Broad stripes and bright stars

Хьюи дважды проверил вещи в чемодане. Возможно, в доме нашлась бы одежда для каждого, но Энни решила, что в обносках из прошлого десятилетия они привлекут лишнее внимание, поэтому заказала экспресс доставку в магазине. Французик возмущался, что классические джинсы не в его стиле, но в Питтсбурге не нашлось ничего похожего на его обычный гардероб. Все остальные просто были рады отовариться за счёт Бутчера. Хьюи так и не спросил, откуда у него деньги. На импровизированном собрании было решено, что фургон останется у Кимико. Точнее, так сказал Хоумлендер. Ребята, конечно, не собирались действовать по указке супера, но это был единственный раз за два часа, когда он сказал хоть слово. О причине упрямства они узнали только на следующий день. — Это что, Хайлендер? — усмехнулся ММ, как только красный кроссовер выкатился из гаража. Хьюи с трудом угадывал марки машин по их значкам и тем более не разбирался в моделях. Автомобиль выглядел простым, семейным. На приборной панели качала головой белая собачка, похожая на Террора. Хоумлендер за рулем казался совсем не угрожающим, несмотря на выглядывающие из-под рукавов футболки крепкие мышцы. — Si peu d'espace! Как мы будем спать? — возмутился Французик, привыкший заворачиваться в спальный мешок в углу кузова. — Это тебе не дом на колесах, — буркнул ММ. — Выспишься, когда Солдатик сдохнет. Никто не решился сообщить ММ, что Бутчер принял сыворотку. Возможно, он догадался сам. ММ только злобно хмыкнул, когда узнал, что большую часть вопросов обговорили без него. По его лицу было видно, что самый ненавистный человек в команде отныне не Хоумлендер, а Бутчер. Хьюи мог понять его логику: к исправившемуся врагу испытываешь гораздо больше теплых чувств, чем к другу-предателю. — Зато ее не будут останавливать, — оптимистично заявил Хьюи. — Выглядит не так подозрительно, как фургон. — Да, — согласился Бутчер. — Нас за полгода ни разу не тормознули. На улице он ходил только в солнечных очках. Без бороды и в новой, хоть и похожей по стилю, одежде, Хьюи узнавал его через раз. — Но как же мы разложим наши весчи! — не унимался Французик. — Вы просто никогда не ездили с труппой по фестивалям, — ответила Энни, завязала волосы на макушке и закатала рукава. — Сейчас разберусь. Дополнительный ряд задних сидений был опущен, так как раньше Хоумледеру, Бутчеру и Райану хватало основной части салона. Энни быстро добавила еще три места и разложила оружие, одежду и еду так ловко, будто участвовала в чемпионате по Тетрису. В итоге рядом с вещами осталось пространство для одного человека. ММ вызвался занять этот угол. Бутчер ожидаемо плюхнулся на пассажирское рядом с Хоумлендером. Французик и Энни успели крикнуть, что сядут у окна. Хьюи пришлось втиснуться между ними и следующие двенадцать часов он ощущал, как Хоумлендер поглядывает на него через зеркало.

