Broad stripes and bright stars

Прежде чем сделать новые документы, им пришлось подождать, пока Хоумлендер отрастит щетину для фотографии. К тому времени Билли успел дважды сходить с Райаном в мол, чтобы прикупить одежду и другие вещи перед поездкой. Хоумлендер не хотел оставаться дома и упирался как ребенок, так что пришлось напомнить ему, что по всему городу до сих пор развешаны его портреты. Поклонники складывали под них цветы и плюшевых мишек. Недавно Билли стащил с одного из таких алтарей тошнотворно-розового зайца и торжественно преподнес законному обладателю. Нормальный мужик бы за это хорошенько врезал ему по лицу или хотя бы посмеялся, но Хоумлендер задумчиво смотрел на игрушку несколько минут, как на пушистый передатчик для связи с неземными цивилизациями. Через два дня Билли нашел зайца в чемодане. Чтобы игрушка влезла, Хоумлендер вытащил термос, две пары трусов и большую пачку влажных салфеток. Билли решил, что проблемы с головой у супера посерьезнее, чем кажется на первый взгляд, и стоит воздержаться от шуток. Дважды в неделю по ночам они устраивали спарринги. Билли привыкал полагаться на свое тело, а не пушку, и заодно учил Хоумлендера драться. Как выяснилось, в Воут не предполагали, что когда-либо появится супер, хотя бы приблизительно равный по силе их любимчику, а значит, вступать в рукопашную ему не придется. На Герогазме это пришлось кстати, но в прошедшей и будущих битвах с Солдатиком Хоумлендер должен будет противопоставить ему хоть что-то, кроме банальной стрельбы лазерами. В начале тренировок Билли пытался играть в доброго профессора Бутчера, но перекошенная физиономия Хоумлендера неизменно приводила его в бешенство. Он не проиграл ни разу. Получал травмы — да. Но он привык к боли, а вот Хоумлендер чуть что превращался в плаксивую девчонку и улетал. Каждую встречу Билли ждал с нетерпением. Сегодняшним местом встречи стала парковка у заброшенного универмага. Они старались не появляться в одном и том же месте дважды, потому красно-желтые вспышки просматривались издалека. Хоумлендер бы услышал приближение посторонних, но, скорее всего, кто-то бы вычислил график их тренировок и заранее установил камеру. Было темно. Скучный белый магазинчик казался почти целым, разве что лишился пары окон и получил пару матерных граффити на стенах. Парковочная разметка сохранилась. Хоумлендер специально или случайно оставил машину на единственном месте для инвалидов. Выйдя из машины, Бутчер огляделся. Не лучшее место — за деревьями просматриваются жилые дома. Слишком близко к потенциальным свидетелям, но лучших вариантов не осталось. Они уже исколесили половину штата Нью-йорк, включая весь Статен-Айленд. Уезжать дальше было рискованно, потому что Райан ждал их дома. Пару раз мальчик ездил с ними, чтобы научиться летать на сверхскорости и стрелять глазами поточнее. Без этого было не обойтись на случай облавы, но Райан так дрожал при упоминании очередной кровавой бойни, что Хоумлендер с Бутчером оставили его в покое. — Кто-нибудь ошивается поблизости? — как обычно, уточнил Билли. Хоумлендер вытянулся по струнке и закрыл глаза. Для полноты образа ему оставалось зашевелить ушами, как послушной гончей. В такие моменты Билли хотелось надеть шапочку из фольги: если кто-то пройдет мимо, то примет их за очередную парочку конспирологов. В последние десятилетия поклонники инопланетян занимали второе место среди крупнейших сообществ США. После католиков, конечно. — В четверти мили там и там, — Хоумлендер указал пальцем сразу в две стороны. — Дерьмово. Тогда по старинке, — цокнул Билли, имея ввиду, что стрелять сегодня нельзя. Хоумлендер кивнул без особого энтузиазма. Ему доставалось сильнее, когда он не мог использовать во время спарринга ничего, кроме физической силы. Билли слегка уступал ему в мощности удара, но все еще в разы превосходил в технике. Супер снял куртку и забросил в салон любимого Хайлендера, оставаясь в простой серой футболке. Он так и не отказался от синего в своем гардеробе, но хотя бы не надевал его на выход. Бутчер остался в плаще и поманил его пальцем. — Давай. Хоумлендер встал в правильную стойку, как боксер на ринге, но