Разные миры

Начинался последний месяц осени, и приближались два долгожданных события — первый футбольный матч в этом сезоне и Рождественский бал, который в этом году Елена ждала как никогда. Но, несмотря на грядущие приятные праздники, сегодня она проснулась в угнетенном состоянии. И дело даже не в том, что она не выспалась, или ей снились кошмары. Хотя она бы, наверное, предпочла кошмары. В эту ночь девушка опять побывала на давно знакомой поляне. Высокие деревья отбрасывали свои тени на зеленый склон, а свет от луны помогал рассмотреть старого друга. Сегодня он пришел не сразу. Елена долго ждала его, вглядываясь в темноту и пытаясь рассмотреть его силуэт в лесу. Но он долго не приходил, а когда все-таки возник перед ней, то был очень взволнован. Он выбежал из темноты и резко остановился на другом конце поляны, испуганно смотря на нее. А уже через несколько секунд позади него показалась стая черных ворон, из-за которой она потеряла с ним зрительный контакт. Птицы разлетелись по всей поляне, громко каркая и окружая ее со всех сторон. Тревога — вот что верный друг из снов передал ей сегодня ночью. А серое дождливое утро лишь усилило это ощущение. На первых уроках в школе Елена дремала. И хотя на литературе профессор Шейн изредка окликал ее по имени, заставляя записывать за ним лекцию, на истории девушка, разместившись на последней парте, смогла немного поспать — отчасти именно для этого она выбрала этот предмет. Учитель был сегодня под стать настроению Гилберт — он монотонно рассказывал о каком-то историческом событие, даже в название которого девушка не смогла вникнуть. Был бы тут Деймон, он бы смог разрядить обстановку или просто взять ее за руку, и ей тут же стало лучше и все волнение ушло. Но парень отказался от этого предмета в этом году, решив сделать упор на естественные науки. Поэтому с ней за партой сидел Стефан, который сейчас старательно записывал за профессором. — Елена, — парень, как будто услышав ее мысли, оторвался от тетради и слегка укоризненно посмотрел на нее. — Что? — хмуро отозвалась она, поднимая голову с парты. — Может хватит, — Стефан взглядом указал на карандаш в руках Гилберт, которым она постукивала по столешнице. — Меня это успокаивает, — пожала плечами девушка, наблюдая, как одноклассник пытается вникнуть в сказанное учителем и делает какие-то записи, силясь не обращать внимания на раздражающий звук. Через несколько минут он отложил свою ручку и, слегка развернувшись к Елене, встретился с ней взглядом. — Неинтересно? — осведомилась она. — Ты меня отвлекаешь. Сначала слишком громко сопела, теперь вот нервы успокаиваешь, — строго произнес Стефан, но на его губах тут же появилась легкая улыбка. — Я не выспалась, — произнесла Гилберт и в подтверждение своих слов зевнула. — Чем же вы таким занимались? — поднял брови Уэсли. — Мы? — Да, ты и Деймон, — уточнил он. — Сегодня ничем, он ко мне не пришел, — не задумываясь, проговорила девушка и как только осознала сказанное, широко раскрыла глаза и посмотрела на друга. Пытаясь выкрутиться, она медленно поднялась с парты, на которой до этого лежала, и натянула на лицо улыбку, — Шутка. — Я так и понял, — ответил на ее улыбку Стефан, и Елена облегченно вздохнула. В этот же момент по всей школе раздался спасительный звонок на большую перемену. Класс зашевелился, собирая учебники и письменные принадлежности. — Ты идешь? — спросил одноклассник, наблюдая за Гилберт, которая до сих пор не двинулась с места. Девушка кивнула и нехотя встала из-за парты. Уэсли потянулся за ее сумкой, из которой она так и не удосужилась вытащить тетрадь, и она так естественно, словно так было всегда, отдала ему свои вещи. Они вместе пошли по коридорам к столовой, куда сейчас направлялись все студенты. Они шли молча, но это, как ни странно, не нервировало, наоборот приносил долгожданное спокойствие. В одном из коридоров около столовой ее уже ждал Деймон, хмуро смотревший на них, а если быть точнее — на Стефана, на девушку он так и не взглянул. Когда они подошли к нему, Уэсли кратко кивнул в знак приветствия и отдал сумку Елене, которая благодарно улыбнулась ему и повернулась к Сальваторе, который провожал взглядом одноклассника. — Что не так? — вешая сумку на плечо, спросила Гилберт, когда Стефан скрылся за поворотом. — Я смотрю, я зря бросил историю, раз оттуда выходят такими счастливыми, — Деймон наконец-то взглянул на нее. И от этого взгляда не стало ни капельки легче — он был таким, как раньше, холодным, можно сказать, ледяным.  — Я не счастливая, просто улыбнулась ему, — возмутилась Елена, которая если и была счастлива, то это от того, что наконец-то увидела Деймона, которого не видела со вчерашнего вечера. — Почему он нес твою сумку? — Она очень тяжелая, а он, как и любой нормальный парень, помог мне донести ее, — объяснила Гилберт, начиная злиться. — Любой нормальный парень? Это намек? — вздернул брови Сальваторе. — Какой намек, Деймон? — всплеснула руками девушка, — Что с тобой сегодня? — Ничего, — спустя несколько секунд вздохнул парень, — Ничего, прости, — он протянул руки, намереваясь прижать Елену к себе, но она сделала шаг назад. — Откуда взялась эта беспочвенная ревность? — спросила она, склоняя голову набок. — Разве я не имею права ревновать тебя? — А разве имеешь? — неожиданно резко произнесла Гилберт, на что Деймон горько усмехнулся, — Я не это имела в виду. — Нет, я понял тебя, — остановил ее слова о сожалении парень, — Кто я такой, чтобы ревновать тебя, да? — Ты знаешь, что я так не думаю. — А что ты думаешь? — Мы не давали нашим отношениям названия, чтобы сохранить их, но может теперь это их разрушает? — совсем тихо спросила Елена и, оглянувшись, чтобы проверить нет ли никого в коридоре, легко поцеловала парня в уголок губ. И пока парень не успел ничего ответить, она развернулась и пошла в сторону столовой. Сегодня был первый день с начала их дружбы, когда они сидели за разными столами.

***

Сальваторе совершенно не хотел затрагивать эту тему, но когда увидел, что она идет рядом с Уэсли, который к тому же несет ее сумку, и почему-то ему улыбается, не выдержал. И дело даже не в Стефане, который при всем желании не смог бы стать ему конкурентом, и уж тем более не в Елене, которая, он точно это знал, не способна на ложь и измену. И от этого в голове еще упорнее билась мысль, какой он идиот, что не выдержал и начал злиться на нее. Причина его вспышки ревности была проста — он случайно подслушал, как какие-то парни обсуждают ее. То, что такая красивая девушка до сих пор не нашла себе парня. Один из них даже выразил желание пригласить ее на бал. Он прямо там хотел подойти и врезать ему, запретив даже вспоминать имя «Елена Гилберт». Но он понимал, что никто не поймет такого его поступка, поэтому был вынужден, скрипнув зубами, развернуть и уйти прочь. Может Елена права и пришло время дать их отношениям название? Ведь, как оказалось, это ставит их под огромный удар. А он не хотел потерять ее из-за глупой ошибки. — Привет, Сальваторе, — к парню на подоконник, на котором он расположился, подсела Бонни, выдергивая его из размышлений. — Прогуливаешь? — вместо приветствия улыбнулся Деймон, отодвигая свою сумку и давая возможность девушке разместиться удобнее. — Нет, меня попросили сходить в учительскую за какими-то бланками, а вот ты похоже прогуливаешь, — Беннет лукаво сощурила глазки. — Ага, биологию, — усмехнулся Сальваторе. — Как у вас с Еленой дела? — закусив губу, нерешительно спросила девушка, хотя в ее взгляде продолжали играть хитрые огоньки. — В каком смысле? — между бровей Деймона пролегла тонкая морщинка, и он осторожно взглянул на Бонни. — Ну, вы же… — начала она, но парень резко оборвал ее: — Почему ты так думаешь? — Да ладно тебе, даже слепой заметит, что вы уже больше, чем просто друзья, — произнесла Беннет и на озадаченный взгляд друга ободряюще улыбнулась ему, — Не волнуйся, я никому не скажу. — Спасибо. — За такое не благодарят, — спрыгивая с подоконника, произнесла Бонни, — Я пойду, а то учитель будет ругаться. — Иди, а то вдруг пропустишь какую-нибудь очень важную тему, и это будет преследовать тебя до конца дней, — ухмыльнулся Деймон, наблюдая, как подруга строит ему рожицу. — У меня физкультура, остряк, — проговорила она и убежала в направление спортивного зала. — Ты бланки забыла взять, — крикнул ей вслед парень, но она его уже не слышала, скрывшись за одним из поворотов. Сальваторе дернул одним уголком губ и откинул голову на запотевшее стекло. Бонни знает. Каким-то образом она увидела, что отношения у них с Еленой изменились. Возможно, об этом догадываются уже все, просто не показывают этого, борясь с сомнениями. Но раз так, то и смысла скрывать то, что между ними происходит, больше нет. Значит можно наконец-то войти в школу, держась за руки, остановиться в людном коридоре, невольно привлекая к себе всеобщее внимание, и поцеловать ее на глазах у всех. Она, конечно, сначала заупрямится и захочет оттолкнуть его, но он лишь сильнее сожмет ее в объятиях, и она сдастся под его напором и зароется тонкими пальчиками в его волосах. Как только эта картинка появилась у него в голове, он понял, насколько сильно хочет осуществить ее в реальности. И наплевать на дружбу, на то, что это может стать огромной ошибкой, и на других людей тоже наплевать. Он просто хотел, чтобы весь мир узнал, что он влюблен в Елену Гилберт. Сальваторе встал с подоконника и уверенным шагом направился к кабинету, где сейчас находилась Елена.

