На страже миров (оридж Мораторий)

— Что вы делаете, Сандра? Свистящий оклик заставил Сабину вздрогнуть и обернуться лицом к дому. Лобо стоял в дверях и недовольно хмурился — его эмоции она уже научилась различать. В ответ Сабина только развела руками, отчего уронила грабли в только что собранную кучу листьев. — Не думала, что вы проснётесь так рано, — поспешила она оправдаться, поднимая инструмент и упирая его в ствол ближайшего дерева. — Я сейчас. — Глубоко дыша, едва ли не бегом Сабина направилась к особняку, отряхивая ладони и протирая их о джинсы. — Схожу за круассанами. — Не стоит. — Лобо качнул головой. — В дом заходите быстрее, простудитесь. — И, пропуская её внутрь, проворчал: — Кто же в таком виде холодным утром листья-то собирает… Сабина решила пропустить реплику мимо ушей и только улыбнулась. Сегодня она проснулась ещё до рассвета с необычным чувством лёгкости, наконец отдохнувшая, и в этом помог тот самый чай — она была уверена — что же ещё. Просто хотелось сделать что-то приятное для этого человека, ну хотя бы двор убрать, а потом заняться чердаком, всё равно шериф приедет не раньше, чем через пару дней. Конечно, Сабина могла бы задействовать связи и заставить мэра предоставить необходимые документы, но это в любом случае заняло бы практически столько же времени, если не больше. А на улице так свежо, несмотря на прохладу, и в голове сразу пусто и хорошо: никаких мыслей, никакой боли — всё отступило на задний план. Лобо осторожно подтолкнул её под локоть на кухню и сам прошёл следом, прихрамывая и опираясь на трость. Сабина даже и не подумала сопротивляться: спокойно уселась за стол и подпёрла голову ладонью, наблюдая за мужчиной. Тот медленно включил газ, поставил чайник, а потом принялся непосредственно за сам чай. Только сейчас она заметила сколько пакетов с разными травами у Лобо на полках, а ведь раньше и внимания не обращала, постоянно бегая за кофе к Марселю. Странно, что о нём она вспомнила лишь спустя столько времени… Но ничего, потом разберётся, и отмахнулась от мыслей о почти что любовнике. — На самом деле, — начал Лобо, — я не завтракаю обычно. Только кофе пью. Пил, — тут же поправляя сам себя. — Это плохо, вы ведь знаете, как говорят, что завтрак — важнейшая составляющая хорошего дня. — Получилось даже слишком бодро. — Возможно. — Лобо кивнул, и Сабине показалось, что он улыбается. — Но раньше у меня не было на него обычно времени. — И чем же вы занимались… раньше? — Бегал, — как ни в чём не бывало признался мужчина, поведя одним плечом — попытка пожать двумя, — и у Сабины от этого действия сжалось сердце. — Здоровый образ жизни вели? — Она постаралась поддержать беседу. — Не совсем, — отчего-то разоткровенничался Лобо. — На самом деле, совсем нет. Я многое делал из того, о чём жалеют. — А вы? — И я жалею. — Наконец разлив чай, он повернулся, подвигая к ней чашку. — Правда не обо всём. — Все совершают ошибки, — вырвалось раньше, чем Сабина успела осознать: — А как вы?.. — Она резко прикусила язык и подняла виноватый взгляд. — Как я стал таким? — Усмешка на искорёженном лице. — Сам виноват. Влез куда не стоило, но так было надо. — Защищали кого-то? — Отчаянная попытка, на ощупь в темноте. — Не совсем. — Кряхтя, Лобо сел напротив и, прежде, чем продолжить, отпил чая. — Хотя должен был. На кухне повисла настолько осязаемая тишина, что раздавшийся гром, буквально разрезал её, заставив Сабину вздрогнуть. Лобо же никак не выдал удивления или замешательства. Следом за громом сразу же заморосил мелкий дождь, наполняя помещение едва слышным стуком капель по стеклу и создавая своеобразный уют между двумя людьми. — Мистер Лобо? — Да, Сандра? — Он так выделил это имя, что показалось, будто её, именитую стражницу, рассекретили. — А где ваши родные? — Как на духу выпалила Сабина, так быстро, чтобы не успеть передумать. Хозяин особняка с минуту помолчал, глядя куда-то