Запомни меня

      Антона разбудили в семь утра. И если бы его разбудила какая-то медсестра или тот лысый, то скорее всего он бы нагрубил бы им и послал куда подальше. Но его разбудил Арсений. Сначала Шастун пробурчал что-то непонятное, а потом, как только услышал прекрасный голос медбрата, то сразу же открыл свои глазёнки и улыбнулся. Арсений был также прекрасен, как и вчера вечером, вот только синяки под глазами показывали, что ночь была беспокойной. Он пожелал Антону доброго утра, спросил, как тому спалось, не болит ли у него ничего и помог присесть, чтобы удобно было чистить зубы. Арсений нежно держал Шастуна за подбородок и смотрел, то в прямо в зелёные глаза Антона, то на рот, при этом слегка улыбаясь 《 Вот черт, ну также нельзя, блять! 》 Антон не выдержал это блядство и отвел глаза вбок, лишь иногда поглядывая на медбрата. В конце Арсений дал ему прополоскать рот водой. А затем вытер ему салфеткой капельки воды с подбородка и губ, при этом, продолжая, держать его за подбородок. И черт его побери.. так нежно и аккуратно он это делал, словно хрусталь в руках держит. После процедуры, Арсений поменял Антону капельницу, пожелал ему хорошего дня и вышел из палаты. 《 Пиздец, и что это сейчас было?.. 》 Шастун не знал, как это комментировать, вроде бы он ничего такого не делает... У всех же пациентов узнают их самочувствие, желают им доброго утра и так блядски им чистят зубы? Ну последнее точно нет. Может у Антона галлюцинации? Это же со временем пройдёт? А хуй его знает... но скоро должен быть завтрак, точнее через 45 минут. Ну вот и чем Антону занять себя до завтрака? Спать нет смысла, разговаривать снова не с кем. Еще сегодня приедет папа. Но ещё Шастун ждёт Илью. Где этот придурок ходит? Антон тут лежит и умирает, а этот рыжий непонятно где. Шастун вспомнил, что у него в тумбе лежат пирожки с капустой. Вот только как их достать... правая рука целая, но вставать нельзя, да и трудно. Но желудок Антона взял вверх и он попытался аккуратно открыть дверцу, к счастью пирожки лежали на верхней полке. Шастун положил пакет себе на грудь и стал по одному вытаскивать пирожки и быстро их съедать. Он безумно рад, он мечтал об этих пирожках и вот он их ест. Шастун съел почти все пирожки и остался один последний, который он уже тоже доставал, чтобы съесть. Вдруг дверь открылась. Антон замер и медленно перевёл взгляд на дверь. Это был Арсений, который улыбался такому испугавшемуся пациенту. Шастун растерялся, он не знал, что делать, вроде ничего плохого нет, в том, что он ест мамины пирожки.. а вроде и плохо, ведь блять поймал не абы кто, а его предмет залипания. И тогда Антон сделал самую тупую вещь на свете (на тот момент она ему не казалась тупой), он протянул половину пирожка (потому что другую половину он уже благополучно съел) Арсению, как бы показывая, чтобы тот попробовал мамины пирожки, точнее половину пирожка. Арсений ещё больше улыбнулся и без капли стеснений зашёл в палату и откусил пирожок прямо с руки Антона, при этом смотрев прямо в изумрудные глаза. – Передай маме, что пирожки очень вкусные. – И на эти словах, Арсений взял оставшийся кусочек пирожка из руки Антона и как ни в чем не бывало, вышел из палаты. – Ахуеть, а все таки он не просто медбрат.. – Антон был в некультурном шоке, если мягко говорить. А если не мягко, то Антон был в полном ахуе. Он прожевал до конца пирожок, который был у него во рту, пытаясь понять, что это сейчас было. Интересно, а зачем он заходил?.. Арсений ему даже не сказал, зачем он зашёл в палату. До завтрака ещё десять