Аяс

      Палочка в руках первого пилота сделала ещё один переворот и, покачиваясь, остановилась. Он перехватил её пальцами и повторил трюк, пока еда остывала в контейнере.       Если Второй мог кому-то насолить, то Отто, скорее всего, высыпал банку острого перца и даже приятного аппетита не пожелал. Это тебе не заложенные дроны или проигранный спор, там могли быть дела посерьёзнее. Но объединяла их с напарником одна и та же проблема: Первый в душе не знал, кому. Вариантов было более чем достаточно, а если приплюсовать те, что он не помнил, то список можно смело увеличивать вдвое. Симарийцы не ради смеха ему память подчистили, прежде чем отпустить. Мало ли, чем он там занимался, пока в охране работал.       Пилот окинул взглядом Второго, тот спокойно листал ленту на экране пульсара, будто не его пытались недавно пристрелить.       — Замри.       Хаган перестал жевать и проследил, как Отто потянулся к его голове, вынимая что-то из волос.       — Ещё один, — он показал осколок на подушечке пальца и положил на стол к остальным.       — Блин… Я эти сраные стекляшки до следующей вылазки вычёсывать буду.       — Хорошо, что только стекляшки, — Первый подцепил палочками кусочек салата и вспомнил оплавленные дыры в такси, а потом чуть тише добавил. — И ты никуда не идёшь.       Хаган только отправил лапшу в рот, но не успел до конца втянуть, и хвостики попадали обратно в контейнер, когда он сжал зубы.       — Скажи, что ты пошутил.       — Это не обсуждается.       Крышечка бутылки подскочила от удара по столешнице. Второй разжал кулак и громко засопел, сунув палочки в еду: уж очень хотелось сломать их пополам.       — Отто, не закрывай меня здесь.       Он выжидающе посмотрел на напарника, но тот спокойно перебирал содержимое пищевого контейнера, готовый к тому, что второй пилот будет не рад поменяться с ним местами.       — У меня есть два варианта, — Отто зажал палочками чьё-то щупальце: лапша с морепродуктами — это отдельный вид извращения. — Либо меня хотели разозлить, — он перевёл взгляд на Хагана. — Либо кто-то прознал, что один я больше не взлечу.       Второй немного успокоился, сложил руки и упёрся локтями в стол. Он прекрасно помнил, почему оказался на корабле и что, согласно договору, не должен задавать лишних вопросов, но утром в нём пытались наделать лишних дырок и хотелось бы знать причину.       — Крылья решили тебе подрезать?       — Возможно.       С тех пор как на борту появился второй пилот, Отто постепенно перестал пытаться тянуть всё в одиночку, но, кажется, у него нарисовалось дело, с которым нужно разобраться самостоятельно, не привлекая к этому напарника. Осталось уговорить его не лезть. Первый решил зайти издалека.       — Все дубликаты находятся под охраной Галактического Совета. Нас могут ненавидеть, но не тронут: себе дороже.       Второй как-то грустно усмехнулся. Аясов тоже не убивали как редкий вид, но их клыки ценились за высокую прочность и красивую структуру при правильной обработке. Дубли привлекали внимание другими качествами, но в «Тени» цену за их поимку и продажу гнули почти такую же, как за аясов.       — Получается, что я идеальная мишень, по которой можно стрелять, — Второй откинулся на спинку стула, он уже почти смирился с тем, что придётся не высовываться до самой погрузки, а это ещё дня два.       — Да, — Отто отложил палочки и, немного помедлив, продолжил: — Пожалуйста, посиди на Скате, пока мы не улетим.       Второй удивлённо выгнул бровь: нифига себе, какие мы слова, оказывается, знаем.       — Ладно, — он пожал плечами и сложил руки на столе.       Честно говоря, Хаган даже вспомнить не мог, чтобы напарник его о чём-то просил; до этого момента обычно подобное не обсуждалось. Но «пожалуйста» от первого пилота звучало очень интересно. Послушать бы при других обстоятельствах… Мечтать, говорят, не вредно.       — И не води никого сюда.       — Да кем ты меня считаешь?!       Отто хмыкнул, прикрыв глаза и встал из-за стола:       — Человеком.       — Почему от тебя это звучит, как оскорбление…       Его аж задело. Развлекаться по местным кварталам — это одно, но тащить кого-то на Скат ему даже в пьяном угаре в голову не приходило. Всё оставалось за бортом.       У него было несколько проверенных точек, в которые они возвращались время от времени, и эта планета как раз из списка. Четыре сектора с кислородом более чем достаточно, есть где развернуться. Один элитный, два попроще и последний самый отбитый. Туда лишний раз лучше не заглядывать, если не хочешь стёкла вычёсывать или что похуже. Но иногда плюсы вроде бесплатной парковки и других приятных мелочей перевешивали. Отто даже порадовался, что в этот раз они остановились именно здесь. Он знал, как вести себя в первом и последнем секторе, никаких полутонов, всё ясно и понятно. В одном стреляли за тебя, в другом по тебе. И никаких сомнений выбора, в четвертом можно стрелять в ответ.       