***

Студенты вышли из кабинетов и разбрелись по коридорам школы, когда прозвенел последний на сегодня звонок с урока. Елена вышла из класса последней. А вместе с ней шел Стефан, что-то рассказывая девушке и при этом улыбаясь. На этот раз сумка Гилберт висела на ее плече. Она предусмотрительно быстро собрала ее и не дала другу возможности перехватить ее у нее. Ей хватило сегодняшней утренней вспышки ревности Деймона, повторения которой она точно не хотела увидеть. Елена резко замерла на месте, когда ее взгляд упал на Деймона, стоящего чуть дальше по коридору в окружении каких-то девушек. Он лениво облокотился на чей-то шкафчик и, и не обращая внимание на жужжание девушек, смотрел по сторонам, будто пытаясь найти там что-то. Но неожиданно его глаза встретились с ее, и он слегка усмехнулся, видя ее недовольство. — Я сейчас вернусь, — даже не посмотрев на Стефана, бросила ему Гилберт и уверенным шагом направилась к Сальваторе, не разрывая с ним зрительного контакта. Теперь она понимала, что он чувствовал сегодня утром, видя, как она идет с другим парнем. Сейчас она чувствовала тоже, а он ведь просто стоял рядом с девушками и не проявлял к ним ни малейшего интереса. И она уже готова была простить его… Но нет, если он решил позлить ее таким образом, пусть получает заслуженную кару. — Привет, — еле сдерживая улыбку, проговорил Деймон, когда она остановилась около него, сверкая глазами. — Здравствуй, — в ответ холодно сказала Елена и, как будто только сейчас заметив других девушек, обвела их взглядом и поинтересовалась, — Оставите нас наедине? Казалось, студентки не особо горят желанием отходить от объекта своих воздыханий. Они, приподняв брови, переглянулись и уже хотели ответить что-то резкое, как Сальваторе произнес: — Расскажите мне эту историю потом. Гилберт сердито сжала кулаки — так значит он мало того, что слушал их, он хочет встретиться и послушать их болтовню еще раз. — Елена, — позвал парень подругу, которая прожигала дыру в спинах уходивших девушек. — И что же такого интересного они тебе рассказывали? — сложив руки на груди, спросила она. — Не знаю. Думаешь, я слушал их? — фыркнул Деймон, внимательно наблюдая за реакцией Гилберт. — А разве нет? — чуть смягчившись, спросила она. — Елена Гилберт, запомни, в этой школе есть всего одна девушка, чье беспрерывную болтовню я могу выносить больше пяти минут, — произнес Сальваторе, и девушка улыбнулась его словам, — Значит ли это, что ты простила меня? — Простила за беспочвенную ревность? Да. За это представление? Нет, — качнула головой Елена — Какое представление? — возмутился Деймон, — Я ждал тебя, а эти девчонки подбежали, как стая назойливых мух. Это не было запланировано. — Что ж ты отравой для паразитов не побрызгал? — И это ты меня обвиняешь в беспочвенной ревности? — спросил парень, и Гилберт тут же развернулась, направляясь к Стефану, который до сих пор ждал ее. Да как он смеет обвинять ее в этом? Ведь у нее есть все основания ревновать его. Он ведь один из самых популярных парней в школе. Девчонки постоянно выслеживают его в коридорах или обсуждают, собравшись кучками. Да и он сам хорош, она не раз видела, как он улыбается кому-нибудь из них. Ну не улыбается, конечно — его улыбку видела, наверное, только она, — а скорее ухмыляется, но его поклонницам хватает и этого. Елена уже почти дошла до одноклассника, когда из школьного раздалось характерное созвучие звуков, и раздался голос секретаря: — Елена и Кэролайн Гилберт, зайдите в кабинет директора, — девушка почти рефлекторно обернулась обратно и посмотрела на Деймона, который тут же оказался около нее, в принципе, как и Стефан. — Что случилось? — спросил Сальваторе, встревожено смотря на подругу. — Не знаю, — растеряно мотнула головой она. Всю злость и обиду как рукой сдуло, и в душе почему-то появился страх. Совсем не обоснованный, на первый взгляд, но такой сильный, как будто она чувствовала, что произошло что-то ужасное. Не говоря больше ни слова, Елена поспешила в кабинет директора, а парням лишь оставалось последовать за ней. Догнать ее им так и не удалось, поэтому они разместились в небольшом коридорчике