Broad stripes and bright stars

Герогазм был лучшим днём в его жизни. Несмотря на то, что Хоумлендер сбежал в последнюю секунду, Билли испытал ни с чем несравнимое удовольствие, когда наконец-то собственными руками отделал этого мудака. Десять лет назад он и представить не мог, что кожа золотого мальчика Воут лопнет под его кулаком. Собственный рот наполнялся кровью, но Билли было плевать. Он прижимал супера к полу и видел, как в его глазах плещется отчаяние. В тот момент он понял, что Бекка отомщена. Билли оставалось расквитаться только за потерянные годы жизни. Финальный этап миссии проходил по плану. А потом появился Райан. Когда тело Мэйв вывалилось с двадцатого этажа, сражение остановилось. Солдатик закашлялся, отбрасывая маску Французика в сторону, и стало ясно — не сработало. Будто услышав сигнал отступать, все попятились к выходу. Билли схватил Хоумлендера за ногу, когда тот попытался вылететь в окно. Шанс еще был. Солдатик вот-вот придет в себя и рванет, накрывая всех, кто не успел покинуть здание. Башня Воут могла бы стать их Рейхенбахским водопадом. «Бутчер и его последний поклон», лучшей смерти и представить нельзя. Вот только Райан застыл в оконном проёме, не сдерживая слез. И Билли разжал пальцы.

Госпиталь, два дня спустя

К тому моменту, как друзья оставили Билли на ступеньках, сыворотка действовала всего шесть часов. Он был уверен, что слышал хруст собственного позвоночника под ногой Солдатика, но к утру сыворотка залечила все переломы и царапины, оставив после себя только опухоль размером со спелую сливу. Глядя на снимок УЗИ, Билли не чувствовал ничего, кроме усталости. Старлайт предупредила его, чем спасла малыша Хьюи. Он не боялся умирать, только надеялся, что успеет расхлебать эту кашу за полтора года. Пытаясь уничтожить одно чудовище, он освободил ещё двух. «Кровь не водица», — приговаривал отец, в очередной раз видя Билли с бутылкой. Райан мог бы вырасти хорошим человеком под присмотром Бекки, но уж точно не теперь. Их убежище наверняка раскрыто, но Билли всегда имел запасной план. В квартире было холодно даже для подвального помещения. Похоже, Билли не закрыл окно, когда был здесь последний раз. Не удивительно: вытянутая форточка находилась под самым потолком. Кто будет тратить время на поиск стремянки, когда решается дело всей жизни. Билли разделся, кидая грязную одежду сразу в коробку с мусором, и простоял под душем чуть больше тридцати минут. Он должен был придумать, как связаться с командой, но думать не получалось. Билли заснул голым, на загаженном тараканами диване. Утром он обнаружил, что окно закрыто.

Неделю спустя

Что-то было не так. Билли почитал брошюрку о раке, которую ему выдали в больнице, и вспомнил одну из любимых мелодрам Бекки. Врачи дали ему полтора года. Значит, как минимум год он должен был жить обычной жизнью, разве что чуть чаще страдая от головной боли. На самом деле Билли превратился в желе. Руки слушались через раз, колени подгибались. Перед глазами то и дело темнело, Билли оседал на пол и просыпался, чувствуя, что задница онемела от ледяного бетонного пола. Не удивительно, что он подхватил простуду. Владелец магазинчика напротив — мексиканец, который из-под прилавка барыжил кокаином — не стал бы сдавать его властям, но Билли не мог даже дойти до двери. Сопли бежали ручьем. Почему-то они все еще были зелеными. Билли думал, что еда закончилась, пока не нашел ящик с консервами. Дата изготовления — начало августа. Билли ничего не приносил в убежище с февраля.

Три дня спустя

Кое-как совладав с простудой, Билли добрался до аптеки и потратил большую часть заначки на таблетки. Врач сказал принимать по две два раза в день, но Билли тут же проглотил пять или шесть. Утром он обнаружил на пыльном полу отпечаток мужской ноги.

