Секреты по запискам

      С момента начала учебного года прошло всего около двух недель, а событий случилось столько, словно пролетело полжизни. Эмоциональное состояние у всех было уже слишком нестабильным, они раздражались по пустякам, подозревали каждого, кто скажет хоть одно неверное слово. И все это порядком поднадоело. Поэтому, даже когда выходные после больницы прошли на удивление спокойно, будто бы всех этих предыдущих дней не было, никакого отдыха толком и не удалось почувствовать - в мыслях постоянно одно и то же, как бы ты ни старался отвлечься. Снова страх, и если пару дней назад он был эфемерным, не несущим под собой ощущения настоящей угрозы, то сейчас он по праву мог называться самым что ни на есть реальным и даже навязчивым. Особенно сильно это ощущается, когда мысли невольно возвращаются к ватным ногам, сухости во рту, шуму в ушах и темноте перед глазами, в эти моменты ладони потеют, зубы сжимаются, и тело обволакивает что-то липкое, заставляющее кончики пальцев леденеть. И только чужие объятия выводят из этого удушающего транса.       — Думаете, он сможет помочь нам? — недоверчиво глядел на друзей Сяо прямо перед входом в кафе.       — Другого выбора у нас все равно нет, — помотал головой Чун Юнь.       И он был прав. Выбора у них действительно не было, вернее, это был выбор без выбора - сидеть и ждать, пока кто-то разрушит твою жизнь, или попытаться что-то исправить, и первый вариант точно был проигрышным. Поэтому, за все, что могло хоть как-то приблизить их к разгадке приходилось цепляться.       Альбедо привычно разносил заказы посетителям, но завидев знакомую компанию, выражение его лица тут же сменилось с приветливо-улыбчивого на удивленное и даже обеспокоенное. Он быстро кивнул, намекая, что скоро подойдет.       — Кажется, он уже наслышан о том, что случилось в клубе, — подметила Сян Лин, обращая внимание на поведение знакомого.       — Неудивительно, он ведь работает там, — пожал плечами Син Цю.       Теперь создавалось впечатление, что уже весь город знает о том, что случилось с ним, и если близкие знали правду, то для окружающих он был просто богатеньким сынком местного бизнесмена, обожравшимся наркотой и почти умершим от передозировки. И пусть мама старалась замять эту историю, чтобы о ней не узнал отец и общественность, но рано или поздно это все равно случится, и его осведомленность оставалась лишь вопросом времени.       — Привет, — Альбедо окинул всех взглядом, остановившись на Син Цю, — Как ты? Я слышал, что тебя на скорой забрали.       — Я в порядке, спасибо, — быстро закивал головой тот, а тело само по себе вжималось в диван, — Нам нужна твоя помощь.       — После нашего прошлого разговора я был там один раз, но ничего подозрительного я не увидел и не нашел, — в недоумении смотрел парень, не понимая, зачем они снова пришли, ведь просьба уже была озвучена ранее, — Я совсем не знаю, чем еще могу помочь.       — Кто-то подсыпал мне огромную дозу наркотиков в стакан, именно поэтому я оказался в больнице, — пояснил Син Цю, — Это произошло за несколько секунд. И если в клубе есть камеры, то на них наверняка видно того, кто сделал это.       — Быть может это бармен? — предположила Ху Тао, смотря на Альбедо в надежде на информацию.       — Что? Шу? Нет, я знаю его много лет, он совершенно не подходит на роль вашего мучителя, — официант нахмурился, — Вы хотите, чтобы я нашел записи с камер? Не знаю, насколько это реально, если кто-то узнает, меня тут же уволят или еще чего хуже.       — Пожалуйста, — привстал Син Цю, заглядывая в глаза, — Меня чуть не убили, мы должны остановить его!       — .... — он отвел взгляд, но после короткой паузы все же снова заговорил, — Я узнаю у Шу насчет того вечера, возможно он видел что-то. Но добраться до записей с камер будет нелегко, — вздохнул Альбедо, — Я постараюсь что-то придумать, но не могу обещать.              Пусть это и не дало сейчас ничего конкретного, но в скором времени это определенно могло помочь. Даже если Альбедо не сможет достать записи, то все уже давно решили, что сделают это сами, неважно каким способом. Кажется, им тоже придется играть грязно, врать и рисковать ради собственного преимущества.       — Почему он всегда так быстро соглашается помочь в подобном мрачном деле? И даже вопросов лишних не задает, вы не находите это странным?        