Былое и грядущее

Более подавленной атмосферы в школе не было давно, наверное, с того момента, как пала эра правления Розалинды. Но даже тогда в Алфее царил дух сопротивления и авантюризма. Теперь же... Всех словно сковала апатия, или так казалось лишь отдельно взятой компании? - От Ская нет вестей? - тревожно спросила Стелла. Они все собрались в комнате Винкс, даже Ривен, поскольку Скай после получасового общения с внезапно объявившейся матерью влетел в свою мрачнее тучи и напористо попросил соседа свалить погулять. Ривен, сам бледный и растерянный, не отошедший ещё от бесконечного потока событий, случившихся за столь короткое время, пришёл просить убежища у Музы, и это убежище было ему предоставлено. - Щас бы прибухнуть, - устало заявил он, развалившись в кресле. - На, выпей, - с готовностью отозвалась Флора. Она, казалось, единственная не была подвержена всеобщей меланхолии, чем резко диссонировала с мрачными, растекшимися по комнате, друзьями. Ривен поболтал зелёную жижу в прозрачной стеклянной бутылке. - Что это? - подозрительно прищурившись, спросил он. - Тоник из элерутерококка! - радостно провозгласила Флора. - Очень бодрит! Ривен понюхал, сморщился и брезгливо вернул бутылку. - Нет, спасибо. Я лучше сам. - Откуда она вообще взялась? Мать Ская, - с лёгким неудовольствием спросила Терра. Она сидела, обхватив себя руками, в окружении своих растений, и выглядела раздраженной и озадаченной. - Я слышала, что после падения Эраклиона её признали мёртвой, - отозвалась Аиша. - Стелла, королева Луна тебе ничего не говорила? Стелла покачала головой, потерянно рассматривая пол: после каждой ссоры с матерью она чувствовала себя опустошённой и выбитой из колеи ещё несколько дней. - Нет, - голос её звучал надтреснуто. - Она только сказала, что случившееся станет для нас всех хорошим уроком. - Что она имела в виду? - нахмурилась Аиша. - Вероятно, что мы слишком часто путаемся у неё под ногами, и на этот раз переиграли самих себя, - с тяжёлым вздохом признала Стелла. - Ты об Андреасе? - уточнил Ривен. - И о тех девушках, - кивнула она. - Расскажите, что у вас случилось, пока нас не было. Откуда они взялись? - Это и есть сестры Беатрикс, - отозвалась молчавшая все это время Муза. Она сидела на подлокотнике кресла Ривена, и видно было, как такое скопление негативных мыслей давит на неё. - Айси и Рокси, - подтвердила Аиша, - так их зовут. - Айси со светлыми волосами, Рокси - с тёмными, - добавила Флора. - Обе, разумеется, феи. - Фея Воды, предпочитает манипуляции со льдом, и фея Воздуха, - Аиша невольно потерла правое запястье, словно оно болело. - Мы все сделали, как запланировали: приехали по адресу, который остался у Беатрикс, обычный городок, ничем не примечательный, - проговорила Терра. - Захолустье. - Дом тоже был обычный, - Муза помасмировала виски, словно старалась воспроизвести в деталях свои воспоминания или избавиться от головной боли. - Мы постучались, нам открыла Самара, - продолжила Аиша. - Тогда мы ещё не знали, кто это. - Она была больше похожа на домохозяйку, чем на королеву, - сказала Терра одновременно возмущенно и подавленно. - Чаю нас пригласила выпить, начала расспрашивать о всяком. - Самара просто тянула время, - догадалась Стелла. - Угу, - подтвердила Муза. - Сестры Беатрикс вовсе не выглядели удивленными. Я почувствовала, что они все знают, и поняла, что здесь что-то неладное. - Мы хотели уйти, - произнесла Аиша, почти оправдываясь. - Просто вернуться в школу без всякого шума, чтобы не подставлять Сильву, но они... - она снова потерла запястье. - Они напали на нас, - заключила Флора. - Это была ловушка. Они не дали нам сбежать. - Моя мать знала, что вы пойдёте туда, - проговорила Стелла сквозь зубы, внутренне клокоча от негодования. - Ну и что? - с вызовом спросила Терра. - Что такого в том, чтобы навестить сестёр погибшей однокурсницы? Не поймите меня неправильно, Беатрикс была та ещё стерва, но в конце концов она всех нас спасла! Разве не было