«Красный стул»

«Интересно, а степень моего ахуя обязательно должна быть прямо пропорциональна моему настроению или всё-таки нет никакой связи?» — нахмурил лоб Теодор, когда главный аврор с самоуверенным видом направился раскулачивать кабинет хозяина заведения. — Анжелина, — с абсолютно равнодушным видом обратился Нотт к подошедшему администратору, — закройте ресторан для новых посетителей: у нас сегодня незапланированный санитарный день. — Как скажете, — коротко кивнула она, скрываясь из виду. — Это недоразумение, — вцепившись в его локоть, выпалила Гермиона, как только Поттер скрылся за дверью. — Я не знала, что ведется расследование в отношении Итана. — Не сомневаюсь, — опустив тяжёлый взгляд на её пальцы, лежащие поверх пиджака, сухо ответил Теодор. — Уверен, вас ожидают для подробного отчёта. Она как-то нерешительно убрала кисть, нервно поджав губы, а затем направилась вслед за Гарри. Эта странная вспышка волнения не была похожа на розыгрыш, однако её растерянность дала новую пищу для размышлений: она знала, где сейчас находится наставник и чем занят, но упустила из виду его манипуляции. Сам Нотт даже не сомневался, что вся кутерьма вокруг семейства Мраксов — дело рук Клауда. Откровенно говоря, пока что Теодора мало беспокоила причина убийства всего гаденького семейства, вечно плетущего интриги. Его больше будоражил вопрос того, на чём мог проколоться наставник, и как уберечь Итана от возможных последствий. В голове внезапно всплыло воспоминание о заляпанном ковре в доме почившего старейшего рода. Клауд должен был использовать киллера-бабочку и вполне мог предупредить Малфоя, но это чёртово пятно и отсутствие мёртвого подставного киллера напрягало. Неужели заказ был более специфическим, чем обычно? Основные условия одинаковы для всех. Тогда труп где-то сокрыт и должен быть обнаружен в определённое время и в определённом месте. Это было вполне возможно, с учетом того, что на костях жертв строилась дальнейшая схема действий. Но замытая наскоро рвота никак не укладывалась в общую картину. — Господин Нотт, — негромко обратилась к нему Джонсон, вырывая из пучины размышлений, — мистер Поттер просит, чтобы вы подошли в кабинет. Таков порядок, всё согласно протоколу. — Какой заботливый… — иронично улыбнулся Теодор, остужая разум. — Соблюдать права граждан, конечно, безмерно важно. Анжелина многозначительно изогнула бровь, попутно сообщив, что осталось лишь несколько клиентов в красном зале. Хозяин ресторана одобрительно кивнул. Она была очень исполнительна и основательна. Редкое качество для красивой женщины. Когда открыл дверь кабинета, в поле зрения сразу оказались письма, аккуратно лежащие на краю стола. Единственная вещь, за которую Нотта можно было пришить к связям с теневой стороной напрямую. «Блять», — сжав челюсти чуть сильнее, он бросил взгляд на Гарри, деловито раскладывающего какую-то документацию. — В тщательности проверки вы можете не сомневаться, — внимательно вчитываясь в строки на документе, пренебрежительно бросил Поттер. — Мы осмотрим всё. — Мисс Грейнджер, выйдите на минутку, — спокойно попросил Нотт, не отводя взгляда от своего внезапного гостя. — Она может остаться, — отрезал аврор, не отрывая взгляд от строчек. — Даже если я хочу поинтересоваться работоспособностью «тихой» комнаты? — многозначительно приподнимая подбородок, протянул Теодор. Повисла тишина. Поттера словно поразило молнией. Он выпрямился, уставившись в одну точку, а лицо растеряло всю напыщенную уверенность. Желваки напряглись, по щеке проскочило еле уловимое раздражение. Он закусил нижнюю губу, пробежавшись глазами по полу, видимо, обдумывая сложившуюся ситуацию. — Выйдите, — стараясь сохранять хладнокровие, Гарри обратился к своей подопечной. Та только растерянно перевела взгляд с него на Теодора и обратно, но противиться не стала и покинула помещение, закрывая за собой дверь. Она, похоже, не понимала, о чём речь. Молчание продолжало сгущать воздух между владельцем ресторана и стражем правопорядка. Нотт знал, что рано или поздно настанет день, когда придётся напомнить Министерству, что кровь течет не только “по рукам ублюдков”, как выражается сам главный аврор, но и по его собственным. «Тихая» комната была