Первый пилот задумался о том, что нужно взять с собой, и не заметил, как начал собирать со стола посуду.       Хаган тюкнул его палочкой по руке.       — Оставь, я сам уберу.       Отто недовольно потёр костяшку, инструкция снова сработала, чтоб её.       — Завтра утром улетаем.       — Стоп, а заказ? — Второй виновато поднял взгляд. — Аванс я уже прогулял…       — Забей. Я отказался и всё вернул.       О как… Выходит, и свою долю выплатил, и его, и процент за поздний отказ.       — Всё так серьёзно?       — Пока нет, но было очень похоже на предупреждение, и я не хочу ждать, пока всё станет серьёзно.       Было это предупреждением или не было, но наезд точно не случайный. Такое чувство, что тем наёмникам просто сказали одного пристрелить, а другого забрать, не вдаваясь в подробности, что пилоты могут оказаться против такого расклада.       Отто дождался, пока напарник закинет всю посуду в мойку, и они вышли в коридор, где каждый почему-то пошёл не в свою сторону, будто они перепутали каюты.       — Ты куда?       — Цветы кормить, сами-то пожрали. А ты?       — На склад, возьму пару зарядов для Жала. Фишка написал, что адрес нашёл, схожу до него и вернусь.       Второй моментально напрягся. Кажется, он рано согласился не высовываться с корабля. Был у этого ящера один огромный минус: при продаже информации только личная встреча. И чаще всего это был неприметный бар в четвёртом секторе, зато там приват со звукоизоляцией, что, конечно же, плюс, но не на фоне текущих проблем.       — Только не говори, что ты собираешься идти туда один…       — Один, потому что ты сидишь здесь.       — Да чтоб тебя! Отто, я один хожу пить и трахаться, а ты собираешься влезть в осиное гнездо! Забыл, что двоих положил? Думаешь, местные тебя с фанфарами встречать будут?!       — Я не разборки иду устраивать.       — Да какая нахер разница?!       — И я дам тебе доступ к моим файлам в иллюзионе, если ты останешься на Скате.       В коридоре воцарилась такая тишина, что можно было услышать, как трещит по швам непоколебимость второго пилота. Два года мотаться за Первым по бескрайней и не знать нахрена, а тут сразу все ответы, бери — не хочу.       — Ко всем?       — Ко всем. Всё, что я успел вытащить из своей головы. Включая работу на лайне и у симарийцев, полное собрание.       Хаган усмехнулся, да уж, прям золотая коллекция.       — И ты хочешь, чтобы я сидел и ждал тебя дома к ужину? Брось, нахрена мне это всё, если…       — Если они не дураки, то не полезут ко мне. И я постараюсь не отсвечивать: зайду к Фишке и сразу назад, а утром свалим отсюда, я уже место на вылет забил.       Отто разблокировал экран пульсара и вывел голограмму дока с ключом доступа, наблюдая, как в карих глазах начали тлеть угольки. В конце концов, первый пилот в привычной обстановке и с оружием не пропадёт.       — Никак не пойму, где ты этого понабрался…       Второй неотрывно смотрел на плавающий док, как собаки смотрят на мясо в тарелке на кофейном столике.       Отто улыбнулся, сверкнув белыми клыками.       — Договариваюсь словами через рот.       — Сука… — Хаган крутанулся на месте и прошёлся обеими руками по загривку. — Как же я, блядь, ненавижу…       Он резко включил экран и смахнул док на свой пульсар.       — Чтоб я даже не заметил, что тебя тут нет.       — Салфетки в нижнем ящике.       — Чего? Да пошёл ты… Отто, это не смешно! Ты лезешь на чужую территорию.       — Две упаковки, — пилот показал на пальцах и попятился в сторону склада, скрываясь за поворотом.       Галактический Совет защитит тебя от всего на свете, но должен ты им останешься на всю жизнь. Это правило было выучено, когда по документам дубликату едва перевалило за двадцать. Тогда он даже мысли не допускал, что окажется на Скате, да ещё и напарником обзаведётся. Но звёзды сошлись, как есть, и теперь первый пилот собирался потратить ещё пару зарядов, чтобы доходчиво объяснить каждому, кто полезет, что не за все заказы из «Тени» можно браться. Особенно если там фигурируют дубли. И помощь Совета ему не понадобится, он скорее в Хаос уверует, чем обратится к ним. Стало противно, даже от мысли… Но, только он шагнул на склад, как настроение само поползло вверх при взгляде на арсенал. Несколько зарядов сразу отправились в карман.       Хороший всё-таки лазерник, удобный и неприметный. Зря его всерьёз не воспринимают. Отто крутанул «Жало» в руке и примагнитил к сумке на бедро. Для него было странным, что кто-то может недооценивать оружие, которое легко проплавит в тебе дыру размером с теннисный мяч. Особенно когда с ним умеют обращаться.       Следом по карманам отправились пара блестящих шариков: слепящие и дымовые. Пусть будут на всякий случай.       