поверх чужого плеча через окно вдаль и всматриваясь в темноту леса сквозь набирающий обороты дождь. Сабина успела пожалеть о заданном вопросе, но любопытство всегда было самым сильным её чувством, сильнее даже инстинкта самосохранения, но она также хранила молчание и выжидала. «Совсем как в засаде», — вспомнилось ей: «Как тогда на острове Сальсетт». И вот уже в голове вереницей пронеслись события того дня, когда они целым спецотрядом стражей поджидали крупного индийского барона — настоящего магната, заведующего огромной фармацевтической сетью, которая из-под полы занималась работорговлей и незаконной поставкой человеческих органов для существ, использующих людей в качестве ингредиентов для ритуалов. Шуму тогда наделали знатно, а всё из-за молодого мальчишки, новенького в их команде, который совсем, как когда-то сама Сабина, не умел терпеливо ждать. В общем, с задания парнишка не вернулся. В этот раз, к своему удивлению, она не ощутила той боли и горечи, что и всегда, когда вспоминала об этом случае прежде, и не сразу поняла почему. До Сабины никак не доходила причина, пока не заметила поверх своей ладони чужую. Странно, а ведь она даже не ощутила прикосновения, настолько оно лёгкое и осторожное. «Неужели от меня так сильно фонило эмоциями, что ему пришлось прибегнуть к этому методу?» — Сабина подняла взгляд на Лобо. Тот всё так же смотрел куда-то вдаль и, скорее ощутив, чем заметив пристальное внимание — ведь она находилась с его «слепой» стороны — убрал медленно ладонь. — Вы правы, Сандра. — Тихий вздох. — Все совершают ошибки. Некоторые люди из них ещё и выводы делают, и только единицы могут исправить оплошность. — Есть вещи, которые нельзя исправить, — слишком резко отозвалась она. Так, что Лобо даже вздрогнул. — Есть, — вновь на удивление легко согласился Лобо и впервые за разговор посмотрел непосредственно на саму Сабину. — Вам такое знакомо? — Возможно. — Она не хотела рассказывать историю своей жизни и только нахмурилась. — А вам? — Как я уже говорил — все. Они продолжили пить чай уже молча, а тишину заполняли разросшийся до ливня осенний дождь и частые раскаты грома. Сабина совершенно невовремя вспомнила, что чердак она так и не разобрала, а крыша протекает — наверняка многие вещи просто пропадут после такой погоды, — но не стала покидать кухню и мчаться спасать чужой хлам. Она отчаянно искала причину остаться тут, в этой комнате, с этим человеком, судорожно перебирая в голове идеи, а чай был допит. — Почти все умерли. — Что, простите? — Вы спросили, Сандра, где мои родные. Они почти все умерли. Лобо неторопливо поднялся с места и заново поставил чайник, давая время обдумать услышанное. Такое знакомое, уже когда-то случившееся с довольно близким для неё человеком… И она, не понимая зачем и почему, сказала об этом вслух: — Я знала… Знала одного человека, у которого практически вся семья погибла разом. — Лобо ничем не выдавал своей реакции на её слова. — Он был моим близким другом. — И что же с ним стало? — Заново разливая чай. — Он умер. Мужчина вновь промолчал и вернулся на место, протягивая слегка подрагивающей рукой новую чашку Сабине, и она торопливо её приняла, пользуясь моментом, чтобы скрыть свои чувства. Глубоко вдохнула, сжала белый фарфор с глупыми голубыми васильками у ободка пальцами и только сейчас заметила, что её трясёт. Ей это нужно, просто жизненно необходимо выговориться. — Я только вчера узнала. А вот на этой фразе дёрнулся уже сам Лобо, да так, что его чай перелился через края и попал прямиком на изувеченные пальцы, обжигая. Сабина среагировала моментально, каким-то шестым, седьмым, да чёрт его возьми, хоть десятым чувством понимая: «Это очень важно!» — и даже ей не были неизвестны все причины. Просто в ту же секунду её чашка была отставлена в сторону, а рука уверенно обхватила запястье мужчины и, вместо того, чтобы ополоснуть ожог, приложить