Пять дней спустя

Удивительно, но сознание прояснилось. Билли снова мог держать что-то тяжелее бумажного стаканчика, поэтому слегка прибрался. Он, конечно, не такой фанат чистоты как ММ, но в этой комнатушке вполне могли зародиться разумные виды плесени. Хозяин убеждал его, что сделал ремонт, и теперь подвал подходит для жизни, хоть детей здесь расти. Билли не поверил, но согласился заплатить злосчастные двести долларов за полгода, потому что по достоинству оценил дверь. Такую выбьет не каждый супер. Когда жилище перестало напоминать место, куда приходят умирать домашние животные, Билли решил поспать. Часов шесть, чтобы ночью оставаться на стреме. Ему осталось разобраться с ещё одним дерьмом, которое он больше не мог игнорировать.

Этой же ночью

— Катись к черту, — сказал Билли, как только лег на спину. Спрятав лицо в подушку, он действительно подловил Хоумлендера. Супер застыл посреди темного подвала. Свет из форточки почти не проникал, так что было неясно, во что он одет, но извечный плащ отсутствовал. — Как ты узнал? — спросил Хоумлендер, и знакомый, пусть и ненавистный, голос принес Билли облегчение. Он встретил человека впервые после недель тишины и лихорадочного бреда. — Стал чуять, что по утрам здесь попахивает мудаками. Как ты меня вычислил? — Услышал твой голос в больнице. Из Статен-Айленда. Билли закатил глаза. Даже просрав все, что имел, Хоумлендер продолжал рисоваться перед простыми смертными. Хотелось напомнить суперу, как он дрожал от страха, распластавшись на полу, но теперь мысли о Герогазме вызывали горечь. Все могло закончиться уже тогда: Пацаны продолжили бы жить нормальной жизнью, Райан остался бы с Мэллори, а Билли со спокойной душой спился и лег в могилу по соседству с Беккой. — Райан спрашивает о тебе. Каждый день, — продолжил Хоумлендер. — Скажи ему, что я умер. Решимость Билли закончить дело развеялась, когда он понял, что даже на таблетках не может преодолеть больше одного лестничного пролета. Пацаны его примут, конечно, но лучше пусть его кости достанутся крысам, чем он позволит Хьюи выгребать из-под себя дерьмо. — Я сказал, что ты скоро поправишься. — Ебнулся? Билли резко приподнялся на локтях, отчего в глазах снова потемнело. Хоумлендер мгновенно оказался рядом, положил руку ему на грудь и придавил обратно к дивану. Его ладонь казалась тяжёлой, как шар для боулинга. «Больше не супер», — подумал Билли, скучая по временному V. Он достаточно времени провел наедине с собой, чтобы смириться с мыслью: ему понравилось быть тем, против кого он сражался. — Я вижу твою опухоль, — сказал Хоумлендер, и Билли показалось, что глаза супера блеснули бледно-красным. — Она больше, чем две недели назад. Твоему мозгу тесно в черепе, он сплющился, как дерьмо под подошвой. Ты не проживёшь полтора года. Полтора месяца, если повезёт. Скорей всего, Хоумлендер преувеличивал. Билли не слыл знатоком анатомии, но подозревал, что не смог бы связно разговаривать, имея в голове опухоль размером с кулак. Однако мысль о том, что супер разглядывает его внутренности, была интересной. Хоумлендер почти не использовал рентгеновское зрение, а мог бы моментально находить жучки и вычислять предателей, считая их пульс, как живой детектор лжи. К счастью для его врагов, в придачу к исключительной силе суперу не досталось ни ума, ни фантазии. — Тогда зачем соврал мальчишке? — в итоге спросил Билли. Билли свыкнулся с тем, что сын Бекки теперь с Хоумлендером. Райан испугался за ублюдка, спас его от Солдатика и ушел с ним по доброй воле. Похоже, дети любят родителей любыми. Билли жалел, что не стал ему отцом. — Может и не соврал. Сам решай. Билли абсолютно ничего не понимал до тех пор, пока Хоумлендер не достал из кармана синюю ампулу. — Постоянный? — спросил Билли, тщательно контролируя эмоции в собственном голосе. — Где ты его взял? — Не поверишь, но за пару дней до того, как ты притащил ко мне домой террориста, у меня был договор с Ньюман. Я отдал ей дозу и оставил одну про запас. Вдруг пригодится. — Убери от меня это дерьмо, — заявил Билли, собрав волю в кулак. Он не беспокоился о команде. Билли пал в глазах Пацанов так низко, что хуже уже и быть не могло. От собственных убеждений он отказался, когда принял временную сыворотку. Однако Билли продолжал упрямиться. Не столько из-за препарата, сколько из-за протянутой руки врага. — Придурок. Ты сгниешь здесь, и никто о тебе не вспомнит, — Хоумлендер вел себя на удивление спокойно, будто ждал именно такой реакции. — Я был в гостях у Воут, мудак. Я не хочу стрелять из жопы паутиной или что там сделала V с этими неудачниками. — Не бойся, Уильям, V24 подготовило твое тело к истинной силе. Ты ведь хочешь вернуть ее, да? — спросил Хоумлендер с придыханием, как один из тех фанатиков, которые раздавали в метро листовки своей секты. — С хуя ли? — возмутился Билли, сдерживая несвоевременный приступ кашля. — Ты ни разу не закрыл дверь. Билли не нашелся с ответом, а Хоумлендер растворился в темноте, оставив на одеяле сыворотку. Оказалось, что это не ампула. Мудак заранее набрал для него шприц.