ударил плохо — задержав дыхание. Билли уже несколько раз говорил, что нужно бить на выдохе, но супер тяжело усваивал инструкции. Движения он кое-как запоминал, но так и не понял, что значит «рука расслаблена в полете и напрягается в последний момент». В драке он весь превращался в комок нервов и уходил в защиту. Наверное, он до сих пор паниковал. Всю жизнь Хоумлендер размазывал по земле слабых существ, которые ничего не могли ему противопоставить. Теперь он чувствовал себя обычным и уязвимым. — Ты настолько безнадежен, что я подумываю перейти на сторону Солдатика, — попытался взбодрить его Билли, когда после пары минут тренировки супер так ни разу его и не задел. Глаза Хоумлендера предсказуемо сверкнули красным. Он перестал впадать в ярость при упоминании биологического отца, но ясно дал понять, что не даст ему уйти. Он думал, что Билли вынашивает какой-то предательский план, и кружил над ним коршуном, когда Билли в очередной раз намеревался позвонить Хьюи. Пока что он связывался с Пацанами только один раз, после выписки из госпиталя, и даже не знал, где они сейчас скрываются. Хоумлендер все же задел его — прямым ударом по корпусу. Билли не успел поставить блок и хлебнул ртом холодного воздуха. Хоумлендер прикрыл голову, но Билли сделал подсечку по его правой икре и добил толчком в грудь. Супер полетел на асфальт. Жаль, что в последние дни стояла сухая погода. Противника всегда приятнее макнуть в грязь. — Вставай, папочка еще не закончил, — пошутил Билли, и Хоумлендер облизнул губы. Взбешенный супер попытался пнуть его по уху, но Билли отступил, заставляя того покачнуться и броситься на старого врага с рыком, забывая про все наставления. Пару мгновений спустя они оба катились по земле. Хоумлендер вслепую лупил его по спине, пока Билли обеими руками вцепился в его лицо: между пальцев уже лился красный свет. — Ах ты пидор! — крикнул Билли, когда супер прокусил его ладонь. — Сам напросился… Билли уже почти ударил его коленом в пах, когда Хоумлендер вдруг замер и снова вытянулся. Завис прямо над ним, повернув голову в сторону деревьев. Чужое тело было тяжёлым и жёстким, но Билли не скинул его с себя, боясь сбить настройки «антенны». — Это А-Трейн, — не скрывая удивления, сообщил он. Уже не заботясь о чужом весе, Билли глянул в указанную сторону. Ветви не колыхались, но бегуну достаточно пары секунд, чтобы пересечь полгорода. Билли потянулся за пистолетом и выругался: все оружие осталось дома. Временный V воздействовал на гормоны, заставляя чувствовать себя всесильным и бесстрашным, но сейчас Билли понимал, что ему рано сражаться с другими суперами. Конечно, если А-Трейн один, то они могли бы… — В округе три броневика Воут. Возможно, там кто-то ещё из Семёрки. Они давно знали, что Воут наводнил город дежурными и до сих пор регулярно патрулирует округу: Солдат будто потрохами чувствовал, что они покинули штат, и часто сам присоединялся к поискам. Если в машине хотя бы часть команды и отряд агентов со спецоружием, у них нет и шанса: вот так, без плана и поддержки. Эшли выслала им личные дела новых членов команды, но прочитать отчёт — не то же самое, что увидеть супера в деле. Когда на парковке остановился А-Трейн, Билли приготовился к драке. Он напряг затылок, заставляя энергию заискриться под кожей, устремиться к голове и обжечь изнанку глазных яблок. Однако Хоумлендер среагировал быстрее и сделал то, что умел лучше всего — трусливо сбежал. Билли удивился. Не побегу, конечно, а тому, что потерял почву под ногами. Хоумлендер сунул руку ему под лопатки и рванул вверх резко, как ядро катапульты. Билли пустил уже подготовленный лазер в машину — прямо в бензобак. Она мгновенно взорвалась, уничтожая следы их присутствия. В этом не было особого смысла, потому что А-Трейн наверняка уже докладывал о них команде, но голосок в голове, которому Билли привык доверять, шептал: «Стреляй». Рядом уже должны были свистеть лопости вертолета, а снизу — лететь бронебойные снаряды. Билли высматривал их, готовясь сбивать ракеты, но ничего не происходило. Кажется, А-Трейн их не сдал. — Четырежды предатель, — рассмеялся от облегчения Билли. Только когда рядом раздался