моргнула, но вновь вернуться в реальность у нее так и не получилось. — Все ясно, — обреченно вздохнул мужчина, — Видимо, вы давно не переписывали правила. Жду вас сегодня сразу после уроков.

***

Сегодняшняя выходка Гилберт на истории совершенно выбила Деймона из колеи. Не то, чтобы она сделала что-то необычное. Наоборот, такое поведение было очень свойственно девушке, которая была так хорошо знакома ему и которая в последнее время пряталась где-то глубоко в Елене Благодаря тому, что она так старательно пыталась скрыться от всего мира, он перестал так часто обращать на нее свое внимание. Он просто начал забывать о ней настоящей, ведясь на ее игру. Но вот сегодня все воспоминания и чувства вновь накрыли его с головой. Он снова увидел свою Лени и остро почувствовал ее отсутствие в своей жизни. — Сальваторе, ты слушаешь меня? — холодно осведомился Элайджа. — Да, конечно, — без заминки соврал Сальваторе, — Но мне совершенно не интересно, что ты собираешься дарить своей ненаглядной. — Так и скажи, что завидуешь, что у всех вокруг есть вторая половинка. — У меня есть… — Деймон остановился, пытаясь вспомнить имя девушки, которой на ближайшие несколько дней выпала честь быть с ним. — Мэнди. Ее зовут Мэнди, — усмехнулся Элайджа, — Почему даже я знаю ее имя, а ты нет? — Потому что ее имя — это совершенно не главное. Тем более если бы я запоминал имя каждой, которая побывала… — Избавь меня от подробностей твоей личной жизни. — И кому здесь завидно? — усмехнулся Сальваторе, слегка разведя руками вслед уходившему от него Элайдже. По расписанию дальше у Сальваторе был футбол, поэтому он уверенно направился в раздевалку, и как раз вовремя, потому что в следующее мгновение прозвенел звонок. В коридоре тут же началось быстрое движение, и уже через несколько минут он опустел. Деймон же никуда не спешил. У него даже промелькнула мысль прогулять тренировку, но вот другой альтернативы у него не было, а просто бродить по школе не хотелось. Почему-то сегодня она казалась на удивление пустой и одинокой. Деймон очень резко почувствовал отсутствие чего-то важного в своей жизни. И он мог даже с точностью мог сказать, чего именно — Елены. Девушка очень быстро исчезла из его жизни, но и вновь, как и несколько лет назад, ворвалась маленьким ураганчиком назад. Все внутри парня перемешалось. Чувства, спрятанные где-то в глубине души, выплыли наружу, и его глаза как будто открылись после сна. Парень, шедший по безлюдному коридору, не сразу заметил чей-то силуэт, прислонившийся к шкафчику и скрестивший на груди руки. — Не узнаешь старого друга, Сальваторе. Не хорошо, — окликнул его знакомый голос, когда он уже прошел мимо него. Деймон остановился и, приподняв бровь, с презрением обернулся назад. — Пирс, — выплюнул фамилию парня он, — Какими судьбами? — Родители, наконец, решили, что с меня хватит этих казарм, и разрешили вернуться в родную обитель, — Кол оторвался от стены и подошел к Сальваторе. — Так нам снова придется лицезреть твою персону здесь? — Я тоже рад тебя видеть, — вздохнул парень, театрально закатывая глаза, — Ты зря, кстати, демонстрируешь столь явное презрение. Я не забыл, благодаря кому был заперт в «тюрьме». — Да ты никак угрожаешь мне, Пирс? — усмехнулся Сальваторе, предупредительно сузив глаза. — Дай-ка подумать, — Кол прижал указательный палец к губам, и уже через мгновение они растянулись в улыбке, — Да, именно это я и делаю. — Тебе видимо в твоих казармах совсем мозги отшибло, — с долей поддельного сочувствия произнес Деймон, — Забыл кто я? — Почему же? Ты Деймон Сальваторе, гроза всех и вся, — медленно проговорил Кол, — Вот только ты уже не тот, кого боялась вся школа. — Ты ошибаешься, если действительно так думаешь, — усмехнулся парень. Конечно, в словах Пирса была доля правды, но терять маску перед старым другом он не собирался. — Сейчас у тебя появилось слабое место, чем я обязательно