на скамеечке для учеников, ожидавших своей очереди. Они просидели там с тех пор, как единогласно решили дождаться Елену. Директор, который выглянул в поисках Кэролайн, прибежавшей как раз в этот момент, намекнул, что им следует отправиться по своим домам. Но они, конечно, его не послушали, понимая, что сейчас за закрытой дверью происходит что-то важное. И как только они увидели незнакомую им женщину и маленького мальчика, цеплявшегося за ее руку, их догадки подтвердились. Почти сразу Деймон узнал в мальчишке Джереми. Младший Гилберт, который едва поспевал за чуть ли не бежавшей тетей, поднял взгляд и поняв, кто стоит перед ним, кинулся вперед. Сальваторе поймал его, когда он врезался в него, обняв за ноги и едва устояв на месте. — Что вы здесь делаете, Ежик? — спросил он и тут же увидел большие заплаканные глаза, в точности как у сестры, которые Джереми поднял на него. — Мама… ей стало плохо… ее забрали в больницу, — сквозь невнятное бормотание разобрал парень. — С ней все будет хорошо, Джер, — попытался успокоить он мальчика. — Джереми, — окликнула племянника женщина, уже стоя около кабинета директора и держась за ручку двери. — Кто это? — спросил Деймон, с сомнением поглядывая на незнакомую девушку. — Наша тетя Дженна, она вчера в гости приехала, — проговорил младший Гилберт, делая шаг в сторону тети, — Я пойду. — Не кисни, Ежик, — произнес Сальваторе, и, когда мальчик скрылся в дверях, устало опустился обратно на лавочку. — Что же теперь будет, — прошептал Стефан, видимо тоже понимая, что сейчас происходит в кабинете. Деймон качнул головой. Он не мог представить, что случилось то, чего Елена и ее семья так боялись. Чего он сам так боялся. Даже в мыслях он не мог произнести этот страшный приговор. Мозг тут же начал придумывать тысячу причин, почему детей Гилберт могли так срочно собрать вместе. И все они казались такими логичными, если бы не крик разорвавший тишину опустевшей школы. Дверь кабинета с грохотом раскрылась и оттуда, ничего и никого не видя перед собой, с абсолютно белым лицом выбежала Елена. Парни переглянулись. Сальваторе в одно мгновение встал и помчался за подругой, но его остановили быстрые шаги. И тут же мимо него пробежала Кэролайн. Деймон, даже не задумываясь, поймал девушку и прижал ее к себе, не давая даже возможности вырваться. Но она, кажется, и не собиралась, девушка тут же обмякла в его руках, и вся его рубашка пропиталась ее слезами. — Стефан, — окликнул он одноклассника и кивнул в сторону, где скрылась Гилберт. Уэсли без лишних слов понял его и поспешил за ней, когда Деймон крикнул ему, — Она на башне. Он очень хотел сейчас быть рядом с Еленой, помочь ей. Но он знал, что она сильная. Она сможет сама справится с тем, что произошло. А Стефан сможет поддержать ее, ведь он тоже ее друг. А Кэролайн… она одна. Он знал, что у нее нет близких друзей, особенно сейчас. И он не хотел, чтобы девушка, вся в слезах, выбежала на улицу, и с ней случилось что-нибудь ужасное. Он должен помочь ей, потому что этого бы хотела Лени. — Барби, — тихо позвал он, когда всхлипы прекратились. Девушка оторвалась от него, едва сдерживая новый поток слез, — Кэролайн, послушай меня, — парень взял ее за плечи, заставляя смотреть ему в глаза, — Ты должна быть сильной… — Я не могу… Не могу, — девушка энергично замотала головой, а по ее щекам снова покатились слезы. — Ты должна попытаться, — вздохнул он, понимая, как тяжело это должно быть сделать, — Там в комнате сидит твой младший брат. Сейчас ты должна быть с ним. — Я не… — Кэролайн, он должен понять, что остался не один, — проговорил Сальваторе. И Кэр, как будто очнувшись от его слов, подняла на него испуганный взгляд. — Он не один, — парень слабо улыбнулся, и подтолкнул девушку к кабинету, — Покажи ему это. Кэролайн уверенно кивнула и вытерев следы недавней истерики, быстрым шагом направилась к брату. Но на самом пороге она резко обернулась и совсем тихо произнесла: — Деймон, найди Елену. Я боюсь за нее. И как будто в подтверждение слов девушки на телефоне Сальваторе раздался короткий звук, а на мониторе высветилось сообщение от незнакомого номера: «Башня. Быстро!»