"— Завтра я полюблю тебя снова.. "

      Утро начинается не с приятного, ароматного и горячего чая, принесённого слугой прямо в постель на подносе, а с недовольного и угрожающего тона матери, строго смотревшей на мирно спящего сына.       — Какого дьявола ты продолжаешь так беззаботно спать, рискуя опоздать на занятия и подорвать семейную репутацию, став мерзкой не пунктуальной свиньëй? Вставай давай, мерзавец малолетний! — Руки женщины со всей силы стащили одеяло, из-за чего и проснулся Торрес младший, который от страха стал плакать.       Черновласый мальчик боялся собственной матери, это проявлялось уже после двух-трёх годовалого возраста. Он всегда убегал в противоположную сторону от женщины, что подарила ему жизнь и уже жалела об этом, видя этот страх, который она оправдывала уважением к её персоне. Да, миссис Торрес следовала принципу «Боится, значит уважает». И всегда радовалась, была горда собой, видя боязнь своего сына. Зато он был покорным, услужливым, тихим, легко адаптировавшимся под любую ситуацию и любого человека, а ещё делал абсолютно всё, что ему говорили, даже ни разу не отказывал. Одним словом, удобный ребёнок, не имеющий личность, как таковую. Но она не подозревала, что её сыночек был очень шумным, активным, игривым и инициативным, открытым и эмоциональным, даже иногда резким и слегка дерзким при лучшем друге — Марке Хитклиффе, который всегда участвовал в авантюрах своего школьного друга.       Цезарь перестал дрожать от страха, мысленно мотивируя себя мыслями о сегодняшней тайной встрече с другом, который обещал показать какое-то тайное и безлюдное местечко. В голове было столько предположений, куда они вдвоём отправятся. Но нужно вернуться в реальность и выполнять всё, что будет ему приказано, поэтому нельзя заработать проблем на свою детскую головушку. Набравшись смелости, ученик начальной школы задал вопрос, поправляя свою одежду, а затем и причёску, которая обязана быть идеальной, как и весь его внешний вид в целом.       — Матушка, а могу ли я после занятий два часика погулять в местном парке за хорошее поведение и оценки? — Его голос дрожал, но отчаянно пытался это скрывать, что весьма плохо выходило. Эта ведьма учуяла это и самодовольно хихикнула, словно одержала победу в каком-то конкурсе мирового масштаба.       — Хорошо, я тебе разрешаю, глупое дитя! Но, если ты опоздаешь хоть на одну минуту, то больше никогда не будешь гулять. Вопросы есть? — Её голос, как и всегда был полон строгости, и она ожидала определëнного ответа.       — Вопросов нет, матушка. — Покорно произнёс, наклонив голову под определëнным углом, как любила эта истеричная и требовательная женщина. Она кивнула головой, давая понять, чтобы он уже шёл в машину.       Покинув свою комнату вместе с рюкзаком и скрипкой, Цез спускался по лестнице, направляясь к выходу из дома. А водитель уже некоторое время ожидал школьника, чтобы отправиться в учебное заведение, в котором через полчаса начнутся занятия. Тогда, почему сегодня была эта спешка, хоть и времени ещё достаточно? Ученик быстро забил на этот вопрос, сразу же переключившись на мысли о шатене, который ему понравился с самой первой их встречи. Хитклифф так плотно засел в мысли Торреса младшего, который по-детски желал внимания, много внимания и объятий от объекта своей симпатии. Хотелось, чтобы всякие девочки и мальчики отстали и никогда не задирали его первую любовь. К великому счастью, он всегда успевает прийти на помощь к своему любимому Марки, которого травили абсолютно всегда. Даже один раз пытались сжечь рюкзак на футбольном поле, пока учитель отсутствовал в учительской на срочном совещании. Но внимательный латиноамериканец успел спасти чужую вещь, нагло отобрав у какой-то нерешительной шестëрки из той банды задир, даже подраться был готов. Вспоминая семейное положение, он не стал устраивать лишних проблем для своей уважаемой в обществе семейке, которой руководила мать. Если эта женщина узнала бы о какой-то драке, в которой замешан её «идеальный сын», то оторвала бы ему голову в тот же день, пока никто не видит.       ****       На удивление, этот день прошёл абсолютно спокойно в школе, никто даже словесно не оскорблял возлюбленного Торреса. Наверное, просто боялись, что черныш вновь прибежит на помощь к своей любимке и обломит весь кайф малолетним хулиганам. А сам шатен приходил на переменах к своему вечному спасителю. Просто наши голубки учились в параллельных классах из-за разных материальных положений их семей. Будь они в одном классе, то было бы легче проводить время вместе. Все десятиминутные перемены они проводили в безлюдной части коридора, где Цез сидел на подоконнике, а сам Марк был на коленях первого, довольно мурча и прижимаясь всем телом. Иногда такая близость сводила с ума и юное «совершенство» необдуманно целовало в щëку того, кого безумно хочет любить. Без разницы, взаимно или нет, но просто быть рядом и молча любить, ненавязчиво оказывая знаки внимания и искренней заботы. Маленькие ладошки в белоснежных перчатках ласково поглаживали чужие волосы, параллельно с этим массируя голову, тем самым вызывая довольную улыбку на лице младшего. Жаль, что такие моменты не вечны. Им пора идти на урок.       Выйдя из школьного здания, «идеальный» мальчишка звонит своей матери, чтобы сообщить о высших баллах по математике, французскому, литературе, а ещё отпроситься на прогулку. Немного помолчав, она даёт добро на двухчасовую прогулку, напоминая, к чему могут привести даже малейшие опоздания. Вызов завершается. А младший Торрес на радостях бежит на радостях обнимать своего друга, мирно ожидающего у ворот, и случайно целует в шею из-за неожиданной потери равновесия. Потные ладошки парня с родинками аккуратно держали за бока другого мальчика, который заметно покраснел, но отчаянно скрывал, вжимаясь лицом в плечо младшего. В таком положении они простояли несколько минут до того, как нехотя отстранились, чтобы вместе направится туда, куда хотел голубоглазый.       Между ними царила небольшая неловкость из-за того, что только что произошло. Латиноамериканец до сих пор смущался, но сейчас просто прикрывал лицо руками, глядя куда-то в сторону, но не в глаза своей любви, как обычно. А второй тоже был с красными щеками, но смотрел на первого, ожидая ответного взгляда. Они выглядели довольно комично со стороны: оба покрасневшие и оба молчат, как идиоты. Решив прервать эту тишину, старший из них начинает.       — Ты же хотел показать какое-то место, да? Давай уже пойдём? Просто, у меня время ограничено, ты же прекрасно знаешь, mi amor.       — А? Да. Точно! — Он слегка впал в некую прострацию за время совместного молчания, поэтому не сразу вспомнил про их сегодняшние планы.       Взявшись за руки, они шли куда-то, где никогда прежде не удавалось находиться нашему чернышу, который с огромным любопытством всё осматривал. Заметив скамейку, сразу же устремились к ней и удобно разлеглись вместе таким образом, что младший мальчик оказался снизу и ласково поглаживал волосы старшего, довольно мурчащего от такой ласки.       — И чем мы будем тут заниматься? Сыграем во что-нибудь? Если что, у меня есть карты. — Из кармана чëрного пиджака была вытащена целая колода игральных карт в подтверждении собственных слов. На устах Цеза появилась небольшая улыбка, он был решительно настроен на игру в карты на желания.       — У меня сейчас нет сил, чтобы во что-то играть, поэтому я пас.       — Эх, ну и зануда же ты, Марки! Я, что, зря тренировался, чтобы обыграть тебя в картах? — Недовольно фыркал и шипел мальчишка в классическом чëрном костюме, который уже слегка помялся из-за разных телодвижений и лежании сверху.       — Не зря, это останется на другой раз. Договорились, мой вредный котёнок? — Он ласково клацнул зубами прямо перед чужим носом, находившемся напротив, как бы дразня, затем первый довольно хихикает, замечая смущение и растерянность второго.       — Чего-чего? Я тебе не котёнок, запомни это. И, вообще, я могу смело откусить половину твоего лица. Да-да! Поэтому будь осторожен, оставаясь со мной наедине, хехе. — Сквозь смущение удалось игриво произнести всё это, продолжая ещё заметнее и гуще краснеть, чувствую стыд за собственные словечки и неуместные романтические, нереальные и неправильные фантазии. В этом месте правда было безлюдно и тихо, идеальное место для их совместного времяпрепровождения. Теперь следовало бы запомнить дорогу, чтобы не чувствовать себя потерянным и слепым котёнком, каковым себя считал «идеальный» школьник. Тем не менее, через некоторое время они уснули в обнимку после тяжёлого учебного дня. А проснулись уже тогда, когда стемнело. Было много пропущенных от родителей у каждого. Когда они будут у себя дома, то им сразу же поотрывают детские и миниатюрные головы. Такие мысли тревожили и пробивали до дрожи в коленях. Набравшись смелости, каждый провинившийся школьник позвонил своим родителям с извинениями за слишком долгие прогулки на улице, так ещё и без предупреждений. К великому счастью, никто из них не был наказан домашним арестом, но получили нравоучительные лекции за такое поведение. Звонки завершаются, они облегчённо выдыхают в унисон. Попрощавшись друг с другом и обнявшись напоследок, каждый направился в свою сторону.       