минут, обычно заходят за пять минут до завтрака, обеда или ужина. А тут ещё целых десять. Странный этот Арсений какой-то. И вот в палату снова вошли, но зашла та самая Ирина (в жопе тарантина), принесла овсяную кашу с клубникой и чёрный чай. Такой завтрак Антону нравится, да и Ирина сегодня не такая противная. Вот только Шастун уже наелся пирожков, куда тут кашу?.. Но медсестра на его вялое лицо, которое с отвращением смотрит на кашу, сказала, чтобы тот не вредничал и не портил настроение ни ей, ни себе. Антон послушно открывал рот и старался не выплюнуть все это обратно, так как есть просто уже не мог. Но вот что заметил Шастун, так это то, что Ира не смотрела на него с лаской, не наклонялась так близко, когда кормила, не вытерала ему рот так по блядски. Она просто накормила, напоила, быстро протерла рот салфеткой и вышла. Без этих улыбок, без этих взглядов... Блять, у Шастуна походу реально галлюцинации, либо Арсений просто красивый маньяк. И что из этого лучше? А хуй его знает.. Антон снова тупо лежал и смотрел в потолок, пока не пришёл отец. С папой они почти не говорили, да и не о чем в принципе. Да, отец за него волнуется, переживает и любит. У них нет ничего общего, даже во внешности, не считая роста. А так они инь и янь, которые никогда не притягивались и не притянутся.. Хорошо ли это? Наверное нет, но если честно, то Шастун в душе не ебет. Он нигде в принципе не ебет. Некого, да и негде. Папа с ним старался вести разговор, но все снова сводилось к тому, что они замолкали... тяжёлый случай. В итоге отец ушёл раньше, чем положено. Антону вроде его жаль, ведь папа старается, он приехал к нему. Он действительно волнуется и любит сына. А сын не может ответить тем же.. Да, он любит папу, но привязан ли он к нему? Нет. Важен ли он ему точно также, как мать? Нет. Был ли он рядом с Антоном, когда это было нужно? Нет. Но он не ненавидит папу. Просто не видит смысла в этом. С ненавистью интереснее, но тяжелее жить. А Шастуну не нужно ещё больше тяжести в жизни. Просто он теперь не чувствует то, что хотел бы чувствовать к нему. Правда хочет, но не может.

***

      На обед снова был куриный суп, котлета, картофельное пюре и салат с огурцами и помидорами. Антон съел все быстро и молча, просто еда была вкусной, да и кормила другая медсестра. Она была милой и красивой, но не красивее Арсения. Шастун примерно понял расписание больницы. И понял, что Арсений работает с вечера и до утра. А Ирина работает с утра и до вечера. А значит Шастун может насладиться компанией медбрата, только по вечерам и немного утром. У Шастуна появились планы на вечер.. большие планы. А сейчас тихий час и как бы странно это не звучало, но Антона прям клонит в сон. Проснулся Шастун в хорошем настроение, съел пирожок с яблоками и чёрным чаем с лимоном. Пирожок был мягким и нежным... прям идеальным, но мамины пирожки им не переплюнуть точно. После полдника ему поменяли капельницу, а после Антон попросил почитать ему Гарри Поттера. И как нистранно, но ему не отказали. Медсестра Катя читала очень хорошо, голос её был очень приятным и красивым. Она читала ему целый час, а после Шастун поблагодарил её за чтение. Катя сказала, что была только за, так как сама большая фанатка Поттера, поэтому он всегда может к ней обращаться. После этого чтения, пришёл Дмитрий Темурович, спросил, как самочувствие Антон, лично взял у него кровь из пальца и ушёл куда-то обратно. Антон снова вздремнул, а когда проснулся, то уже был вечер. В палату вошла медсестра Катя. – Антон, там к тебе гости. Ты как? Готов принимать или отмазаться от них? – А кто там? – Парень какой-то, говорит, что твой друг. Так пускать? – Глаза Антона расширились от счастья, она широко улыбнулся и кивнул. Катя пожала плечами и вышла. Антон предвкушал встречу с ним... с Ильёй. 