Утро не придёт

Хана Шин особо не задумывается перед тем, как поднять кулак и пару раз постучать по старой деревянной двери. Чем раньше ей откроют, тем лучше. Девушка устало опускает голову вниз, рассматривая носки громоздких ботинков, когда дверь отворяется. Слава Богу перед ней тот, кто ей нужен. Она молчит несколько секунд смотря на Айки, и отмечая влажные тёмные волосы, просторную серую футболку, что было странно. Этот человек не одевает ничего, что светлее чёрного хотя бы на тон. —Привет, — первым здоровается Сайто. Судя по тону, он не восторге от столь поздних прогулок Шин, однако что сделано, то сделано. Времени ждать не было. Если она хотя бы решит ответить на приветствие, она взбесится, сойдёт с ума и будет биться в истерике. Поэтому безмолвно простояв на том же месте, неэмоционально моргнув пару раз, брюнетка делает несколько шагов вперёд, становясь прямо перед японцем, обыденно скользит ладонями по рёбрам, бокам, что покрыты мягкой серой тканью, и заключает на пояснице, обнимая, не забыв положить голову на грудь. Всё-таки этот человек очень высокий, снова убеждается она. Только после того, как ощущает подобный жест, и чувствует, как Айки настороженно опускает голову, пытаясь посмотреть ей в глаза, но решив дать время, лишь прижимается губами к чужой макушке, Хана глухо спрашивает: —Ты знаешь, что если тебя заберут, я крышей тронусь? Вопрос вынуждает поднять глаза куда-то вперёд, словно Сайто поймали за совершением чего-то плохого. Он неосознанно прижимает девичье тело ближе, будто есть ещё куда, решив не отвечать. Кто знает, сколько времени эти два подростка стоят вот так, у входа, пытаясь думать только о том, что находятся рядом друг с другом? Если только они сами. —Ты пахнешь сосной. Айки вопросительно хмурит брови, когда Шин резко сменив настроение, поднимает голову, сообщив такое с детской улыбкой. Точно - у него ещё даже волосы не высохли. Так что весьма проницательно, Хана Шин. Он хмыкает, и быстро коснувшись пальцами линии аккуратного подбородка, кивает внутрь, давая пройти. Брюнетка знает, что делает. У каждой их встречи есть определенный смысл: и Сайто уже разгадал сегодняшний. Хана уверенно входит в его комнату и шагает в сторону одноместной кровати и ложится на неё, двигаясь к краю. Определённо от него ожидают таких же действий. Японец ложится рядом, несколько секунд гипнотизируя затылок, и смело подвигается ещё ближе, прижимаясь грудью чужой спины и без раздумий тянет руку вперёд, обнимая. Реакция приходит почти мгновенно: тёплая ладошка переплетает с ним пальцы, прежде чем потянуть из руки к груди. Кончик носа еле касается мягких темных волос, улавливая нотки шампуня с цитрусовым ароматом. Слишком хорошо. —Хана, никто и ничто не заставит нас расстаться. Я обещаю. В этих словах есть смысл. Большой. Феликс учил его не давать слова, если понимаешь, что не выполнишь. Девушка поворачивается, смотря на него с надеждой и верой, потому что если этот человек соврёт… она погибнет. Да, вот так. Возможно глупо, по-детски, но судя по внутренней составляющей, это действительно так. Айки улыбается. Улыбается? Интересно, в честь чего? Шин лишь хмурит брови, дрогнув уголком губ в еле заметной улыбке. —А ты ведь ненавидела меня когда-то… Парень сдерживается, чтобы не продолжить издеваться дальше, когда брюнетка раздраженно закатывает глаза и цокает, пытаясь убрать с себя его руку. —Я и сейчас тебя ненавижу, Сайто Айки. Помутнений в разуме у меня нет, — звучит твёрдо, но даже за этим тоном скрывается наглая ложь. —Нет, Хана Шин, ты меня любишь, — уверенно, прямо в глаза. Чтобы не дать шанса увильнуть, соврать. — Да, ведь? Любишь? Вот так легко, без давления или принуждения, догадываясь о том, что он - лишь маленький толчок к тому, что он должен знать. Хану Шин невозможно заставить. Она такой человек: если она посчитает нужным, она может в эту же секунду разозлиться, накричать, и назвав сумасшедшим, уйти, громко хлопнув дверью. Однако… Она кивает. Робко, всё так же не прерывая взгляда. Кивает. И он не сходит с ума. Потому что это правда. Это действительно ее ответ. Её ответ - да. Уголки губ самопроизвольно приподнимаются, когда приходит это осознание. Отныне ему можно почти всё, не забывая про комфорт девушки рядом. Ладонь ложится на длинную шею, проводя большим пальцем по линии подбородка, прежде чем он тянется к розоватым губам, заметив на них крошечную улыбку. Хана Шин умеет быть милой, спасите. Они нарушают все правила в этом мире и к чёрту. Теперь им обоим не отвертеться. *** От приличного количества информации уже гудит голова. Такое всегда происходит после собраний: новые задачи сами себя не решат, вот и результат. Феликс шумно выдыхает, зарываясь ладонью в волосы, и откидывает голову на спинку старого кресла, наслаждаясь тихой минутой. Парни ему в этом солидарны. В принципе, ничего глобального нет, всё как всегда, однако в этой жизни им спокойно точно не будет. —..