Face á la mer

      — Эрен, эй, ты меня слышишь? — Жан в очередной раз позвал господина и помахал рукой перед его лицом.       — А? О чём ты говорил? — растерянно спросил тот, еле сфокусировав взгляд на сидящем рядом человеке.       — Сказал, что не мешало бы снова пригласить лекаря. Не нравится мне твоя рука, — сдвинув брови, пробормотал Жан, начищая поблёскивающее на солнце лезвие сабли. — Уроки фехтования зря пропадают.       — Вовсе нет, я ведь держу саблю правой рукой, — возразил Эрен.       — Но не можешь принять правильную стойку и быстро устаёшь. Я слышал, как месье Смит говорил об этом, — стоял на своём камердинер, бросая хмурые взгляды на господина.       — Раны затягиваются, беспокоиться не о чем, — ответил Эрен и поскорее спрятал глаза, пока Жан не догадался, что он врёт.       В целом рука действительно медленно заживала, но уж больно медленно. Многие небольшие ссадины уже затянулись, но раны побольше слегка воспалились и вызывали беспокойство. Эрен не говорил об этом лишь от того, что не хотел причинять ещё больше неудобств, чем причинил до этого. Матушка и так из-за него бледна, как снег, и, кажется, до сих пор до конца не пришла в себя после потрясения. Ещё бы, единственный горячо любимый сын чуть было не отправился к Господу. Вернее к морскому дьяволу.       Взгляд Эрена снова заволокло туманом, а флейта привычно скользнула между пальцев. Ему бы стоило подумать о том, как скорее поправиться и больше не волновать матушку с отцом, но все его мысли занимали довольно странные события. Сначала его чудесное спасение, потом флейта. Он ведь точно уронил её в море, но как тогда она оказалась лежащей на камне? Не привиделось же ему.       А ещё в последнее время Эрену стало казаться, что на берегу за ним кто-то наблюдает. Его посещали такие мысли и до шторма, но он не обращал на это внимания. Теперь каждый вечер играя на берегу, он чувствовал на себе чей-то любопытный взгляд и, казалось, даже замечал какое-то движение в воде. Он был неплохо знаком с чувством опасности, но не испытывал его, сидя на берегу. А может и нет никакого взгляда? И флейту Эрен не ронял в море? Возможно всё это привиделось лишь из-за того, что он сильно ударился головой. И вообще…       — Эй, — рука Жана легла на плечо, и Эрен вздрогнул, вынырнув из потока мыслей, — всё в порядке? Ты странный последнее время.       — Всё хорошо, просто задумался, — отмахнулся Эрен, добавив легкомыслия в голос. — Пойду прогуляюсь.       — Опять один? — нахмурился Жан, намереваясь увязаться следом.       — Вернусь сразу после заката, — бросил Эрен, как можно скорее направляясь к выходу со двора, и усмехнулся напоследок. — Не волнуйся, матушка.       — Катись к дьяволу, — прилетело ему в спину.       Выйдя за ворота, Эрен повернул на знакомую извилистую дорогу, ведущую к морю. Солнце уже почти коснулось горизонта, и он ускорил шаг. Последнее время Эрен целенаправленно каждый день приходил на берег, чтобы понять правдивы ли его ощущения или всё ему только кажется. Забравшись на камень, он как обычно начал играть неторопливую мелодию, прислушиваясь к шуму волн.       Солёный воздух привычно проник в нос, брызги воды касались подошвы сапог, над головой плакали чайки, подпевая флейте. Море монотонно шумело под ногами, плавно накатывая на берег, отступало и снова накатывало, шелестя мелкими камешками.       Внезапно Эрена снова посетило чувство, что за ним кто-то наблюдает, и послышался всплеск, совсем не такой как от набегающей волны. Он вздрогнул, когда его глаз за одним из камней уловил едва заметное движение. Сделав вид, что ничего не заметил, Эрен продолжил играть. Пальцы дрогнули, когда за камнем снова послышался плеск и что-то шевельнулось. Значит ему не показалось! Сердце забилось сильнее, мелодия зазвучала неровно, но Эрен сделал над собой усилие и вновь притворялся, что ничего не слышал. Если незваный гость желает остаться незамеченным, то нужно быть осторожным, чтобы его не спугнуть.       Эрен неторопливо спустился с камня на песок, но вместо того, чтобы уйти, двинулся вдоль берега у самой кромки воды, продолжая играть. Вся ситуация напоминала ему охоту, только вот кто за кем охотился пока оставалось не ясно. Переступая с камня на камень, Эрен нарочно подобрался поближе к тому месту, которое вызывало у него больше всего подозрений.       