Сяо всегда был слишком скептичен, особенно к чужакам. Его излишняя осторожность сильно мешала и в начале дружбы, когда он при первых встречах в детстве отказывался даже называть свое имя одноклассникам. С тех пор ничего не изменилось, такой же закрытый, серьезный и рассудительный.       — Ох, думаю, что ты не понял! — воскликнула Ху Тао, приобнимая его и Син Цю за шею, — Кажется, он просто запал на нашего красавчика! — в ответ на это заявление Чун Юнь лишь многозначительно хмыкнул и вскинул брови, а Сян Лин звонко рассмеялась, — Ой! Я все не могу привыкнуть, что вы теперь, ну... Вместе, — хихикнула она.       — Пора расходиться, — Чун Юнь постарался сменить тему, чтобы еще сильнее не смущаться и заглянул в телефон, — Скоро мне нужно встретиться с Мэй, будем пытаться вычислить его по адресу электронной почты, которую дала Джу.       По дороге к дому, Син Цю робко взял Чун Юня за руку, параллельно оглядываясь по сторонам - секрет все еще приходилось хранить от посторонних глаз.       — Значит, зовешь ее к себе домой? — сощурил глаза юноша, улыбаясь.       — Ты можешь пойти с нами, — серьезно отвечал Чун Юнь, — И вообще, это в тебя влюбляются официанты.       — Как же мне их жаль! — театрально состроил печальное лицо Син Цю, — Ведь в моем вкусе только голубоволосые ревнивые программисты из школьной футбольной команды. А пойти с вами я не могу, сегодня отец приедет, нужно быть дома.       — Отец? Все хорошо? — обеспокоенно уточнил Чун Юнь, сжимая чужую руку в своей.       — Да, хотят что-то обсудить, видимо снова возня с разводом, — заверил юноша и подошел ближе, — Поцелуешь меня на прощание?       Чун Юнь снова краснеет, но быстро целует в губы, не в силах отказать. Да и как отказать тому, кто отказа не примет? Честно говоря, он как и Ху Тао не может привыкнуть к тому, что теперь они с Син Цю вместе, что теперь на прощание помимо короткого "до завтра" они целуются, и больше никаких притворств, ложных надежд и ожиданий.       — Вы наконец признались друг другу? — внезапно рядом раздался голос Мэй, как только Син Цю ушел.       — Боже, ты меня напугала, — вздрогнул от неожиданности Чун Юнь, — Идем.       Он был рад, что сегодня родители до вечера на работе, а значит не возникнет лишних вопросов о том, кого он приглашает в гости, учитывая постоянные расспросы матери насчет девушек. Всегда хотелось ответить прямо - никаких девушек у него не будет, но как только он открывал рот, то ничего кроме скомканных оправданий произнести не мог.       — Что такого ты ему сказала, что он так внезапно заявил о своих чувствах? — спрашивал Чун Юнь, открывая входную дверь.       Мэй была одним из немногих людей, с кем он мог свободно говорить на такие темы. Она была первым человеком, которому Чун Юнь открылся и не был как-то осужден. От чего то с лучшими друзьями обсуждать это казалось слишком страшно, а появившаяся незнакомка, проявляющая инициативу и вынудившая тем самым объяснить причину отказа, стала мало того, что хорошим собеседником и другом, так еще и обладала такой же страстью к программированию.       — Я и сама не знаю, — пожала плечами она, — То, что он идиот, — и тут же рассмеялась, — Лучше расскажи в чем дело.       — Дошло до того, что он чуть не убил Син Цю, подсыпав ему в стакан с газировкой в клубе конскую дозу наркотиков, — вспоминать и рассказывать все заново было очень неприятно.       — Наркотики? Но ведь он мог умереть, — она сидела с широко раскрытыми глазами, — Почему вы в полицию не пошли?       — Слишком много всего случилось потом, нельзя идти туда. Но теперь нам самим нужно как можно быстрее найти его, и мы достали адрес его электронной почты.       — Он с смс на почту перешел? — удивилась девушка.       — Отправлял отцу Син Цю всякие гадости про него, — Чун Юнь решил умолчать об истории с Джу, сам не понимая зачем.       — Не обещаю, что по электронной почте будет много информации, наверняка все сделано через анонимайзер, отследить можно будет только когда адрес был зарегистрирован в системе.       — Да уж, и взламывать его тоже будет бесполезно, сомневаюсь, что у него стоит пароль "qwerty", а значит и брутфорсить его будем вечность.        — Ты прав, но если там стоит сильная защита, то и брутфорс не поможет, этот кто-то не так уж и прост, — хмыкнула она.       — Ладно, может хоть что-то найдем, — Чун Юнь даже и не думал отчаиваться. Он обязан сделать все возможное.       Просидев так добрых полтора часа, ничего кроме даты регистрации найти не удалось.       — Дерьмо! — выругался Чун Юнь, — Снова пусто, — он положил голову на стол, прикрывая глаза.       — Мы обязательно найдем его, — успокаивала Мэй, кладя руку на плечо другу.       — Спасибо, — слабо улыбнулся юноша, — Хоть кто-то верит в это.       Син Цю шел домой в раздумьях о предстоящем разговоре с родителями, что же будет на этот раз? Будут выбирать кому достанется дом? Или сколько дней в неделю отец хочет видеть его? Или с кем он хочет жить? Снова будут давить, заставляя делать выбор в пользу кого-то одного. Вот только какой в этом смысл? Ему ведь не десять лет, ему через три недели восемнадцать, и скоро он вообще не будет жить с кем-то из них, он будет жить один, в студенческом кампусе, приезжая домой раз в полгода на праздники. Если его жизнь за этот год окончательно не разрушится.       Как только он вошел внутрь дома, голоса родителей тут же стихли, они явно ждали его возвращения, и Син Цю тут же почувствовал странное волнение, будто бы предчувствие, что вот-вот случится что-то ужасное.       — Син Цю, — тихо позвала его мама виноватым тоном, — Мы хотим поговорить с тобой.              Он не произнес ни слова, просто встал перед ними в ожидании уже чего угодно.       — Я рассказала отцу о недавнем происшествии, — продолжила она, мельком поглядывая на мужа, который в свою очередь спокойно слушал, что было совершенно на него не похоже.              Син Цю разочарованно цокнул, шумно выдыхая. Даже родная мать не смогла сохранить его чертов секрет, и он ждет милости от преследователя? Как наивно. Сказать по-прежнему было нечего, оправдываться не хочется, рассказывать правду тоже - да и кто в нее поверит?       — Мы волнуемся за тебя, — наконец сказал отец, — Это все из-за нас, мы были так увлечены своими проблемами и ссорами, что даже не заметили, как ты отдалился.       Глаза Син Цю тут же округлились, ему показалось, что он ослышался. Отец в самом деле сейчас в чем-то обвиняет себя, вместо того, чтобы читать нотации? Теперь слов точно не было.       — Ты стал так много проводить времени вне дома, ходишь по клубам, пьешь, а все потому что мы не заметили, как ты страдаешь из-за нашего развода, — глаза матери налились слезами, — И чем все это закончилось? Больницей! — она всплеснула руками, — Мы просто ужасные родители!       Хотелось тут же все опровергнуть, сказать, что на самом деле он не пил, и что все совсем не из-за них, но отчасти они были правы. Изначально наркотики были мнимым решением проблем его переживаний именно из-за ситуации в семье.       — Все нормально, я не считаю вас ужасными родителями, — выдавил из себя юноша, мотая головой, — И я не пил, просто стаканы перепутал! — все же попытался оправдаться он.       — Прости нас, — добавил мужчина, и Син Цю тут же засомневался, точно ли его не подменили, — Я договорился, чтобы об этой истории нигде не было упоминаний, в компании уже начали ползти слухи.       Нет, это определенно его отец.

___

      С того момента прошло около двух недель, в течение которых не происходило абсолютно ничего странного, но и ничего, что могло бы дать больше информации о преследователе.       Наступило затишье, да такое долгое, что жизнь успела прийти в норму, стать прежней, без интриг и мучительного страха, без паранойи и постоянных подозрений, без пугающих смс и записок.       Альбедо так и не смог толком ничего выяснить, ни одна зацепка не привела ни к чему. Везде тишина.       Родители наконец успокоились, решив отложить судебные разбирательства до неопределенного момента, смягчились по отношению друг к другу, и Син Цю чувствовал, как лед тает, когда они день за днем старались исправить прошлые ошибки. Отец теперь часто ночует дома, что дает надежду на сохранение семьи. И все вокруг, казалось бы, просто прекрасно.       Однако, он знал, что расслабляться было совсем рано. Он все еще вздрагивал, слыша рингтон-оповещение о новом сообщении, ожидая увидеть там знакомую подпись "Unknown". Казалось странным и неясным - почему все так резко прекратилось? Неужели его так напугало произошедшее в клубе, и он решил взять паузу? Боится полиции?       Нет, это определенно затишье перед бурей. Страшной и разрушительной.       — Значит сегодня встречаемся в семь! — радостно сказала Ху Тао, — Отец наконец взял себя в руки, кажется, жизнь налаживается!       — Да, две спокойных недели! Чем не повод для праздника? — поддержала Сян Лин.       Их смех прервали поочередные сигналы мобильников. Все разом переглянулись, замерев на месте. В воздухе повисло молчание.       13:29 Unknown: Соскучились?