холодное, нанести мазь и забинтовать пострадавшие пальцы, она подтянулась ближе и накрыла их губами, вбирая в рот и обводя языком. То, что она только что натворила, дошло до сознания не сразу. Сначала Сабина ощутила дрожь — не свою, а чужую — и попыталась понять, откуда та исходит, и только после прочувствовала, что это легко подрагивают испещрённые шрамами фаланги, плотно сжатые её губами. Она широко распахнула глаза, и, прежде, чем успела отпустить чужие пальцы, их уже отдёрнул не менее шокированный Лобо. И тут — Сабина была уверена — если не сказать что-то, то можно будет попрощаться со столь тяжело завоёванным доверием этого человека. — Я просто… Просто… — Начала она неуверенно. — Помню, где-то читала, что слюна хорошо помогает при заживлении ран. — Да, но это у животных, — явно всё ещё не в состоянии отойти от произошедшего откликнулся Лобо. — А-а-а, — протянула она, но в этот самый момент раздался громкий стук в дверь, а затем, не дожидаясь приглашения, в коридор ввалилась тучная фигура. Сабина сразу же признала в ней промокшего насквозь мэра Уитфилда. Тот отряхнулся, отфыркиваясь, будто перекормленная собака Баскервилей, а Миллер силилась догадаться, что же такого могло произойти, чтобы изнеженный и самовлюблённый мэр под таким ужасающим ливнем бежал к дому самого ненавистного человека Крипин Вайли. Она поднялась из-за стола и двинулась навстречу мужчине, не желая, чтобы тот входил на кухню, словно боясь, что одним своим присутствием в ней он разрушит хрупкий, но такой родной мир на двоих, созданный за эти два дня. Если только после выходки Сабины там ещё есть что разрушать. — Ах, Сандра, вот вы где! — Тут же воскликнул мэр и явно хотел пройти дальше, но она твёрдо стояла на одном месте, преграждая путь. — Мистер Уитфилд. — Приветствие сквозь зубы. — Сандра.— Он схватил гаденькими ручонками её под локоть и склонился к самому уху, продолжая доверительным шепотом: — У нас беда. — И какая же? — Она бросила все силы на то, чтобы не отшатнуться с отвращением. — Пропал ещё один человек. За окном сверкнула молния, попадая прямиком в то самое дерево, у которого сегодня убирала Сабина. Оно мгновенно загорелось у основания, но под напором ливня также быстро потухло, а ей вдруг показалось, что она упустила что-то очень важное в происходящем. — Пропал ещё один человек, — прошептал мэр под звуки дождя. — Кто? — Железный тон, такой, какому научили, каким отдавала беспрекословные приказы. — Мужчина, совсем молодой, почти что мальчик, — едва ли не мечтательно продолжил мэр, словно ненароком поглаживая её по предплечью. — Совсем как вы. — Улики. — Постаралась абстрагироваться от происходящего и сосредоточиться на деле Сабина, но, в итоге, сдалась и отстранила руку, скрещивая обе на груди. — Никаких, — разочарованно вздохнул Уитфилд и развёл руками. — Что, прям совсем? — Недоверчиво щурясь. — Вот совсем-совсем. — Мне нужно заново посетить архив, сегодня же. — Ну, вы понимаете, без шерифа это невозможно. — Увильнул мэр. — Ой, а что это вы, чай распиваете? — Нет, — одёрнула его Сабина, напоминая. — Сегодня. — Сандра, я не могу, не в моей компетенции. — Всё ещё пытался избавиться от лишней работы мэр. — Если не в вашей, то в моей. — И эта фраза вызвало явное недовольство с другой стороны. — Никак нельзя, Сандра. — Уитфилж тут же потерял весь свой напускной лоск, мгновенно становясь совершенно другим человеком, и в этом его новом взгляде была лишь одна жёсткость. — Я итак пришёл сюда лично, даже в такую погоду, чтобы вам сообщить. Если хотите, можете расследовать по горячим следам, — последнюю фразу он практически выплюнул. Сабина стойко выдержала это обращение, вытерпела и промолчала, ей нужно немного времени, чтобы подумать обо всём. Положение спас Лобо. Он, не торопясь, прошёл позади, прихрамывая и постукивая тростью по полу, явно даже и не думая здороваться с мэром, но тот решил исправить ситуацию