Двадцать четыре часа спустя

Какое-то время Билли был уверен, что умер и попал в ад. Ему казалось, что кости раскалились, расплавились и обожгли мясо изнутри. Он медленно выдыхал, ожидая увидеть, как изо рта валят клубы дыма. Когда боль дошла до головы, Бутчер мечтал только о том, чтобы повернуть время вспять и смыть шприц в унитаз. Рука онемела. Билли так и не снял жгут, который затянул перед уколом. Жар разлился по венам сразу же, как игла проколола кожу. Билли старался лишний раз не шевелиться. Несколько часов спустя он обмочился, но это было меньшей из проблем. Из глаз выкатывались и испарялись на коже горячие слезы. В этот раз Хоумлендер включил свет, но Билли никак не отреагировал. Он изо всех сил сжимал веки, чтобы желтый луч не поджег груду сваленного в углу тряпья. Если здание загорится, Билли не сможет выйти. Он сильно сомневался, что сыворотка сделала из него Дейенерис Таргариен. Хоумлендер положил ему на лоб мокрый кусок ткани. Он не отжал его, как следовало, так что вода медленно стекала по вискам, заливалась в уши, пропитывала волосы и подушку. Почти сразу тряпка нагрелась от тела Билли, но все-таки на пару мгновений он получил облегчение. Хотелось отпустить какую-нибудь шутку про мамочку, но Билл вспомнил про Эдипов комплекс этого ублюдка и оставил комментарий при себе. Супер развязал жгут, и переместил безвольно свисающую руку на диван. Шприц валялся на полу. Хоумлендер с недовольством сообщил: — Ты вколол не полную дозу. — Прости, был занят тем, что пытался не сдохнуть, — съязвил Билли, вяло ворочая языком в пересохшем рту. V24 почти сравнял их силы. Возможно, ампула постоянного препарата подарила бы ему все способности Хоумлендера, но Билли отбросил от себя шприц прежде, чем вдавил поршень до упора. Он не ожидал, что формула будет так сильно отличаться от временной. Он принципиально не жалел дураков, но в этот раз все же посочувствовал всем несчастным, которые стали добровольцами в лаборатории Воут. — Воды? — спросил Хоумлендер, заметив, как он пытается облизнуть губы. — Я скорей отрежу себе член, чем стану пить из твоих рук, мудак, — ответил Билли. Как оказалось, кружка уже была у супера, поэтому он, не растерявшись, выплеснул ее Билли в лицо.