Broad stripes and bright stars

За время их отсутствия в Нью-Йорке башня Воут успела превратиться в Алькатрас. Компания выкупила несколько соседних зданий, чтобы обнести забором большой квадрат земли. Новые помещения заполнили лаборатории, компьютерные центры и, конечно же, системы слежения. Количество вооруженной охраны увеличилось втрое — Солдатик нанимал людей за счёт денег, сэкономленных на промоушен. Энни объяснила, что такими темпами через пару лет суперы могут превратиться из американских кумиров, затмивших голливудских звезд, в элитный спецназ. Суперспособности вызывают куда меньше восхищения, если целый день не крутить Семерку по телевизору и забросить соцсети. Солдатик, родившийся в начале прошлого века, так этого и не понял. К счастью, Ной все-таки подобрал их на вертолете. Вживую он выглядел еще неприятнее, чем на фотографии, но выяснилось, что Ева много лет знает Фейерверк и Сестру Сейдж. Она собралась если не переманить их на свою сторону, то хотя бы удержать в стороне от драки. — Quel cauchemar! Какая отв’атительная фо’ма! — возмутился Французик, рассматривая черные пуленепробиваемые костюмы, которые Ева стащила из штаба Зари. — Дареному коню в зубы не смотрят, — осадил его Бутчер, хотя ему-то форма не требовалась. Мясник не был бы Мясником, если бы не надел на главную битву в их жизни рубашку с гавайской розой и любимый плащ. — Да ты только посмот’и! — не унимался Французик и развернулся спиной. — В этик штанак моя задница совсем плоская! — Мы можем обсудить что-то поважнее задницы Французика? — скосил глаза ММ, который давно оделся и второй час натирал до блеска пушки с отсутствующим выражением лица. — Я п’осто кочу уме’еть к’асиво! — Отставить умирание! — рявкнул Бутчер, заставив тоненькую бледную Еву подскочить. — Сегодня подохнет только Солдатик и те придурки, которые встанут у нас на пути. — В этот г’аз с нами даже нет Кимико и Г’айана, — пробурчал себе под нос Французик. Кажется, он действительно готовился умереть и жалел, что напоследок не увидел свою девушку. Хьюи прекрасно понимал его чувства и тут же взял Энни за руку. Поджилки тряслись, но он через силу улыбался. — Насколько же вы жалкие, если боитесь драться без моего сына, — ответил ему Хоумлендер. Он тоже был в своей одежде. Из всех суперов только Энни облачилась в костюм Зари, который на самом деле был вполне удобным. В конце концов, они решили напасть ночью. Черный — самый подходящий цвет. Почувствовав, что атмосфера накаляется, Ева бочком попятилась в кабину к Ною. Он не вышел к ним, хотя давным-давно посадил вертолет. Не особо верилось, что с этих двоих будет толк, но хотя бы калифорнийский маневр удался. Солдатик не поскупился и послал на другой конец страны сразу три спецотряда. Если Подводный заблокирует двери, в башне им вообще не повстречаются агенты. У них будет около десяти минут, прежде чем нагрянут дежурные, полиция и все остальные. Когда ноутбук пискнул, Хоумлендер и Бутчер чуть не столкнулись головами, чтобы заглянуть в него. — Эшли пишет, что все в силе. Пересменка в час ночи, Подводный захлопнет их, когда все соберутся. А-Трейн займется Нуаром и выманит Солдатика на улицу. — Он трижды предатель, — напомнила Энни и презрительно скривилась. Она простила смерть Суперсоника Хоумлендеру, но не А-Трейну. — Он как струя мочи — летит туда, куда дует ветер, — кивнул Бутчер, — но выбора у нас нет. Солдатик окопался в башне, нам не выгодно биться в четырех стенах. — Да, а то кое-кто не сможет унести ноги, — Энни скосилась на Хоумлендера, который в прошлый раз покинул поле боя первым, вылетев через окно. — Без него нам Солдатик и руки, и ноги поотрывает, после того что мы сделали: уносить нечего будет, — вдруг вступился Бутчер, и Хоумлендер бросил на него такой удивленный и полный обожания взгляд, что Хьюи стало неловко. — Все помнят свои роли? Пацаны согласно загалдели. Хьюи кивнул дважды: вместе со всеми и потом, встретившись глазами с Бутчером.