самостоятельно. — Как самочувствие, мистер Лобо? Мужчина плавно обернулся, чтобы посмотреть на Уитфилда здоровым глазом и скривил и без того перекошенные губы, впервые чётко и почти что с осязаемой злобой в голосе выдыхая: — Не вашими молитвами, Уитфилд. — Ну что вы, что вы, мы все о вас беспокоимся. Он так выделил это «все», что Сабина поняла: тут кроется иной смысл. Вот только какой именно — загадка. И не ошиблась: в здоровом глазу Лобо вспыхнуло что-то такое… Но что именно, она не успела рассмотреть, так быстро это погасло. — Ну вот пусть все и катятся к чертям. Грубо бросив напоследок эту фразу, Лобо довольно резко отвернулся обратно и начал подниматься по ступенькам, пока двое людей смотрели ему в спину: один усмехаясь, а вторая пребывая в замешательстве и с лёгким волнением за сохранность столь быстро для его состояния рванувшего вверх мужчины. — И как вы только его терпите? — Спросил мэр, когда стук трости затих наверху. — Молча. — Огрызнулась Сабина и сняла с крючка кожаную куртку, одеваясь. — А не простудитесь? — Сощурился Уитфилд. — Сами же сказали: по горячим следам. — Она открыла дверь и вышла под проливной дождь. *** Домой Сабина вернулась уже ближе к ночи: уставшая, промокшая до последней нитки и, вдобавок, ужасно злая. Они, как и предполагалось, ничего не обнаружили. Просто был человек — и нет его. Хотя, казалось бы, кто осмелится похитить нового помощника мэра. Узнав о его положении в обществе, Сабина совершенно не удивилась, что Уитфилд сам прибежал за ней, да ещё и в такую погоду. Однако, парня так и не нашли, хотя и обошли все окрестности. На улице было темно, хоть вырви глаз. В итоге Сабина ещё и перепачкалась в грязи по самое колено, пока лазила по задворкам и ближайшим полянам, да и куртку порвала. Настроение катилось к самому дну, а добило её то, что на подходе к склону, по дороге к особняку она заметила привычную фигуру Марселя, который махал ей рукой, зазывая. Вот как раз его видеть совершенно не хотелось. Так что она только отрицательно покачала головой издалека и направилась домой. Сабина не могла даже себе объяснить, почему человек, вызывавший в ней столько положительных эмоций, вдруг стал лишним и ненужным. Всё, чего хотелось — скорее обратно в Лупу Ченуш: приготовить горячий ужин, заварить чаю, и, может, посидеть с Лобо, если тот после сегодняшнего инцидента вообще пойдёт на контакт. Решив отложить на завтра повторные поиски в архивах шерифа, Сабина старалась скорее добраться до особняка, словно что-то невидимое толкало её туда как можно быстрее. Но, едва прибыв на место, она так и замерла в темной глубине леса, приметив у двери чужую фигуру. Затаившись, по привычке Сабина нащупала под одеждой кобуру. Чутьё подсказывало ей, что этот кто-то — чужак, вот только что он тут делает? Стараясь как можно тише передвигаться, Сабина подобралась немного ближе и смогла различить на крыльце и вторую фигуру, которую ранее прикрывал собой незнакомец. Вторым оказался хозяин дома. «Значит с ним всё в порядке», — она облегчённо вздохнула про себя, однако, при следующих же движениях этого «чужого» всё полетело к чертям: все её понятия, представления и мысли об этом деле покатились в самые тартарары, а следом за ними сорвалось и предательски ёкнувшее сердце. Лобо что-то неспеша ответил, вроде усмехнулся и скрылся за дверью, громко ею хлопнув. Второй же зло ударил ногой по деревянной опоре и, развернувшись, на сверхчеловеческой скорости умчался в противоположную сторону леса. Сабина закусила щеку изнутри, стараясь удержать себя от последующей нежелательной реакции. Только что из Лупу Ченуш скрылся никто иной, как Эндрю Форс. *** Согласно всем ранее полученным данным, похищения происходили с периодичностью в два-три месяца, а это значит, что ещё, как минимум, шестьдесят дней преступник не объявится, и данное обстоятельство рушило все планы. Задание слишком затягивалось, но