придумана Теодором чуть больше, чем полтора года назад, когда ресторан начал набирать свою популярность. Интеллектуальную собственность нельзя отобрать или изъять, зато можно усложнить начинающему предпринимателю с не самым чистым прошлым жизнь настолько, что работать он попросту не сможет. А за грехами Нотта-младшего не нужно было лезть на дно океана, ведь достаточно протянуть руку и зачерпнуть больше десятка преступлений. Аврорат действовал хуже мафии: они давили на все известные рычаги, не подбирая силу нажима. Они не желали закрытия ресторана или его провала, нет. Министерство всего лишь хотело иметь собственное непроницаемое помещение с дополнительными опциями. В конечном итоге своему названию то, что создал Теодор, соответствовало с большой натяжкой. Система, состоявшая из двух небольших помещений, почти ничем не отличающихся от обычных допросных. Почти. Для использования «тихой» комнаты требовались хотя бы два волшебника: первый наблюдал за происходящим внутри, а второй проводил дознание, ведь дверь открывалась только снаружи. В случае нападения выход блокировался даже извне, реагируя на магические всплески внутри. Сделано это было в целях безопасности самого Министерства. Таким образом, действия, совершающиеся в этом помещении, нарушали несколько десятков моральных, правовых и общечеловеческих норм. Отчаянные времена требуют отчаянных мер. При попытке к бегству преступник оставался внутри магического куба, не имея возможности выбраться. Как правило, его просто доводили до изнеможения, а участь аврора, вынужденно соседствующего с ним, была столь же печальна. — У нас был уговор, — сухо выдавил Поттер. — Я не трогаю тебя — ты молчишь. — Не меня, а всё, что касается меня и мне ценно, — спокойно поправил его Нотт. — Или ты думаешь, что я недостаточно содействовал в твоих играх в великого сыщика? — Я не закрою глаза на массовое убийство только от того, что тебе этого хочется. — Насколько я понял, он подозревается в подделке документов, — напомнил Теодор, лениво оправляя манжет рубашки. — И только подозревается. — Это пока что, — положив ладони на стол, Гарри склонился вперёд. — А министр знает, — словно невзначай бросил Нотт, грустно вздыхая, — что его избранная гордость пропитала чужой кровью весь фундамент? — Ты знаешь, что это не так, — нахмурил брови тот. — Редкая, но необходимая мера. Там никто никогда не умирал. — Я могу предполагать и фантазировать столько, сколько угодно, — пожал плечами Теодор, испытующе глядя на своего собеседника. — Ты же понимаешь, если вернуться на ту сторону, то обратной дороги не будет? — прищурился Поттер и, недолго помолчав, продолжил: — Ты с таким усилием оттуда выбрался. Неужели твой дружок нашёл мотивацию, которая больше твоего желания жить нормально? — Искренне не понимаю, о чём ты, — непринужденно покачал головой хозяин «Красного стула», делая отстранённое лицо. — Конечно… — процедил Гарри сквозь зубы, зацепив взглядом почту. — Я просто буду внимательнее, — на его губах заиграла лукавая улыбка, — чтобы не обвинять никого понапрасну. Он положил документ поверх папки и потянулся за серым пергаментом. Нотт поджал губы. Остановить или воспрепятствовать этому действию он никак не мог, поэтому судорожно размышлял, насколько провокационной окажется информация внутри. Вряд ли аврор смог бы понять, что перед ним находится письмо от Клауда, даже если бы держал то в руках: псевдонимы и шифры никто не отменял. А вот Гойл не заморачивался, поскольку его послания должны были передаваться лично в руки владельцу ресторана. За чередой событий Теодор этот момент проигнорировал. И напрасно. — Это личное, — сухо бросил Теодор, когда Гарри начал вскрывать письма по одному. За недолгое затишье Нотт успел уже перебрать все статьи, за которые (в теории, конечно) мог быть привлечён. Ничего крупнее штрафа ему не грозило, но вести запланированные дела стало бы в десятки раз сложнее. По мере того, как Поттер пробегал глазами по строчкам, его лицо выражало больше удивление и смятение, нежели отвращение и самодовольство. Более того, его брови так стремительно ползли вверх, что хозяин ресторана уже подумывал вызвать колдомедиков, чтобы вернуть их на место. — Хм… — с неким смущением прокашлялся тот, кривясь в неловкой гримасе. — Ну да, действительно, личное… Он слегка брезгливо отодвинул от себя все послания, снял очки и потёр переносицу, покачав головой и пробормотав что-то неразборчивое. Теодор плохо понимал, как реагировать на такую реакцию, не говоря уж о смущении. Грегори не писал настолько искусным языком, чтобы вводить читателя в подобный ступор. Подойдя ближе к столу, хозяин ресторана наугад вытянул один пергамент и мельком пробежал по строчкам:

«Я часто представляю, как ты… 
Такая влажная и горячая… 
А потом я хочу взять твой…»

Нотт взял один из конвертов, внимательно глядя на подпись. «Чёрная Королева». Он зажмурился, потому что впервые за долгое время хотелось заржать в голос. Теодор прикрыл рот рукой, сжимая челюсть с такой силой, что та должна была треснуть. К глазам невольно подступили слёзы. Он повернул голову влево, пытаясь перевести внимание хоть на что-то, чтобы не начать смеяться прямо сейчас. Лицо Гарри, которое всё равно улавливалось боковым зрением, только усугубляло этот приступ несанкционированного смеха. — Приношу извинения, я не читал всё… — потёр шею тот, процеживая слова сквозь зубы. — Так, для общего понимания. — И как? — вдыхая глубже, поинтересовался владелец «Красного стула». — Понял? — Ну, видимо, у тебя кто-то появился, — сдавленно протараторил аврор, делая вид, что изучает документацию. Его зрачки даже не двигались, видимо, переваривая прочитанное. Теодор отметил про себя, что со стороны Грейнджер это весьма интересный ход. Скулы слегка заболели от излишнего напряжения. Всё же сохранив лицо максимально нейтральным, Нотт прошёл к своему рабочему месту, усаживаясь за стол. Вероятнее всего, за сегодняшний день это будет самое запоминающееся происшествие, если Гермиона вновь не заберётся на барную стойку или не начнет что-то открывать, или ей не захочется поиграть. «Моргана… — понимая, что все положительные эмоции связаны в основном с выходками маленькой ведьмы, Теодор откинулся в кресле, лениво наблюдая за всё ещё краснеющим Гарри. — Интересно, где именно я вляпался сильнее?» Заняться тренировкой магии ему сегодня точно не светило. Благо, с Малфоем они условились на два-три дня без убийств всего, что движется; Хиггс был занят изучением внутренней кухни «Банши»; оставалось только подобрать подручных. Преобразовать письма обратно могла только сама Грейнджер, а потому ничего не оставалось, кроме как наслаждаться весьма скучным зрелищем в виде своего обвинителя. Подобная волокита длится обычно очень долго. Нотт не исключал, что министерские работники проторчат здесь до поздней ночи. Видимо, главный аврор всё же не являлся абсолютным идиотом, потому не доверял Гермионе до конца. Сам Нотт не мог похвастаться такой стойкостью. Он непроизвольно закатил глаза, когда Гарри приоткрыл дверь, впуская в кабинет свою подчинённую. Она выглядела весьма настороженной, но быстро вернула себе хладнокровие, оценив обстановку внутри. Её умение мимикрировать под ситуацию всё ещё вызывало покалывание внутри черепа. Шастающие туда-сюда подручные Поттера сделали из кабинета проходной двор, бесконечно уточняя пометки на том или ином документе. «Идиоты — была единственная мысль, приходящая на ум спустя пару часов монотонного хоровода людей перед глазами. — Столько бесполезных телодвижений, чтобы оправдать собственные благородные потуги». — Мне всегда было любопытно, — лениво протянул Гарри, не отрываясь от папки, — насколько твои таланты хорошо окупаются… — Зависть — плохое чувство, — опираясь на большой палец, без особого интереса ответил Теодор. — Вовсе не обязательно быть Избранным, чтобы заниматься чем-то стоящим. — Вряд ли превращение чужой лжи в золото можно назвать чем-то стоящим, — пренебрежительно поёжился Поттер. — Да, здесь действительно бывают клиенты из Министерства, — приподняв уголки губ, спокойно проговорил хозяин заведения, — но нас мало интересует, что именно они обсуждают. И если проверка связана с тем, что вы обеспокоены моим обогащением, то, видимо, наши улицы стали настолько безопасными, что пришло время считать чужую прибыль. — Не все преступники так очевидны, как вам кажется, господин Нотт, — усмехнулся Гарри. — Правда? — удивлённо поинтересовался