《 Значит уже знает, значит уже был у мамы.. 》 В палату вошёл Илья, его лицо было встревоженным, он не знал, как себя вести и что говорить. Антон получается пострадал, надо его поддержать, вот только Илья не знает, как именно... Но Антону было плевать на это, самое главное, что Илья тут - рядом, а значит скучно не будет точно. – Ну и чего ты стоишь, дурак? Садись, поговорим, я тебя давно не видел, ну и скучал, конечно. – Антон первый вступил в диалог. А Илья неловко улыбнулся и сел, он все также хотел что-то сказать, но не знал. – Как ты? Как теть Нина? Давно её не видел. – С мамой все хорошо, передавала тебе привет. Со мной тоже все хорошо, ты лучше расскажи, как ты? Что случилось? Твоя мама почти ничего не рассказала... – Ну со мной все хорошо, ну пару царапин получил, ну это ерунда... – Пару царапин на четыре месяца, если не больше. Шастун блять, когда ты повзрослеешь? – Ответ: "Я уже повзрослел, мне 31 год и я не маленький мальчик" - тебя устроет? Если нет, тогда иди в задницу и давай нормально поговорим. – Илья спокойно кивнул и Антон продолжил, – так вот, я попал в аварию, что и как было без понятия, так как просто не помню, но помню, что с тобой переписывался.. Ты тогда ещё кружочек прикольный записал. А потом... а потом суп с котом, короче говоря, нихуя не помню. Чего ты такой встревоженный? Я ж не умираю, ну полежу тут чуток, ну с ума слегка сойду и выйду. Я как выйду, то тусить пойдём, как в старые времена. Так что не кисни, все пучком! – От Антона исходил много позитива, которого не понимал Илья... Он же сейчас должен чувствовать себя плохо, возможно пожаловаться Илье на персонал или еду, ну уж точно не смеяться и успокаивать друга, с которым все хорошо.. Да уж, хуевый из него друг, но Илья старается исправиться и начинает развивать всякие темы. Спрашивать Антона обо всем, рассказывать про ребят с работы, да и в принципе про всех. Атмосфера стала расслабленной. И таким образом, они поговорили обо всем целых два часа.. – Простите, но приём окончен. – зашла Катя, сказала и вышла из палаты. Илья снова грустно посмотрел на друга. Они же так хорошо разговорились и вот пора уходить... Илья встал, взял Антона за правую руку и немного сжал её, как бы пожимая её на прощание. Он хотел убрать руку, как вдруг теперь сжал её Антон, придержав друга, чтобы тот не ушёл. – Слушай, сделай одолжение... Купи сиги, ну мой этот парламент тонкий с двумя кнопками с фруктами. А то так курить охота.. ну ещё зажигалку купи. Пожалуйста, бро! – Антон, ты же в больнице... И ты на полном серьёзе собрался курить прям тут? Ты начнёшь дымить и сигналка включится, будет тушить твою охоту. – Илья смотрел на Шастуна, как на безумца. Ну серьёзно, кто курит в больнице? – Блять, точно! Ну купишь потом, когда я смогу ходить. Буду к окну подходить или в туалете курить. Бро, ну, пожалуйста, я же с ума сойду тут. Стресс выше крыши! – Антон жалобно смотрел на друга. Он должен его уговорить, иначе зачем все это? В палату снова вошла Катя, чтобы напомнить об окончании приёма. Она стояла и ждала в дверях, чтобы лично увидеть, что тот ушёл. Антон сказал одними губами волшебное слово: "Пожалуйста". Илья сдался. Он кивнул и вышел, понимая, во что влип и какое влияние имеет на него этот дурик. Антон лишь победно улыбнулся и ждал Арсения с ужином.