по-человечески правильно рассказать обо всем её родственникам? - Вы же знаете: моя мать обожает все держать под контролем и ненавидит, когда кто-то начинает проявлять инициативу, - ответила Стелла с горькой усталостью и растянулась на диване. - После того, что случилось в школе, мы не должны были покидать Алфею без разрешения. - Ну, формально Сильва остался здесь за старшего и он вам разрешил, - возразил Ривен. - И ты, конечно, помнишь, как моя мать "любит" Сильву, - фыркнула Стелла, глянув на него с презрением. - Однажды она уже чуть не упекла его подальше отсюда. Что ей мешает сделать то же самое сейчас? - Думаешь, ему сильно достанется за нашу самоволку? - озабоченно спросил Ривен, нахмурившись. - Кто знает, - пожала плечами Стелла. - Мать ничего не сказала по этому поводу. Вероятно, судьбу Сильвы будет решать новая директриса. - Ну тогда ему точно пиздец, - в сердцах выпалил Ривен, и вдруг осекся, прикусив язык. Лицо его приобрело неловкое и смущённое выражение. - О-о-о, так ты знаешь? - протянула Стелла. - Знает о чем? - спросила Муза. - Угу. Скай мне все рассказал, - пробормотал Ривен, все так же ни на кого не глядя. - О Сильве и Андреасе, - неожиданно для всех ответила Терра. В комнате повисла тишина, все, кроме Стеллы и Ривена, недоуменно на неё уставилась. - Что? - спросила она, как ни в чем ни бывало. - Вы забываете, что мой отец дружил с ними со школы. - И они со школы?.. - медленно произнесла Аиша, покрутив друг вокруг друга указательными пальцами, видно, силясь переварить новость. - Ага, - Стелла перевернулась на бок и подперла голову рукой. - Я что-то такое чувствовала между ними на тренеровках, - неуверенно сказала Муза. - Только не понятно, была ли это ненависть или остатки дружбы. - М-да, - Флора поджала губы. - Говорите, Скай знает? И как он это воспринял? - Был в шоке, конечно, - вздохнул Ривен. - Надеялся, что он отойдет: в конце концов, какая теперь разница. Сол вырастил его, Андреас восстал из мертвых и, вроде как, хотел все наладить. Но теперь... - Нам нужно подумать, как помочь Сильве, - решительно сказала Терра. - Я бы на месте Самары не горела желанием терпеть рядом бывшего своего мужа. Если бы у меня был муж, - она усмехнулась. - Полагаю, все зависит от того, как сильно Андреас успел ей насолить, - трезво заметила Стелла. - В королевских семьях браки по расчёту - норма, и редко кто стремится выцарапывать друг другу глаза за интрижки. Полагаю, Самара знала о Сильве, когда выходила за Андреаса. - Но Андреас - мудак, мог кого угодно достать, - согласилась Муза. - Вот только сейчас с вероятностью девяносто девять процентов он мёртв, - пожал плечами Ривен. - Так какой Самаре толк отыгрываться за него на Сильве? - Она женщина, - снисходительно объяснила Стелла. - У женской мести нет срока давности. - И как мы поможем Сильве? - спросила Аиша невесело и задумчиво. - При Розалин мы смогли только организовать его побег из тюрьмы. Ему снова придётся прятаться? И как долго? Теперь даже Себастьяна нет, чтобы ему можно было где-то укрыться. - Кстати, - вдруг произнесла Стелла, садясь на диване, и это её слово прозвучало, точно щелчок хлыста. - А откуда Себастьяну был известен адрес сестёр Беатрикс? Все замолчали. *** За шестнадцать лет в бегах Андреас успел забыть, как это больно, когда тебя дубасят одновременно пятеро матерых специалистов. В камере он проснулся с твердым желанием умереть, так сильно у него раскалывалась голова. Впрочем, Андреас быстро утешил себя мыслью, что мучиться ему осталось не долго. В самом деле, о скорой смерти ему объявили в торжественной обстановке, вздернув его для порядка на ноги. Приговор зачитал один из мудаков в синей каске, а на ехидный вопрос Андреаса, где же лорд Йошинойя, и отчего тот сам не явился поглазеть на последнего эраклионского короля, почемен лишь презрительно сплюнул и процедил сквозь зубы: - Лорд Йошинойя с предателями не разговаривает. Удивленный Андреас остался валяться на нарах в ожидании своей скорой