смешок Хоумлендера, он осознал, что ненавистный супер несет его по небу, приобнимая одной рукой, как когда-то держал Мэйв. — А ты не охуел? — только и смог вымолвить Билли. Он опустил глаза. Он никогда не боялся высоты или самолетов, но прежде ему не приходилось болтаться над городом без всякой защиты в руках бывшего врага-психопата. — Я спас тебе жизнь, — самодовольно ответил Хоумлендер, быстро позабывший, что только что чуть не обделался от страха. — Следи за дорогой! — прорычал Билли, все же обхватывая его в ответ, когда супер в темноте чуть не налетел на сраного аиста. С высоты птичьего полета Статен Айленд походил на огромную вывеску ночного клуба. Черная вода как ленточка отделяла остров от Бруклина и Нью-Джерси. Вдоль дорог оранжевым светом искрились бесчисленные фонари. На окраинах горело не так много окон, но высотки в центре города почему-то охватывала синева. Лампочки зажигались и тухли то там, то здесь. Живая карта простиралась далеко под ногами. Наверное, поднявшись чуть выше, можно было охватить взглядом все США. Пролетая над Тайм-Сквер, они зависли на месте. Волоски на оголенных руках Хоумлендера встали дыбом, но он не жаловался на холод. Перехватив взгляд Билли, он сказал: — Люблю этот вид. — Неси меня домой, эстет хренов, — из принципа огрызнулся Билли и разозлился на себя еще сильнее, потому что теперь слово «дом» означало для них одно и то же.

Неделю спустя

Вычислили один раз — вычислят снова. Они избавились от машины, но все еще могли попасться на глаза кому-то, кто узнал бы их даже с новой внешностью. К тому же, хронический предатель А-Трейн мог в очередной раз передумать. На следующее же утро они взяли новую машину — красный Хайлендер, этот мудак неисправим — и решил поехать в случайное место: туда, куда Райан укажет на карте страны вслепую. Мальчик ткнул посредине, и меньше чем через двое суток они сняли мотель в Айове. Хоумлендер, конечно, считал, что заслуживает президентского люкса, но бывший агент ЦРУ решил не светить поддельными документами в приличном заведении. Только забегаловки, только наличные. — Добрый вечер, господа! — радостно воскрикнула старушка за стойкой регистрации. Лицо было не таким уж сморщенным, но брови и неаккуратная копна волос — снежно белые, как у Санта-Клауса. Райан тут же улыбнулся ей, будто нашел давно потерянную бабушку. Хороший знак: с Мэллори Райан научился лучше разбираться в людях. Однако это умение все еще не распространялось на Хоумлендера. Билли молча достал водительские права из их единственного чемодана. За время поездки на его лице успела отрасти черная щетина, так он был не уверен в своей маскировке и надеялся, что у старухи с возрастом село зрение. — Та-а-ак, — протянула администраторша, достовая очки из нагрудного кармана. — Мистер и мистер Сондерс, я полагаю? Толстые линзы придали ей глупый и невинный вид, но Билли все равно захотелось ударить женщину. Он вспомнил спор, который разгорелся у них перед оформлением документов. Хоумлендер сказал, что должен носить одну фамилию с сыном, а Билли имел на нее права, как муж Бекки. Райан уговорил их называться братьями. Ну конечно, в это не поверил бы никто, кроме ребенка. — Да. А я Райан, — мальчик протянул руку, когда молчание затянулось. — О-о-о, рада познакомиться, — ответила старуха, протягивая тонкую сухую кисть. — Мы устали с дороги, — поторопил ее Билли. Это был один из самых неловких моментов за сорок лет его жизни. — Конечно-конечно, — сказала она и стала медленно тыкать по клавиатуре указательным пальцем, вбивая данные. — В этом сезоне мало туристов. Я дам вам двухместный номер и комнату мальчику — в подарок. Старуха подмигнула Райану и достала из-под стола карамельку в шелестящей обертке. Судя по количеству ударов по клавишам, она не внесла еще даже фамилию, разыскивая каждую букву по полминуты. Билли пытался составить предложение без мата, когда Хоумлендер вдруг подал голос: — Это очень щедро с вашей стороны, — он улыбнулся слащавой улыбкой, которую обычно дарил фанатам. — Да, спасибо! — закивал Райан. Билли проглотил просящиеся на язык оскорбления, осознавая, что в кой-то веки его раздражение не оправдано.