И последнее — транспорт. Раз уж он едет один, то можно разгуляться и взять руль в свои руки. Но у выхода подумал, что надо бы сделать кое-что ещё.       — Сирена, включи внешнюю систему охраны, стреляй во всё подозрительное в радиусе пятидесяти метров.       — Принято. Добавить предупредительный?       — Нет.       Первый пилот застегнул до конца ворот куртки и натянул капюшон, оставляя лишь бледные глаза. За Хагана он был относительно спокоен, теперь главное не встретить никого по пути… ***       Второй считал, что в космосе можно оказаться только по двум причинам: либо ты отбитый на голову, либо тебя заставили. Отто он причислял к первой категории. Напарник у него точно был с прибабахом, в самом хорошем смысле этого слова.       Так-то в космосе весело: постоянные перегрузки, проверка на прочность организма и психики, полная неизвестность за бортом и ограниченное количество ресурсов для жизни. Заранее морщин можно не бояться, бонусом шла возможная смерть от лучевой болезни, если до неё доживёшь, но шансов, что тебя пристрелят или сожрут всё же больше. Как ни странно, все перспективы его полностью устраивали. Прежде чем шагнуть на борт «Ската», он уже попрощался и с будущим, и с прошлым. Никто не держит, ничего не боится, свободен, как окурок в полёте.       Из плюсов: он мог позволить себе довериться совместимости по цветовой схеме с каким-то мужиком и улететь с ним на другой край галактики. Чем не вариант? Из минусов: любой корабль — это закрытая консервная банка. И никуда ты с неё не денешься.       Самым тяжёлым для него было постоянное замкнутое пространство с отсутствием какой-либо зелени. Но вопрос со временем решился благодаря Первому. Дополненная реальность раздвигала стены каюты до бескрайних просторов, а растения с разных планет постепенно превратились в коллекцию, которая занимала место от пола до потолка. За пару месяцев новоиспеченный второй пилот умудрился превратить несколько квадратных метров холодной обшивки в свой новый дом. А на два года «совместной работы» кое-кто отгрохал ему отдельную оранжерею, чтобы освободить место. К тому же сорок процентов от суммы всех заказов — это очень неплохие деньги. Уже в первый год он мог позволить себе купить собственное жильё где-нибудь на окраине Центра, но до сих пор не сделал этого, потому что не мог ответить себе же на банальный вопрос — зачем?       А раз незачем, то полетели дальше.       Всё-таки было в этом что-то неуловимо прекрасное. Особенно момент, когда корабль переходил на гиперскорость. В эту секунду связь с первым пилотом подскакивала так сильно, что он всем телом чувствовал, как Отто тащится от межзвездных полётов. Может, поэтому Хаган в итоге тоже их полюбил. Но всё равно немного завидовал, по-доброму, само собой. В отличии от него, у Первого была несгибаемая цель и он шёл к ней, прокладывая путь там, где его даже быть не могло. Какая бы херня ни случалась, он всё равно вставал и летел дальше. Точки на карте разрастались, и пройденные маршруты опутывали их пунктиром чудовищных расстояний. Хаган даже представить не мог, что когда-то окажется настолько далеко.       О том, что Первый дубликат, до Хагана дошло уже на корабле. Но эта информация ему мало о чём говорила, потому что новости он не смотрел: своих проблем хватало, и вся шумиха с новым видом людей как-то прошла мимо него. Да и лишних рук, ног или других видимых мутаций у Отто не наблюдалось, разве что две железки за ушами. А в чём там дальше различия, он особо не вникал.       Отдельно запомнилось, как новый напарник несколько раз уточнил, понимает ли Хаган, что он дубль, а не человек. И вполне серьёзно сообщил, что потом отказываться будет поздно. Не то чтобы у Второго были варианты отказаться, дубликат не горел желанием оставлять ему выбор. Но ещё Хаган запомнил, как изменился взгляд Отто, когда он спросил: «А есть разница?»       — Считается, что есть.       — Ну пусть пересчитают.       Видимо, Хаган был первым, кому было откровенно наплевать на генофонд первого пилота.       Именно с того момента Второй почувствовал перемену в отношении с «ты на меня работаешь» на «я заказал еду». Ох уж эти заветных три слова…       Постепенно дело дошло до совместного времяпрепровождения и тренировок. Хаган неплохо стрелял, но вот с рукопашкой дела обстояли так себе, в сравнении с Первым, который полжизни в охране проработал. А Второй всё-таки пилот, а не солдат. Базовая подготовка была, но не более. По стопам брата он не пошёл, да и родителей одних оставлять не хотел. Только после их смерти выучился у местных, угробив пару тренировочных установок, и устроился в рейсовые перевозки.       А дальше всё пошло, откровенно говоря, по…       С каждым днём всё сильнее чувствовалось, как земля под ногам наклонялась и он вместе с мелким щебнем скатывался в такое дно, из которого никогда бы не выбрался.       