и бросать его было нельзя. С одной стороны Сабина была искренне зла на себя, на своё увлечение личными проблемами вместо раскрытия преступлений, на безалаберность и то, что она позволила украсть, а может, даже и убить ещё одного человека, но с другой… Теперь у неё в запасе целых шестьдесят дней, которые можно было провести с Лобо. При воспоминании о мужчине что-то в районе солнечного сплетения непривычно кольнуло, и Сабина перевернулась со спины на бок. Уснуть так и не удалось, несмотря на усталость, потому рассвет она встречала уже полностью одетой, с готовым завтраком на столе и боевым настроением. Сегодня ей предстояла новая миссия: выяснить, что связывает Эндрю и её подопечного, и… Вдруг, он всё же замешан в этом деле? Прикусив щеку изнутри, Сабина встряхнула головой. Не сейчас, не время думать об этом, надо сначала всё выяснить, а потом строить предположения. Лобо, обычно приходящий на завтрак в семь утра, не появился ни в начало восьмого, ни в половину. Стрелки на часах указывали ровное время, и Сабина, не выдержав, тихо поднялась наверх. Всё же теплилась надежда, что подопечный просто спит, но она разрушилась в тот самый момент, когда Сабина приоткрыла дверь в спальню владельца особняка, а сердце зашлось сумасшедшим стуком. Лобо сидел точно в такой же позе, как и тогда, в день её прибытия в Лупу Ченуш. Внутри что-то оборвалось… Захотелось кинуться к нему и растрясти, чтобы вывести из этого жуткого состояния, но Сабина — страж, а значит, профессионал своего дела. — Мистер Лобо? — Прямо какое-то дежавю. — Мистер Лобо, вы не спите? Пойдёмте завтракать? Мужчина всё также молчал, полностью игнорируя чужое присутствие в комнате. — Вы таблетки принимали? Как себя чувствуете? Сабина приблизилась к креслу, поднесла ладонь к чужому лбу, на мгновение замявшись и всё же касаясь его. Кожа под её рукой: бугристая и шершавая, немного обветренная, а оттого захотелось хоть как-то её смягчить, хотя бы прикосновением губ… или языка. Она снова больно прикусила щеку изнутри и отошла в сторону, чтобы не видеть пустого взгляда, устремлённого в окно. Пальцы скользнули по запыленным полкам книжного шкафа, поглаживая корешки расположенных на нём томов. Коллекция для чтения у Лобо богатая, разнообразная, но всё же в ней прослеживалось связующее звено, и Сабина рискнула это отметить: — Хорошая подборка книг. Любите сложные сюжеты? — Ответом послужила тишина, а взгляд наткнулся на единственную, не покрытую пылью маленькую книжонку. — Байрон? — У него хорошие стихи, — наконец подал голос Лобо. — К примеру, Дамет. — Безумен, как дитя, и мальчик по летам, — припомнила Сабина школьную программу. — Так, кажется? — Бесправен, а не безумен, — не смог удержаться Лобо. — Точно. — Улыбаясь, она кивнула. — Так может, всё-таки позавтракаем? А вы мне расскажете… — Не голоден, — резко отрезал он. — Мистер Лобо. — Сабина начинала нервничать. — Если это из-за того, что случилось вчера… — Вы тут не причём, Сандра. — Но я… — Можете идти. Сабина сделала пару шагов по направлению к выходу, но резко замерла. Врождённое упрямство дало о себе знать, и она, сцепив зубы, развернулась к окну, в два шага преодолевая расстояние и рывком разворачивая кресло. Она не дала себе времени передумать и, казалось, что не дышит вовсе. Мгновение, и вот уже её губы коснулись чужих, плотно сжатых, с уродливыми шрамами по всей их длине. Сердце едва ли не выпрыгнуло из груди, а глаза стали совсем шальными от ощущения близости столь… Желанной? Она целовала, не обращая внимания на безответность, просто само осознание происходящего заставляло продолжать, вожделеть, и ей непонятно было, откуда такое чувство, да и совершенно не хотелось в этом разбираться. Поцелуй прервался также неожиданно: Сабина разомкнула губы и отстранилась, громко дыша. Не было времени размышлять, она просто повернулась и снова отступила назад. — Если вы всё-таки