Ликс, а если разобраться с ними во время соревнований? — предлагает Сану. —Мы же едем в их школу. История простая: кое у кого нетешенное самолюбие, и к сожалению вся ситуация не больше, чем «моя игрушка больше твоей». Хоть был бы какой-то интерес. Но оставлять всё прежним тоже нельзя - суют палки глаза. Всё просто как жизнь. Вопрос лишь в том, когда можно пересечься с этими экспонатами ? —На чужой территории нельзя колыхаться, — Рюджин качает головой. — Либо здесь, либо на нейтральной. Сану зажимает зубами губу и устало кладёт голову на ладонь. —Она права, — соглашается Ли. К чёрту всё. Когда мыслительный процесс не даёт плодов, это значит лишь одно - надо притормозить. Что Феликс и делает. Парни устало поднимаются со своих мест, возвращаясь в свои комнаты. Конечно, хочется результата, но издеваться подобным образом над ними тоже не стоит. Это пища размышлений для него - он точно придёт к чему-то, но не в одиннадцать ночи. Блондинка поджимает губы, наблюдая за тем, как Ликс устало закрывается ладонями в волосы, упираясь локтями в бёдра. Это изматывает. Подобная руминация ни к чему хорошему не приведёт, если он будет продолжать мысленно топтаться на одном месте. Поэтому этот клубок нужно развязать, давая возможность занять голову другим. Рюджин поднимается с места и тихо движется к креслу рядом, садясь на подлокотник. Ладонь аккуратно ложится на чужой затылок, мимолетно двинув пальцами, быстро перебрав тёмные волосы: —Эй, мы обязательно решим что с этим делать, — обещает она, вынуждая вырваться из мучительных раздумий. —И не с таким справлялись. Парень хмыкает, вероятно, будучи небезразличным от произнесённых слов, и наконец поднимает голову. Если верить его эмоциям - он расслабился. И это, Шин не обманет, дарит положительные ощущения. —Выйдем погуляем, — предлагает австралиец, расслабленно ложась на спинку кресла, но не прерывая взгляда. Феликс Ли - довольно внимательный молодой человек. Не то, чтобы блондинка не замечала этой черты до того как самым сумасшедшим образом решила поцеловать его под ливнем… Нет. Конечно, он открылся ей давно. Однако то, что Ликс перед выходом протягивает ей свою кожанку, проницая о том, что на улице весьма прохладно… Быть может, в голове Шин Рюджин просто не складывается тот факт, что на ней одежда Ликса. Что-то определённо произошло во Вселенной, не иначе. Это ведь… странно, да? Вспомните отношения этих двоих почти год назад, сложите с тем, что мы имеем сейчас: вуаля! Волшебство! Вы могли бы предположить, что те отношения, тот период, когда эти два айсберга не переваривали друг друга, могут перетечь в нечто иное? Например, в подобное настоящее. Нет, нет и ещё раз нет. Но мы имеем то, что имеем. И не то, чтобы Рюджин жалуется… совсем нет. —..Я рассказал парням про тебя. Про нас, — исправляется он. Холодный вечерний ветер вовремя бьет по телу, не давая замереть от неожиданности. Феликс даже не поворачивает голову к девушке, сообщая подобную новость, и так же медленно продолжает ход. Боже.. —И как они отреагировали? — хмурится Шин, пряча губы в воротнике объемной куртки. —Сказали, что догадывались. Простите? Ведь Шин Рюджин давно не появлялась в стае, не считая сегодняшнего дня, когда обсуждения были только рабочими. Они даже не находились рядом друг с другом. Тогда… где был прокол? Она очень хочет узнать это, однако то, что выдаёт Ликс через секунду, заставляет ее умереть и снова переродиться: —Надо познакомиться с твоими родителями, — слишком внезапно и слишком серьезно. — А позже познакомлю тебя со своими. —Ликс… Он будто знал, что будут попытки отступить назад, подождать, поэтому парень останавливается, становясь напротив блондинки, и внимательно всматривается в замешательство в глазах: —Разве ты не сторонница всего серьёзного? — слабо ухмыляется он. —Знакомство с