***

В свете фонарей башня поблескивала, как металлический жезл. Никаких следов разрушения после прошлой драки, хотя Хьюи прекрасно помнил и зияющую дыру в стене, и выемку на асфальте, куда свалилось тело Мэйв. Он больше не обладал силой и не так уж хорошо обращался с оружием, так что ему пришлось стоять на стреме: следить за взломанными Подводным камерами и связываться с командой, если поступят сообщения от Эшли или Ноя. Он обещал Энни, что поднимется на верхний этаж соседней высотки, но на самом деле ждал в переулке, всего в паре десятков метров от грядущей бойни. Он надеялся, что врет ей в последний раз. Все началось ровно в час ночи. Бутчер стоял около черного хода один. У них были планы А, Б, В, полное Г и даже Да-пошло-оно-все-нахуй, что немного успокаивало. И хотя ни одному плану не суждено сбыться, если Солдатик ударит сразу, а не согласится поговорить, Бутчер утверждал, что это не в его характере. Все-таки Хоумлендер пошел в отца — эти двое любили не только побеждать, но и красоваться. Приближение А-Трейна было почти незаметным: только пыль взметнулась наверх, и около Бутчера уже материализовался синий костюм. Хьюи утер пот со лба. — Получилось? — спросил Бутчер, озираясь. Он верил А-Трейну не больше, чем Энни. — Да. Я уговорил его войти в камеру, где держали Мейв. Новый Нуар еще тупее старого, — отчитался А-Трейн и передал Бутчеру маленький плоский коммуникатор. — Хорошо. Иди на позицию, — скомандовал Бутчер и, как только А-Трейн исчез из виду, нажал на кнопку. Около минуты ничего не происходило. Хьюи расстегнул куртку до половины: воротник душил. Дело то ли в костюме, то ли в том, что от страха у него парализовало легкие. — Алло? — наконец, донесся из передатчика сонный и явно раздраженный голос Солдатика. — Че тебе надо? Благодаря наушникам, все участники операции слышали то же, что и Бутчер. Он ожидаемо не ответил, а настучал пальцем номер выхода, ведущего на наружную парковку. Подводный рассказал, какие команды использовал немой Нуар, чтобы общаться с Семеркой. К счастью, Солдатик доверял ему, по факту превратив в личного телохранителя. — Будь ты проклят! — выругался Солдатик и чем-то загремел на фоне. — Это срочно? Бутчер, выждав паузу, ударил один раз. В ответ из устройства вырвался поток брани, после чего передача прервалась. Оставалось надеяться, что Солдатик спустится, а не завалится обратно в кровать. Хьюи просидел на корточках минут двадцать, так что было самое время размяться — потом возможности уже не будет. Он жалел, что не написал прощальное письмо для папы. Хьюи не давал о себе знать с тех пор, как пустился в бега, чтобы не навлечь проблем. Его родственников, старых друзей и даже бывших одноклассников и так опрашивали по нескольку раз. Солдат гонялся за ними с пеной у рта. Страх снова оказаться в плену сводил его с ума. — Придурок, да чтоб ты провалился, если это ерунда, — сходу заговорил Солдатик, открывая дверь. — Не стреляй, я пришел договориться, — тут же заявил Бутчер и поднял руки, прежде чем Солдат понял, что происходит, и сформировал в груди залп. — Я без оружия. Я расскажу, где остальные. Был босой, одетый в банный халат. Он только проснулся и, наверное, основательно накурился вечером. Моргнув несколько раз, он отпустил ручку, и дверь захлопнулась с оглушающим стуком. — Хоумлендер жив, — добавил Бутчер, чтобы сделать предложение более привлекательным. Это подействовало. Медленно и недоверчиво, на всякий случай сжав кулаки, Солдатик спустился с короткой лестницы, не создав ни единого красного всполоха. Видимо, ему легко было поверить, что Бутчер опять решит сговориться с ним против Хоумлендера, пусть даже предав друзей. — И что ты хочешь взамен? — спросил Солдатик, медленно приближаясь. — Как всегда — его голову. И полмиллиона долларов за моральный ущерб, — легкомысленно ответил Бутчер, и его дурацкая розовая рубашка была как нельзя к месту. — Ты сам помешал мне в прошлый раз, — возразил Солдатик, потуже завязывая пояс. Из-под халата виднелись свободные пижамные штаны и голые ключицы. — Райан — это все, что осталось от Бекки, — с неподдельной искренностью ответил Бутчер. — Он еще не испорченный мудак, как Хоумлендер, просто ребенок. Неужели ты правда хочешь его убить? Своего внука? — Вечно ты все усложняешь, — закатил глаза Солдатик. — Скажи, где их искать, тогда и поговорим. А вот теперь тепловой датчик показывал, что Солдатик медленно готовится к залпу. Ной, должно быть, тоже это заметил, потому что маска с газом поплыла по воздуху чуть быстрее, почти добравшись до головы Солдатика. Это было ошибкой. — Что это нахрен такое? — резко обернулся Солдатик, когда каким-то образом почувствовал движение воздуха за спиной. — План Б! — заорал в наушник Французик, когда их телекинетик предсказуемо сбежал, как только его обнаружили. Они ударили одновременно: Энни, Бутчер, Хоумлендер. Желтый и красный свет слились в ярко-оранжевую вспышку. После такого сюда точно должен был сбежаться весь город, но Хьюи заметил искры и