Два дня спустя

Хоумлендер спал на полу в комнате Райана. В течение дня они изучали скудные окрестности Айовы, по большей части состоящие из полей и деревень. Вечером Билли ужинал с ними где-нибудь на виду у любопытных местных, включая старуху со стойки регистрации, но старался как можно больше времени проводить за расследованием. На глазных яблоках уже выпирали тонкие красные прожилки, но Билли тщательно изучил информацию о Заре. Подводный переслал им не только полное досье на новых членов Семёрки, включая псевдо-Нуара, но и папку с текущими делами. Кажется, Солдатик боялся, что новая суперская секта будет угрожать пошатнувшейся власти Воут. Стоило съездить в Калифорнию на разведку. Билли закрыл ноутбук и потер глаза. Взгляд то и дело устремлялся на мобильник. Он до боли в висках хотел наконец узнать, что случилось с Пацанами, но боялся связаться с ними после всего случившегося. Оправданий не было. Все, что сделал Солдатик, на его совести. А теперь, как будто одного сговора с супером-психом было мало, Билли играет в счастливую семейку с его сыном и внуком. ММ будет в ярости. Устав от неопределенности, Билли все же набрал заученный номер. После третьего монотонного гудка он занёс палец над экраном, чтобы сбросить вызов, но тут раздалось усталое: — Алло? Билли сглотнул. Если он цел, значит, живы и все остальные. Невозможно представить, чтобы Малыш Хьюи бросил друзей в беде. Хорошие мальчики всегда умирают первыми. По сути, Билли уже узнал, что хотел, но… — Ало? — мягко повторил Хьюи. Не так, как рявкают на надоедливых рекламщиков и мошенников, которые молчат или громко дышат в динамик. В его голосе звучала надежда. Месяцы спустя он все ещё ждал. — Соскучились по мне? — выдавил из себя Билли. Ему снова вспомнился Ленни. Наверное, после его ухода брат также сидел у телефона, тогда ещё стационарного, и ждал, когда раздастся трель и подпрыгнет трубка. Билли только и умел, что разочаровывать. — БОЖЕ! — вдруг закричал Хьюи так громко, что заболело ухо. — БОЖЕ! ЭЙ, ВСЕ СЮДА, ЭТО БУТЧЕР! Я так рад, что ты ещё жив! В его голосе почти слышались слезы. Пока Бутчер нянчился с Райаном и перебрасывался оскорблениями с Хоумлендером, друзья думали, что он загибается от рака в какой-то подворотне или уже сдох. Что ж, если бы не помощь заклятого врага, то так бы и случилось. — И вы не бедствуете, как я слышу. Хорошо без меня, предатели? — пошутил он. — Узнаю ста’ого Бутче’а! — сказал Французик. — Живучий ублюдок! — восхитился ММ. — Говно не тонет, — пробормотала Старлайт себе под нос так, чтобы все слышали. — Мы так рады тебя слышать! — подытожил за всех Хьюи. — Когда ты вернешься? Мы тут нашли… — Воу, полегче, приятель, — перебил Билли. — У меня есть дело для вас. Он не мог позволить себе простой обмен любезностями. В новостях уже два месяца не появлялось ни одного дохлого супера. Похоже, ребята бесцельно затаились или копали под Солдатика. Билли, как и Хоумлендер, считал, что умнее переждать бурю и поохотиться на мелких рыбёшек. Не только они потерпели фиаско в башне. Солдатик раскидал их как детишек, но не бросился в погоню, потому что ему тоже неслабо досталось. Он побывал на волосок от очередного позорного плена и теперь зазывал на службу суперов со всей Америки. Компания дарила «героев» городам, бизнесменам, корпорациям. Каждое исчезновение супера или разоблачение его грешков будет расшатывать и без того не прочное положение Солдатика. Судя по действиям А-Трейна, Подводного и Эшли, при Хоумледере Воут переживал еще не худшие времена. — Да… — растерялся и явно