Survivor

      Парни припарковали машину за одной из глухих автозаправок на окраине города, решив, что дальше безопаснее будет двигаться пешком. Чан перебрался в кузов, быстро скидывая с себя ненавистную ему военную форму.       — Я пойду заговорю зубы заправщику, — бросил Минхо, заметив, что работник странно косится на их фургон.       — Может быть, лучше просто молча соберем вещи и смоемся отсюда? — Спросил Чанбин, в очередной раз перекладывая нужные вещи из сумки в сумку. — Не нужно было вообще останавливаться здесь.       — Ага, чтобы в главном офисе совсем не возникло подозрений, почему же это военный фургон остановился посреди леса. Вообще ни капли не подозрительно. — Фыркнул Чан, натягивая свою черную толстовку.       — Поэтому я и схожу поговорить с заправщиком, — бросил Ли, выходя из машины.       Постаравшись сделать как можно более непринужденный вид, парень достал из кармана жвачку и зашел в магазинчик, кидая ее в рот. Он медленно прошелся мимо полок, ловя на себе пристальные взгляды продавца, и, взяв оттуда несколько шоколадных батончиков, подошел к кассе. Как можно более небрежно парень кинул товар на прилавок и стал шарить по карманам в поисках мелочи.       — Направляетесь куда-то? — как бы между делом поинтересовался кассир, пробивая товар. Однако Минхо заметил, что тот напряжен. Взгляд продавца то и дело скользил по рукам Хо к его лицу и обратно. «Видимо прикидывает сколько мне может быть лет, раз я уже без браслета» — пронеслось в его голове.       — Да, с братьями решили поехать навестить родителей. Они живут в соседнем городе. — Бросил Ли, засовывая батончики в карман.       — С вас тринадцать тысяч пятьсот вон, — продавец кивнул, протягивая руку, чтобы принять у Ли деньги.       Минхо высыпал мелочь кассиру в руку, случайно дотрагиваясь мизинцем до его ладони. В этот момент яркая вспышка пронзила его голову и парень чуть пошатнулся, дотрагиваясь пальцами до виска. Он несколько раз моргнул, прилавок перед его глазами размылся, превращаясь в подернутую рябью картинку. На этой картинке он отчетливо увидел руки продавца, набирающие тревожный номер по телефону, а после посмотрел в окно его глазами, оглядываясь на их фургон из которого только вылезал он, Минхо.       Ли потряс головой, прогоняя наваждение.       — С вами все в порядке? — скорее испуганно, чем обеспокоенно спросил кассир.       — Да-да, конечно, — словно пребывая в небольшом тумане, Хо сгреб оставшиеся батончики в руки и вышел из магазинчика, забыв про сдачу. Быстрым шагом он направился к фургону, с силой открывая дверцу.       — Нам нужно срочно сматываться. Продавец вызвал ППИ. — Схватив первую сумку, Минхо еще раз оглянулся на заправку. Из-за отражения в стекле ничего не было видно, однако парень знал, что за ними пристально наблюдают.       — Почему ты так уверен? Может быть отъедем отсюда на машине, а дальше двинем пешком? — Чанбин выскочил из кузова, очки на его переносице съехали и сейчас криво сидели на носу.       — Нет времени на это. Они будут с минуты на минуту. Мы быстрее скроемся, если просто затеряемся в лесу. — Парни похватали сумки, последний раз оглядывая пустую машину и хлопая дверцей.       В тот момент, когда друзья уже готовы были скрыться между деревьями, из-за угла заправки показались два солдата.       — Черт, — прошипел Чан, оборачиваясь. — Давай, дёру! — Парни побежали по лесу, слыша крики сзади.       Солдаты нагоняли их быстро, потому что не были нагружены тяжелыми сумками и в какой-то момент Чан понял, что им не скрыться.       — Вы с Минхо бегите, а я их задержу. — Бросил он, замедляясь.       — Я никуда без тебя не побегу! — Выкрикнул Чанбин, в этот момент тоже останавливаясь.       — Я смогу постоять за себя с помощью своей силы! — сопротивлялся Чан. — Вы же — фиг знает чем обладаете.       — Не глупи, Чан, их двое. Ты еле-еле справляешься с одним. Они просто схватят тебя или, того хуже, пристрелят. — Встрял в перепалку Минхо. — Просто побежали.       — Парни! — Вдруг вскрикнул Чанбин, резко кидаясь в сторону Чана, чтобы защитить его. Послышался выстрел и тело Чанбина неестественно дернулось. Очки окончательно сползли с его носа и упали на сырую землю. Стеклышко линзы треснуло, вываливаясь из оправы.       — Блять! Тебя задело? — Чан подхватил друга, другой рукой насовывая ему на переносицу очки, пряча побитое стекло в карман.       — Ерунда, может просто царапнуло, я даже не почувствовал. — Отмахнулся Бин, чуть щурясь из-за разницы в зоркости в разных глазах. — Хватайте сумки и побежали! — Сзади слышались редкие выстрелы, но от каждого громкого звука хотелось рефлекторно упасть на землю, прижимая голову руками. Однако желание спастись было сильнее страха за свою жизнь, поэтому друзья лишь припустили еще быстрее, хотя Чанбин отставал все сильнее, пока Чан не забрал его сумки. Они бежали вглубь леса еще несколько минут, прежде чем поняли, что крики и выстрелы позади них стихли.       Минхо остановился, тяжело дыша и прислоняясь к дереву.       — Они не бегут за нами? — немного отдышавшись, спросил он. — Это странно.       — Это очень странно, поэтому нам нельзя просто так останавливаться. Кто знает, что у них в головах. — Сквозь боль в горящих от бега легких громко прошептал Чан.       — Эй, Бинни, ты как? — Минхо обеспокоенно посмотрел на друга, что медленно сползал по стволу дерева на землю. Младший снял оправу, прикрывая глаза и массируя их уставшей рукой.       — Сейчас пару минут посижу и побежим дальше, мне просто нужно немного отдохнуть… — Пробормотал Со, прислоняясь головой к дереву.       — Твою мать, Чанбин! — Эмоционально выругался Чан, подходя к другу и замечая расцветающее красное пятно на его животе под толстовкой. — Что делать? — Вопрос был обращен уже к Минхо.       — Черт, нужно посмотреть, там ли пуля. — Минхо нагнулся над другом, отворачивая толстовку и морщась от увиденного. По распухшей коже вокруг раны расползались кровавые дорожки, а из самого отверстия торчала едва заметная резиновая пуля.       — Ее нужно достать, — продекламировал едва слышным голосом Минхо и оба парня посмотрели на Чана.       — А почему вы на меня смотрите? Я что, специалист по доставанию пуль? — Чан сделал неуверенный шаг назад, чуть покачиваясь.       — Никто из нас не специалист. Просто достаньте ее и пойдем дальше. — Простонал Чанбин. Его тело била мелкая дрожь.       — Хорошо. — Чан сжал руки в кулаки, подходя ближе. Однако кончиков пальцев он почти не чувствовал. — Что делать?       — Для начала нужно обеззаразить чем-то руки. — Минхо стал рыться в сумках. — Я помню, что брал баночку спирта. А ты найди какую-нибудь ткань, желательно чистую.       — И где я тебе ее возьму? — Раздраженно спросил Бан Чан.       — Да хоть майку на себе разорви, — также сердито бросил Ли.       — Может быть вы не будете ссориться сейчас? — Устало пробормотал Чанбин. — Чан, обработай руки и мою рану спиртом. И просто вытащи пулю пальцами, она не глубоко ушла. Минхо, перевяжешь рану. Почему из нас троих один я ходил на медицинскую подготовку?       Парни кивнули, стараясь делать все аккуратно.       — Чан, — тихо позвал младший.       — Что? — тут же отозвался он, присаживаясь перед Чанбином на колени, чтобы было удобнее.       — Постарайтесь меня не убить, — усмехнулся младший, на что Минхо лишь фыркнул, закатив глаза.       — Ну раз у тебя есть силы шутить, значит все точно в порядке. Давай, Чан.       Ли вылил немного содержимого банки Чану на руки, а потом поднес ее к ране, но не спешил лить. Он еще раз взглянул на Чана и после взял Чанбина за руку. Он знал, что это будет больно. Видел в фильме.       — Да давай уже, мать Тереза, — простонал сквозь зубы младший и Ли вылил немного жидкости на рану. Чанбин сильно стиснул руку старшего и застонал, зажмурив глаза. Чан в этот момент нанес руки над раной, аккуратно залезая в нее пальцами и доставая пулю. Лицо его при этом не выражало никаких эмоций кроме сосредоточенности. Чанбин закряхтел от боли, но спустя несколько мгновений Чан уже откинул пулю в сторону.       — Потерпи еще немного, — прошептал Минхо, доставая разорванные на лоскуты майку и зажимая одним куском кровоточащую рану, а другим пытаясь перевязать ее дрожащими руками.       — Если ты будешь так трястись, точно ничего не получится. — Процедил сквозь зубы младший. — Я чувствую каждое твое движение, можно поаккуратнее?       — Сам попробуй из друга пулю вытаскивать! — Выкрикнул Хо, но вовремя осекся. — Прости. Я стараюсь.       Когда с операцией было покончено, парни уселись рядом друг с другом, без сил смотря перед собой.       — Куда сейчас? — еле слышно спросил Чан, первым нарушая тишину.       — Если мои ориентиры меня не подводят, мы должны быть недалеко от того самого склада. Может километров семь осталось. — Прошептал Со, тяжело дыша.       — Семь километров? Ты издеваешься? Ты хочешь сказать, что ты пройдешь семь километров в таком состоянии? — Минхо скептически посматривал на рану друга. — Да ты и километра не протянешь.       — Спасибо, что веришь в меня, хен, — усмехнулся Чанбин. — Подайте мне мой планшет. Я отслежу точное местоположение. Он в серой сумке.       — А если они все еще там? — Спросил Чан, подавая младшему старенький, в паре мест заклеенный изолентой, гаджет.       — Солдаты? Не думаю. Прошло уже больше двух суток. С чего бы им сидеть в пустом амбаре среди леса? Они явно увозили подростков с определенной целью. — Трясущейся рукой Чанбин принял планшет, но спустя минуту уже быстро защелкал пальцами по электронной клавиатуре, набирая какие-то коды. Парни переглянулись, одновременно подумав о том, что в электронике Чанбину не было равных.       — Черт, ничего не вижу, — выругался Чанбин, пытаясь поднести планшет ближе к лицу, однако устройство не хотело держаться в его слабых пальцах. Минхо присел на колени возле друга, помогая тому придерживать планшет.       — Твои очки сломались, — сказал Чан, вспомнив о линзе и доставая осколки из кармана. Он поднял с земли оправу, пытаясь как-то впихнуть в нее стекла.       — Брось это, их не починить. Стекло треснуло. — Устало сказал Чанбин, чуть отрывая взгляд от экрана. — Дай мне. — Чан протянул ему оправу и Бин насунул очки на себя, зажмуривая один глаз и смотря другим. Чуть подрагивающей рукой Со достал из кармана какой-то платок, накрывая им вторую, сломанную часть оправы, чтобы смотреть было комфортнее.       — Мы придумаем что-нибудь, Бинни, — заверил младшего Минхо, чуть постукивая того по плечу и поправляя съехавший на бок ворот футболки.       Внезапно вспышка вновь пронзила его голову и парень замер, широко распахивая глаза. Ему показалось, будто его душа вмиг сжимается до крошечных размеров, покидая тело вместе с воздухом из легких и переносится куда-то в другое место, туда, где Минхо никогда не бывал. Он резко открывает глаза, вдыхая, но оказывается у Чанбина дома. Хо сидит за столом, ковыряясь палочками в тарелке с незамысловатой едой.       — Бинни, чего такой грустный? — Ли поднимает голову и, увидев перед собой маму Чанбина, пугается, однако тело его продолжает двигаться словно бы само по себе.       — Мам, что ты будешь делать, если меня вдруг заберут в интернат? — вдруг спрашивает он голосом Чанбина, откладывая палочки на край стола. Минхо пытается оглядеться по сторонам, но взгляд его сам мимо воли возвращается к задумчивому и усталому лицу матери друга. Та садится рядом с сыном, тяжело вздыхая.       — Что ты такое говоришь? Кто тебя заберет? Опять начитался в своем компьютере ерунды о всяких вселенских заговорах? — Она хочет взять парня за руку, однако тот одергивает ладонь.       — Мам, какой ерунды, я же миллион раз объяснял тебе, что… — начал оправдываться Со, однако строгий голос женщины перебил его.       — Чанбин, я же сказала тебе, чтобы ты больше не искал ничего о лабораториях и ППИ. Это для твоего же блага, сынок. — Она все-таки нащупала под столом теплую руку сына и крепко сжала ее, поджимая при этом губы и выдавливая вымученную улыбку. — Ты совсем уже зрение посадил себе со своим компьютером. Скажи спасибо, что никто не знает, что у нас дома такая мощная техника, это может быть небезопасно для нас. — Она замолчала, обдумывая что-то, а после встала из-за стола, направляясь на кухню.       — Мам, — позвал ее Чанбин и женщина обернулась, останавливаясь в проходе. — Берегите себя, когда я уйду.       — Куда ты собрался, Бинни? — Она явно не понимала.       — В школу, куда же еще. — Усмехнулся младший, вновь принимаясь за еду. Его мама неопределенно кивнула, скрываясь за дверью.       — Я буду скучать, — добавил едва слышно Чанбин и Минхо перевел взгляд на пустой проход, теряясь в собственных мыслях.       — Минхо! — вдруг услышал он словно сквозь толщу воды голос Чана и мотнул головой, сильно зажмуриваясь. Когда Ли открыл глаза, то увидел перед собой обеспокоенного Чанбина, сидящего перед ним на земле с планшетом в руках и облокачиваясь о дерево. Минхо потряс головой, прогоняя наваждение и плюхаясь на землю рядом с другом.       — Минхо! — вновь позвал Чан уже где-то ближе. — Что случилось? Ты вдруг внезапно замер, глядя куда-то в одну точку и не отзывался.       — Я просто… я наверное… это моя сила? — скорее спросил парень.       — Какая сила? — недоумевал Чанбин.       — Видеть… прошлое? У других. У тех, до кого я дотрагиваюсь. — Пробормотал Минхо, разглядывая свою руку.       — Ты увидел что-то в моем прошлом? — Чанбин отложил планшет и заинтересованно посмотрел на друга.       — Я увидел тебя за столом, ты разговаривал с мамой об… интернате. А потом попросил ее беречь себя. — Чанбин молча поджал губы.       — Получается, ты можешь видеть чужие воспоминания, дотрагиваясь до кого-то? — Чан присел на корточки перед Минхо, однако от того не скрылось расстояние между ними, которое Чан оставил специально.       — Наверное? Когда я был на заправке и дотронулся до менеджера, то увидел как он вызывает ППИ по телефону. Поэтому я сказал вам, что они скоро будут здесь. А сейчас я дотронулся до кожи Чанбина, поправляя его футболку и увиде… — Минхо замолчал, понимая, что это было что-то личное, для его друга и вряд ли он хотел бы, чтобы Хо говорил об этом.       — В любом случае мы знаем, что у тебя должна быть какая-то сила. Может быть позже у нас будет время, чтобы разобраться в ней. А еще определить какая сила у Чанбина.       — Я был бы рад, если бы у меня была способность к восстановлению зрения, потому что со своим минус шесть я ни черта не вижу, а надевать очки только с одной линзой равно самоубийству. — Тяжело вздохнул тот, вновь прикрывая глаза. — Однако нам пора идти. Со всеми проблемами и вопросами мы обязательно разберемся, когда будем в безопасности. До склада пять с половиной километров на север. — Медленно проговорил Со, откладывая планшет в сторону.       — Ты как? Сможешь идти? — Минхо прикусил губу, поднимаясь с Земли.       — А у меня есть другой выбор? — Беспомощно пробормотал Бин, все еще держа глаза закрытыми. — Как-нибудь доберусь. Главное постараться двигаться быстро, чтобы нас не поймали, если вдруг они пошли за подкреплением. Дайте мне планшет. Я попробую поймать их радиоволну, чтобы быть в курсе новостей.       — Я помогу тебе идти, а Хо понесет сумки. — Твердо ответил Чан, когда младший настроил радиоизвещение. Впрочем, ничего особенно важного там не передавали. Приказы подъехать куда-то, забрать очередного подростка и подобная ерунда. Никто не говорил и слова о подростках, скрывающихся в лесу.       Друзья собрали все сумки, Чан подставил Чанбину свое плечо и парни двинулись в направлении севера. Идти быстро не получалось, однако они не стояли на месте, что уже было достижением в их случае. Шли они молча, лишь изредка тишину нарушали голоса военных из радио, да стоны Чанбина, с каждым километром сдающего все больше.       — Просто бросьте меня здесь. — В какой-то момент пробормотал он, оседая в руках Чана.       — Да ты издеваешься, мы же без тебя помрем в первые же десять минут, Чанбин, нет. — Отчаянно вздохнул Минхо, тоже подходя к другу.       — Давай я понесу тебя. — Предложил Чан и они с Минхо помогли Чанбину забраться тому на спину.       «Дела совсем плохи, раз он дает нести себя», — мысленно передал Чан Хо, стреляя на того взглядом. На что тот лишь понимающе кивнул, подбирая с земли сумки.       — Осталось полтора километра. Нужно успеть до ночи. Уже темнеет.       Парни чуть ускорились, насколько это было возможно и зашагали дальше.

***

      Огромное серое здание, похожее на сарай для скота показалось перед ними уже когда на улице была почти ночь. Не заботясь о безопасности, друзья ввалились за дверь тут же без сил падая на пол. Впрочем, внутри оказалось пусто. Чан нашел в себе силы подняться, осматриваясь вокруг. Действительно прослеживались следы стоянки, что была здесь не так давно. Всюду валялся мусор, какая-то одежда и даже матрас, на который парни тут же решили переложить уснувшего Чанбина. Впрочем, зола от кострища была уже давно остывшей и сырой, что говорило о том, что уехали они явно не позже сегодняшнего раннего утра, если еще не вчера.       — Я разведу костер, принеси немного веток. — Бросил Минхо, присаживаясь над широкой железной бочкой, служившей кострищем и разгребая в нем золу.       После того как парням удалось разжечь огонь, они перетащили матрас с Чанбином ближе к теплу, а сами сели поодаль на какие-то тряпки, найденные тут же.       — Что нам теперь делать? — Минхо лениво помешивал угли палкой, задумчиво глядя на пламя.       — Очевидно, мы не можем идти дальше, пока Чанбину не станет лучше. Надеюсь, к утру он придет в себя. — Чан подбирал на земле камушки, кидая их подальше. Парни немного перекусили и сейчас отдыхали, греясь возле огня.       — Я осмотрел его рану, кровь уже перестала идти, но он все еще плох. Возможно тут придется остаться на несколько дней.       — Может быть… Тогда дальше я пойду сам? — медленно предложил Чан, взвешивая все «за» и «против».       — С ума сошел? Ты никуда не пойдешь один. Либо мы двигаемся дальше все вместе, либо все вместе остаемся здесь, пока Чанбину не станет лучше. К тому же, признай, что без него мы оба быстро загнемся. Тем более, мы не знаем куда двигаться дальше. Завтра днем нужно будет поискать подсказки.       Чан лишь усмехнулся в ответ, чуть качая головой и подкидывая очередной камушек.       — Кстати… — вдруг вспомнил он, — что ты чувствуешь, когда… ну, видишь воспоминания? — Рот Минхо сложился в отчетливую букву «о» и парень перевел взгляд на свою руку, сжимая ее в кулак несколько раз.       — Не знаю, — он пожал плечами. — Я просто… как будто голову пронзает вспышка и моя душа вырывается из тела и переносится куда-то в другое место? — Со всей этой историей у Ли даже не было времени обдумать произошедшее. — Я как будто оказываюсь где-то в теле того человека и вижу все его глазами. Это происходит как-то… — Парень протянул руку к Чану, дотрагиваясь до оголенного участка кожи у него на руке, и голову вновь пронзила яркая вспышка.       