Иллинойс, одиннадцать часов вечера

Хоумлендер и Бутчер сменились на границе очередного штата. Они ничего не покупали в придорожном магазинчике, только заправили машину, размяли ноги и воспользовались туалетом. Французик просил остановиться у какого-нибудь кустика каждые два-три часа, а Хьюи терпел, боясь, что в этот раз Хоумлендер пойдет вместе с ним и соврет что-нибудь про несчастный случай. В кабинке он застонал от облегчения и тут же услышал глумливый смех Бутчера. В машине супер вырубился сразу же, как приложил голову к стеклу. Его хваленой выдержки хватило только на то, чтобы двенадцать часов гнать машину, периодически поедая батончики и посасывая молоко из коробки через трубочку. Заняв водительское сидение, Бутчер отрегулировал его под себя и включил музыку. Артист завел странную, полудетскую песню, но Бутчер не переключился на другую волну . Хьюи покосился на Хоумлендера и шепотом спросил: — А он не проснется? — Не-а, — отмахнулся Билли. — Он как сурок. Можешь его даже ударить. — Нет-нет, я не хочу, — почти в панике крикнул Хьюи и зажал себе рот рукой. Энни закатила глаза. Страх перед Хоумлендером раздражал ее также, как и слепая верность Бутчеру, но Хьюи не мог ничего поделать ни с одним, ни с другим. Честно говоря, он не очень боялся супера, когда они были врагами. Тогда Хоумлендер почти не замечал его, уделяя все внимание Бутчеру. Теперь же, во время перемирия, Хьюи удостоился его персональной ненависти. — Смотрю, ты хорошо его узнал, — подал голос ММ. Первую четверть пути Хьюи провел в полудреме из-за тишины, несмотря на яркое солнце и целые сутки отдыха. Теперь он отсидел себе все, что только можно, но взбодрился. Пацаны, не сговариваясь, ждали, пока не останутся в относительном уединении впервые с момента встречи. Если Хоумлендер действительно спал, то не подслушивал. — Мы на два раза исколесили половину Америки, — нейтрально ответил Бутчер, держа на руле только левую руку. — С Г’айаном? — спросил Французик и, дождавшись кивка, смущенно продолжил. — Какой он? Кимико в безопасности? — Пф. Он ребенок, а не Джек Потрошитель, — искренне возмутился Бутчер, будто у них было основания беспокоиться о сыне Хоумлендера, который одним выстрелом убил мать и превратил Грозу в инвалида. Веселая песня закончилась. Из динамика донеслось несколько мужских голосов, которые зачитывали что-то трагичное о тщетных усилиях. . Хьюи считал, что им и так хватает безнадежности. Он хотел нажать на кнопку переключения, но не решился: для этого пришлось бы отстегнуть ремень, втиснуться между двумя передними сидениями и, возможно, упасть кому-нибудь на колени во время неудачного поворота. Хьюи, конечно, предпочел бы падать на Бутчера, но судьба бывает жестокой. — Так что произошло? — не успокаивался ММ, и высунулся между подголовниками, чтобы видеть Бутчера. — Он нашел меня, — не показывая абсолютно никаких эмоций, признался Бутчер. — Я должен был спрятать Райана, сами знаете. Меня на всех не хватит. — Ты хотел сказать "не хватит на вас"? Бутчер резко обернулся. Трасса была пустой, но фары освещали участок не больше двухсот метров впереди. На случай, если на них вылетит пьяная компания на неуправляемом джипе, Хьюи хотелось бы, чтобы Бутчер следил за дорогой. Вот только он не смог сделать ему замечание. К счастью, Бутчер одумался и сам. Он слегка подвинул зеркало, направляя на ММ, и Хьюи убедился — до этого Хоумлендер пялился не на едущие сзади машины, а исключительно на него. — Вы уже взрослые мальчики, — в итоге возразил Бутчер, наверное, кое-как составив предложение без оскорблений и взаимных обвинений. — Но нам не помешал бы еще один супер, — сказал ММ и, когда Хьюи вылупил на него глаза, добавил. — Я не дебил. Я видел тебя таким — после V24. Ты сразу это планировал, да? Когда принял пятую дозу. Зачем бояться рака, если в запасе есть постоянный V. Машина подпрыгнула на невесть откуда взявшейся кочке. Может, на асфальте валялась толстая ветка. Или труп животного. Музыка сменилось на «Наслаждайся тишиной». Эту песню Хьюи хорошо знал. И он бы сейчас с радостью понаслаждался, но его друзей отделяли от драки только два ряда спинок автомобильных кресел. — У меня не было планов. Я хотел убить Хоумледера и спокойно сдохнуть. Когда вы бросили меня, я думал, что есть еще полтора года. А потом у меня остался месяц. Я гнил в подвале, а он принес V, — Бутчер взглянул на Хоумлендера и положил вторую руку на руль. — Я не боюсь умирать, ММ. Я остался, чтобы убрать за собой дерьмо. ММ скрестил руки на груди и сжал губы. Кажется, такой ответ его устроил. Больше никто не разговаривал. Остаток пути Хьюи слушал музыку, и песня про друзей оказалась именно тем, что ему нужно.