И не зря. В очередной раз бросив быстрый взгляд, пусть всего на одно мгновение, но он успел заметить за камнем нечто очень напоминающее руку! Всё-таки за ним и правда кто-то наблюдает, теперь это очевидно! Решив, что больше нет смысла притворяться, Эрен опустил флейту и поспешно крикнул:       — Эй, кто вы? Я вас видел! Покажитесь! — большой чёрный камень на расстоянии двух-трёх туазов остался нем к его словам. — Клянусь, я не причиню вам вреда. Прошу, ответьте.       И снова только волна зашумела под ногами, набегая на берег. Ни звука, ни движения. Эрен уже начал сомневаться, действительно ли видел кого-то за камнем или, может, тот уже успел спрятаться за другой и остался незамеченным. Он продолжал стоять, внимательно вглядываясь в малейшее движение воды, как вдруг что-то едва заметно мелькнуло над валуном.       Эрен словно прирос ногами к песчаному берегу и пристально наблюдал, как над тёмной скальной поверхностью медленно показалось что-то странное и тёмное. Затем мелькнули пальцы, ухватившиеся за край валуна, чёрные волосы и глаза, смотрящие робко, опасливо, готовые в любой момент спрятаться снова. Человек! По ту сторону камня, высунув голову едва ли наполовину, на Эрена смотрел человек!       Герр Йегер радостно улыбнулся, испытывая странное волнение и трепет, будто отыскал клад с сокровищами или совершил открытие. Наконец-то ощущениям, что не покидали его последнее время на берегу, нашлись объяснение и причина.       Новый знакомый не спешил показываться полностью, наблюдая за ним словно зверь, застигнутый врасплох.       — Здравствуй, — негромко поздоровался Эрен, боясь повысить голос и спугнуть боязливого, недоверчивого гостя.       В ответ большие тёмные глаза только испуганно моргнули и, кажется, стали ещё больше. Иссиня-чёрные пряди мокрых коротких волос обрамляли лицо и немного свисали на глаза. Сказать наверняка можно, но по сему выходило, что перед Эреном предстал юноша не старше его самого. Чем больше они смотрели друг на друга, тем больше Эрену он казался странным, а ещё знакомым. Внимательно всматриваясь в лицо, он даже не заметил, как зашёл в море почти по колено, и вода стала заливаться в голенище сапог. Глаза. Тёмные, глубокие, а на самом дне будто плещется лунный свет.       — Это ты… — прошептал Эрен, осенённый догадкой, не в силах ни на секунду отвести взгляда.       Эти глаза он узнал бы из тысячи. Значит ему не привиделось! Этот человек спас его в ту самую ночь. Удивительно, как он смог вытащить Эрена на берег в такой ужасный шторм, и совершенно не понятно почему после он куда-то скрылся.       Голова показалась немного больше, а на камень легла вторая рука, скребанув когтями по поверхности. Тонкие пальцы, те самые пальцы, что касались щеки Эрена, венчали небольшие, но острые на вид когти. Голова юноши чуть наклонилась, и Эрен вдруг понял, что нечто странное и тёмное, торчащее из волос — это рога. Небольшие витые, загнутые назад рожки.       Но у людей не бывает рогов и когтей. Это какая-то ошибка. Желая получше рассмотреть странного незнакомца, Эрен сделал два решительных шага вперёд, но тут же остановился, когда человек за камнем испуганно округлил глаза и быстро спрятался.       — Нет-нет, подожди, не убегай, прошу, — пролепетал Эрен, выставив руки вперёд, показывая, что не желает ему зла и приближаться больше не будет. — Я не сделаю тебе ничего плохого, просто хочу знать.       За камнем снова послышался всплеск, настороженно показалась рогатая голова, и Эрен выдохнул с облегчением.       — Это ведь был ты? — спросил он, вновь изо всех сил пытаясь рассмотреть странного человека. — Ты меня спас, верно? Я узнал тебя, — красивая улыбка коснулась губ Эрена, — точнее твои глаза. Благодарю.       Эрен прижал руку к груди и склонил голову, обозначив учтивый поклон. Однако глаза за камнем ничего не ответили, продолжая только испуганно моргать.       — Не знаю понимаешь ли ты меня, но спасибо. Я обязан тебе жизнью, — произнёс Эрен и, усмехнувшись, добавил, не надеясь, что получит ответ. — Хотя бы кивни, если понял.       Юноша за камнем, кажется, насторожился ещё больше, но спустя некоторое время всё же неуверенно, но отчётливо кивнул.       — Так ты понимаешь… — заворожённо произнёс Эрен и, забыв о всякой осторожности, направился прямиком к камню. — Кто ты такой? Как тебя зовут? — однако радостная улыбка на его лице тут же померкла и сменилась умоляющим взглядом, когда юноша испуганно отпрянул и скрылся за камнем. — Нет, подожди, я не хотел тебя напугать.       