На этот раз он увидел Чана, стоящего в своей комнате и разглядывающего фотографию с изображением его семьи на ней. Чан резко отдернул руку, прижимая ее к себе. Минхо спрятал ладони в карманах, сердце колотилось, а в висках пульсировало.       — Что ты увидел? — не понимающе спросил старший. — На секунду твои глаза засветились синим. Ты так смотрел, как будто сквозь меня. Это было немного пугающе.       — Сейчас… я видел тебя в твоей комнате. Ты смотрел на фотографию семьи… Когда это было? Когда я дотрагиваюсь до людей…       — Ты способен видеть их воспоминания, — закончил за него Чан.       — Да, но почему я не увидел ничего у Чанбина, когда перевязывал его? — Вдруг осенило Минхо. — Только в тот момент, когда поправлял футболку.       — Хм… Может быть, ты был слишком напуган? Мы же только учимся. Было бы неплохо как-нибудь потренироваться, кстати. — Чан зевнул, устраиваясь возле костра поудобнее и прикрывая глаза.       — Ты сильно устал? Я подежурю первым. Есть о чем подумать. — Минхо говорил отрывисто, все еще разглядывая свои ладони.       После того как Чан уснул, Хо встал на ноги, продолжая ходить по амбару. Ему хотелось вновь попробовать свою силу (в том, что это была именно она, парень не сомневался), но Ли не собирался тренировать ее на парнях без их согласия. Все-таки, в воспоминаниях можно увидеть и что-то личное. Все-таки Черен была права, когда говорила Минхо о том, что его сила может пригодиться в путешествии. Парень хотел бы сейчас увидеть ее, рассказать ей все. Сестричка, воодушевленная всем этим волшебством, наверняка была бы рада за брата.       Однако, столько лет Ли засыпал по ночам, мечтая о том, какая именно сила у него будет и вот, сейчас, узнав ее, парень пребывал в растерянности. Он всегда будет видеть вспышки воспоминаний, когда будет дотрагиваться до кого-то? Сможет ли он блокировать это? Сможет ли он в будущем видеть воспоминания без физического контакта? Придется ли ему теперь избегать прикосновений, если каждый раз они будут отдаваться вспышками и болью в голове?       Вопросы роем гудели в его голове, но у парня не было ответа ни на один из них. Наконец, почувствовав усталость в напряженных мышцах, Ли сел, вновь задумчиво уставившись на костер. Он разберется со всем этим завтра. В конце концов, у него впереди целая жизнь.       На следующее утро, уставшие и не выспавшиеся, первым делом парни решили расшевелить и накормить Чанбина. Ночью тот пару раз просил воды, однако ему определенно нужно было поесть.       — Ты как? — участливо поинтересовался Чан, помогая другу занять полулежачее положение и подавая пару бутербродов.       — Сносно, — Чанбин говорил тихо, но твердо. — Мне просто нужно немного полежать, не волнуйтесь обо мне. Вечером мне станет уже лучше. Простите, что задерживаю нас… — Он откусил хлеб, медленно разжевывая. На самом деле рана болела ужасно, а каждое движение отдавалось тупой болью во всем теле, но младшему не хотелось пугать и расстраивать друзей еще больше.       — Мы с Чаном пойдем разведаем территорию вокруг. Может быть что-то найдем. Заодно наберем еще веток для костра. Сможешь сам полежать? — Поинтересовался Хо, на что Бинни лишь устало кивнул, отпивая немного воды, что ему подавал Чан.       Минхо поднялся с земли, отряхивая штаны. Сегодня они хотели порыскать вокруг, вдруг повезет найти что-то полезное. Парни вышли на улицу, тихо затворяя за собой дверь.       — Не думаешь, что Чанбину стало только хуже? — Несмело спросил Минхо, когда они отошли подальше от бара. Чан молча кивнул, поджимая губы.       — Когда я перевязывал его рану заметил, что края чуть почернели. Выглядело это, откровенно говоря, не очень… — Ответил Чан.       Минхо вздохнул, нагибаясь, чтобы набрать с земли хвороста. Они кругами ходили вокруг склада, не решаясь отойти слишком далеко. В траве неподалеку что-то блеснуло и Минхо протянул руку, чтобы подобрать это, однако наткнулся на острые шипы какого-то кустарника, тут же одергивая пальцы.       — Айщ, — выругался он, присаживаясь на корточки, чтобы лучше рассмотреть блестящий предмет.       — Что там? — Бан выглянул из-за его спины.       — Не знаю, блестит что-то, — ответил Хо, вновь протягивая руку так, чтобы не задевать колючки. Спустя мгновение он вытащил серебристый разбитый телефон.       — Это сотовый Чонина! — Воскликнул Чан, забирая из рук друга раздолбанный гаджет. Бан оглянулся на стену амбара, возле которой они стояли, заметив чуть выше своей головы отверстие в досках, что, по-видимому, служило окном. — Видимо его растоптали и выкинули из этого окна. — Чан рассматривал смятый чуть ли не в лепешку мобильный. Естественно о том, чтобы включить его, не могло идти и речи.       — Думаю, это случилось сразу после того, как он позвонил мне. — Добавил Чан, чувствуя, как его сердце болезненно сжимается. — Я слышал окрик и какую-то возню в конце звонка…       — Хей, — Минхо захотелось обнять друга, однако он подавил в себе этот порыв, ограничиваясь лишь дружеским похлопыванием по плечу. — Я уверен, что с Чонином все в порядке. Как только Чанбину станет получше, мы тут же отправимся дальше на поиски, слышишь? Вечером все вместе подумаем, что делать дальше.       Но к вечеру Чанбину лучше не стало. Не стало ему лучше и на следующее утро. Погода тоже не баловала: всю ночь шел дождь, прекратившийся ненадолго лишь сейчас. Чан несколько раз выругался на мокрый лес и отсутствие хвороста для костра, пока Ли пытался заклеить Чанбиновы очки. Друзья не теряли надежды на то, что они скоро ему понадобятся.       — Хей, не хочешь немного потренироваться? — Вдруг предложил Чан, нарушая тишину в амбаре.       — Я не Чанбин, чтобы по первому зову в качалку бежать. Тем более, чем ты тут качаться собрался? Кусками того железа? — Минхо безэмоционально кивнул на груду какой-то арматуры в углу помещения.       — Нет, — Чан покачал головой, — Ты меня не понял. Я имел в виду, потренировать наши силы. Мою и твою. — На этих словах Хо оживился, принимая сидячее положение. Он посмотрел на вновь уснувшего Чанбина, понимая, что они явно застряли здесь надолго.       — Как ты предлагаешь это сделать? — Заинтересованно спросил он. Чан подошел ближе, присаживаясь рядом.       — Можно действовать по очереди. Я буду приказывать тебе делать какие-то элементарные вещи, типа принести что-то или вроде того. А ты… ну, смотреть мои воспоминания. — Минхо пожал плечами, соглашаясь.       — Кто первый? — Хо вытер об себя мгновенно вспотевшие ладони и встал с земли. Следом за ним поднялся и старший.       — Давай я, — Чан глубоко вздохнул, зачем-то разминая пальцы рук. Минхо лишь молча кивнул, уставившись на друга. Чан посмотрел на младшего пристально, мысленно собираясь, однако Минхо вдруг вздрогнул.       — Что если что-то пойдет не так? Я смогу сказать тебе это под внушением? А если мне перемкнет мозги и я навсегда останусь овощем? А если…       — Минхо! — Чан судорожно вздохнул. — Мне и без твоих вопросов страшно. Я постараюсь отдать простой приказ, хорошо?       — Окей, хён, — Минхо постарался улыбнуться, вновь встречаясь взглядом с другом.       На этот раз Чан действовал решительнее. Сразу установив зрительный контакт, глаза его тут же вспыхнули оранжевым и Минхо почувствовал как невидимые руки охватывают все его тело, словно сковывая. Взгляд его сосредоточился исключительно на этих ярких оранжевых глазах, не в силах отвести его. Он хотел было сделать что-то, сказать, однако разум его стал будто бы мягкой и пластичной субстанцией из которой хозяин мог лепить что угодно. При любом другом раскладе, Хо наверняка запаниковал бы, однако сейчас в голове его не было мыслей, лишь какие-то обрывки фраз плавно перетекали по мозгу, но Ли не мог зацепиться ни за одну из них.       — Подай мне кружку, — услышал он голос Чана будто бы у себя в голове и рука его сама поднялась, потянувшись за предметом. Минхо словно со стороны наблюдал за своим телом, выполняющим приказ, не в силах сопротивляться. Когда кружка была у Чана, старший зажмурился, мотая головой, чтобы разорвать контакт. Минхо почувствовал, как резкий прилив воздуха вместе с его душой вернулся в сознание, все еще пребывая в том пластичном состоянии. Ощущение не из приятных. С одной стороны ему хотелось побежать, сделать что-то резкое, но с другой стороны мысли не хотели собираться в кучу, расплываясь по сторонам. Парень чуть пошатнулся, но старший тут же поймал его.       — Ты как? — Чан обеспокоенно осматривал друга. — Что чувствуешь?       — Будто по мне проехался трактор, — рот Минхо был слишком вязким, чтобы буквы четко складывались в слова, но он чувствовал, как постепенно приходит в себя. Он освободился из объятий старшего и присел на пол, окончательно восстанавливаясь. — Такая каша в голове.       — На самом деле… если сравнивать с теми разами, когда я использовал свою силу раньше, управлять тобой было очень легко. Ты вообще не сопротивлялся.       — Я даже не понял, что произошло, — Минхо почесал затылок. — Как будто наблюдал за собой со стороны.       — В следующий раз ты можешь попытаться сопротивляться, — предложил Чан.       — Следующий раз? У меня до сих пор мозги как будто расплавленные… думать ни о чем не могу. — Минхо повалился на импровизированную кровать из спального мешка и прикрыл глаза.       — Не хочешь сейчас сам потренироваться? — Предложил Чан спустя какое-то время. Минхо лениво приоткрыл один глаз, взвешивая все за и против. С одной стороны, ему безумно хотелось научиться управлять своей силой, а не бесконтрольно считывать воспоминания всякий раз, когда он дотрагивался до кого-либо. Но с другой стороны, парень переживал о том, что может считать что-то личное с воспоминаний Чана.       — Давай, — согласился он наконец со вздохом. — В конце концов, мне тоже нужно освоить ее.       Бан Чан подсел к Хо, поджимая к себе ноги по-турецки.       — Интересно, — начал он медленно, — ты сможешь считывать какие-то определенные воспоминания, когда научишься управлять силой? — Минхо лишь молча пожал плечами. Он уже настроился, потирая ладони друг о друга и разминая пальцы.       — Если что-то пойдет не так — кричи, — предупредил он Чана и тут же, не давая себе времени передумать, дотронулся до его руки, закрывая глаза. Он ощутил привычное уже сжимание всех внутренних органов и глубоко вздохнул, открывая глаза уже в совсем другом месте.       Он стоял в лаборатории и почему-то вещи вокруг него казались намного больше. Минхо догадался, что это происходило, когда Чан был еще маленьким. Врач, что обычно проводил их тесты, выглядел моложе лет на десять. Минхо посмотрел на руки Чана и увидел, что на них нет браслета, выходит, это был его первый тест. Малыш-Чан жался в углу, не зная, что ему делать и куда смотреть. Словно зверек, он стоял возле кресла, разглядывая большие мониторы и кресло, на которое в скором времени ему предложил забраться врач.              — Не бойся, мальчик, первый раз здесь? — подтвердил догадку Минхо доктор и улыбнулся. Минхо подумал, что раньше он умел делать это без чувства страха у пациента. А может быть он и до сих пор ведет себя так с маленькими детьми? — Мне всего лишь нужно посмотреть кое-что. Это не будет больно.       Он закреплял уже привычные сейчас для Хо проводки на голове и груди Чана, закрепил ремнями конечности и корпус, пока тот молча лежал на кресле, не сопротивляясь.       — Сейчас я буду нажимать кнопочки в компьютере, а ты, скорее всего, будешь чувствовать что-то, если будет больно, скажи мне, хорошо? — Врач встал возле монитора, поглядывая на мальчика. Бан коротко кивнул. Его зубы свело от страха неизвестности и произнести сейчас хоть звук он был не в состоянии.       Доктор нажал на какие-то кнопки и Чан внезапно почувствовал тепло, исходящее от датчиков, что прицепили ему на голову и грудь пару минут назад. Они приятно грели кожу, не обжигая ее и мальчик немного расслабился, понимая, что больно действительно не было. Однако спустя какое-то время они стали нагреваться сильнее и в тот момент, когда Чан почувствовал, что его кожу уже нестерпимо жжет и хотел было уже вскрикнуть от боли, доктор нажал на какую-то кнопку и жжение тут же прекратилось. Врач почему-то выглядел обеспокоенным, когда подходил к ящику, чтобы достать оттуда какие-то инструменты. Чан поднял голову так высоко, насколько ему позволяли бесконечные провода на ней, чтобы наблюдать за тем, чем занят мужчина.       Тот вновь подошел к компьютеру и нажал еще пару кнопок, шепча что-то себе под нос.       — Со мной что-то не так? — все-таки выдавил из себя Бан и Минхо услышал его детский тонкий голос, вместо привычного уже более низкого.       — Нет, нет, малыш, все в порядке, мне просто нужно посмотреть еще кое-что. — Пролепетал врач, однако действия его говорили об обратном. Он достал еще несколько проводков и подошел к мальчику, собираясь закрепить их тоже.       — Скажите, что со мной, — жалобно попросил Чан и Минхо вдруг стало жаль этого напуганного ребенка. Просьба осталась проигнорированной и тогда Бан решил повторить ее настойчивее.       — Скажите, что со мной, — голос звучал тверже и на секунду Чан встретился с врачом взглядом, вдруг почувствовав как неизведанная раньше энергия вытеснила страх, охвативший его, и как невидимые нити протянулись от его головы к голове доктора. Тот вдруг остановил свои действия, глядя заинтересованно в глаза Чана.       — У тебя очень опасная сила, мальчик, — ответил доктор, чуть прищурившись.       — Какая? — Чан осознавал, что эти нити управляют старшим, он не мог видеть их, но явно ощущал присутствие чего-то стороннего, того, что было в нем и раньше, но никогда не проявлялось до этого дня.       — Сила внушения, — просто ответил врач.       — Что это значит?       — Ты можешь управлять сознанием других людей, внушать им что-то и заставлять действовать. Твоя сила опасна и мне следует сообщить об этом в главный офис. — Доктор и мальчик смотрели друг на друга не отрываясь.       — Что будет, когда вы сообщите?       — Министерство не может позволить тебе находиться в семье, потому что ты можешь причинить вред обычным людям, так что, скорее всего, тебя заберут в интернат.       — Но я не хочу в интернат! — эмоционально воскликнул Чан, почувствовав, что связь между ними задрожала от напряжения, грозясь разорваться. — Вы ошиблись! Нажмите там у себя в компьютере кнопки о том, что моя сила абсолютно безопасна для людей! — Сказав это он ощутил толчок энергии, передаваемый от него к доктору по нитям и увидел как врач тут же повернулся, медленно подходя к компьютеру. Нажимая какие-то кнопки врач ответил, тупо глядя в монитор:       — Твоя сила абсолютно безопасна для людей, мальчик.       В этот момент, нити, дрожавшие на пределе своих возможностей, с громким звуком оборвались, лопаясь где-то в голове Чана и вся энергия, придававшая ему сил, вдруг отхлынула от него, уступая место неконтролируемому страху. Чан почувствовал, как его руки и тело мелко дрожат, пока доктор как ни в чем не бывало подошел к нему, снимая с головы датчики. Вид у него был растерянный, однако он продолжал молча выполнять свою работу. Чан почувствовал, как его сердце начало сильно колотиться, а зубы уже стучали друг от друга от напряжения во всех мышцах. Врач, до этого молча снимавший провода вдруг приблизился к нему.       — Минхо! — крикнул доктор почему-то голосом взрослого Чана и начал трясти мальчика в кресле за плечи. — Минхо! — Тот зажмурился сильно, мотнув головой и вдруг почувствовал как падает, открывая глаза уже на импровизированной лежанке в амбаре.       — Что произошло? Ты вдруг начал весь трястись и я испугался, — Чан, уже взрослый Чан, нависал над ним, обеспокоенно осматривая его. Минхо почувствовал, как его сердце колотится, а руки дрожат и растопырил пальцы, пытаясь расслабить мышцы. Он понял, что страх, охвативший маленького Чана в кресле на самом деле был страхом, охватившим и его, Минхо тоже, сидящего здесь в амбаре.       — Что ты увидел, что случилось? Я еле-еле смог вытащить тебя оттуда. — Чан отсел подальше, убедившись, что друг пришел в себя.       — Я видел твой… первый тест, — мешанина в голове мешала парню формулировать мысли. — Как ты использовал свою силу впервые. — Чан вздрогнул при упоминании об этом, заинтересованно посмотрев на Минхо. Он обнял себя руками в попытке защититься.       — Тогда я не на шутку испугался и этот страх, видимо, передался тебе… — сделал он вывод, однако Минхо ничего не ответил. Чан отвел взгляд, смотря куда-то в пол.       — Ты спас себя, — тихо сказал Минхо спустя несколько минут молчания.       — Ага, — Чан кивнул. — Не знаю, какие тесты они проводили после, однако, видимо в компьютере действительно светилась зеленая лампочка, потому что они никогда не вели себя странно на следующих тестах. Да и ощущения при тестировании были другими.       Минхо кивнул. Он не знал, что ответить парню. Чан упоминал как-то, что пользовался своей силой в детстве, но Минхо не думал, что это происходило при таких обстоятельствах. А о том, что старший обладал силой внушения, они с Чанбином узнали и вовсе всего только год назад. Очевидно, Чан боялся или стеснялся своей силы.       — Я испугался за тебя, — внезапно сказал парень, глядя на Минхо. — Вначале все было нормально, твои глаза засветились синим и ты просто сидел, глядя куда-то сквозь меня, а потом твои руки начали дрожать и сам ты затрясся. Я убрал свою руку, чтобы прервать телесный контакт, однако ты не выходил из транса, продолжая трястись. Тогда я начал звать тебя и трясти за плечи, но ты пришел в себя далеко не сразу.       — Прости, — только и смог выдавить из себя Минхо. Ему было неловко от того, что он обнажил такие личные для Чана воспоминания и при этом заставил старшего волноваться.       — В этом нет твоей вины. Никто из нас не умеет контролировать свою силу сейчас и нам обоим нужно учиться для этого. Мне — отдавать что-то посложнее, чем простые приказы, а тебе — самостоятельно прерывать воспоминания. Я заметил, что тебе сложно вырваться оттуда. — Ровный голос Чана действовал успокаивающе и Минхо лишь устало кивнул, прикрывая глаза. Больше в то утро парни не разговаривали, каждый думал о чем-то своем.       Когда после обеда у младшего поднялась температура, Чан с Минхо поняли, что начался воспалительный процесс. Оно и неудивительно, ведь парни не были медиками, а помощь, что они могли оказать Чанбину из подручных средств на полу сарая в глухом лесу была мизерной.       — Дела совсем плохи, — невесело проговорил Чан, — Я боюсь, еще немного и рана загниет.       — Я видел, — ответил Хо, поджимая губы. — Чан… Я уже думал… — Голос его затих, совсем сходя на нет.       — О чем? — тот обернулся на друга, заинтересованно поднимая бровь. Ли выглядел подавленно.       — Мы могли бы вызвать скорую… — ответил он спустя какое-то время.       — Ты понимаешь, чем это грозит? — также медленно спросил Чан.       — Я знаю, что сюда тут же приедут ППИ, — Минхо заламывал пальцы на руках, хрустя костяшками. — Но что еще остается делать? Ему хуже с каждым часом. Мы не можем потерять одного друга в попытке спасти другого, хён.       