Восходящий Империум

Место: флот трёх Легионов на орбите Луны Дата: 813.M30 (Девять часов с начала битвы за Луну) XI, XIII и XVI Легионы прорвали псевдоблокаду кораблей Хаоса и устремились к Луне. VII Легион помог им пробиться сквозь вражеский флот, а теперь занимался тем, что не давал противнику атаковать тылы трёх легионов и защищал космическое пространство Терры. К счастью для имперских захватчиков, гражданская война на Луне не позволяла организовать серьёзную орбитальную оборону. Отделившись от орд Хаоса, три легиона Астартес могли наконец обрушить всю свою мощь на предателей. Пока их флот маневрировал, Примархи, связанные телепатической сетью, разрабатывали стратегию. Псионическая связь, соединявшая их души, не только защищала от Хаоса, но и позволяла братьям легко общаться на огромных расстояниях — невероятное преимущество в космических сражениях. Каждый легион должен был сыграть свою особую роль в битве. XIII Легион составил основу наступления: его численность и тактическая гибкость позволили бы вести боевые действия по всей Луне. Их атаку поддерживали ударные отряды XI Легиона, встроенные в боевые порядки тринадцатых, — они стали бы мечом и щитом против малефикарума. Хорус разделил свой легион на две части: одна должна была десантироваться на удерживаемые лоялистами территории, помогать защитникам до подхода основных сил, а затем присоединиться к зачистке. Вторая же занялась бы точечными ударами по вражескому командованию. Корабли легионов рассредоточились по орбите Луны, и, поскольку атмосферы здесь практически не было, смогли встать на якорь всего в нескольких километрах от поверхности. К этому моменту немногочисленные культисты кое-как организовали космическую оборону, открыв огонь из мощных батарей и даже запустив в космос украденные имперские транспорты. Однако у них не было ни малейшего шанса — гибель настигла их раньше, чем они успели сделать второй залп. Единым ударом три флота обрушили огонь на лунную поверхность. Кинетические и энергетические снаряды стирали с лица Луны орудийные позиции. Угнанные транспорты едва оторвались от поверхности, как залпы зенитных орудий превратили их в кровавую пыль. Однако эта демонстрация мощи была лишь малой частью разрушительного потенциала флотов — Луну предстояло захватить целой. Поэтому второй залп был куда точнее и смертоноснее. Почти миллион Астартес обрушился на Луну. Объединённая мощь трёх Легионов спустилась с небес в огненном дожде из стали. Десантные капсулы и «Грозовых птиц» волна за волной несли имперскую ярость. Столь масштабная и яростная атака не была строго необходимой, но кадры, запечатленные лунными лоялистами и флотскими летописцами, будут передаваться из поколения в поколение. Пропаганда, если её правильно использовать, может быть столь же эффективной, как болтер или меч. Среди «Грозовых птиц» был один уникальный корабль — созданный для полубога. Квадрига-Максиус являлся личным десантным судном Маркуса Августио, Примарха XIII Легиона. В сопровождении своей Преторианской Гвардии и четырёхсот тысяч Астартес он шёл на войну. XIII Легион достиг врат Порт-Луны, и ничто не могло его остановить. Первой целью наступления был захват Порт-Луны — гигантской военно-космической базы, занимавшей большую часть кратера Кеплера. Если бы порт пал, мятежники окончательно потеряли бы контроль над космосом, а лоялисты получили бы идеальный плацдарм. В обычных условиях штурм такого укрепления, как Порт-Луна, был бы безумием. Но это были не обычные времена. Полубоги, закованные в тела сверхлюдей, сражались с порождениями безумия. XIII Легион стоял перед вратами. Тысячи Астартес и боевые машины ждали приказа к атаке. На бастионах и крепостных шпилях порта их уже поджидали легионы плоточудовищ, одержимых и лунных культистов, жаждущих крови. Самые безумные и жестокие воины Луны были стянуты сюда — элита Четырёх Аспектов предвидела атаку и собрала здесь самых свирепых. Орудийные башни и укрепления должны были измотать рабов Императора, а когда те ворвутся внутрь, дикие орды Хаоса растерзают их. Это была простая, но эффективная стратегия, основанная на двух факторах: прочности обороны Порт-Луны и присутствии могучего Чемпиона Богов. Именно он — страхом, яростью и харизмой — удерживал обезумевших слуг Хаоса от преждевременной атаки. Без его влияния самые неистовые берсерки уже спрыгнули бы с башен размером с горы, гонясь за