воспользуюсь. Он усмехнулся, глядя, как на лбу Деймона пролегает морщинка, и медленно побрел по коридору, не дожидаясь, пока друг сообразит, о чем он. Но Сальваторе не заставил себя долго ждать: — Если ты говоришь о…- он в одночасье догнал Кола и одним резким движением прижал его к шкафчикам. — Об одной очень милой темноволосой девушке с прекрасными карими глазами, — Пирс хищно улыбнулся, а Деймон опасно прищурился. — Если я узнаю, что ты хотя бы пальцем дотронулся до нее, тебе не поздоровиться, — как можно спокойнее проговорил он. — Теряешь хватку, Сальваторе, — качнул головой Кол и оттолкнул от себя парня. Поправив свой пиджак и слегка кивнув другу, он быстрым шагом ушел из коридора, в котором застыл Деймон. Сальваторе дернул уголком губ, поняв, что Пирс наконец-то перестал быть безвольной тенью своей сестры, которую всегда боготворил. Военный интернат пошел ему на пользу, но также и лишил последней капли здравого смысла, раз он посмел угрожать ему. И не просто угрожать, а самым дорогим человеком в его жизни. Деймон, не сдержавшись, ударил дверцу шкафчика, отчего на ней остались небольшие вмятины. Парень скривился, взглянув на свои пальцы, по ним тонкой струйкой текла кровь. Но, как ни странно, боли он не чувствовал, лишь холод, разливающийся в его груди. — Деймон Сальваторе, — он поднял взгляд, в котором до сих пор стояла ненависть, и из-под опущенных бровей посмотрел на профессора Шейна, — Могу я полюбопытствовать, чем вызвана ваша злость? Не получив ответа от студента, до сих пор прожигающего его взглядом, мужчина добавил: — Я так понимаю, сегодня у всех резко образовался свободный вечер, раз многие будто бы специально нарываются на наказание. Видимо, вы давно не переписывали школьный устав, мистер Сальваторе. Жду вас в два часа у себя в кабинете.

***

Не то, чтобы профессору Шейну очень уж хотелось провести сегодняшний день святого Валентина, наблюдая за провинившимися студентами, но упустить возможность наказать Елену Гилберт и Деймона Сальваторе он не мог. Хоть в последние месяцы за этой некогда неразлучной парочкой не наблюдалась их своеобразных выходок, а сами они держались друг от друга как можно дальше. Шейн, конечно, не хотел лезть в их личную жизнь, к тому же оценки после их ссоры у них стали гораздо лучше, но его удивляло, в кого превратились двое его самых любимых ученика. Да, именно любимых! Профессор никогда бы не признался в этом ни единой душе в мире, но он восхищался дружбой нерадивых студентов. Как они всегда были готовы защитить друг друга, прикрывали свои шалости, не обращали внимания на всеобщие сплетни и досужие разговоры. Шейн уважал это в них. И раз они оба сегодня получили наказания, мужчина планировал помочь им поговорить с друг другом, заперев в одном кабинете. Возможно, он пожалеет об этом поступке уже через пять минут после их примирения, но, в любом случае, дело был сделано, и сейчас он наблюдал, как в его кабинет без стука входит Сальваторе. — Здравствуйте, — без каких-либо эмоций произнес парень и уже хотел пройти вглубь класса, когда профессор произнес: — Вас не учили стучаться, мистер Сальваторе? — устало потер переносицу Шейн. — Мне выйти и зайти снова? — приподнял бровь Деймон. — Будьте добры. Парень вздохнул, слегка качнув головой, и развернулся обратно к двери. Его рука легла на ручку, но он успел лишь слегка потянуть ее на себя, когда кто-то с другой стороны толкнул ее в его сторону. В результате этого, кто-то оказался прижатым к груди Сальваторе. В нос тут же ударил родной запах корицы и мяты, и его руки легли на тонкую талию девушки, удерживая ее в равновесии. Елена еще пару секунд не поднимала взгляда, уткнувшись ему в пиджак и вдыхая знакомый запах его одеколона — немного горького, но для нее самого родного. Когда она все-таки оторвалась от Деймона и подняла глаза вверх, встречаясь с ним взглядом, все внутри парня, да и у нее тоже, перевернулось. Они