взрывы в небе в паре кварталов отсюда. Похоже, Ева уговорила Фейерверк отвлечь внимание, но надолго этого не хватит. Солдатик закричал. Скорее от ярости, чем от боли, но Энни, остановив атаку, снова бросилась вперед и подобрала маску. Все-таки «Новичок» — их единственный проверенный вариант. Однако Солдатик, менее дезориентированный, чем ожидалось, отбросил ее, как букашку. — Сейчас г’ванет, — закричал Французик, различив тепло на сканере чуть раньше, чем Хьюи. Все бросились в рассыпную как раз вовремя: взрывная волна затопила стоянку. Хьюи, даже спрятавшись за стеной, свалился с ног. Кирпич разогрелся под его рукой за одно мгновение, пару стекол выбило, взревели сигнализации перевернутых автомобилей. В окнах жилых домов стал зажигаться свет. Хьюи закашлялся от запаха гари, хотя пожара, вроде бы, не было. — Кто-то бежит сюда, — отчитался ММ. — Мы прикроем. Теперь Хьюи был их единственными глазами. Пока Солдатик не пришел в себя после залпа, Энни выскочила из укрытия и бросила в него дымовую гранату, которую сделал Французик — смесь «Новичка» с частицами цинка. Слабость к этому металлу была и у Райана, так что они предложили, что цинк ослабляет способности каждого члена этой суперской семейки. Вот только на дедушке система дала сбой. — Ах ты сука! — прорычал Солдатик и неестественно быстро подскочил к Энни, хватая ее за горло. — Стой! — проорал Хьюи и рванул вперед, стреляя цинковыми пулями сквозь режущий глаза дым. Он не боялся попасть в Энни — ее кожу не пробить. Впрочем, на Солдатике тоже не осталось ни единой царапины. Зато Хьюи выбежал прямо на линию огня. — А вот и ты! — с яростью и азартом на перекошенном лице заревел Солдатик. Он бы точно нашел в себе силы для еще одного взрыва, если бы Бутчер не отвлек его. Во-первых, он пальнул по Хоумлендеру, сваливая того с ног. Во-вторых, позвал Солдатика по имени. — Бен! — его голос был приглушен воем автомобилей, но заставил замереть всех присутствующих. — Я не врал. Убьем Хоумлендера. И Старлайт. И всех этих ублюдков, пока они здесь. Только не трогай Хьюи. Энни достаточно четко проклинала Бутчера, несмотря на пережатое горло. Солдатик не мог не почувствовать ее искреннюю злость — глаза непроизвольно замигали, как и все электроприборы в радиусе полумили. Даже воздух, казалось, зазвенел. Хоумлендер и вовсе приоткрыл рот от шока. Он даже не пытался подняться с земли, просто смотрел на Бутчера с широко открытыми глазами. — Нахуй суперов. Я всегда этого хотел, — добавил Бутчер и спрятал Хьюи себе за спину. — Да ты совсем ебнутый, — засмеялся Солдатик, несмотря на происходящее. Хьюи обхватил Бутчера за грудь и крепко прижался к нему, будто второй пассажир несущегося на сумасшедшей скорости мотоцикла. Если бы Бутчер все еще был обычным человеком, у него бы, наверное, остались синяки от его пальцев. — Сначала твой выблядок. Девчонка и так еле дышит. Солдатик колебался, но взглянув на абсолютного разбитого Хоумлендера: его лицо было пустым, как будто он не знал, разрыдаться ему или разозлиться. Все-таки Бутчер был достаточно безумен, чтобы провернуть нечто подобное: а как ещё собрать врагов вместе? Солдатик отбросил полубессознательную Энни в сторону и уже набирал новый залп. — Пока, Джонни, — сказал Бутчер, сверкнул золотыми глазами и погладил сцепленные на его животе руки Хьюи. И это, наконец, вывело Хоумлендера из транса. Весь мир озарился красным. Не тем, что вырвался из груди Солдатика, а концентрированным, плотным светом суперского лазера. Хьюи и моргнуть не успел, когда А-Трейн, не прогадав момент, повалил их с Бутчером на газон в паре метров от стоянки. Все стихло за долю секунды. От разрезанного вдоль тела Солдатика шел пар. Билли тут же подскочил к шокированному собственной вспышкой Хоумлендеру и поцеловал его в губы. Хьюи, поборов тошноту, пополз к Энни. — Как я вовремя, да? — похвалился А-Трейн, но никто не обращал на него внимания. — Что это, блядь, было? — откашлявшись, спросила Энни. — У меня тот же воп’ос, — подтянулся Французик. Похоже, они с ММ перебили всю охрану, которая патрулировала территорию снаружи. Оба почерневшие от гари, они тяжело дышали и все еще держали пушки наготове. — Помните, как Райан подорвал Грозу? — спросил Хьюи и пояснил, дождавшись кивка. — Он в десять раз сильнее, когда разозлится. Бутчер узнал, Хоумлендер тоже. Но в последнее время его по-настоящему злил только… я. — Ревнивый ублюдок, — тут же поняла Энни, облегченно засмеялась при виде останков Солдатика и снова закашляла. — Это то, о чем я думаю? — слишком устав, чтобы возмущаться, спросил ММ и указал на Бутчера, который что-то сбивчиво шептал Хоумлендеру и хаотично целовал его лицо. — Подумаем об этом позже. Мне лучше уехать, пока Хоумлендер не в себе. Куда-нибудь подальше. Например, в Шотландию, — совершенно серьезно сказал он, подозревая, что Хоумлендер не спустит ему с рук этот спектакль. — Я слышала, что там очень красиво, — сообразила Энни, и Хьюи не мог найти слов, чтобы описать, как сильно он ее любит.