порочной славой. Избранный для этой чести Чемпион возвышался над исполинскими вратами, взирая на захватчиков, как десятки тиранов и королей до него. Заубернокс — Демон-Принц, отмеченный всеми четырьмя Богами Варпа. Он уничтожил собственный вид, чтобы ступить на путь вечной славы. Призванный в тело преданного слуги, он собрал вокруг себя орды Хаоса и жаждал сразиться с Примархом, дабы испытать свою мощь. Но Маркус Августио не был тем, кто тратит время на «славные поединки». Он мыслил прагматично: осада потребует больших жертв. Хотя он и не сомневался, что одолеет демона своим силовым гладием, он считал подобную схватку бессмысленной тратой времени и ресурсов. Поэтому, когда одержимый предатель обрушил на него псионический вызов и проклятия, Примарх просто связался с флагманом. После нескольких мгновений расчётов он принял решение. Хорус и его Легион уже телепортировались в глубины Луны, отвлекая на себя значительные силы защитников. Пилоты 8-го формирования XI Легиона атаковали орбитальные и противокосмические укрепления, расчищая путь остальным. Это давало Маркусу возможность выполнить свою задачу быстро и эффективно. Приготовления были завершены. Он подошёл к вратам, чей размер соперничал с Титаном. Ни одна из сторон не открыла огня, пока Примарх поднял руки, собирая псионическую мощь. Будучи не самым сильным среди братьев-псайкеров, он знал, что задуманное потребует огромных усилий. Ирония заключалась в том, что истончение реальности позволило ему черпать дополнительную силу из Варпа — ещё одно доказательство правоты его отца: Варп принадлежит человечеству, а не лжебогам. Подняв взгляд на Заубернокса, Маркус впервые ответил Демон-Принцу: — Врата можно заменить. Прежде чем адский владыка успел понять смысл этих слов, его поразила гибель. Один крейсер класса «Лунный» из флота XIII Легиона занял позицию над главными воротами Порт-Луны и выпустил сверхмощный луч лэнс-батареи. В тот самый миг, когда луч ударил, Примарх использовал свою силу, чтобы деактивировать защищавшие врата пустотные щиты. Как гнев самого Императора, луч испарил врата в ничто. Металл и камень превратились в пепел, затем — в атомы. Заубернокс, даже не успев осознать произошедшее, с воплем был низвергнут обратно в Варп. Там, где некогда стояла несокрушимая цитадель, теперь зияла пылающая воронка. Сознание защитников Порт-Луны поглотили паника и смятение. Их повелитель исчез в ослепительной вспышке огня. Там, где прежде стояли неприступные врата, теперь возвышался столб лунной пыли. Но у них не было времени опомниться — расплата уже наступала. Через стремительно остывающий пролом ринулся XIII Легион. С Примархом во главе они были неудержимы. Синяя лавина доспехов хлынула в Порт-Луну, сметая врага с беспощадной точностью. Генетически усиленные чудовища, некогда бывшие ограми, бросались на фаланги тринадцатых — и были сметены залпами болтеров. Толпы культистов в украденных скафандрах испарялись под волкитными лучами, а тех, кому «повезло», затягивало в ледяную пустоту. Отродья Хаоса, выращенные на фабриках смерти, набрасывались на Астартес в мех-доспехах — и расплющивались молотами. На каждом шагу XIII Легион кромсал оскверненных защитников. Но даже сквозь пыльный ад битвы Маркус Августио заметил нечто странное. Горстка вражеских бойцов бежала с поля боя. Это само по себе не было неожиданностью — слуги Хаоса трусливы по природе. Однако Примарха насторожили их одинаковые мутации и знаки. Сражаясь сразу с несколькими плоть-големами, он мгновенно оценил ситуацию — и понял, что происходит. Беглецы были культистами Тзинча. Они готовили ритуал. Подозрение подтвердилось почти сразу — Примарх ощутил нарастание тёмной силы. 99 колдунов, рассредоточенных по всему полю боя — там, где прежде были врата и предвратные залы — взывали к своим покровителям. Маркус не знал, какую именно порчу они намеревались наслать — и не собирался выяснять. Его сыновья были выбраны для этой миссии благодаря чистоте и численности, но даже они страдали от влияния Хаоса и сражались не на полную мощь. Он не мог рисковать ни ими, ни победой. Колдунов нужно было остановить. Калиб и его Легион ещё не прибыли, а Библиариум XIII не справился бы с надвигающейся угрозой. Оставался лишь один вариант. Маркус не хотел разыгрывать козырную карту так рано, но прагматизм победил. Отправив телепатическое предупреждение всем союзным псайкерам, он