Оказавшись дома, Цезарю предстоит повторно извиниться перед родителями за своё опрометчивое поведение и придётся соврать, что настолько сильно увлёкся игрой, а не спал в обнимку с тем, кого любил далеко не в дружеском ключе. И, вообще, их дружба оставалась в секрете от родителей, но учителя и остальные люди в курсе этого. Это очень сильно напрягало. Главное, чтобы они правда молчали, как обещали, иначе его быстро переведут в другую школу и запретят самостоятельно выходить на улицу без слуги-телохранителя. Поток мыслей прерывается стуком в дверь. Шустро поправив свою одежду, громко говорит «Входите». Отворяется дверь, а за ней родительница, которая внимательно осматривала внешний вид сыночка, её кровинушки, которая нервно поправляла галстук-бабочку. Это раздражало, поэтому она делает несколько шагов и нагло снимает тот элемент одежды, который трогал ребёнок. Эти лишние движения всегда её раздражали, он знал это, но ничего не мог с собою сделать. К счастью, гнетущая тишина нарушается виноватыми словами сынишки, который прижался щекой к холодной ладони женщина, которая ни одним мускулом не дрогнула, лишь молча ждала.       — Матушка, моя любимая матушка. Пожалуйста, умоляю, прости меня за моё непростительное и опрометчивое поведение. Я больше никогда не буду опаздывать, это могу гарантировать.       На эти слова не последовало реакции, она просто ушла, как какой-то обиженный ребёнок. Такое поведение было нормой для той, кто является биологической матерью такого растерянного мальчишки, смотревшего прямо сейчас в дверной проём, словно вслед ушедшей фигуре. И не было понятно, простили ли его или нет. Теперь до самого утра придётся гадать.       Чтобы отвлечься от негативных мыслей, он всегда берёт телефон и переписывается с Марки, который почти всегда сразу же отвечает, не заставляя ожидать. Этот раз не будет исключением, разумеется. Взяв гаджет, включает его и переходит в чат с другом, который недавно был в сети. Светлые пальцы быстро печатают классическое приветствием, а затем и вопросы про самочувствие, планы на завтра. Диалог проходит очень активно и гладко, они договорились встретиться после школы на том же месте, что и сегодня. Иногда Торресу приходилось притворяться спящим, когда кто-то из родителей или слуг подходил и открывал дверь его личной комнаты. К счастью, он умел так естественно и искуссно делать вид, что спит, ему верили. Когда кто-то уходил, то через некоторое время вытаскивал телефон из наволочки подушки и продолжал переписываться, не забывая внимательно слушать звуки шагов.       В этом время наш голубоглазый шатен тоже притворялся спящим, но в какой-то момент к нему пришла младшая сестра — Сара Хитклифф, которая желала провести время с братом, пусть уже и была ночь. Она успела увидеть, что братец сидел в телефоне, хотя он уже должен был спать в это время. Хитро улыбнувшись, девочка предложила ему вместе посмотреть мультфильмы на телефоне в наушниках за молчание о такой наглости со стороны старшего ребёнка в семье. Недовольно выдохнув, Марк соглашается и уже аккуратно тянулся к проводным наушникам, лежавшим на прикроватной тумбочке. Воткнув шнур в специальный отсек, даёт левый наушник, параллельно с этим двигаясь к стене, освобождая место для этого хитрого, но искренне довольного ребёнка. Они совместно просматривали их горячо любимый Гравити Фолз. Даже мальчишка находил в Диппере Паинсе свою родственную душу. Они бы легко поладили, исходя из очень схожего темперамента характера. Наверняка, им никогда не было бы скучно друг с другом. А Пасифика Нортвест очень напоминала ему Цезаря, и этот дуэт тоже нашёл бы общий язык. Просмотрев несколько серий и параллельно общаясь с Торресом, ложится спать, пока его сестра тихо уходит из его комнаты.