Дуновение горячего ветра

      Псайфер оказался невероятно быстрым! Несмотря на заверения Фенрира о том, что ЭМ-излучение от его тела не исходило, такая быстрота движений казалась нечеловеческой. Путешественник едва отбил комбинацию из десятка выпадов саями, беспрерывно отступая вниз по лестнице. Он попытался контратаковать, но Псайфер подпрыгнул, кувырнулся в воздухе и уцепился ногами за потолок, будто гравитация на него не действовала! Путешественник метнул в противника один из метательных ножей, но тот, схватившись за потолок уже и руками, пополз по нему вверх и скрылся во тьме лестничной клетки.       – А, так мы играем в прятки? – крикнул путняк как можно громче, – Ну что же, давай поиграем!       Отстегнув от пояса одну из фосфорных гранат, он метнул её на верхний лестничный пролёт: граната со звоном прокатилась по бетону, и через секунду с шипением взорвалась, мгновенно заполняя лестничную клетку мерцающей белой мглой. Откуда-то сверху раздался хохочущий голос Псайфера:       – Ты делаешь себе только хуже, приятель! Инфракрасный теперь бесполезен!       – Ну это как посмотреть... – пробормотал путешественник вполголоса, прижимаясь спиной к стене. Пару раз крутанув свой клинок в воздухе, он увидел, как лезвие засветилось...       «Благословение ещё действует...» – подумал он, – «Ну же, друг мой, не подведи!»       Он поднял голову. На верхней лестнице родилось д в и ж е н и е, кто-то быстро и бесшумно спускался по ней вниз... Пригнувшись, путешественник напрягся и, когда движущаяся по потолку фигура зависла над ним, он прыгнул и взмахнул мечом.       – Попался!       Раздался вскрик; тёмная фигура от удара мечом свалилась с потолка и «укатилась» в темноту, вниз по лестнице. Раздался голос Псайфера, говорившего будто бы сквозь зубы:       – ...А ты хорош... Как тебе это удаётся?       Путешественник, не отвечая, ринулся вниз. Псайфер только поднялся с колен, – меч оставил на его бронежилете глубокий разрез, из которого на удивление не шла кровь – но реакции ему всё же было не занимать, и атаку с наскока он встретил блоком, после чего отскочил назад и контратаковал, на этот раз трижды ударив ногами. Отбивая удары противника, путняк наконец понял, как тот цепляется за потолок: на ногах были установлены стальные «когти» с механическим приводом, при определённом положении ног сгибавшиеся и цепляющиеся за поверхность под ними. С их помощью Псайфер третьим ударом умудрился зацепиться за лезвие «Хамсина» и едва не вырвал его из рук путешественника, но тот вовремя вывернул клинок из захвата и атаковал в ответ; с усмешкой парировав взмах клинка ногой (!), Псайфер с наслаждением крикнул:       – О да... Я чувствую жизнь! Вот ЭТО настоящий бой, которого я ждал столько лет!       – Что же... имею честь быть противником, достойным тебя, – тяжело дыша, ответил путешественник: беготня за Псайфером, постоянно прыгающим назад, начинала его выматывать...       – Что же это – неужели ты устаёшь? – насмешливо поинтересовался Псайфер, поигрывая саями, – Твоих стариковских сил не хватает, чтобы угнаться за мной?       – Не недооценивай меня, акробат, я вполне могу дать тебе фору... – усмехнулся путняк, перехватывая меч поудобнее. Через мгновение они одновременно бросились вперёд...       