снова были так близко. Могли дышать одним воздухом и чувствовать тепло друг друга. Голова кружилась от этого забытого ощущения, когда все вокруг перестает иметь значение, а время застывает. Это было таким знакомым, но в тоже время сильно отличалось от того, что было, казалось, в другом мире. — Вы так и будете стоять на пороге? — произнес профессор Шейн. Елена вздрогнула и, поудобнее перехватив сумку, рванула к первой парте, садясь чуть правее учительского стола. Сальваторе же несколько секунд смотрел ей вслед, а потом обернулся к двери, чтобы, как и велел Шейн, заново зайти в кабинет. — Куда вы собрались? — произнес профессор. — Вы же… — Заходите уже и садитесь, — не дал ему закончить мужчина и махнул на свободную парту, находившуюся через один ряд от парты Елены. Когда парень занял ее, Шейн встал со своего места с двумя толстыми книгами и стопкой листов и, раздав их студентам, произнес: — Надеюсь, вы не забыли, что делать, — усмехнулся профессор, направляясь к выходу из кабинета, — Я вернусь ровно через час. Деймон и Елена не отрывали взгляда от своих листов на протяжении достаточно долгого времени. Каждый был занят работой, да и как начать разговор они не знали. Лишь спустя около получаса Сальваторе, у которого от одного положения затекли ноги, встал и прошелся по кабинету. Когда он подошел к столу Шейна, желая осмотреть его вещи, Елена подняла на него любопытный взгляд. Деймон тут же встретился с ней глазами и улыбнулся одним уголком губ. Девушка, закусила губу, но подойти к другу не решалась. — Неужели ты трусишь, Лени? — с легким прищуром спросил Сальваторе. И его слова заставили Гилберт резко встать и подойти к нему, опасливо оглядываясь на дверь. — Что ты хочешь найти здесь? — как будто не было всех этих месяцев избегания друг друга, спросила Елена. — Не знаю. Личный дневник? — усмехнулся Деймон, копаясь в ящике стола, — Как думаешь, такой иметься? — «Дорогой дневник, сегодня двое студентов посмели дышать на моем уроке! Моему гневу не было предела», — изобразила голос Шейна девушка, переворачивая его бумаги. — «Дорогой дневник, сегодня мисс Бинс послала мне воздушный поцелуй. Надеюсь, никто это не заметил?», — поддержал ее Сальваторе, расплываясь в счастливой улыбке, которая уже очень давно не появлялась на его лице. — Подожди, мисс Бинс? Наш новый библиотекарь? — Елена удивленно посмотрела на парня. — Ага, — кивнул он, — Кстати, профессор Шейн зря надеяться, что их никто не видел. — Как думаешь, он сейчас с ней? — Гилберт хитро скосилась на дверь. — Хочешь проверить? — поднял бровь Деймон, с интересом взглянув на подругу. Девушка подняла на него глаза, в которых читалось открытое любопытство, но будто что-то вспомнив, она мотнула головой, и огонек в ее взгляде тут же исчез. — Нет, — Елена положила папку, которую только что держала в руках, на место, и, заправив прядь волос за ухо, на секунду опустила веки. Собравшись с мыслями, она рассеяно обернулась к своей парте, — Нам надо выполнять задание профессора. Гилберт села на свое место и подвинула к себе книгу, делая вид, что читает занудные правила. Вот только Сальваторе видел, что взгляд ее не сходил с одной точки. — Почему ты закрываешься, Лени? — Я не закрываюсь от тебя, — улыбнулась Елена, будто он сморозил самую большую глупость. — Не только от меня, ото всех, — добавил Деймон, — Твой Стефан может и верит, что с тобой все хорошо, но со мной этот номер не прокатит. Ты опустошена, Елена, и не можешь справиться без меня. А я без тебя. Сальваторе остановился, надеясь, что его слова затронули душу Елены. На ее глазах появились слезы, и девушка замотала головой. Деймон был уверен, что сейчас она вскочит со своего места и снова убежит от него. И будто в подтверждение его мыслей стул Гилберт с грохотом упал, она резко встала, но на удивление парня не выбежала из кабинета, а кинулась к нему. Уже через секунду она обняла