Теодор, переводя взгляд на Грейнджер. — А я-то думал, что ваши догадки не основаны на излишней одухотворенности лица. — Если бы не мисс Грейнджер, — уточнил собеседник с лёгким раздражением, — я бы сам здесь поселился. — Я бы не выдержал, если бы главный аврор вёл себя так же, — многозначительно фыркнул Нотт. — У вашей протеже очень нестандартные методы. Гермиона подняла на него испытующий взгляд, на что владелец «Красного стула» только невинно поджал губы. Она недовольно прищурилась, а затем демонстративно провела кончиком языка по подушечке указательного пальца и перелистнула страницу. Нотт прикусил щеку, придвинув к себе пепельницу. Её ничто не смущало: ни проверка, ни начальство в кабинете, ни нормы приличия. А почему тогда Теодора должно это заботить? Если маленькая наглая ведьма надеялась на его чувство такта, то в этот раз очень ошиблась. Выдыхая густое облако дыма, Нотт заметил, как она поёрзала в кресле, судорожно втянув воздух. Напряжение от прошлой ночи ещё не покинуло её организм, а потому остатки невербальной ласкающей магии сработали довольно быстро. Гарри всё так же вчитывался в строчки, не замечая, как Грейнджер закусила губу, прикрывая глаза. — Всё в порядке? — настороженно поинтересовался Поттер, когда она выдохнула с лёгким стоном. — Да, просто… — она попыталась подобрать правильные слова для объяснения, пробегаясь взглядом по полу, а затем продолжила с лёгким сарказмом в голосе: — Господин Нотт, видимо, всё ещё обеспокоен, что не выполнит обещание: не касаться меня даже пальцем. — Не стоит так буквально воспринимать мои слова, — отмахнулся Гарри, возвращаясь к чтению. — Представьте мне отчёт по расходам за последние три недели. Интересно, каким образом вы так быстро вернулись в рабочий режим после того, как здесь был крольчатник. — Какая занятная информация, — словно невзначай бросил Теодор, стряхивая пепел. Гермиона поднялась из кресла, направляясь к одному из шкафов. Еле уловимая скованность в её движениях, не укрылась от Теодора. Язык прополз от колена к внутренней стороне девичьего бедра. Она сжала деревянную дверцу пальцами, выискивая необходимую документацию. — Ваши контакты могут быть обусловлены необходимостью, — сухо отрезал Поттер, переводя на хозяина ресторана пренебрежительный взгляд, — и никак иначе. — Естественно, — улыбнулся он, пару раз коротко кивнув. — Разве я бы мог позволить себе что-то другое? Пальцы огладили кромку белья, проходя вдоль промежности. Грейнджер громко выдохнула, сжимая губы в тонкую полоску. Её грудь беспорядочно вздымалась, игнорируя попытки удержать тело в рамках приличия. Она чуть не выронила папку из рук, когда язык обвел клитор сквозь ткань. Нотт откинулся в кресле, наслаждаясь стоическим женским сопротивлением. — Передайте господину Нотту акт отказа от претензий, — хмуря брови, Гарри протянул девушке несколько листов, — и отметьте мне все транзакции за последний месяц. Она натянуто улыбнулась, но всё же направилась к столу Теодора. Он даже не пытался скрыть свой самодовольный вид, отмечая вынужденную неловкость в женской походке. Когда Гермиона повернулась спиной к своему начальнику, Нотт увидел, как она беззвучно что-то сказала, глядя ему в глаза. Судя по всему, это было что-то нецензурное. Его это только позабавило. Грейнджер небрежно положила перед ним акт, а сама принялась листать папку с отчётными таблицами расходов. — Я подпишу, когда вы закончите, — прозвучало более двусмысленно, чем он планировал, обращаясь к маленькой ведьме. — Думаю, до этого ещё долго, — негромко вставил Поттер, растягивая слова. — Всего лишь формальность. — Вы тоже так думаете? — придвигая к себе бумагу, поинтересовался Нотт. — Потому что мне кажется, сначала процесс должен быть завершён. — Конечно, — натужно ответила Гермиона, сквозь зубы. — У вас ведь нет более важных дел. — В данный момент это, — кончик языка сильнее провёл по клитору, — самое важное. Теодору показалось, что Грейнджер либо сейчас застонет в голос, либо испепелит его взглядом. Возможно, и то, и другое одновременно. По её телу пробежала мелкая дрожь, а губы приоткрылись. Она опёрлась левой ладонью на стол, обхватив край пальцами. Взяв карандаш из-под правой руки Нотта, Гермиона принялась отмечать