Аппараты жизнеобеспечения — штука недешёвая; брат взял их в аренду, вот только расплатиться не успел, о чём Хагану сообщили уже в суде, когда пригласили туда за неуплату. По итогу в наследство ему достались долги и три урны с прахом. И что с этим богатством делать, он не представлял. Разве что четвёртую добавить.       Примерно в это же время на орбите заглох большой разведывательный корабль класса «А», типа «Скат», с крайне негодующим бортом «Сирена». Отто прошёл все стадии, начиная с гнева, но сдвинуться с мертвой точки не смог, поэтому пришлось принять ситуацию и срочно что-то делать. Его организм был крепче человеческого, но и Скат не был предназначен для людей. И когда пилот в очередной раз захлёбывался собственной кровью после прыжка, Сирена заблокировала систему управления из-за угрозы жизни, оставляя ему два варианта: либо он отправляет сигнал о помощи и возвращается на симарийскую базу, либо ищет напарника и летит дальше.       Выбор был очевиден.       В тот же вечер на анкету Хагана Тоу поступил отклик с предложением о работе. Система поиска распределила кандидатов с ближайшей планеты от самой низкой совместимости до самой высокой, и Отто, не задумываясь, ткнул в ту, что повыше. Чтоб наверняка.       Ответ пришёл быстрее, чем от менеджера по продажам, и уже через пару часов одноместный шаттл высадил гостя в грузовом отсеке. Люк открылся, и без пяти минут второй пилот впервые шагнул на борт под шипение автоматической двери.       Он прошёлся по будущему напарнику оценивающим взглядом. Видок у Отто был, честно говоря, так себе: синюшные круги под глазами, лопнувшие капилляры дополняли образ, а завершала его исколотая до гематом шея.       — Извини, конечно, но на фотке ты выглядишь лучше, — Тоу опасливо указал на синяки. — Скажи сразу, ты наркоман или тебя просто команда на орбите бросила и так развлекаешься со скуки?       Отто терпеливо выслушал все версии. Ему вообще было наплевать, что он там говорит, последние пару месяцев выдались особенно тяжёлыми, и организм отыгрывался сполна, то и дело пытаясь откинуться.       — Я не наркоман. У меня нет команды. И я прилетел один, — он отчеканил последовательно на все предположения и прислонился к стене, чувствуя, что вот-вот потеряет сознание. — Но больше не взлечу, а мне нужно в другую систему.       — Ты летаешь один? — гость искренне не верил, что подобное возможно на таком огромном корабле. — Стоп, хочешь сказать, я тут ради одного полёта, а потом расходимся? — Хаган почувствовал, что из его кармана уплывают деньги. — Не, я на такое не подписывался. Ты не указал, что тебе нужно просто прокатиться до другой системы, в анкете речь шла о напарнике.       — И сколько ты хочешь летать?       — Полгода?..       — Идёт.       Даже торговаться не стал.       Отто кое-как подцепил застёжку браслета, снял и протянул человеку, имени которого даже не запомнил.       — Держи.       — Это что?       — Там ключи от всех систем корабля, устрой себе экскурсию, второй я пока не настроил, — пилот вручил свой браслет и собирался дойти до каюты, придерживаясь о стену. — Поговорим через пару часов.       — Эм… В каком смысле?       Хозяин не успел ответить на вопрос. У него потемнело в глазах, и искусственное притяжение стало слишком сильным.       — Эй-эй! Ты чего?!       Хаган попытался его поймать, но тот оказался куда тяжелее, чем выглядел, и он его просто не удержал.       Браслет тонко завибрировал в руках, когда пилот пытался нацепить его на запястье.       — Добро пожаловать на борт Ската, — БоИИ поприветствовала его и сразу же задала вопрос: — Я Сирена, могу чем-то помочь?       — Очень даже можешь… — Хаган наконец-то разобрался, как защелкивается браслет. — С этим что? — Он указал на лежащего на полу владельца корабля.       Гость заботливо подложил свою куртку ему под голову, успев насчитать как минимум по восемь точек от уколов на шее с каждой стороны. Они даже толком поговорить не успели, тот просто хлопнулся в обморок прямо на пороге.       — Предварительный диагноз: истощение организма, — Сирена подумала пару секунд и продолжила. — Носилки на магнитной подушке находятся в медотсеке.       — Дорогу подскажешь?       — Конечно, следуйте за сигнальными огнями.       Диоды на потолке изменили цвет, показывая путь.       Корабль поражал размерами, в сравнении с теми, на которых проходили тренировки на курсах и на которых пилот успел поработать. К тому же Скат был сделан не людьми. Хаган шел по коридору за мерцающими лампочками и ловил себя на мысли, что здесь всё напоминает медотсек: ничего лишнего, сплошной функционал, светло, чисто, словно никто не живёт, а только пыль заходит смахнуть раз в год.       — Сирена, а он реально один летает? — гость начал рассматривать браслет, который напоминал весьма минималистичные наручные часы с проектором, на ремешке которого красовалось лого «PULSAR».       «Дорогая игрушка…»       — Да, всё верно.       — А на чём он сидит?       — В кресле первого пилота.       — Не, я имею в виду, что за препарат он себе колет?       Сирена прогрузилась и озвучила небольшой список, в котором были несколько видов стабилизаторов, стимуляторов, адреналин, группа витаминов и мелатонин.       — А последнее — это что?       — Снотворное.       — Ясненько… И давно он так?       — Достаточно, чтобы даже искусственный интеллект начал переживать. Я заблокировала систему управления из-за угрозы жизни, и ему пришлось искать вас.       — Хах! Упёртый, значит, до последнего брыкался.       Сенсор сработал на движение, и двери открылись, когда он проходил мимо кают-компании. Хаган затормозил и сделал шаг назад, заглядывая внутрь.       — А здесь… О!       Пилот встал в дверях, окидывая взглядом нетронутое кухонное оборудование: всё было на своих местах, как на картинке. Собственно, как собрали, так оно и стояло. Время от времени его заботливо протирали боты-уборщики, но в остальном обделяли вниманием.       — Не желаете перекусить?       — А что есть в меню?       — Прессованный концентрат «Bricker».       — И всё?       — Два вида.       — Да чтоб я сдох… Их же добровольно никто жрать не будет, только под пытками.       Второй грустно открыл дверцу шкафчика и скривился, обнаружив там те самые брикеры, или по простому: «кирпичи». В памяти тут же всплыла до боли знакомая инструкция способа употребления: «размочить в горячей воде и съесть, как кашу, или съесть не размачивая».       — А здесь всё работает?       — Да, оборудование в рабочем состоянии.       — Отлично, тогда позже сюда загляну. ***       Пробуждение было похоже на возвращение к жизни через несколько суток: тело уже успело подгнить, но внутренней будильник говорил, что пора вставать и упорно запихивал сознание обратно. Пилот разлепил глаза, пытаясь вспомнить, где он, какой сейчас год и кто он вообще такой, а потянувшись, обнаружил, что не может пошевелить руками.       — О, очнулся! А мы тут подружиться успели…       БоИИ издала удовлетворительный сигнал и доложила о состоянии пилота. Оказалось, что проспал Отто целых восемнадцать часов. А этот, как его там… Сидел на соседней кушетке и что-то жевал, листая экран пульсара.       — Мы с Сиреной посовещались и сошлись на том, что пока ты не перестанешь терять сознание, мы никуда не летим, — Тоу одним движением заблокировал экран, словно уже успел с ним сродниться, и спрыгнул с импровизированного лежака. — И никуда не отпустим, пока не согласишься слезть с ампул.       Отто приподнял голову: по три ремня на каждой руке и по одному на ногах, обычно их использовали при судорогах. Угроза выглядела не очень убедительно, но противное чувство всё равно подступило к горлу. Быть связанным ему не нравилось. Он уже провернул в голове, как сначала оторвёт нижний ремень и вмажет коленом, а когда выберется, то свернёт шею этому смертнику.       — Согласен.       — Быстро ты… — гость удивился, но начал отстёгивать крепления. — Я думал, уговаривать придётся с доказательствами серьёзности всей…       Едва он ослабил ремни на одной руке, как хозяин хорошенько замахнулся и двинул ему головой. Удар пришёлся на бровь и переносицу: боль разлетелась волной, и искрящиеся звёзды Хаган увидел ещё до взлёта. Глаза тут же заслезились, намекая, что хрящ придётся вправлять. Он отшатнулся к соседней кушетке, но на ногах устоял. Кровь хлынула сразу из обеих ноздрей сначала в горло, а потом алыми пятнами расцвела на светлом полу.       — Бля… — на языке уже чувствовался привкус солёной ржавчины. — Вот и первая кровь.       По ощущениям в него словно врезалась бетонная стена. Хаган опустил голову, наблюдая, как пятно на плитке набирает тон и становится больше.       — С чувством юмора у тебя, видимо, проблемы… — он кашлянул и сплюнул красный сгусток прямо под ноги. — Ладно, учтём.       Невозмутимость не его конёк, но тут было ради чего держать себя в руках. Тоу ещё раз вспомнил об оплате и зажал нос, перекрывая маленький водопад, льющийся с подбородка. Заляпанную майку можно выбрасывать, проще новую напечатать, чем эту отстирать, штаны тоже зацепило, но меньше. Гость посмотрел на виновника внепланового обновления гардероба: тот был явно недоволен заботой и с нервной дрожью отстёгивал вторую руку.       — Даже не думай ещё раз выкинуть что-то подобное.       — У тебя точно какие-то проблемы… — Хаган отметил трясущиеся пальцы.       — В анкете есть всё, вплоть до медицинской карты за последние пять лет. Или ты только на оплату посмотрел?       — Ещё на совместимость.       — Ясно, — Отто начал отстёгивать ноги. Потом схватился за запястье и, не найдя браслета на привычном месте, сказал в пустоту. — Сирена, приберёшь здесь?       — Бот уже в пути.       Он окинул взглядом неудавшегося шутника и наконец-то слез с кушетки, направляясь к модульному шкафу с прозрачной дверцей. Полки были аккуратно заставлены коробочками с медикаментами самого разного назначения.       — Держи.       Упаковка салфеток полетела в сторону пострадавшего, и он едва успел поймать их одной рукой. Ещё Отто достал пару ампул обезбола и поставил их на стол. Захочет — возьмёт.       — Как закончишь, подходи к выходу.       На этом их второй разговор закончился, и пилот скрылся за дверью, выбрав тактику «раз не можешь помочь — не мешай». Хаган выдохнул, отпуская нос. Красные капли обновили подсохшие дорожки, но уже в меньшем количестве.       — Как думаешь, Сирена, какие у меня шансы остаться на борту?       — Пятьдесят на пятьдесят. Вы его удивили.       — Неплохо. — шмыгая носом, он достал пару салфеток и начал вытирать нос. — Я бы даже сказал отлично. ***       — Так, ты мне скажешь что-нибудь или просто укажешь на дверь? Ни собеседования, ничего?       Кровь Хаган остановил и даже вправил хрящ: не в первый раз, чего уж там… Но после встречи с головой пилота нос опух и, кажется, останется небольшой след.       — Всё, что мне нужно, я уже узнал. Даю два дня на раздумья, и прочти анкету, это важно.       Отто открыл люк, ведущий к шаттлу, дальше провожать он его не собирался.       — Там что, есть пункт о запрете на связывание и стоп-слово?       — Нет, но есть пункт о слиянии твоего биополя с моим.       Хаган мигом посерьезнел и заткнулся. Слияние — это вам не перепих на один раз, похоже, стоило всё-таки почитать анкету чуть подробнее.       Дубликат устало вздохнул.       — Это симарийский корабль, и система управления на нём симарийская, через резонанс. Так что подумай дважды. У меня нет времени высаживать тебя где-то по пути и искать замену.       — Понял, прочту.       Как только люк за гостем закрылся, Отто покрутил пульсар на пальцах, прикидывая, во сколько ему всё это обойдётся.       — Ладно… — он ловко вернул браслет на законное место и защёлкнул его с первого раза, сон явно пошёл на пользу. — А теперь показывай историю всех операций, Сирена.       Сегодняшний день он планировал провести за детальным изучением будущего напарника.       — Ничего серьёзного, но есть пара интересных удаленных запросов.       — А через инкогнито?       — Не использовал.       — Даже так. Вырежи всю тишину из записи, — Отто открыл его анкету и ещё раз прокрутил до конца. — Послушаем, о чём вы тут без меня болтали.       — Запустить поиск по ключевым словам?       — Не надо, хочу увидеть полную картину.       Быть параноиком чуть больше, чем нужно, вошло в привычку. Он уже пробил его по всем возможным базам данных, три из которых были нелегального характера, и примерно представлял, кого пускает на свой корабль. Мелкие штрафы, нарушения общественного порядка... ничего особенного. При желании можно подчистить эту информацию. Отдельно радовало отсутствие близких родственников: меньше проблем.       Единственная загвоздка была в банке, который не разбрасывается информацией о своих клиентах. Но то, что должен он сумму чуть круглее сферы современного образования — неоспоримый факт. Осталось только выяснить — сколько, и можно будет купить его со всеми потрохами. Дубликат хоть и оставил ему выбор, но только для видимости.       Отто прогулочным шагом дошёл до кают-компании, после непривычно долгого сна хотелось есть. Питаться пищевыми брикерами со всеми необходимыми витаминами и прочим полезным мусором было тоскливо, на вкус они чуть лучше пенопласта, но быстро, что важнее. Дело привычки, а привыкнуть он мог к чему угодно. Даже к нежелательным вещам.       Но, как только двери разъехались, потянуло чем-то вкусным.       — Сирена…       — Вы спали достаточно долго, он что-то готовил. В камере хранения ещё осталось.       Пилот с подозрением открыл панель, заглядывая внутрь: одинокий пищевой контейнер и несколько бутылок воды, но раз БоИИ говорила «что-то», значит, в её картотеке не значилось подобного рецепта.       — Где он это взял?       — Заказал доставкой продукты с вашей карты, когда узнал, что на борту их нет.       В груди аж похолодело при мысли, во сколько обошлась доставка на орбиту. Отто потер переносицу и обречённо вздохнул. Ладно, хер с ним.       — А почему не готовую еду?       Сирена промотала запись и включила отрывок: «…можно, но я так со скуки двинусь, пока эта спящая красавица дрыхнет».       — Угу… — пилот достал контейнер и заглянул под крышку. — Это точно можно есть?       — Рекомендуется разогреть.       — Ладно…       Он включил вентиляцию и поставил контейнер с лапшой на разогрев, мысленно пополняя список затрат.       — Сирена, запусти диагностику кухонного и спортивного оборудования, — он постучал носком об пол: ждать, пока греется еда — это отдельная ветвь бесконечности. — Похоже, придётся чем-то занимать его во время перелётов.       — Могу предложить заказать набор для покера и шахматы.       — Заказывай. Позже разберусь.       Пилот вздохнул.       В идеале, если бы свежеприобретённый напарник просто сидел в своей каюте и выходил только когда нужно. Но Отто уже почти дошёл до четвертой стадии и принял тот факт, что им придётся общаться, если он хочет летать и продолжить поиски. В любом случае это лучше, чем если бы у него отобрали корабль и вернули на базу, лучше, чем в Центре, и точно лучше, чем ещё одна попытка подстроиться под жизнь среди людей. Увольте. Он скорее откроет в каюте форточку и подышит свежим вакуумом, чем вернётся туда. Одного человека на борту как-нибудь вынесет, даже если они не поладят. Но что-то подсказывало, что этот тип здесь приживётся и надолго.       На следующий день пилот почти разобрался со всеми мелочами и усиленно пытался свыкнуться с мыслью, что теперь на корабле будет кто-то ещё. Он припомнил момент, почему отказался от домашних животных, и подумал, что различия незначительные… Но этот поможет распределить нагрузку при управлении. Других полезных пунктов он пока не нашёл, одни минусы и расходы.       На всякий случай Отто ещё раз пролистал всех предложенных системой поиска кандидатов на место второго пилота, коих было не так уж много из-за особенностей биополя дубликата. Отсутствие красного сильно урезало варианты совместимости, да и на слияние были согласны не все. Но особенно раздражали те, что с семьёй. Неужели сдохнуть не боятся? Не хватало ещё слушать нытьё и все эти постоянные мотания до родных на праздники. Нахрена такие вообще в космос лезут?       Пилот потёр виски. Нужен какой-то запасной вариант… Если Тоу всё же пойдет в отказ, то он здесь застрянет.       Размышления прервал входящий вызов, Отто посмотрел на экран пульсара и приподнял бровь. Время на размышления вроде ещё не закончилось, что-то он рано. Пилот принял звонок и на том конце сразу же раздался голос заёбанного человека, которому пришлось прочитать тонну текста.       — Я посмотрел анкету.       — Хорошо.       — И у меня есть один вопрос… — Хаган вздохнул и, судя по звуку, рухнул на подушку. — Ты указал всё, вплоть до размера обуви, но… — он сделал паузу, будто поднял указательный палец. — Но, графу «цель перелётов» оставил пустой. Так чем ты занимаешься?       — Я составляю карту малоизученных участков.       — Серьёзно?       — Нет. Но ты будешь отвечать так каждому, кто спросит.       — Ладно… — Тоу немного помолчал, прикидывая, чем можно заниматься в одиночку, помимо частных заказов. — Значит, что-то незаконное перевозишь? Мне так-то похуй, но хотелось бы знать, к чему готовиться.       — Всё законно. И это был последний вопрос.       — На сегодня?       — На следующие полгода.       Они ещё даже не слиты, но Отто уже чувствовал, что Тоу из того типа людей, которые очень много болтают на его фоне. И какого хрена их совместимость была аж шестьдесят семь процентов, пилот искренне не понимал. Да он его выбесил ещё при первой встрече!       На той стороне снова послышался вздох:       — Тогда перейдём сразу к проблемам. Банк отказал мне в дальних перелётах из-за долга, и держат они меня прямо…       — Сколько?       Отто не дал договорить, за что именно Тоу там держат. Деньги у дубликата сейчас были, так что вопрос решаемый. А вот свои проблемы деньгами решить он не мог.       — В каком смысле?       — Если ты согласен улететь завтра, то сегодня вечером ничего не будешь должен.       На секунду показалось, что связь прервалась, потому что собеседник резко замолчал. А потом на том конце послышался сдавленный смех.       — Прости конечно, но мне кажется, что тебе придётся продать ядро корабля и тогда мы точно никуда не улетим, — Хаган перестал ржать, но всё равно было понятно, что лыбится. — Да даже если меня на органы распродать, я столько не стою.       Ему было реально смешно с такой самонадеянности, аж захотелось послушать, как этот умник сейчас будет мяться и отнекиваться, когда услышит, сколько.       — Или у тебя есть лишние двадцать четыре миллиона?       — В цифрах?       Хаган чуть слюной не подавился. Интонация пилота не выражала ничего особенного, будто они беседовали о погоде и ему уже наскучило. Стало как-то не по себе. Особенно с уточнения про цифры.       — В местной валюте.       — Тогда собирай шмотки.       Звонок прервался.       У Хагана Тоу обычно не потели ладони, но в тот момент внутри как-то похолодело. Сложилась четкая ассоциация, что он продаёт душу кому-то похуже банка. Пилот даже не понял, смеяться или нет. На шутку не похоже, но и всерьёз такое заявление не воспринималось.       