Нэко Честэр

Вайсу составило большого труда с презрением посмотреть на нас двоих, плюнуть в землю и сказать: — Врачи о таком не шутят, тупой кошак. — Слышь, а ты дохуя смелый стал, смотрю, раз оскорбляешь своего племянника. Тебе личико расцарапать? Я встрял в разговор, ещё крепче прижимая этого ушастого к себе, и выпустил когти на руках. Мне не показалось, что он напрягся всем телом, но сам я провоцировал дока своими действиями. — Ой, если вы трахайтесь, тебе это не даёт право лезть в наши дела. Ты никто. — Напугал, чучело. Это ты-то как раз и являешься никем. — произнёс я и высунул язык. — Остановись, Нэко. — А ты мной не командуй, а то хер оторву. — повернувшись к Зэро, шикнул я и повернулся обратно на противника. — Я, блять, сказал, прекрати! Он со злости даже рыкнул на меня, но мне было насрать. Я улыбался, смотря на дока, и анализировал, какое его действие станет следующим. Лизнув Зэро в щёку, я отпустил его и отошёл на несколько шагов вперёд, виляя хвостом, но тот моментально оказался рядом со мной в один прыжок и заслонил собой, схватив при этом Вайса за горло, приподняв над землёй на несколько сантиметров. — Покажи сначала, что мой отец мёртв, а потом строй из себя ебучего героя. Вайс закашлялся, но, после того, как его грубо поставили на землю, медленно развернулся в сторону больничного входа, поманив этого дурачка за собой. Я чувствовал, что это ловушка, всем своим кошачьим нутром, поэтому не дал Зэро сделать шаг за порог больницы, отчего тот окинул меня удивлённым взглядом. — Не смей. Я могу потерять тебя и не спасти в этот раз. Не совершай ещё одну ошибку. — Любимый мой котик, послушай меня. Всё будет заебись, я крепкий и не такой тупой, каким ты считаешь меня. Если ты думаешь, что это ловушка, я солидарен с тобой, но мне нужно закончить то, что хотел до этого. Если не удастся свершить месть, то никогда не успокоюсь. Жди меня здесь, я вернусь. Потому что очень сильно люблю тебя. — Ты сдохнешь. Я чувствую это, не надо рисковать собой, долбаный ты ублюдок! — Успокойся, иначе опять приступ схватишь. — Да как я могу, блять, успокоиться?! Не ходи туда, говорю тебе! — Если умру, значит такова моя судьба. — Заткнись! Я не пущу тебя внутрь! Я был настолько напуган, что вцепился в этого придурка. Из глаз полились градом слёзы, как у пятилетки, которую забирают от родителей. Но Зэро было важно другое, он продолжал идти, шикая каждый раз, когда я царапал его спину и руки, пытаясь остановить. Я даже начал жалобно мяукать, желая привлечь внимание, но было уже поздно, и мне ничего не оставалось, как упасть рядом с входом и закрыть лицо руками. Меня сильно трясло. Предчувствие об опасности никак не покидало меня, а становилось только всё сильнее. Я рыдал и сильно дёргал себя за хвост, отчего становилось в разы больнее. Кусал себя, стонал от боли, но успокоиться от накатившего приступа не мог. — Нэко, что с тобой? Тебе плохо? Повернув голову, я увидел Рэвиса, который вышел с больницы в верхней одежде и склонился надо мной с шокированным выражением лица. Конечно, по мне видно, что я тут ради развлекухи притаился, ебать в рот, в прятки играю! — Зэро умрёт в этой больнице… Предчувствие не покидает меня… — Твою мать… Он зашёл с Вайсом внутрь? Ты видел, куда они пошли? — Да не видел я нихуя! — Так хули тут жопу-то просиживаешь, пошли искать его! — Он пошёл убедиться, что его отец мёртв, я пытался его остановить, но он не слушал меня, ему было похуй! — Пиздец… Надо было Вайса выставить отсюда ещё в нашу первую встречу... Как же они меня заебали! Идём, нечего на улице на холоде сидеть и слёзы лить! Он резко поднял меня с земли за локоть, дал салфетку, посмотрел на меня жалостливым взглядом и произнёс: — Зэро не даст себя в обиду, не переживай так за него. Любовь спасёт мир. — Очень смешно. — процедил я сквозь зубы, вытирая струйки слёз с лица. — Я и не смеюсь. Прихватив меня под локоть, Рэвис энергично повёл меня внутрь, пытаясь при этом поставить на ноги. Хорошо, что я не настолько ослаб и не потерял сознание, как это бывало во время моих приступов, и быстро пошёл туда, куда вёл меня нюх. Я даже забыл, что при сильных феромонах Зэро меня начинает тошнить, поэтому пришлось по пути забежать в уборную и прочистить желудок. Я плохо помнил, где находится моя палата, а уж где находится отец Зэро, так вообще вышибло будто из памяти, поэтому надеялся, что нос кошачий меня не подведёт. Следом за мной бежал Рэвис с пистолетом в руках, чему я испугался ещё больше и выставил руки вперёд, думая, что он выстрелит в меня. — Не боись, я не собираюсь тебя-то убивать! Ишь как сжался, ха-ха-ха, расслабься, малой. — У любого на моём месте очко бы сжалось от вида пистолета. Рэвису стало настолько смешно, что он подавился собственными слюнями, скрючившись в три погибели. Потом выпрямился и пошёл вперёд, махнув мне напоследок. Вскоре, как мне показалось, в воздухе появился запах, схожий с запахом крови. По моему телу пробежали мурашки, когда я увидел ещё и окровавленные следы от пальцев на одной из стен. Чем дальше мы шли, тем страшнее и противнее мне становилось от всего этого зрелища. — Последние слова? — Не дождешься… Рэвис видимо, понял, кому принадлежат голоса, поэтому вошёл первым, но мне велел стоять на месте. Не прошло и минуты, как меня чуть не сбило чьим-то телом. Это был не Зэро… — Ну что, папаша, ещё раз спрашиваю — каковы твои последние слова? Я задрожал всем телом, но уже не от страха, сжимающего всё тело, а от облегчения, потому что в дверном проёме появился Рэвис в обнимку с Зэро. Он был в крови, одной рукой придерживаясь за бок. На его лице бесконечными слезами текли слёзы, он скулил, сжимая губы до крови зубами и шмыгал, не в силах поднять голову. — Каковы твои последние слова, сука ты бесчеловечная?! УБИЙЦА! Да чтобы ты в аду горел, тварь! Он говорил это с невыносимой болью в голосе, а я не мог поверить в то, что происходит. — Рэвис, прошу… прикончи его уже… Пожалуйста! Чтобы я его не видел больше перед глазами! Достань пистолет и сделай это, твою мать! Я от каждого слова подскакивал, мне не верилось, что Зэро способен на истерики, которую испытывает прямо сейчас. — В… чём дело?! — испуганно спросил я, пытаясь подойти к Зэро.