его за шею, прижимаясь всем телом и хватаясь за его пиджак, как за спасительную соломинку. Руки Сальваторе, который в первое мгновение растерялся, легли на ее спину, и он склонил голову, утыкаясь ей в плечо. — Я так скучала, — ладошка Елены запуталась в его волосах, и он вдруг почувствовал, что именно этого прикосновения ему не хватало все эти месяцы. Она всегда делала так, когда оказывалась в его объятиях, и только ей было позволено портить этим движением его прическу, — Сама не знала, что скучала, только сейчас поняла это. Я была такой дурой. Думала, что без тебя мне будет лучше, но это не так. Ты мой друг. Единственный, кто мог помочь мне справится с моей потерей. А я закрылась. Боюсь представить, к чему бы это могло привести. — Все так, как и должно было быть, Лени. Мы всегда находим друг друга, разве ты этого еще не поняла? — слегка отстраняясь от девушки и заглядывая ей в глаза, спросил Деймон. — Просто забыла. Спасибо, что напомнил мне. — Одна очень упрямая девчонка говорила мне, что надо бороться за то, что тебе дорого, — Сальваторе ладонью дотронулся до щеки девушки, и она, как котенок, прильнула к ней, закрыв глаза и сладко улыбнувшись. Но когда ресницы Гилберт дрогнули, и она снова посмотрела на друга, взгляд ее стал немного печальным. Парень сдвинул брови на переносице, наблюдая за изменениями на лице девушки, и уже хотел что-то спросить у нее, когда она взяла его руку, до сих пор тихими движениями гладившую ее по щеке, в свою. — Но как же Стефан? — А что с ним не так? — дернул уголком губ Деймон, понимая, что снова приходится притворяться, — Он ведь твой парень? — Да, — произнесла Елена, с опаской глядя на него, — Ты не злишься? — А должен? Думаю, мы поторопились, когда перешагнули черту дружбы. — Время еще не пришло? — повторила его слова, сказанные перед Рождеством девушка, на что он кивнул.  — Так значит, друзья? Елена расцвела в улыбке и, протянув ему руку, как и несколько лет назад, когда их дружба только начиналась, спросила: — Забыли? — Забыли. — Все будет как прежде? — слегка настороженно спросила девушка. — Если только твой Уэсли не будет везде таскаться с нами. Ты же знаешь, он мне жутко не нравится, — произнес Сальваторе, но голос его был насмешлив, поэтому Елена даже не подумала обидеться. — Ну знаешь, мне тоже твоя Мэнди не нравится. — Какая Мэнди? — вполне искренне удивился парень, — Та черлидерша что ли? Мы с ней расстались. — Давно? Деймон взглянул на часы и произнес: — Пару часов назад. И даже не спрашивай почему. — Мне это и не надо, — слегка самодовольно ответила Гилберт, — Она тебе просто надоела. В последнее время ты очень часто меняешь девушек. И это, скажу я тебе не правильно. Нельзя же ими просто попользоваться и выбросить. — Они сами хотят, чтобы я ими пользовался, — слегка приглушенным голосом проговорил Сальваторе, отчего щеки Елены покрылись краской. — Какой же ты все-таки отвратительный, — стукнула кулачком по плечу друга она. — Именно это им и нравится, — в той же манере продолжил говорить он, на что Гилберт просто закатила глаза. — Так что, как мы… Ты слышишь? — резко прервала свою речь девушка, уловив тихие шаги в коридоре. — Шейн, — одновременно с Деймоном произнесла она. И они вместе кинулись к своим местам. Когда профессор зашел в свой кабинет, он увидел, что студенты сидят точно также, как и при его уходе. Разочарованно качнув головой, он произнес: — Ваш час вышел, можете быть свободны, — Шейн прошел к своему столу, наблюдая, как Сальваторе и Гилберт встают со своих мест и идут к выходу. К его удивлению, Деймон открыл перед Еленой дверь и пропустил вперед, положив руку на ее талию, подталкивая к выходу. — До завтра, профессор Шейн, — синхронно произнесли они и скрылись в коридоре. А мужчина гордо улыбнулся от того, что его план осуществился. Да, не думал он год назад, что будет рад тому, что проделки этих двоих снова будут донимать его.