Ещё две минуты прошли в дуэли накоротке: на размашистые взмахи «Хамсина» ответом шли множественные тычковые удары саями, затем удар ногами, блок, прыжок назад, рывок – и комбинация повторялась снова. Иногда Псайфер подскакивал вверх, на потолок, и «пикировал» на противника с размашистым ударом сай, но путешественник научился отбивать и такие выпады. Несколько раз он порывался кинуть ещё одну фосфорную гранату, чтобы привести в действие «благословение», но Псайфер никак не давал ему этого сделать – рана на груди всё ещё напоминала о себе. Впрочем, она была уже не единственной: несколько ударов «Хамсина» всё же достигли цели, оставив отметины на руках и торсе. Единственное, что удивляло путешественника – из ран вообще не шла кровь: ни обычная, ни синтетическая. Внутренняя поверхность ран была абсолютно чёрной, будто клинок резал мёртвую, гнилую плоть...       «Ну не может такого быть – уж слишком быстро он движется для мертвеца!» – подумал путняк, отгоняя неприятную мысль. Но кое-что в Псайфере всё же вызывало мысли если не о его «неживой природе», то о искусственности: он не уставал, не обращал внимания на новые ранения, а движения его комбоатак выглядели не просто заученными, а запрограммированными: между атаками были одинаковые временные промежутки (это подтверждал и Фенрир), метили они в одни и те же места, и путешественнику начинало казаться, что нет-нет и он найдёт в этих размеренных ударах лазейку для совершения последнего, смертельного взмаха... Но в те же мгновения Псайфер, будто угадывая намерения противника, изменял комбинацию частично или полностью, атакуя по-новому, с другой скоростью и с других направлений! Путешественнику начало казаться, что Псайфер, подтверждая своё прозвище, действительно читает его мысли...       Затягивающийся поединок начинал надоедать обоим дуэлянтам. Путешественник стал агрессивнее напирать на Псайфера, превосходящими габаритами и массой толкая его всё ниже и ниже по лестнице. Тот огрызался, а затем прыгал на потолок и обрушивался сверху, нанося комбинацию ударов руками и ногами. Во время одной из атак ему даже удалось обойти защиту путешественника, и вонзить саи в его плащ на уровне груди... однако удар, судя по всему, не нанёс путешественнику каких-либо ранений, поскольку тот сквозь забрало шлема усмехнулся:       – Ты же не думал, что будет так просто, а?       Оторопев на мгновение, Псайфер успел нанести ещё три тычка, прежде чем путняк ударом рукояти меча отбросил его назад. Но после третьего удара саями тот вдруг схватился за грудь и прошипел:       – Чёрт, а всё-таки достал...       – Ты ранен, – подал голос Фенрир. – Я не могу просканировать тебя целиком, но могу сказать – из-за колотой раны можно потерять много крови. Я понимаю, что ты не станешь прерывать бой, но советую разобраться с Псайфером настолько быстро, насколько это возможно.       – Спокойно, Фенр... Внутренняя часть моего костюма покрыта медицинской тканью, которая при повреждении выделяет антисептик и впитывает кровь. Это не первая моя рана, так что я выдержу. Ведь я и во время битвы с тобой пострадал, и ничего – на ногах, как видишь!       – Разве? Ведь мои когти не смогли разрезать твой плащ...       – Когда ты раскрутил бензопилу, я всё же напоролся на неё: лишился бы правой руки, если бы вовремя не выставил вперёд клинок... Но шрам останется, это точно.       – Мои извинения.       – Ничего, приятель. Ты лишь выполнял свою задачу.       Поднимаясь, Псайфер усмехнулся:       – Не такой уж ты и неуязвимый, да?       – У меня к тебе такой же вопрос, – выпрямился путешественник, – У тебя что, совсем нет крови? Тебе будто бы наплевать на раны, к тому же ты совершенно не устаёшь... Что это за технология? На моей памяти даже самые ранние киборги имели хотя бы синтетическую кровь.       – Признаюсь, ты поймал меня с поличным, – развёл руками Псайфер, снова усмехаясь, – Да, я давно уже не жилец. Во мне вообще почти ничего человеческого не осталось, теперь я скорее машина, нежели человек или киборг. Разве что цена за это – приходится торчать тут, внизу, подальше от всех...       – И в чём же причина?       – Не люблю песок: он сухой, твёрдый, скрипучий и проникает всюду, – с неудовольствием ответил Псайфер. – А если серьёзно – это тело с годами становится всё труднее и труднее восстанавливать до «заводских» кондиций. Честно, будь оно в том состоянии, в каком оно было года три назад – я бы уделал тебя с закрытыми глазами!       – То же самое я могу сказать и о себе трёхлетней давности – я бы не дал тебе и шанса... Но увы – года берут своё, да, приятель?       – Ты человек, я машина. Ты с годами ослабел, а моё тело лишь потеряло прочность... Но я всё ещё так же силён, как и прежде! – с этими словами Псайфер снова бросился в атаку. Но путешественник отразил два его удара, а затем со странной интонацией произнёс:       – Ты допустил фатальную ошибку, раскрыв себя. До этого я дрался с тобой так, как дерусь с человеком... Теперь я буду драться так, как дрался бы с машиной!       – Это как же?       – Беспощадно, – ответил путняк; наперев на клинок, он оттолкнул Псайфера назад, после чего на мгновение вернул меч в ножны и совершил размашистый выпад вперёд снизу вверх: Псайфер попытался блокировать удар, но тот буквально выбил саи из его руки, разрезая её пополам! Пошатнувшись, киборг отступил назад, но путняк не дал ему ни шанса: ещё два взмаха – и руки Псайфера шлёпнулись на пол одна за другой!       – Кх... Впечатляет... – произнёс он ошалело, шатаясь из стороны в стороны, но не падая, – Но что ты скажешь на это?..       Подхватив с пола одну из сай когтями на ноге (!), он извернулся и метнул её в путешественника. На ходу отбив удар, тот попытался добить противника, но Псайфер отпрыгнул назад, выписывая в воздухе невероятные пируэты ногами, умудряясь продолжать ударять путняка когтями.       – Настоящий воин сражается до конца, даже когда он лишён привычных средств ведения боя, – произнёс Псайфер насмешливо, покачиваясь на одной ноге и согнув в колене другую, – Ну же, покажи мне свою беспощадность!       – Ты меня достал... – проворчал сквозь зубы путняк, бросаясь вперёд. Завязался кратковременный бой, и каким бы стойким Псайфер не был – фехтовать ногами было неудобно, и в какой-то момент он, пропустив удар клинком, рухнул на пол. Вцепившись в бетон когтями, он попытался вскочить обратно, но путешественник взмахом отсёк одну из ног, после чего упёр лезвие в подбородок соперника:       – Всё кончено.       Псайфер ещё пытался встать, но затем откинулся на спину и хрипло рассмеялся:       – А ты хорош... реально хорош... Скажи честно – где учился так махать мечом?       – Годы и годы практики. И куча подавленной злобы... – скрипнул зубами путняк. – Но на тебя я зла более не держу. Ты сражался достойно.       Псайфер рассмеялся снова:       – Куда тебя заведёт твоя вежливость... Ты хоть раз думал об этом, путешественник? Думал, что «рыцарям-себе-на-уме» вроде тебя в этом мире больше нет места и предназначения?       – О-о чём ты?!       – Убей или будь убитым… Такие правила теперь царят в этом городе, да что уж там – в этом мире. Может ты когда-то и был великим мечником и хорошим, вежливым человеком... Но подумай, путешественник – не обманываешь ли ты себя сам? Не-е-ет, ведь ты же теперь мародёр, наёмник. Человек на задании. Так или иначе, решаешь все проблемы силой – ты и твой меч, который ты назвал священным оружием разрушения. Разве это не оправдано? Убить тех, кто стоит у тебя на пути, лишь потому, что тебе «не оставили выбора». Потому что они – «священная жертва ветру разрушения»... Так ты думал?!       – Я всегда предлагаю нападающим на меня противникам уйти и избежать участи тех, кто был до них... Но никто, ни один из них не принял это предложение, – мрачно ответил путняк, сжимая рукоять меча.       – Да? Прекрасно, просто прекрасно. Ты всегда говоришь, что тебе не оставляют иного выбора, кроме как убить... Так спроси же себя, оставляют ли им право выбрать: пойти в самоубийственную атаку на тебя, или бежать с позором и быть убитым своими же?.. Заду-       Лезвие «Хамсина» рассекло голову Псайфера пополам, и голос резко оборвался. Тяжело дыша, путешественник смотрел на рассечённую голову, опустив взгляд: его мысли помутились, порождая в голове невиданный ранее кавардак...       – Бездушный насмешник... Да что ты вообще мог знать о том, каково это – не иметь выбора?.. – хрипло пробормотал он, убирая меч в ножны.       Тут же на связь вышел Фенрир:       – Ты убил его... Зачем? Мы могли добыть у него много полезной информации об устройстве этого подземелья...       – Я... не знаю... И вообще – оставим эту тему! – вспылил путешественник, – Фенр, на каком я этаже?       – Минус тринадцатом. Цель уж близко. И всё же-       – Хватит, я сказал! Если у тебя ещё осталась возможность выбора – выбери вариант заткнуться на пару минут и дать мне подумать!       – ...Принято, – ответил ИИ с ощутимой досадой в голосе. Напоследок скрипнув зубами и рывком поправив на поясе ножны, путняк развернулся и пошёл вниз по лестнице. Когда он спустился на площадку минус четырнадцатого этажа и вошёл в коридор, он был уже спокоен – как минимум спокоен внешне. Мысли, высказанные Псайфером, продолжали скрестись на душе, не давая покоя...       – Видишь что-нибудь? – спросил он у Фенрира.       – Никого в поле зрения. Однако, на данном этаже присутствуют множественные электрические сигнатуры.       – Опять склад полудохлых БПУ?       – Нет. Больше всего похоже на работающую в аварийном режиме штатную систему электроснабжения. Ветки подачи тока сходятся в одной точке в центре этажа, там наблюдается мощная электромагнитная аномалия.       – То есть?       – Я не могу разглядеть, что это. Что-то блокирует мои сигналы.       – Принял. Ну что же, посмотрим, что это за технология такая... – произнёс про себя путешественник, направляясь вглубь этажа.       Фенрир не соврал – на этаже действительно было электричество. Потолочные лампы тускло светились, мерцая и потрескивая, а из репродукторов, кое-где торчащих в стенах, доносился тихий равномерный хрип – система коммуникации работала, но по ней ничего не транслировалось. Пыли под ногами теперь почти не было – похоже, что люди были здесь совсем недавно. Путняк ещё раз переспросил Фенрира о наличии признаков жизни на уровне, но ответ был всё тот же – никого в обозримых пределах не наблюдалось.       Преодолев несколько гермодверей (все они, к счастью, открылись без проблем), путешественник вышел в коридор, ведущий к центру уровня. Внезапно его окликнул Фенрир:       – Внимание: засёк активацию трёх БПУ. Движутся с противоположного конца уровня, организованной группой и прямо на тебя.       – Они что, тоже могут видеть сквозь стены? – ответил путняк, обнажая клинок.       – Скорее всего. Если это так – то прятаться бесполезно. Сражайся!       – С удовольствием... – пробормотал путешественник, и в этот момент в конце коридора появились противники.       Это были три гуманоидных БПУ, как две капли воды похожих на Фенрира! Разве что их головы были другой формы, они не носили плащей, а у двоих за спиной вместо пил торчали орудия с длинными коническими стволами. Фенрир не преминул возможностью выдать справку:       – Стандартные экземпляры LQ-48. Неспособны говорить, также не имеют самосознания. У двоих вместо стандартной ВЧ-пилы установлены плазменные излучатели рельсотронного типа. Однако даже с учётом этого, победить их для тебя не должно быть сложной задачей.       