Последние слова Эрена утонули в громком всплеске воды и повисли над волнами. Герр Йегер, стоя по пояс в море, неотрывно смотрел на расходившиеся водные круги, что остались от только что нырнувшего под воду хвоста. Большого, покрытого чешуей рыбьего хвоста.       Обойдя камень вокруг несколько раз и обшарив все камни поблизости, Эрену пришлось смириться с тем, что исчезнувший без следа юноша, кажется, был не совсем человеком. Но кем же он был? Учитывая обстоятельства, первое, единственное и смехотворное, что пришло на ум озадаченному юноше — русалка.       Весь вечер Эрен пребывал в крайнем замешательстве. Неужели правда то, что он видел? Как это возможно? Может всё-таки лекарь ошибся, и его рана на голове была куда серьёзнее? Иначе как объяснить то, что он видел? Конечно, проводя много времени среди моряков, Эрен наслушался множество баек, в том числе и о русалках, но это ведь всё выдумки. Однако его не покидало чувство, что он забыл о чём-то, что знал раньше, и теперь никак не мог вспомнить. Казалось, что это знание помогло бы ему понять и осознать то, что он увидел.       Возможно ли в самом деле существование морских обитателей с человеческим разумом и телом рыбы? Или всё это плод больного воображения? Хотелось с кем-нибудь поделиться, спросить совета, но Эрен боялся, что даже Жан сочтёт его выжившим из ума.       Предложенный ужин не лез в горло, голову никак не покидали тревожные мысли. И всё же пришлось заставить себя поесть, когда матушка заволновалась — всё ли с ним в порядке. Не стоит давать ей ещё больше поводов для переживаний.       Пытаясь уснуть, Эрен продолжал гнать от себя мысли о собственном сумасшествии. Однозначно он не сошёл с ума. Быть может то, что предстало пред его глазами, ему лишь привиделось, но разума он своего не лишился.       Взгляд тёмных обсидиановых глаз то и дело всплывал в памяти, странным образом заставляя трепетать душу. Робкий, напуганный, но осознанный взгляд разумного существа, такого же, как Эрен. Но как это возможно? Разве может быть у человека рыбий хвост? Ему показалось, абсолютно точно показалось. О небольших рожках на голове юноши Эрен предпочитал вообще не думать. Ему вполне хватило рыбьего хвоста, чтобы лишиться покоя.       Пожалуй, стоит с утра отправить записку к лекарю, чтобы он ещё раз осмотрел Эрена. Ведь видеть то, чего нет это явно тревожный признак. А Эрен теперь был почти уверен, что странное существо ему просто привиделось. И из воды во время шторма он выбрался сам, просто не помнит этого. Уверившись в том, что все странности были лишь плодом его воображения, уставший, измученный терзаниями Эрен провалился в сон.       Однако и во сне он не смог найти желанного покоя. Над ним снова, как в тот день, сверкали молнии, гремел гром, большие волны играючи швыряли его то вверх, то вниз. Вот одна накрыла его с головой, и он пошёл ко дну, будто к его ногам привязали камень. Не вздохнуть, не вырваться, вода держала его в своём плену, сдавливала, душила, высасывала из него жизнь. И вот когда силы покинули Эрена, когда он больше не мог бороться, чьи-то руки крепко обхватили его поперёк торса и потащили из тьмы к свету.       Вода не хотела отпускать свою жертву, но его спаситель был не менее упрям и сумел вытащить маленького человека из огромной чёрной пропасти. Эрен видел будто со стороны, как худой и хрупкий на вид юноша бережно придерживал его голову над поверхностью воды и тянул к берегу. Бледный и уставший, его спаситель, подтягиваясь на руках, выбрался на песок и с трудом вытащил Эрена. Он слышал над ухом тяжёлое частое дыхание, когда тот без сил повалился прямо на его грудь. Над головой сверкнула яркая молния, осветив берег, и он увидел, как блеснула чешуя рыбьего хвоста, заменяющего спасителю ноги.       В тот же мгновение перед глазами из ниоткуда возникли ряды полок, заставленные множеством старых книг. Сухая жёлтая страница, исписанная непонятными словами, а рядом неровный чернильный рисунок. В ушах снова послышался раскат грома, и Эрен резко распахнул глаза, прерывая безумный сон.       В окно пробирались лучи утреннего солнца, пели птицы, но герр Йегер будто всё ещё находился в той ночи, окутанный её тьмой. И из этой тьмы на него глядели глаза того юноши. На мгновение показалось, что Эрен видел вовсе не сон, а воспоминания. И ещё больше он уверился в этом, когда понял, что страницу из книги видел когда-то наяву. Эрен слетел с постели, наспех умылся, натянул первые попавшиеся рубашку, штаны, камзол и поспешил в западную часть дома, не желая терять ни секунду.       