передумали, то я заварила замечательный чай. Она уже взялась за ручку и успела немного приоткрыть дверь, когда её окликнул хриплый голос: — Вы не поможете мне? *** Самочувствие Лобо явно ухудшилось. Связано ли это с Форсом? Сабина не знала, но у неё ещё будет время подумать над этим. Он снова горбился, опирался на трость и медленно, с явным усилием передвигал ногами, а Сабина только придерживала его под руку, помогая спуститься с лестницы. Неспроста эти перемены, ох, неспроста, но теперь она точно была уверена, что её недомогание никак не связано с Лобо, ведь если бы тот тянул из неё силы, то после таких прикосновений, как вчера и уж тем более сегодня, чувствовал бы себя гораздо лучше, а получилось вот как. Уже на кухне Сабина напряглась в ожидании. Чтобы хоть как-то унять нервную дрожь, начала суетиться, переставляя зачем-то уже рассортированные пакеты с травами и чаем: вытащила их, а затем снова вернула на место. Она всё ждала, когда Лобо начнёт выговаривать ей за поцелуй, ну, или хотя бы выскажет недовольство, отвращение относительно произошедшего. Но тот привычно молчал, тихо пил чай, отказавшись от завтрака, и даже не смотрел на мельтешащую фигуру. Наконец она сдалась, всё равно придётся это сделать: сесть напротив и поговорить. Сабина тихо судорожно выдохнула сквозь зубы и присела на стул, перехватывая пальцами свою чашку, крепко сжала фарфор, словно это центр вселенной, которая сейчас с бешеной скоростью вращалась, в корне меняя её жизнь. Она уже приоткрыла рот, чтобы начать разговор, как Лобо заговорил первым. — Знаете, Сандра, — просипел он, с трудом дыша. — Стоит по грибы пойти. — По грибы? — Ну да, здесь раньше водились… К ужину пригодятся, да и вам прогуляться бы не помешало. — А вы? — После небольшой паузы поинтересовалась Сабина. — И я пойду. — Кивок в ответ. Она облегчённо выдохнула. Ну, раз Лобо собирается идти с ней в лес, значит, не пытается от неё избавиться, и его вполне можно вытащить из этого состояния, так не вовремя вернувшегося этим утром. Она ещё хотела расспросить о Эндрю, но никак не могла выбрать правильный момент. Внутри нарастал какой-то барьер, давящий удушающим страхом. Чего тут бояться? Осознать этого ей было не дано, но она знала точно, что пока рано об этом говорить. — Люблю осень, — вновь неожиданное признание от Лобо. — На то есть особые причины? — Осенью я встретил любимого человека. Больше они не разговаривали вплоть до самого выхода из дома. Сабина носилась вокруг, стремясь помочь со сборами, но Лобо только молча отмахивался и делал всё сам. Не оставалось ничего другого, кроме как приготовить ножи для срезания грибов, корзинку и, на всякий случай, тёплый плед с пайком. «Кто знает, как далеко его потянет», — рассуждала Сабина, ожидая пока Лобо застегнёт куртку. Та выглядела довольно старой и поношенной: кожа затёрта настолько, что не понятно, была ли она чёрной или коричневой, теперь это — сплошное серое пятно с трещинами и царапинами, а на воротнике у затылка подожженный край. «Видавшая виды куртка», — мысленно хмыкнув: — «Видимо, он не шутил, когда говорил, что раньше был другим». Лес был буквально пронизан свежестью и озоном после прошедшего дождя. Они шли неспеша и, к удивлению Сабины, только Лобо и находил грибы. Он просто говорил: «Посмотрите у того дерева, должны быть», — и они действительно оказывались именно там. Сабина поначалу хмурилась, даже немного обиженно сопела, ведь она самостоятельно так ничего и не нашла, но старалась не показать своего разочарования, правда, безуспешно — тихие смешки со стороны тому доказательство. — Не отчаивайтесь, Сандра, у вас просто нет таких навыков. «Я страж!» — возмущалась она мысленно: «Я умею искать и находить всё, что мне нужно! У меня есть чутьё настоящего следователя! А ты просто оборотень, потому и видишь, где они растут! Я безнадёжна…» — и тихо вслух вздыхала. Пока Сабина сидела на корточках, срезая