В этот момент все трое разом выбросили из предплечий знакомые хлысты, после чего один, схватив пилу, бросился вперёд, а двое других, наклонившись и вонзив хлысты в пол, наставили стволы плазмеров на путняка. На кончиках стволов стали формироваться сферы ярко-жёлтого свечения...       – Осторожно! Не дай им зарядить орудия, иначе увернуться от выстрелов будет очень сложно! – предостерёг Фенрир. Путешественник метнулся вперёд: БПУ с пилой попытался задеть его горизонтальным ударом, но путняк подпрыгнул, увернулся и на лету рассёк машину пополам, отсекая голову и левую руку. Один из «стрелков» успел зарядиться – со ствола с треском сорвался жёлтый разряд, но путешественник, перехватив отрубленную часть тела первого БПУ, успел заслониться: снаряд буквально испарил голову робота и расплавил остальную броню, но путняк уже рванулся вперёд и, настигнув незадачливого стрелка, сначала разрезал напополам орудие, а затем и его самого. Третий БПУ, отрывая от земли хлысты, бросился в ближний бой, атаковав путешественника когтями. Тот заблокировал удар, но один из хлыстов LQ-48 вдруг обвился вокруг его левой руки и сжал её: наклонившись, робот направил ствол излучателя прямо в грудь путешественнику... В последний миг он перебросил меч в правую руку и сначала отрезал хлыст, а затем обрубил ствол плазмера. БПУ попятился, но путняк, вычертив в воздухе серию кручёных ударов, отсёк ему все четыре конечности и вонзил клинок в живот.       – А ну говори кто тебя послал!       – У них отсутствует коммуникационный интерфейс, он ничего не сможет тебе сказать, – напомнил Фенрир.       – Ладно, тогда... сможешь его взломать?       – Устройство удалённого взлома в мой визор не встроено. Можешь извлечь блок памяти – там хранятся записи полученных команд и видеологи с его оптического канала. В теории, это может стать неплохой добычей для тебя.       – Где этот блок находится?       – На затылке, под защитной крышкой.       Недолго церемонясь, путняк срезал крышку мечом и извлёк из гнезда блок памяти – причудливой формы увесистый чип. БПУ тут же обмяк; путешественник подошёл к его собрату и проделал ту же самую операцию. Голова третьего LQ-48 не сохранилась, будучи расплавленной выстрелом плазмера, поэтому путешественник, сунув чипы в рюкзак, убрал меч в ножны и двинулся дальше.       В конце коридора за гермодверью оказался шлюз: как только путняк вошёл внутрь, дверь за ним закрылась, и раздалось шипение: из щелей в потолке на путешественника распылялся дезинфицирующий раствор.       «Камера дезинфекции?» – удивился путешественник, – «Да ещё и рабочая? За этим местом определённо кто-то следит. И что-то мне подсказывает, что это был отнюдь не Псайфер...»       Через несколько секунд подача раствора прекратилась, и гермодверь перед путешественником медленно начала открываться. Внезапно подал голос Фенрир:       – В помещении перед тобой появилась тепловая сигнатура! Это киборг!       – Ты же говорил, что там никого нет!       – Не понимаю, сигнатура будто появилась из ниоткуда... Я не наблюдал её на уровне до этого. Но кто бы это ни был – готовься, он явно ждёт именно тебя.       Гермодверь открылась окончательно. В шлюзовую камеру хлынул яркий белый свет, на мгновение ослепивший путешественника... Из помещения впереди доносился громкий мерный гул, и внезапно его перекрыл чей-то сильный голос:       – Я ждал тебя, мечник. Ждал твоего прихода сюда. Честно сказать – я впечатлён твоим упорством... Ну же, входи, встретимся наконец лицом к лицу!       Ориентируясь на голос, путешественник шагнул вперёд...