расстроился Хьюи, но все же взял себя в руки. — В Вермонте есть один парень, Слайдер, ходит сквозь стены. Днем помогает доставать детишек из пожаров и котят из водостока, а ночью забирается в дома богатых ублюдков и ищет компромат. Разберётесь? — Мы что, его подчиненные? — хмыкнула Старлайт, ожидая встретить поддержку, но ребята промолчали, а Хьюи залепетал: — Конечно, да, мы как раз здесь неподалеку! — Что ещё ти о нем знаешь? — спросил Французик, но тут на Билли упала тень от зависшего в проеме Хоумлендера. — До связи, — бросил он и отключился, потому что не видел супера таким злым ни на одном из их спаррингов. Честно говоря, Билли вообще никогда не видел его злым. Хоумлендер обладал яркой мимикой: на его лице за десять минут могли отразиться обида, зависть, бессильное отчаяние, страх, отвращение, раздражение и бессчётное количество других эмоций, но никогда прежде супер не впадал в тихую ярость. — Какого черта ты тут забыл? — спросил Билли и напрягся, когда супер деликатно закрыл за собой дверь. — Вы с Райаном пошли на ранчо. — Пошли. Но я услышал, как ты общаешься со своими друзьями, — Хоумлендер говорил подозрительно ровным, почти вкрадчивым, тоном, как обманутая жена, которая прячет за спиной сковородку. — Подслушал ты, а не услышал, пиздабол. С хера ли ты решил, что я буду перед тобой отчитываться? Заигрался в папочку? Мускул на щеке у Хоумлендера заметно дернулся. Он опять стал походить на бульдога, но в худшем его проявлении. С такой же мордой Террор в свои лучшие годы разодрал соседскую кошку. Билли сглотнул. «Подеремся — и все пропало», — понял он. Если Хоумлендер не будет сдерживаться — а в таком состоянии он точно не будет — они разнесут мотель и всю округу: от лазеров сухая трава вспыхнет, и пожар растянется на много миль вокруг. Райан попытается их разнять и, как это было с Грозой, случайно превратит в два свежих стейка. Солдатик воспитает внука уродом под стать себе и вычислит Пацанов по последнему номеру в мобильнике. — Не кипятись. У меня все под контролем, — пошел на попятную Билли, но этого было уже недостаточно. Хоумлендер схватил его за шею. Движение было сверхбыстрым, неразличимым для глаз обычного человека. Супер десятки раз душил его на тренировках, но впервые Билли показалось, что ещё немного и глаза выкатятся наружу. С ошеломляющей ясностью он понял, что не только ему нужно изучать границы собственных способностей. После Герогазма, сражения с Солдатиком и тренировок, Билли думал, что Хоумлендер лишь слегка сильнее него. Теперь супер чуть не размазал его, даже не прилагая усилий. — Джон, — прохрипел он, вспоминания уроки психологии со времен академии. Пелена ярости, действительно, спала. После долгого взгляда исподлобья Хоумлендер разжал пальцы. Остатки гордости не позволили Билли рухнуть на пол: он извернулся и в последний момент плюхнулся на кровать. Руки дрожали. Дело не в нервах — простая реакция организма. Билли втягивал воздух с усилием, будто его трахея сложилась в журавлика-оригами. Между вдохом и выдохом, казалось, проходила вечность. Перед глазами плыли черные пятна. Билли скорее почувствовал колебания воздуха, прежде чем увидел, что Хоумлендер опускается перед ним на колени. «Будет молить о прощении?» — промелькнуло в голове, но на самом деле Хоумлендер положил голову ему на бедро, как виноватый щенок. Билли бездумно погладил короткие волосы. — Я никуда не уйду, но нам нужна помощь, — пояснил Билли. Он в очередной раз убедился, что с Хоумлендером, каким бы ублюдком он не был, лучше сражаться на одной стороне.