смерти. Он уже не в первый раз слышал обвинения в предательстве в адрес своей семьи, но никто так толком и не смог объяснить ему, что имелось в виду. Спрашивать было не у кого, а если и выжил кто-то из старых придворных, то подался в бега так же, как и сам Андреас. Ему бы теперь следовало подумать о своей жизни,а не о делах давно минувших дней. Умереть вот так было до ужаса нелепо. Ведь только все стало налаживаться: и Сильва сменил гнев на милость, и Скай... Нет, пожалуй, со Скаем он поторопился. Вряд ли пара проведенных вместе дней и один откровенный разговор на крыльце богами забытого дома могли что-то кардинально изменить. В лабиринте мальчишка вел себя, как полный засранец, в лучшем духе разобиженного Сола. Сразу было видно, кто приложил руку к его воспитанию. Интересно, Сол уже знает, что произошло? Собирается вообще вытаскивать его отсюда, или махнет рукой и забудет, как страшный сон? Андреас невесело усмехнулся. Ранки на его разбитых губах снова начали кровить, и он облизнулся, ощутив знакомый железистый вкус. Сильва любил покусаться, проявить не к месту свой говнистый характер. И почему все вокруг считали его паинькой? Даже родители Андреаса поначалу одобряли их дружбу, а потом... Что ж, поняли, что дружбой их неистовые обжимания по углам можно назвать с большой натяжкой. Даже Самара что-то там про себя поняла. Андреас вздохнул и попытался поудобнее устроить на жесткой койке свое избитое тело. Предаваться воспоминаниям можно сколько угодно, но они не спасут его от смерти. Как он теперь, очевидно, не спасет Беатрикс. Но об этом думать совсем не хотелось, признавать самому себе всю степень своего отчаяния. Само его нынешнее положение было ярким доказательством тому раздраю, что творился у него в душе. Хорошо хоть из детей никто не пострадал. Тогда Сильва точно прорвался бы по трупам в Эраклион, чтобы лично его прикончить. А так... Может теперь и не приходить. Надо было взять его с собой, сейчас бы вместе тут торчали в ожидании казни. Все веселее. Андреас вспомнил Сильву в кандалах и усмехнулся. "А ему идут наручники, - пронеслось в голове. - Если выберусь отсюда, можно уговорить его поиграть..." Мысль Андреаса весьма воодушевила. Перекладывать свое спасение на чужие плечи было глупо. Следовало пользоваться тем, что было, иначе ему и правда крышка. Пустая камера, однако, ничем порадовать Андреаса не могла, хоть тот заставил себя встать и осмотреть ее сверху донизу. Наручники страшно мешались, но от них также не удалось избавиться. Два часа спустя Андреас утомленно присел на койку. Он был далек от того, чтобы признать поражение. Теперь расчет был на побег по дороге на казнь, а для этого следовало поберечь силы. *** Провожать в последний путь его пришел не иначе как почетный караул из почеменов и даже фей. Среди последних Андреас узнал высокую темноволосую женщину - директрису колледжа Эраклиона. По всему эта маленькая армия и впрямь рассчитывала, что за Андреасом ломанется не иначе как вся Солярия, и подготовилась. Неудавшемуся королю даже стало весело от их оптимизма, о чем он прямо заявил в кислые лица. Пленители его веселья ожидаемо не разделили. Вздернули его на ноги и любезно помогли выйти из камеры. Признаться, Андреас ожидал, что его казнь обставят с размахом: сгонят на площадь народ, организуют прямую трансляцию. Но Йошинойе и его прихвостням лишняя шумиха была не нужна, оттого целого наследника престола просто вывели в тюремный двор-колодец и поставили к стенке. Это было даже оскорбительно. Андреас никогда не думал, что его смерть окажется такой жалкой. Ему попытались надеть на голову мешок, но он гордо отказался. Вот еще, пусть смотрят ему в глаза, если осмелятся. "И все же жаль... " Жаль, что за ним никто не пришел. Почемены вскинули оружие. Так его, пожалуй, на кусочки разорвет, надежды на выживание Андреасу оставили мало. Раздался грохот, а затем вспышка ослепила его. Боли он не почувствовал, только падая в пропасть услышал голос: - Он не предатель!..