Чан отвернулся от него, направляя свой взгляд в пол. Он ненавидел Минхо за его холодную решимость. За то, что он оставался трезвым всякий раз, когда самого Чана захлестывали эмоции. За то, что сейчас он был чертовски прав. Минхо редко называл его хёном, но каждый раз, когда это происходило, оно означало лишь одно: разговор действительно был серьезным.       — Что если… — Чан до последнего не хотел сдаваться. — Что если мы вызовем ППИ и убежим отсюда. Его заберут домой к семье, а мы продолжим наше путешествие вдвоем…       — Ты осознаешь абсурдность своего предложения, хён? С чего ты решил, что они повезут его домой? Ты на самом деле готов бросить его в неизвестности? Ты готов полагаться на ППИ? С таким же успехом мы могли бы прямо сейчас бросить его здесь и просто уйти! — Минхо раздраженно развел руками, вставая со своего места.       — Но Хо! — Воскликнул было Чан, однако тут же замолчал, услышав тихий кашель Чанбина на полу.       — Давай отойдем подальше. — Зло прошептал Ли, подходя к выходу из амбара. Он дождался старшего и прикрыл дверь, выходя на улицу.       — Я не знаю, как нам поступить. — Честно признался Чан, опуская руки в карманы и прижимая к себе в попытке справиться с холодным ночным ветром.       — Мы обязаны сделать что-то уже до завтра, Чан. Я боюсь, как бы не стало совсем плохо. — Минхо перевел на него взгляд, задерживаясь.       Чан посмотрел на синее небо, смаргивая непрошенные слезы.       — Дождь вновь начнется, наверное. — Сказал он, опуская голову и встречаясь глазами с другом. Словно в подтверждение его слов небо озарила вспышка и спустя пару секунд послышался треск грома. — Что у нас с ветками для костра?       — Нужно набрать побольше, пока снова не зарядил, — согласился с ним Минхо.       Парни двинулись вглубь леса, по пути собирая хворост. Чан был благодарен младшему за то, что тот разрешил ему оставить этот разговор на потом. Бан знал, что им придется точно пожертвовать чем-то, если они хотят спасти Чанбина, но не был готов жертвовать Чонином. Он обязательно обдумает все возможные варианты этой ночью, а сейчас…       — Давай быстрее, — крикнул Чан вслед за новым раскатом.       — Я отойду еще по делам, — чуть улыбнулся Хо, скрываясь за деревьями. В листве уже зашелестели первые капли дождя. Собирался знатный ливень.       Справив нужду, Минхо поежился. Первые крупные капли упали на его плечи и парень нагнулся подобрать с земли еще пару веточек. Они высушат их возле костра. Вдруг ему показалось, что он заметил что-то в кустах неподалеку. Он выпрямился и оглянулся, выискивая Чана взглядом.       — Хен! — громким шепотом позвал он старшего, поманив к себе рукой. Когда Чан подошел к нему, вопросительно кивая, Ли указал пальцем на ветки куста, раздвигая листья. Парни увидели чей-то ботинок, измазанный в грязи.       — Что это такое? — чуть слышно спросил Чан, пригибаясь и стараясь заглянуть под ветки. Хо лишь вопросительно пожал плечами, откладывая хворост в сторону и показывая пальцем, что обойдет куст с другой стороны.       Аккуратно раздвигая ветки, парни заглянули в небольшую канавку под кустом, оказавшуюся тут, наверное, от диких кабанов, добывающих себе еду. Чан чуть не вскрикнул от ужаса, увидев в ней трясущегося от холода мокрого парня. Тот сидел прижавшись к дереву и обнимая колени руками. На одной из ног его не было ботинка, а на руках виднелись синяки. Когда-то покрашенные в белый, уже отросшие мокрые волосы безжизненно свисали по краям лица, а сам парень, казалось, их не видел.       Вдруг он поднял голову и отшатнулся в ужасе, падая на бок и тут же пытаясь подняться. Футболка и джинсы его перепачкалась в грязи, а конечности явно не хотели слушаться, ведь только попытавшись встать, парень вновь упал. В целом выглядел он очень худым и истощенным… подростком. Он был явно на пару лет младше Чана и Минхо, однако старший приметил, что браслета на его руке не было.       — Пожалуйста, не трогайте меня, пожалуйста, прошу вас! — Хриплый голос его отдавал легким австралийским акцентом. Парень так и не смог подняться и, не найдя другого выхода, кроме как встать на колени, молил о пощаде.       Старшие переглянулись, не зная, что делать с их «находкой». Минхо показал на свою ладонь, намекая, что он может воспользоваться силой, чтобы посмотреть прошлое парня. Хотя на самом деле им было не менее страшно, чем ему. Чуть задумавшись, Чан кивнул. Дождь уже набрал силу и заливал лицо.       Минхо присел на корточки перед странным парнем. Тот все еще продолжал сидеть на коленях, потирая ладони друг о друга и продолжая шептать слова о пощаде еле слышно. Ли протянул к нему руку и парень в ужасе отшатнулся от него, вновь падая, однако Хо настойчиво схватил того за запястье, удерживая в равновесии. Оба парня вдруг резко замерли и Чан увидел, как глаза Хо блеснули голубым, прежде чем закрыться.       Вспышка вновь пронзила его тело и запульсировала в висках. Но когда Ли открыл глаза, он был уже не здесь. Он стоял посреди комнаты в доме. Ростом он был не больше ста пятидесяти сантиметров. Он почувствовал как слезы стекают по его щекам и услышал как в другой комнате кто-то громко ругается. Моргнув вновь, парень увидел лишь руку, что замахивается для удара и, пригнувшись, моргнул опять и… оказался в фургоне ППИ. Оглядевшись, он увидел еще нескольких подростков. Вдруг один из них резко отщелкнул свой браслет, нападая на сидящего рядом солдата. В следующую секунду в фургоне воцарился хаос. Зажмурив глаза от страха, Ли вновь открыл их спустя секунду, но уже не увидел дерущихся с подростками солдат. Вместо этого он бежал по лесу. Ветки грубо хлестали его лицо. Он чувствовал холод и страх, однако этот же страх и не давал ему остановиться. Легкие горели и парень вдруг споткнулся, зажмуриваясь…       Вновь открыв глаза, Ли увидел перед собой замершего парня и резко отпрянул от него, отпуская его руку и разрывая контакт. Он тяжело дышал, а голова немного саднила. Чан вопросительно глянул на Минхо, как бы спрашивая: «Ну что?». На что Хо лишь кивнул.       — Мы не станем вредить тебе, — медленно произнес старший, протягивая незнакомцу руку. — Мы хотим помочь. Мы тоже подростки, смотри.       Парень поднял взгляд, и, если бы не дождь, застилающий все вокруг, Чан подумал бы, что он плакал. Быть может, так и было.       — П-правда? — Словно не веря самому себе переспросил незнакомец, явно раздумывая принять помощь. На что Чан лишь кивнул.       Несмело улыбнувшись, незнакомец протянул руку, принимая помощь и поднимаясь. Тело его не хило трясло, словно в лихорадке, но никто из парней, казалось, не обращал на это внимания.       — Как ты здесь оказался? — поинтересовался Чан, пока Минхо подал младшему кроссовок, помогая обуться.       — Сбежал от ППИ. — Коротко ответил парень ставшим на удивление низким голосом, на что друзья лишь переглянулись и Минхо кивнул.       — Как тебя зовут?       — Ли Феликс, — ответил младший, чуть улыбнувшись.       — Опа, Минхо, у тебя кажется появился брат, — Чан улыбнулся, кивая на парня. Феликс не понял шутки, чуть нахмурившись.       — Моя фамилия тоже Ли, — буркнул тот, кого назвали Минхо, явно тоже не оценив шутку. В Корее не так много фамилий, чтобы удивляться этому.       — Но твое имя звучит не по-корейски. — Добавил Чан, задумавшись.       — Да, потому что я родился и долгое время жил не в Корее… — тихо ответил мальчик, опираясь рукой о дерево и медленно моргая.       — А откуда ты? — Спросил Минхо, однако в этот момент ноги Феликса подкосились и он упал бы на землю, не успей Чан поймать его.       — Вот черт. Еще одного больного нам только не хватало. — Цокнул языком Минхо, помогая Чану тащить парня к амбару.       — Не бросать же его в лесу? — пожал тот плечами.       Дождь лил всю ночь не переставая. Парни по очереди дежурили, следя за Чанбином и новеньким. Здесь, в амбаре, при свете костра они получше рассмотрели его. У парня были светлые, когда-то покрашенные волосы, однако сейчас они отросли и проглядывали темные корни. На худом лице с небольшими, еще сохранившимися детскими щечками сияла россыпь ярких веснушек, непривычных для коренного населения Кореи. Чан несколько раз осмотрел его одежду, на предмет каких-либо угроз, однако кроме засохшей грязи на тонкой не по сезону футболке и джинсах ничего не было.       Еще одна бессонная ночь дала о себе знать с утра, когда, разморенный у костра, Чан еле открыл глаза, замечая, что лежанка Феликса была пустой. Он резко подорвался, борясь с головокружением, сел. Он увидел Феликса склонившимся над Чанбином. В два шага преодолев расстояние между ними, Чан накинулся на незнакомца, повалив того на землю.       — Что ты делаешь?! — Прошипел он, прижимая младшего к земле. Это было легко, учитывая то, что блондин весил явно меньше Чана, к тому же, был истощен.       — Пожалуйста, простите! — Ликс зажмурился, явно ожидая удара и поднял руки, прикрывая лицо и показывая, что он безоружен. — Я-я, п-просто хотел помочь! — Пробормотал он.       — Помочь? Ты что — врач? — Чан немного остыл, отпуская парня и просто садясь рядом.       — Нет, но моя сила — регенерация.       — Откуда ты это знаешь? — Спросил Минхо, появляясь из-за дверей и тут же оглядывая всех скептическим взглядом. — Я не увидел этого в твоих воспоминаниях.       — Когда меня забрали ППИ… Мы приехали на какую-то базу, где нам делали тесты. Они узнали о моей силе и заставили лечить их раненых солдат. — Феликс говорил тихо, запинаясь. — Они не кормили меня, если я отказывался. — Чан отвернулся от парня, заметив, что глаза его заслезились, а Минхо презрительно сплюнул, выругавшись.       — Я хорошо умею пользоваться своей силой, поверьте мне. Я не хочу вам зла, вы же… спасли меня. У вашего друга скоро начнется заражение крови и он умрет, если ему не помочь… — Феликс нервно сглотнул, поправляя спавшие на лоб волосы.       Друзья переглянулись, обдумывая предложение Феликса. С одной стороны, незнакомцу страшно было доверять. С другой — был ли у них выбор?       — Хорошо. Но если я прикажу тебе остановиться, ты сделаешь это. — Бросил Чан. — У меня сила внушения. — Парень подумывал сначала о том, чтобы задать этому Феликсу несколько вопросов, контролируя ответы с помощью своей силы, однако потом решил, что просто наблюдения за ним будет достаточно.       Младший закивал, заправляя волосы за уши. Бан Чан только сейчас заметил, что вчерашней ссадины на щеке у парня действительно не было. Как и синяков на руках.       — Можно мне сначала… поесть что-то? У меня слишком мало сил, чтобы воспользоваться силой… простите. — Ликс говорил еле слышно, заламывая пальцы на руках от неловкости, однако Минхо без лишних расспросов поделился с ним едой и водой.       Когда со скудным завтраком было покончено, на коленях Феликс подполз к Чанбину и задрал его футболку, аккуратно снимая с живота повязку. Края раны немного пожелтели, рваными струпьями засохнув по краям и Чан глубоко вздохнул присаживаясь рядом.       — Дело плохо. Уже началось заражение. — Твердо сказал Ликс, ощупывая рану. — Он почти не дышит. Это будет долго.       — Как видишь, мы не то чтобы спешим куда-то в таком положении, — хмыкнул Минхо, но Феликс проигнорировал его.       Ликс приложил обе ладони к ране Чанбина и закрыл глаза, глубоко вздыхая. Спустя несколько секунд из-под его рук показалось слабое свечение. Затаив дыхание, старшие наблюдали за его действиями, боясь пошевелиться. Однако, спустя минут двадцать тишины, Минхо с шумом плюхнулся на свое спальное место, вздыхая.       — Ну и сколько это будет продолжаться? — скептически бросил он, кивая на Феликса. Чан подполз к нему поближе, не отводя взгляда от младших.       — Он же сказал, что долго. Не мешай ему. — Чан перевел взгляд на кое-как починенные и лежащие рядом очки парня и молча взмолился всем богам о том, чтобы у паренька все получилось.       Феликс все еще сидел на коленях перед Чанбином. Глаза его были закрыты, а тело немного покачивалось, не в состоянии держаться в равновесии. Из-под рук струилось слабое свечение.       Прошел час, два, а может быть и все три. Минхо успел подремать, свернувшись клубочком возле костра, Чан ходил взад-вперед по амбару, пиная носком ботинка камушки. Феликс все еще молча сидел над Чанбином. Только теперь голова его была наклонена вниз, а тело сгорбилось и покачивалось сильнее так, будто он вот-вот упадет. Наконец, палец его чуть дернулся и Чан подошел поближе, чтобы посмотреть, что происходит. Вдруг Ликс вновь пошатнулся, рука его съехала с раны и, не в силах больше удерживать равновесие, парень шлепнулся на землю.       В этот самый момент Чанбин резко открыл глаза, делая глубокий вдох.