Канзас, полдень

Поля-поля-поля. Хьюи готов был целовать асфальт, когда они наконец-то въехали в крупный город. Бутчер заранее проложил маршрут по пустынным дорогам, где нет камер и любопытных глаз. Им пришлось остановиться в трех мотелях на разных концах города. Даже если Пацаны находились под слежкой с самого Массачусетса, Воут не доберется до всех. Эту идею предложил Хоумлендер, хотя, возможно, он просто хотел отдохнуть от их присутствия. На ресепшене их встретила девушка в клетчатой рубашке, подвязанной узелком под пышной грудью. Хьюи так растерялся, что забыл свое поддельное имя и молча протянул права. Свет в помещении моргнул. Хьюи чувствовал, как сильнее и сильнее сжимаются пальцы Энни на его руке. — Проходите наверх, первая дверь, — сказала девушка, не заметив напряжения между гостями. Как только они остались наедине, Хьюи зажмурился, ожидая, что Энни устроит ему хорошую встряску, но она молча открыла дверь, бегло осмотрела комнату, сдернула с кровати зеленое в цветочек покрывало. Хьюи неловко топтался в коридоре, но вскоре не выдержал и выпалил: — Она мне совсем не понравилась! — Что? — вскинула голову Энни, прежде чем вздохнуть. — Боже, Хьюи, я не запрещаю тебе пялиться на чужие сиськи. — Да? — недоверчиво спросил он, вспоминая, как сам сходил с ума, видя свою девушку рядом с Суперсоником. — Ты что, совсем меня не ревнуешь? Он сел на старомодный деревянный стул с мягкой сидушкой. Одна ножка была чуть короче других, и ее подпирало тоненькое издание повести «О мышах и людях». Что ж, похоже, Канзас — не самый читающий штат Америки. Хьюи с сожалением поглядел на книгу, но в итоге оставил все как есть. — Я тебе доверяю, — успокоила его Энни. — Но раз уж ты заговорил о ревности, то постарайся не злить Хоумлендера. — Причем здесь ревность? — не понял Хьюи, почесывая отросшую рыжую щетину. — Ты думаешь, что… Что ты все еще ему нравишься? Желудок ухнул вниз. Перед глазами снова появилась красочная сцена телешоу, где Энни по собственной инициативе поцеловала Хоумлендера под десятками прожекторов и телекамер. Конечно, он старше и тот еще псих, но вдруг… — Хьюи. Стоп. Возьми мысль, которую ты сейчас думал, и выбрось ее из головы. Хьюи в шутку «вытащил» образ тремя пальцами и отправил в окно. Видимо, его последующая улыбка получилась неубедительной. Энни села на край кровати и взяла его ладонь в свои. После полугода скитаний она стала стричь ногти под корень. Кожа немного загрубела, потому что в их последнем убежище не было стиральной машинки, но Хьюи все еще думал, что у нее очень красивые кисти. Все остальное, впрочем, тоже. — Тогда о чем ты? — спросил Хьюи. Воспоминания о месяцах, проведенных в бесконечных ссорах, секретах, сомнениях, вызывали у него в животе неприятное чувство. — О Бутчере, — сказала она и, выждав немного, недоверчиво добавила. — Ты что, правда ничего не заметил? Хью-ю-юи! Энни отбросила от себя его руку, встала и прижала пальцы к вискам. Сквозь открытое и незашторенное окно доносились радостные детские крики. Ребятня игралась на площадке, скатываясь с горок и забираясь на одну качелю по трое. В отличие от Нью-Йорка, где дети с младенчества брали в руки айфон, эти еще не совсем забыли об играх. Хьюи невольно подумал о Райане. Он опасался этого мальчишку, но Хоумлендер, Бутчер и даже Кимико относились к нему нормально. Будто забывали о скрытой в нем силе. Хьюи не мог игнорировать это, потому что однажды побывал в приюте для суперов. Может, эти малыши и не были злыми, но они далеко не всегда контролировали свои способности. Хьюи беспокоился за детей в его школе, за этого несчастного хвастуна Мартина, учителей, пожилых соседей, случайных прохожих. Бутчер ведь тоже считал всех суперов потенциальной угрозой. Хьюи не мог понять, как он на это согласился. Еще полгода назад Бутчер заботился о мальчике, но уж точно его не любил. — Райан считает, что у него два папы. Бутчер вроде как… усыновил его? — подал голос Хьюи. — Он не хочет убивать Хоумлендера. Кажется, им хорошо жилось, пока мы не приехали. Энни обернулась и оценивающе посмотрела ему в глаза. Конечно, в прошлый раз, когда она намекнула на «счастливую семейку», Хьюи все яростно отрицал. Однако теперь, проведя с этими двумя несколько дней подряд, он признал ошибку. Бутчер не слишком скрывался. Избегал личных разговоров — определенно, но действия говорят больше, чем слова. В машине Хьюи на секунду показалось, что Бутчер хотел положить руку не на руль, а на колено Хоумлендера. — Я думала, что ты еще на стадии отрицания, — по-доброму улыбнулась Энни. — Тогда, если ты понял, не зли его. Хоумлендер поджег трейлер Грозы, когда она опоздала к нему на свидание. И следил за девушками Мэйв еще много лет после того, как они расстались. — Это ужасно! — охнул Хьюи. Он не по наслышке знал, что такое ревность, но все же, не пытался навредить ни Энни, ни Суперсонику. — Это Хоумлендер, чего ты ожидал. Но раз нам от него не избавиться, пусть хоть поможет убить Солдатика. Думаешь, Бутчер справится с ним? — Да, — сказал Хьюи. Это единственное, в чем он был действительно уверен.