галочками необходимые даты. Её кисть дрогнула, прочертив косую линию по бумаге, когда язык сменили пальцы, усиливая давление внизу. — Мерлин… — негромко выпалила она, сильно прикусывая нижнюю губу, обращаясь к Теодору. — Вы не могли бы мне помочь? — Незначительная неприятность, — он придвинул к себе лист, стирая полосу, и проставил оставшиеся отметины на странице. — Я не об этом… — совсем тихо сказала Грейнджер, сменив один лист на другой. — Что? — невинно переспросил Нотт. Она придвинулась ближе, склонившись к нему, и чуть не закатила глаза, когда он непонимающе пожал плечами. Теодор прекрасно всё понимал, однако момент победного ликования стоило растянуть дольше пары секунд. К тому же, он всё ещё хотел, чтобы ведьма произнесла своё желание вслух, но её упрямство по-прежнему мешало. — Прекратите, — прошипела Гермиона, мельком бросив взгляд на Гарри, полностью поглощённого макулатурой. Хозяин ресторана только отрицательно покачал головой, заметив мурашки, проступившие на её предплечье. Она зажмурилась, пытаясь сконцентрироваться, и снова беззвучно выругалась. Тонкий сладковатый запах начал пробиваться сквозь тяжёлый аромат табачного дыма, повисшего в воздухе. Нотт хмыкнул, складывая руки в замок перед собой, когда мышцы её ног завибрировали, а сама Грейнджер начала краснеть. Она написала на краю пергамента всего одно предложение и положила лист на стол перед Теодором.

«Вы можете делать то, что посчитаете нужным».

Он улыбнулся, взяв в руки карандаш из органайзера, и всё-таки решил уточнить её слова. Не то чтобы это было необходимо, просто злость маленькой ведьмы приносила какое-то странное удовольствие.

«Конкретнее».

Если бы человек мог сгореть от возмущения, то Гермиона уже наверняка бы это сделала. Венка на её шее затрепетала, а лицо исказилось недовольной гримасой. Сильно сдавив кончиками пальцев канцелярскую принадлежность, она всё-таки раздраженно нацарапала заветные слова:

«Я хочу, чтобы вы меня касались».

Его левая рука почти сразу соскользнула со стола, очерчивая внешнюю линию бедра Грейнджер пальцами. Она испуганно сглотнула. Видимо, полагала, что вынужденная капитуляция даст ей возможность вернуться к работе, а клокочущее возбуждение сойдёт на нет. Однако у Нотта были совершенно другие мысли. Его мало беспокоили нормы приличия и её смущение, когда пальцы добрались до края платья. — Простите, — открывая дверь после короткого стука, в кабинет вошла Джонсон, — там господин Финниган запрашивает личные дела работников ресторана, но я решила уточнить сначала у вас. — Выдайте ему то, что он хочет, — спокойно ответил хозяин заведения. — Мы же должны сотрудничать со стражами правопорядка. Его ладонь проползла по внутренней части ноги, устремляясь выше. Гермиона замерла и, кажется, практически перестала дышать от напряжения. Теодор прикрыл рот свободной рукой, стараясь сохранять хоть какое-то внешнее самообладание. Идея трахнуть её прямо сейчас на этом столе казалась ему всё более привлекательной. — Я бы тоже взглянул, — многозначительно произнёс Поттер, без особого интереса закрывая папку. — Не может же быть всё в полном порядке. — Ну, мы же не в Министерстве... — иронично заметил Теодор. Аврор только бросил на него осуждающий взгляд, направляясь к выходу. Грейнджер так и не проронила ни слова. Нотту показалось, что она была слишком сконцентрирована на пальцах, которые уже отодвинули мешающую полоску белья в сторону. Теодор непроизвольно прикрыл глаза, это было мокро. Слишком мокро. Во рту начала скапливаться слюна, а в голове — туман. Как только дверь захлопнулась с обратной стороны, он мгновенно поднялся с кресла, надавив Грейнджер на поясницу. Она только негромко пискнула, упираясь ладонями в деревянную поверхность. Нотт нетерпеливо задрал подол платья почти до пояса, оголяя её бедра, и проник в неё средним пальцем. Животный голод ударил в виски, сдавливая мысли. На долгие предварительные ласки не было никакого желания. Теодор хотел слышать её стоны и видеть, как она извивается от его касаний. Внутренние стенки легко и без усилий подстроились под нарастающий темп, и Гермиона издала первый протяжный стон. Как бы Нотту это ни нравилось, ему пришлось закрыть ей рот правой рукой. — Если