Когда его дед герр Йегер покинул родину, он взял с собой всё, что только мог, в том числе и многочисленные книги. В их роду хранилось немало старинных, даже древних книг, которые представляли большую ценность. Герр Йегер вывез сколько смог и все последующие годы посвятил тому, что собирал редкие книги, основав в новом доме большую библиотеку.       В детстве Эрен проводил много времени в библиотеке деда. Конечно его манила туда не тяга к знаниям, а старинные фолианты, которые дед привёз с родины. Большие, толстые, пыльные книги с пожелтевшими страницами казались Эрену кладезем чего-то волшебного, непостижимого. Он любил перебирать, разглядывать увесистые тома, не особо вчитываясь в содержимое.       Эрен родился уже после того, как его семья перебралась на Корсику, и считал французский своим родным языком, но отец настоял, чтобы дома между собой они продолжили говорить на немецком.       «Сын не должен забывать своих корней», — говорил он.       Теперь Эрен в совершенстве владел двумя языками и помимо прочего учил английский и итальянский. Но в раннем детстве немецким он владел плохо, и потому книги деда казались ему ещё более загадочными.       Он лишь смутно понимал, о чём шла речь, тщетно пытаясь разобрать слова, написанные на уже устаревшем варианте грубого непонятного языка. И всё же кое-что он немного понимал, а ещё в книгах имелись редкие картинки, которые занимали мальчика намного больше непонятных слов. И вот сейчас перед его глазами стояла одна такая картинка, которую он вспомнил благодаря сну. Полувыцветшими чернилами на жёлтом листе был изображён силуэт наполовину человека, наполовину рыбы.       Он не помнил, как выглядела книга, но примерно знал, где её искать, а потому направился в библиотеку, даже не позавтракав и забыв стянуть длинные волосы лентой. Книг за долгие годы накопилось очень много, и теперь Эрен провёл не один час в поисках тех самых старинных фолиантов, привезённых из Саксонии.       Утро сменил день, затем и он начал клониться к вечеру, а Эрен всё искал и искал нужную книгу. Служанка несколько раз заглядывала, принося еду, заходил Жан, но господин даже не обратил на него должного внимания. Он всё продолжал искать как одержимый доказательство того, что не сошёл с ума. В глазах уже начало рябить от бесконечно мелькающих страниц, как вдруг он наткнулся на смутно знакомую тяжёлую книгу. В детстве она бы точно привлекла его внимание.              Эрен с надеждой пролистывал страницу за страницей, пока наконец не нашёл тот самый рисунок. В точности как в его сне. Голова, руки, как у человека, но вместо ног хвост с чешуей и плавниками. Рядом с рисунком приписка на немецком языке «Meerjungfrau». В отличие от себя пятилетнего теперь Эрену слова не казались непонятными. Сейчас он мог их прочесть, хоть и не без труда.       «Существа морские имели вид человеческий на одну половину и рыбий на другую. Обитали в солёной воде, не замечены в пресной. Голова увенчана рогами разного вида и размера, плавники на спинах, длани как у лягушки. Имели острые клыки и когти. Обладали умом близким к человеческому, по природе своей жестоки и агрессивны. Происхождение и гибель сих существ неизвестны».       На этом текст заканчивался без намёка на продолжение, но и этого Эрену вполне хватило, чтобы дыхание сбилось, а сердце застучало сильнее. Выходит, это правда? Он не лишился рассудка, и рыбий хвост у человека ему не привиделся? Как жаль, что больше никаких сведений об этих существах не было. Однако в библиотеке имелась не одна старинная книга, и хоть Эрен пролистал уже половину, осталась другая половина.       Внезапно дверь резко распахнулась, и он едва не подпрыгнул на месте, потянувшись к рукояти сабли, которая обычно болталась на поясе. Привычка.       — Ах, вот ты где, — протянул высокий статный блондин, прикрыв за собой дверь. — Признаться, отрадно видеть тебя в библиотеке.       — Герр Эрвин, простите, я совсем забыл, что у нас сегодня занятие, — облегчённо выдохнув, произнёс Эрен и захлопнул пыльный фолиант, в котором всё равно ничего не нашёл.       Герр Эрвин Смит был другом семьи Йегеров и гувернёром Эрена, но относился к нему скорее не как к ученику, а как к племяннику. Начитанный, очень умный, знающий множество языков Эрвин являлся прекрасным наставником, к которому можно было обратиться с любым вопросом.       — Что же тебя привело в библиотеку? — спросил герр Смит.       — Русалки, — выпалил Эрен, не подумав, и тут же мысленно прикусил себе язык.       — Отчего такой неожиданный интерес? — густые брови наставника удивлённо метнулись вверх, а лицо приняло насмешливое выражение.       — Любопытство, — усмехнулся Эрен, сделав вид, что не относится к этой теме серьёзно. — Слышал, как на причале рыбаки снова рассказывали друг другу всякие истории, а потом вдруг вспомнил о картинке, которую видел в детстве. Решил, что хочу изучить всё, что известно. Это всё, что я отыскал, — с этими словами он указал на одну единственную книгу, в которой нашёл хоть что-то. — В этой книге написано очень мало, но так, словно русалки действительно когда-то существовали, — Эрен легкомысленно усмехнулся и ждал, что его гувернёр тоже улыбнётся, однако тот почему-то лишь нахмурил брови.       — Возможно, что так и было, — неожиданно серьёзно произнёс он.       — Что вы имеете в виду? — настороженно спросил Эрен.       — Что же, раз тебя так занимает этот вопрос, я, пожалуй, расскажу тебе всё, что знаю, — с этими словами герр Эрвин присел на стул, и Эрен последовал его примеру. — Не берусь утверждать однозначно, но насколько я понял, русалки действительно могли существовать. Правда это было так давно, что все рассказы о них кажутся не более чем мифами. Думается, что люди сами поспешили предать забвению свой ужасный поступок.       — Ужасный поступок? — каштановые брови Эрена непроизвольно нахмурились.       — Я изучал множество старинных архивов и однажды наткнулся на свиток, в котором шла речь о том же, что и в этой книге, — герр Смит ткнул пальцем в изображение человека-рыбы на пожелтевшей странице. — Свиток был написан на древнем мёртвом языке, я потратил много времени, но сумел его перевести. Там было сказано, будто несколько тысяч лет назад человечество повстречалось с русалочьим племенем, вышедшим из моря. Сначала люди побаивались их, но после народы научились понимать друг друга и даже делиться знаниями. Что произошло после неизвестно, но в какой-то момент люди начали охотиться на русалок и истреблять их.       — Звучит очень знакомо, — мрачно выдохнул Эрен, вспомнив о тех ужасах, которые сейчас творили колонисты в Америке, уничтожая местных жителей.       — Всё верно, люди не учатся на ошибках прошлого, — печально кивнул головой герр Смит и продолжил. — Отлов русалок достиг невероятных масштабов, когда люди поняли, как много могут дать их тела.       — Что это значит? — в сердце Эрена закралось нехорошее предчувствие. — Только не говорите, что их разделывали как скот.       — Именно так. Хвост считался деликатесом, его готовили и подавали только самым знатным и богатым. Из клыков, чешуи и рогов делали украшения, из слюны изготавливали лекарственные снадобья, но признаться, никак не могу вспомнить его свойств, — ответил наставник, задумчиво почесав высокий лоб.       — Какая жуть, — Эрен ощутил, как по телу прокатилась дрожь отвращения.       — А кончилось всё это тем, что около тысячи лет назад русалки были полностью истреблены. Ни в морях, ни в океанах их больше не осталось.       Эрен перевёл странный взгляд на гувернёра, но говорить, что с последним фактом мог бы поспорить, разумеется не стал.       — Почему об этом так мало известно? — спросил он.       — Либо люди постарались уничтожить все упоминания об истреблённом народе, либо, что вероятнее, его и вовсе не существовало, и всё это лишь выдумки. Ведь никаких официальных сведений не осталось, а то, что есть, больше похоже на сказки, — развёл руками герр Эрвин и, видя, как сильно Эрен задумался, предложил. — У меня сохранился перевод того свитка, если хочешь я подарю его тебе.       — Да, пожалуйста, буду очень признателен, — оживился Эрен, и его глаза загорелись огнём.       В отличии от герра Смита он точно знал, что никакие это не сказки. Он видел живую русалку собственными глазами и более того, эта самая русалка спасла ему жизнь.              В книге говорилось о жестокости и агрессии, но разве то, как это существо пряталось от него за камнем, было похоже на агрессию? И чего ради он спас Эрена, не дав ему утонуть? Непонятно. Теперь Эрен хотел узнать как можно больше об этих загадочных существах, ведь странное чувство подсказывало — это была отнюдь не последняя их встреча.