Любовь делить на смерть

- Гермиона, ты с нами? Вечера пятницы с самого начала года стабильно заканчивались алкогольными посиделками внутри гриффиндорской гостиной. Можно было бы осудить студентов, что так откровенно нарушали правила школы, если бы эти студенты не были просто детьми, в чьё детство однажды ворвалась война. Так что после ужина в гостиной становилось шумно, кресла, диваны и пуфы занимали уставшие юноши и девушки, если не хватало места, располагались прямо на полу у теплого камина. Поверхности заставлялись разнообразными бутылками, и понемногу пьянеющие студенту расслаблялись и затевали какую-нибудь игру, вроде «Правда или желание». Гермиона не принимала участие в подобном, потому что к этому времени физически не успевала сделать всё, что планировала, но в тот вечер ситуация обстояла несколько иначе: во-первых, неделя выдалась расслабленной за счет первых срезов знаний, после которых домашние обычно не задавали, во-вторых, кто-то с Когтеврана ещё в среду пустил слушок о вечеринке в выручай-комнате, которая, очевидно, пользовалась большой популярностью для таких мероприятий, обычно внутри факультета. Но ребята с Пуффендуя слишком плотно сдружились с Гриффиндором и Когтевраном, так что границы потихоньку смазывались, а Слизерин, что ж, они просто не могли оставаться в стороне, когда дело касалось действительно запоминающихся вечеринок. - Не думаю, что это хорошая идея.. - Брось, это отличная идея! Ты помнишь юбку, которую я подарила тебе на прошлое Рождество? Самое время её выгулять, - Джинни хитро улыбнулась. Гермиона замешкалась, но все-таки кивнула и попросила минутку на сборы. Она быстро поднялась в спальню, аккуратно уложила сумку с учебниками, быстро скинула форму, чтобы переодеться, и ахнула: предплечья горели красным, ей подумалось, это потому что она их часто чешет. Гермиона тут же достала палочку и наложила сначала охлаждающие чары, потом попыталась согнать цвет, но получилось ужасно, так что ей пришлось маскировать это магией. Наконец, кожа выглядела упругой и блестящей. Здоровой. Юбка, которую Джинни подарила на Рождество, была вполне приличной, по меркам Гермионы. Да, в длину выше колена, да, плотно прилегающей к каждому изгибу её бёдер, но всё же она не казалась пошлой или вульгарной. И она была серебристой, так что красиво переливалась в свете луны и факелов. Гермионе пришлось слегка поколдовать над юбкой, чтобы та не так выдавала, насколько похудела девушка: юбка немного висела на талии, хоть и была очень маленькой. Поспешно наложив чары на волосы, Гермиона вылетела из спальни и взяла подругу под локоть. - Я готова. - Красо-отка, дай разглядеть тебя получше.. Мерлин, твоя блузка просвечивает, почему на тебе чёрное бельё? - Джинни небрежно провела палочкой над тканью блузки, сменив цвет белья на белый и, кажется, она изменила его текстуру, добавила кружев. Затем она провела палочкой ниже живота Гермионы и засмеялась в ответ её недоумению: - Бельё должно быть из одного комплекта! Гермиона потрясённо втянула воздух сквозь зубы, но рыжая подруга уже тянула её сквозь портретный проём, и они обе скрылись в полумраке коридора. *** Выручай-комната была заметно больше, чем в прошлый раз, повсюду стояли низкие столики, окруженные диванами, в центре лениво и плавно изгибались уже выпившие девушки и парни. Поодаль стояла барная стойка, за которой смеялись Блейз и слизеринец, к которому Гермиона питала особую неприязнь, - Маркус Флинт. Они что-то обсуждали и смешивали коктейли для подходящих студентов. Джинни тут же двинулась в их сторону. Она небрежно провела ноготками по дереву столешницы и ослепительно улыбнулась: - Мальчики, чем сегодня угощаете? Блейз, увидев Гермиону, тут же потерял интерес к Флинту, вальяжно облокотился на стойку и низким тягучим голосом озвучил своеобразное меню: - Сегодня у нас огневиски, бренди, есть сливочное пиво для леди, - он кивнул в сторону Грейнджер, - и куча сиропов. Ещё я достал ликёр. Джинни восторженно захлопала в ладоши: - Я хочу ликёр. Смешаешь с