***

Арсений зашёл в палату, поздоровался и приступил к ужину. И если обычно он молчал, когда кормила Антона, то в этот раз его рот не закрывался. Он рассказывал, как его кот Уголек делает пакости, по типу: насрал в коридоре, разбил кружку, поцарапал обои и тд. Но Шастуну действительно было интересно, тем более слушать голос Арсения - одно удовольствие. – Я, кстати, скоро буду работать, и в дневную, и в ночную смену. – Сказал между разговором медбрат, из-за чего Антон подавился. Арсений помог ему и приподнял, как только кашель прекратился, он продолжил. – Будем чаще видеться, я вот увидел у тебя Гарри Поттера, так вот я могу тебе его читать днем и ночью, если хочешь. Мне только в радость. – Улыбка с лица медбрата не спадала, а вот Антон знатно приахуел... Арсений? Будет читать ему? Гарри Поттера!? Это сон или да?.. Арсений долго смотрел на пациента, как бы ожидая, какой-то реакции. И единственное, что смог сделать Шастун, это показать большой палец на правой рукой, типа ему все нравится, все устраивает и он только за. Правда на лице до сих пор был написан весь шок, все ахуевание. Но Арсения устроил и такой знак. Он улыбнулся, пожелал спокойно ночи Антону и вышел из палаты. Антон долго не мог уснуть, он все также был в ахуе, хотя прошёл примерно час. Как успокоиться? А хуй его знает. Как дышать? Тоже хуй его знает. Как уснуть? Антон в душе не ебет. Он нигде и никого, блять, не ебет. Антон уже час держит в руках эту маленькую кнопочку и хочет её нажать. Вот только смелости ему не хватает, да и совести тоже. Он, как представит сонного уставшего медбрата и уже не хочется ничего нажимать. Часы тикают, Антон с ума сходит, спать не хочется и он все таки нажимает на такую заветную красную кнопку. Через пять минут заходит тот, кого Шастун так хотел увидеть. Заходит сонный, растерянный и такой запыханный Арсений, видно, что он не ожидал такого вызова, тем более от Антона. – Что случилось? Тебе плохо? – Арсений подходит к кровати, включает небольшой светильник над кроватью Шастуна и садится на присядки, чтобы примерно быть на одном уровне с пациентом. – Я не могу уснуть.. Но если я тебя разбудил, то можешь идти обратно. Я вообще не знаю зачем нажал, не подумал походу.. – Антон чувствовал себя виноватым, ведь это его проблемы, что он не может уснуть. А Арсений устал, спал, а тут такая тревога из-за какой-то бессонницы.. Шастуну ужасно стыдно. – Разбудил, но это моя работа ухаживать за пациентами и помогать им, если нужно. Так что не извиняйся, – Арсений очень мило улыбался и старался разбудить свой мозг окончательно, а то ещё заснёт тут. Он посмотрел на тумбочку, где лежал тот самый Гарри Поттер. – Хочешь почитаю? – Антон улыбнулся и кивнул. Тогда Арсений взял книгу, сел на стул и приступил к чтению с того места, где была закладка. Антон закрыл глаза и расслабился. Медбрат читал негромко, чётко и понятно. Его голос постепенно убаюкивал Антона и через 30 минут он спал, как убитый. Арсений убрал книгу, посмотрел на Шастуна и улыбнулся. Ну что за кот??? Он тихо посапывал и иногда улыбался, интересно, что ему там снится такое?.. Арсений не мог налюбоваться таким мирным и милым Шастуном. Даже не верится, что ему 31 год. Ну какой 31? Ему все 15 лет. И как про него можно что-то говорить? Арсений не понимает Кузнецову, которая часто жалуется на Антона, якобы тот вредный и спорить любит. Он же такой хорошенький или он такой только с Арсением?.. Ну Катя на него тоже вроде не жалуется, да и другие девочки тоже ничего не говорили. Это просто Кузнецова такая противная. Вообще Ира красивая и умная девушка, но такая вредная выпендрежа порой, что просто не выносима. Но с ней он как-то находит общий язык, просто иногда посылает её, если начинает сучить. Арсений последний раз посмотрел на Антона, провел тыльной стороной ладони по его щеке и вышел из палаты, осознавая, что этот пациент вызывает у него много, скажем так, положительных эмоций. На сколько положительных и на сколько это хорошо - Арсений не знает и знать не желает...