А если и правда выплатит, то что? Тогда ему ещё лет двадцать эту сумму отдавать, или можно сразу в рабство и летать за еду?       Хаган отложил робан и приподнял голову с подушки, заглядывая в небольшое окно. На глухой стене напротив солнце подсвечивало гудящие кондиционеры и самопальные вентиляции. В его съёмной комнате кондиционера не было, да и не влезет он сюда. Где-то неприятно шумело, то ли в голове, то ли на улице…       А не всё ли равно?       Да, слияние — штука опасная, уже несколько рас отказались от этой системы, но симарийцы продолжали гнуть своё. И в конце концов, с одним человеком можно попробовать договориться, а с банком у него переговоры как-то не складывались. Хаган опустил руку: бутылка стояла на полу, там же, где оставил её вчера. Сделав пару глотков, пилот сел и решил, что надо позвонить.       Сначала гудки сменились тишиной, потом шуршанием и вознёй, но другие признаки разумной жизни пока отсутствовали. Он решил нарушить молчание самым оригинальным способом.       — Выйдешь за меня? — Хаган устало улыбнулся и встал с кровати, кажется, его сейчас возненавидят за эту трижды проклятую шутку.       В ответ послышалось сонное ворчание и мат.       — Ну тебя нахер, Тоу… Своих смен достаточно. И ты меня только что после суток разбудил, тварь бессердечная.       Хаган искренне посочувствовал сменщику: он после суток дрых так, что ни один будильник не слышал, не то что звонки, а этот даже что-то бубнил.       — Прости, больше не буду, честно, — он вытащил из шкафа неразобранную сумку. — Я другую работу нашёл, передашь весточку, что я свалил?       — Серьёзно? — сонный голос слегка оживился. — А чего сам не скажешь?       — Не хочу лишний раз эти рожи видеть, один хер официально они меня оформлять отказались, так что пусть теперь парятся с графиком.       — Хех, ладно, удачи там. Шли открытки.       — Удача мне понадобится… — Хаган прихватил со стола всякую мелочь и покидал к остальным вещам. — Как думаешь, цензура пропустит мои фотки из чата на открытки?       Собеседник хрипло проржался. Да, нажрались они тогда всей конторой, как в последний раз. И фотки, кстати, ничего так получились. Но спать ему хотелось гораздо больше, чем слушать уже бывшего коллегу, так что он ещё раз пожелал Тоу не сдохнуть и отключился.       Пилот оглянулся по сторонам, обшаривая взглядом углы на наличие чего-то забытого, хотя почти ничего не выкладывал, да и забывать было особо нечего. Потом набрал одно короткое сообщение «согласен» и отправил.       Слияние биополя его не радовало, но нынешнее положение было не лучше. Хаган подобрал с пола бутылку и поставил к остальным на стол, завершая узор. Получились одна в центре и шесть вокруг. Красота. Ровно по дням недели.       Когда он сдавал внизу ключ-карту, робан мигнул, оповещая о входящем сообщении. Но пилот сигнал проигнорил, заполняя док на возврат средств. Он тут даже недели не прожил, а оплачен был целый месяц, сумма небольшая, но жалко как-то…       Робан мигнул второй раз.       Пилот заскрипел зубами: бесят его непрочитанные. Резко разблокировал экран и через пару секунд пристального вглядывания в пиксели почувствовал лёгкую тошноту.       Первое было от банка, который сообщал, что перечисленной суммы достаточно для погашения, благодарил за сотрудничество и желал всего наилучшего. А второе покороче: «шаттл будет в том же месте через час».       Хорошо, что рядом был стул, точно бы ноги подкосились. Накатило какое-то странное чувство эйфории и безысходности. Вроде бы всё, свобода! Но нет… По сути, он просто сменил один ошейник на другой. Только ещё ничего не подписывал.       Хаган с подозрением посмотрел на экран. А ведь и правда, они даже никакого соглашения не заключили. Он зашёл в приложение банка и ещё раз всё проверил: задолженность погашена. Единственное подтверждение с его стороны — это сообщение в личной переписке, которое можно удалить и смотаться на любой вектор. Пилот медленно поднял взгляд и задумался.       А надо ли оно ему?       Тип этот явно мутный какой-то. Вроде сам лох, раз без договора чужие долги выплачивает, но на дурака не похож. И пиздит не краснея, попутно раздавая команды. Хаган потёр переносицу, след всё же остался. Но больше всего непонятно — нахрена ему такой огромный корабль, раз один летает; давно бы продал и десять поменьше на эти деньги взял, чем напарника искать с такой замороченной системой управления. Облетался бы уже.       Не давала ему покоя эта информация… Пилот встал, закинул на плечо сумку и зашагал на выход, выбирая, куда свернуть: на парковку к шаттлу или смотаться с каким-нибудь частником, пока его не хватились.       Одно из двух… Одно из двух.