соком? Апельсиновым. Блейз улыбнулся. - У меня идея получше, - он подмигивает и разворачивается к бару, начинает что-то смешивать. Через полминуты парень протягивает два низких круглых бокала девушкам, берет третий и приподнимает его: - Ваше здоровье, - делает глоток. Девушки следуют его примеру. Горло Гермионы привычно обжигает, она спешно проглатывает и вдыхает. - Что это такое, Забини? - Джинни явно понравилось, она с наслаждением делает ещё глоток. - Огневиски, бренди, ликер и яблочный сироп. Я сегодня экспериментирую. Наслаждайтесь, - он ободряюще улыбнулся Гермионе, и Джинни увела её на импровизированный танцпол. - Давай, детка, мы должны оторваться, - рыжие волосы мелькали впереди, и вот она в центре комнаты, танцует со своей подругой, яркой и свободной, и пытается представить, что она — Гермиона - такая же яркая и свободная. Они не замечали Малфоя, сидящего на диване и наблюдающего за девушками. К нему подошёл Блейз с двумя бокалами: - Попробуй, пока что всем нравится. Драко хмыкнул и отпил, замечая, что, в целом, не так и плохо. Одним глотком прикончил половину бокала, и Забини ухмыльнулся: - Грейнджер тоже заценила. - Так она быстро дойдёт до нужной кондиции, смотри за ней повнимательнее, а то её уведёт кто-то другой. Блейз сощурил глаза, но промолчал. Перевёл глаза на танцпол, выцепив там копну каштановых волнистых волос. Невольно залюбовался расслабленными движениями Грейнджер и выпил ещё. Внезапно Гермиона замерла и оглянулась. Нервно сказала что-то на ухо подруге и бросилась прочь с танцпола, обводя глазами диваны, все занятые студентами. Наткнулась глазами на Забини и облегченно выдохнула. Подошла и робко спросила: - Я присяду? - Конечно, Грейнджер, садись к нам, - Забини протянул ей коктейль, и Гермиона благодарно улыбнулась, принимая его. На её лицо вернулся здоровый румянец и через мгновение не осталось и следа от того страшного состояния, которое настигло её на танцполе. Блейз нахмурился, отмечая это. Малфой сжал бокал. *** Алкоголь подействовал на истощённое тело слишком быстро, и Гермиона расслабилась почти сразу, как влилась в толпу танцующих юношей и девушек. Она наслаждалась цветными бликами на её веках, касаниями лучшей подруги, запахам запрета, удовольствия, свободы. Она танцевала как никогда. Её кто-то толкнул, и Гермиона вышла из транса, ощутив, что толчок всё ещё отдавался в предплечье. Запястья понемногу начинали зудеть еще в начале вечера, но девушка игнорировала неприятное ощущение, запретив себе испортить вечеринку. Однако когда её внимание вернулось к зуду, все старания пошли под хвост гиппогрифу. Левое легкое скукожилось от нарастающей боли, и Гермиона в панике оглядела зал в поисках свободного диванчика. Её взгляд сам нашел глаза Блейза, и она, уже едва разбирая дорогу из-за мутной пелены перед глазами, бросилась к нему. Когда она села рядом с парнем, боль отступила. Забини угостил её коктейлем, который девушка приняла и выпила на автомате. В голове стало неестественно тихо, вся пыль из мелких сиюсекундных мыслей осела, вдавившись в стенки нейронов. Её мозг перешёл в полную готовность, так бывало, когда перед ней вставала особенно трудная задача. Девушка методично разбирала факты: «- У меня раз в сутки случаются приступы боли, неизменно идущей от сердечной области. У меня чешутся предплечья, иногда шея и еще реже — ноги, но зуд не на коже, он внутри, словно в сосудах. И всё это проходит, когда… Когда...» Гермиона напряжённо вспоминала каждый случай, когда её боль резко отступала. Девушка вскинула глаза, внимательно всматриваясь в лицо Забини. «- Нет. Нет!» Она схватилась за голову. «- Это не может быть Забини!» Гермиона зажмурилась и выбежала из комнаты до того, как её кто-то смог остановить. Она прижалась разгоряченным лицом к каменной плитке в коридоре. Жар спадал, уступая место панике. Ей нужно было всё тщательно изучить, и девушка отправилась в единственное место, которое всегда давало ей ответы. В библиотеку. За ней бесшумно скользнула тень с платиновыми волосами.