родителями необходимо, Рюджин. —Мы вместе неделю, — напоминает Шин. —И? Я уверен в своих действиях, а ты бы не дала согласия, не будь уверенна в своих, — Ли легко пожимает плечами, — так зачем тянуть? Рюджин поджимает губы и поворачивает голову в сторону, делая вид, что ей интересны пустые строения в конце темной улицы. Она не находит в себе сил для того, чтобы выдержать этот взгляд. Холодный вечер заставляет поёжиться и сжаться до молекул, но это отходит на второй план, когда Феликс делает ещё шаг вперёд, становясь в нескольких сантиметрах и наклоняет голову в желании обратить на себя внимание. Он легко касается пальцами замёрзшей кожи подбородка. —Эй.. —Дэн ещё здесь? Вот он: вопрос который решает всю головоломку. Ликс меняется в лице. —Послушай, я действительно уверенна и в себе, и в тебе. Я правда хочу быть с тобой. Ты всё это время пытался донести до меня, что вы - разные люди, и я искренне к этому пришла. Но… недавние события были весьма болезненными. Только подумай о том, как я буду чувствовать себя, придя к тебе домой, на семейный ужин, на котором будет присутствовать Дэн. Пока что я не могу, — качая головой. Она выдыхает после произнесённых слов, которые до сих пор отдаются болью в груди, и опускает голову вниз. Однако вместо ожидаемого несогласия или возмущения чувствует обвивающие вокруг талии руки и тёплое дыхание над ухом, вынуждающее выпрямиться и повторить те же действия. Рефлекторно. Безотказно. Потому что так необходимо. —Будет так, как скажешь. Никакого прессинга. Попытка спрятать улыбку в чужом плече оканчивается неудачей, потому что ее ловят с поличным, всего лишь отстраняясь. —Только ты можешь со мной такое делать, — злобно произносит Шин, несильно ударяя по мужской груди. —Что? Улыбаться? — довольно хмыкает австралиец. —Дай свой телефон, сделаю пару снимков; а то мой сел. Рюджин подозрительно щурит глаза и тянется за телефоном, всеми силами стараясь спрятать улыбку, и протягивает его австралийцу. —Встань здесь, — подсказывает он, отходя чуть назад. Шин делает вид, словно позирует как модели, выглядя сурово, если ещё брать во внимание то, где они находятся и во что она одета. Даже гипотетически она не может выглядеть мило. А ещё: Феликс не издевается над ней; парень действительно увлечён фотографиями и ракурсом, и ощущается это… вряд ли есть такое слово. Рюджин не сдерживается, звонко смеётся, запрокидывая голову, думая о том, как эта картина выглядит со стороны. Она видит чужую улыбку и подбегает к Ликсу, дабы скорее посмотреть на эти шедевры. Ли хочет уже попросить, чтобы позже ему скинули фото, однако телефон в руке начинает трижды вибрировать, уведомляя о сообщениях. Он просто возвращает его владелице. Брови ползут к переносице, когда Рюджин открывает сообщения и раздраженно закатывает глаза: —Боже, это уже пятый номер… Ликс безмолвно хмурит брови, словно спрашивая о ком идёт речь. —Ван, — объясняет она. Теперь раздражение очевидно в них обоих. Брюнет даже прикуривает сигарету, некоторое время молча. Появляется детское желание узнать обо всех мыслительных процессах, которые происходят в его голове, однако Шин догадывается, что трогать его в таком состоянии не стоит. Феликс выдыхает дым в сторону, а после неожиданно спрашивает: —Я отвечу? — звучит слишком спокойно. Брови ползут наверх, уголок губ дрогается в ухмылке, удивляясь с такого варианта решения проблемы: —Ответь, — смешок. Это же Феликс Ли. Если он что-то делает, значит, у этого в малой степени будет результат. Этому человеку стоит верить. Что Рюджин и делает: телефон в его руках, своим «ответь» она позволяет Ли сказать всё что угодно, и диапазон у этого слова примерно от минус бесконечности до плюс бесконечности. Да, такие случаи тоже имеют место быть. —Послушай меня, я не буду тратить у себя время на то, чтобы говорить о количестве твоих извилин, но если на этот номер поступит ещё одно дешевое смс подобно монологу выше, я оторву тебе пальцы, которыми ты их так бесконечно строчишь. Бывай. Голосовое сообщение отправлено. *** —Прошу прощения, что отвлекаю, — не особо искренне извиняется Сану, входя в комнату, и замечая прелестную картину в виде целующихся старших, которые видимо немного отвлеклись от учебы судя по учебникам с тетрадками что лежат рядом, — но Ван зовёт тебя на соревнования. И видимо, эта новость - знак об окончании их недолгой, но спокойной жизни.