очередной гриб, Лобо, хоть и с трудом, запрокинул голову вверх наблюдая, как медленно и плавно опадают листья. Видимо, им просто повезло: день выдался безветренным, что необычно для осени в этих краях. Один листок опустился прямо ему на плечо, вызывая улыбку у Сабины. — Знаете… — Она поднялась. — Я давно хотела у вас спросить. — Спрашивайте, Сандра. — И опять этот нечитаемый тон. — Лобо — это ведь фамилия, — начала Сабина неуверенно, замялась прежде, чем продолжить: — А как вас зовут? Лобо перевёл на неё взгляд, словно пытался понять, зачем это понадобилось молодому медсестре спустя столько времени, поджал бесформенные губы и крепче сдавил трость рукой, отвечая: — Не думал, что вам это может быть интересно. Дж… Меня зовут Джон. — Джон Лобо, значит… — Задумчиво. — Вас что-то смущает? — Нет. — Качнула головой Сабина. — Вовсе нет. «Вовсе да», — пронеслось в мозгу, и фраза, зачитанная в архиве Марселем: «Основатели города: Джей и Лора Греу. И почему я сейчас об этом вспомнила». Видимо замешательство отчётливо проступило на лице, ибо Лобо осторожно коснулся пальцами её локтя. — Вы спрашивали, потому что хотите звать меня по имени? В ответ Сабина только коротко кивнула, пока в голове билась лишь одна мысль: «Слава богу, что он не так меня понял, и это неплохо», но произнесла совершенно другое. — Значит можно? — Можно. — Немного замешкавшись. Отчего-то это согласие вызвало новую улыбку, которая не сходила с её лица пока они углублялись всё дальше в лес. Здесь деревья росли уже гуще, просветов становилось меньше и обстановка нагнеталась, придавая природе фантастический гротескный оттенок. Когда-то давно она уже бывала в подобных лесах, спасала своих друзей, воевала с настоящими воплощениями зла… Именно в таком лесу и начался её путь, как стража. — Как давно это было… — Вы что-то сказали, Сандра? — Я говорю, может устроим привал, вон на том поваленном дереве. Лобо одобрил идею, и они приблизились к почти высохшему стволу. Сабина накрыла его пледом и дожидалась пока усядется Лобо, только потом присаживаясь рядом и доставая заготовленные бутерброды. Она всё ещё надеялась, что удастся накормить своего подопечного хотя бы так. Однако, в этот раз молчание между ними стало напряжённым, впервые с самого его приезда, и Сабина решила начать разговор, только вопрос обдумать не успела, тот вырвался против её воли: — Мистер Лобо… Джон. А как вы относитесь к женщинам? — И тут же мысленно дала себе затрещину: как можно вообще спрашивать о таком? А сидящий рядом чуть ли не подавился сэндвичем. — Что?.. То есть? — Ну… — Она пыталась придумать что-то правдоподобное. — Вы были женаты? Ваша жена была привлекательной? — И ещё одна воображаемая оплеуха. — Каждый человек привлекателен по своему… — Слишком уклончиво. — А я? — И вы. Резкий порыв ветра заставил её поежиться, хотя после слов Лобо внутри постепенно поднималась тёплая волна, нарастала, согревая, несмотря на прохладу, всё тело. Она хотела ещё спросить и про жену, и про то, насколько привлекательной является, хотела узнать есть ли у неё шанс… Но вместо этого могла выдохнуть только: — Кажется, будет дождь. — Не будет, — оборвал её Джон и поднялся с места. — Пойдёмте обратно? Думаю, мы достаточно собрали. Сабина даже не подумала ему перечить и тихонько пошла следом, специально немного отставая, чтобы можно было спокойно наблюдать за ним со стороны. Она не знала почему и как так получилось, что этот человек вдруг стал так сильно важен и нужен. Ей комфортно рядом, он, безусловно, интриговал молодое сознание, завлекал своими тайнами и знаниями, и этот свистящий голос, который с неповторимыми нотами почти шептал чёртово «Сандра», посеял смуту в душе. Совершенно безосновательно. Наверное. Сабина хотела спросить сколько Лобо лет, но подумала, что этот вопрос можно оставить на другой день, ведь у них впереди ещё три месяца. Она никогда так не ошибалась.