вы будете такой громкой, — движения его кисти замедлились, а дыхание слегка сбилось, — нам придётся прервать наши маленькие игры. Она разочарованно заскулила, демонстративно придвигаясь бёдрами к нему и прерывисто выдохнула, когда сразу пара пальцев вошла в лоно. Нотт врал. Он хотел, чтобы она была громкой, чтобы сорвала глотку от криков и стонов. Он хотел, чтобы на её теле остались следы от его пальцев. Его голод только усилился от её податливости и пошлых звуков проникновения в хрупкое тело. Смазка, стекающая по его кисти, заполняла пространство сладким и концентрированным запахом, оседая в лёгких. Он не мог различить собственные ощущения, неотрывно наблюдая за тем, как её лицо непрерывно меняет эмоции: от мучительного возбуждения к блаженству. Собственная окрепшая плоть мешала, откликаясь нарастающим зудом. Гермиона прогнулась назад, сильно сдавив пальцы, двигающиеся внутри. Её дыхание замерло, а мышцы напряглись, не позволяя продолжить поступательные движения. Повисла звенящая тишина, в которой она, казалось, растворилась, выпрямляясь полностью. Теодор аккуратно извлёк свои пальцы, отводя руку в сторону, чтобы прозрачная жидкость не испачкала девушку. Правая мужская кисть опустилась на талию, помогая ей удержаться на ногах. Она откинула голову назад, опираясь затылком на плечо Нотта, и только тогда шумно выдохнула. «Сейчас она мне устроит… — усмехнувшись собственным посветлевшим мыслям, он поджал губы, осматривая труды своих стараний. — Скорее всего, меня ждёт рычащее недовольство или озлобленные взгляды». Но после нескольких минут молчания она лишь достала из волос палочку и начала убирать следы влажных приключений, даже не пытаясь отодвинуться. Рука Теодора тоже подверглась быстрой магической дезинфекции. Он удивлённо приподнял бровь, а затем отступил на полшага, помогая ей оправить платье. Затянувшаяся лирическая пауза угнетала, а отсутствие хоть какой-то реакции вводило в замешательство. Нотт отметил про себя, что у него ещё никогда так быстро не спадала эрекция, как за время этих очистительных мероприятий. — Спасибо, — мягко сказала Грейнджер, возвращаясь к датам на пергаменте. — Пожалуйста, — выдавил он, пытаясь понять, как воспринимать её слова. — Мне кажется, вы проиграли. — Да, — спокойно ответила она, поворачиваясь к нему. — Если каждый мой проигрыш будет заканчиваться подобным образом, я готова делать это регулярно. Ей понадобилась всего одна фраза, чтобы поставить его сознание на колени. Именно в этот момент Теодор наконец осознал, насколько сильно попал. Она ему не просто нравилась. Но давать своим чувственным потокам названия он сейчас был не готов. Пути обратно не было, потому что ответ после эротического порыва оказался важнее самого желания. Раздался стук в дверь. — Да? — всё так же внимательно глядя в карие глаза напротив, произнёс Нотт. — Мисс Грейнджер просят в её кабинет, — уточнила Анжелина, слегка замявшись от увиденного. — Возникли вопросы касаемо резервного счёта и его закрытия. — Вы позволите? — улыбнувшись, поинтересовалась она. — Да, — всё ещё пытаясь прийти в себя, кивнул Теодор, переводя взгляд на смущенную Джонсон. — Анжелина… — он совершенно забыл, что должен был спросить, возвращаясь в реальность окончательно. — Красные книги? — Всё в порядке, — сдержанно склонив голову, заверила она. — Мне нужна ваша подпись, ведь белый зал осмотрели и не навредили имуществу. — Конечно, — машинально переводя взгляд на удаляющийся силуэт Гермионы, он зачем-то потёр пальцы левой руки друг о друга. — Пойдёмте. Шныряющие тут и там немногочисленные сотрудники Министерства напрягали. Уже в общем зале Нотт заметил, как Финниган целенаправленно вышел на улицу, приметив там кого-то знакомого. Он подошёл к белокурой девушке, которая начала что-то быстро тараторить и слишком активно жестикулировать. — Кто это? — вглядываясь в лицо незнакомки за окном, поинтересовался Теодор. — Эм… — непонимающе протянула Анжелина, приподнимая брови. — Насколько я поняла, это какая-то журналистка. Сейчас много информационных поводов. Общественность взбудоражена, и Министерство пытается избирательно давать пищу для обсуждений. — Ну да, ну да… — задумчиво протянул Нотт, всматриваясь в черты лица за стеклом.