приготовился применить Длань Господства. Обезглавив последнего голема ударом гладия, Маркус получил драгоценную секунду передышки. Его свободная рука, сжатая в могущую длань, поднялась вверх — и обрушилась на потрескавшийся камень лунной поверхности, будто прихлопывая назойливое насекомое. В тот же миг псионическая мощь Примарха распространилась волной, создав гигантское поле варп-энергии радиусом в километры. Никто сразу не понял, что произошло. В отличие от привычных пси-техник, Длань Господства не искажала реальность и не рвала завесу между мирами. Она укрепляла её. Еще в юности Маркус считал варп-магию грязной и непредсказуемой — недостаточно надёжной для войны. После встречи с пустым из свиты Малкадора его осенило: если псайкеры используют эмоции, чтобы искажать реальность… можно ли применить ту же силу, чтобы укрепить её? Консультации с Отцом дали нужные знания — и Маркус Августио принялся наводить порядок во вселенной. Его брат Тенгри Каган как-то пошутил: — Ты одержим правилами — даже космическими. Он не знал, насколько был прав. Маркус с детства видел ужасы Варпа. Он наблюдал, как твари из Имматериума калечили разум его брата Конрада. Видеть, как близкий по духу человек медленно сходит в безумие — оставило след. Закон, справедливость, единство. Только это не давало человечеству стать игрушками лжебогов. Логично, что Маркус применил свой аналитический ум и к псионике. Оказавшись в зоне Длани Господства, культисты Тзинча мгновенно потеряли контроль. Их ритуал рухнул, словно пламя без кислорода. Тёмная сила заколебалась — и погасла. В сердцах колдунов поселилась паника. У них не было времени осознать происходящее — второй удар Империума уже обрушился на них. Не в десантных капсулах. Не с огненным шквалом. Они пришли с небес. XI Легион прыгнул с кораблей прямо в лунное небо, используя её слабую гравитацию. Атака 8-го формирования на орбитальную оборону была отвлекающим манёвром. Пока XIII Легион гремел «эффектным входом», одиннадцатые спускались тихо, как снег из керамита. Этот процесс занял больше времени, чем прибытие XIII Легиона, но начался в то же самое время. Пока защитники Порт-Луны отчаянно сражались с XIII Легионом у главных ворот, XI Легион уже проник в самое сердце крепости. К тому моменту, когда Маркус Августио обрушил Длань Господства, большинство ключевых систем порта уже контролировались Империумом. Примарх XI Легиона лично возглавил эту бесшумную атаку, используя свои псионические способности, чтобы заглушить любые сигналы бедствия — как материальные, так и варп-импульсы. Предатели и демоны оказались заперты в своей же крепости с существом, созданным быть их абсолютным врагом. Калиб оправдал это предназначение. Он был вихрем клинков, пси-пламени и звериной ярости. Заубернокс был не единственным Демон-Принцем в Порт-Луне. Второму повезло куда меньше. Если первого лишь отбросило в Варп, то второго Калиб пригвоздил к железному шпилю, после чего приступил к духовному вскрытию. Слой за слоем он срывал пелены порчи, пока не добрался до последних крупиц смертной сущности демона. Примарх позволил себе жестокую ухмылку. Ничтожный обрывок души был вырван из демонической оболочки и заперт — пополнив растущую коллекцию проклятых душ. Оставшуюся оболочку варп-энергии Калиб спалил серебряным пламенем. Истинная Смерть была милосердием по сравнению с тем, что ждало этого павшего Принца. Отрезанный от бога-покровителя, он потерял имя и сущность. Теперь жалкий остаток некогда «великого» чемпиона Хаоса томился в древней реликвии — обсидиановом кубе, испещренном микроглифами защиты на каждом уровне. «Руби-Карцерон», как называл его Отец, был тюрьмой для душ, демонов и худших вещей. Потерянный Принц проведёт в нём вечность — если только Калиб не решит использовать его для экспериментов или ритуалов. Когда XIII Легион отбросил берсерков и фанатиков вглубь порта, они не нашли там союзников — лишь новые отряды Астартес. А затем, как последний гвоздь в крышку гроба, с орбиты спустился ещё один десант XI Легиона. Окружённые, лишённые тёмных благословений и отрезанные от своих укреплений, защитники Порт-Луны были стёрты с лица Луны. С плацдармом в их руках, Имперская Ауксилия начала переброску на поверхность. Тем временем XI и XIII Легионы готовились к новому этапу очищения. Лунный Крестовый поход должен был выжечь все следы Хаоса в системе Сол. Разделившись на армии по сотне тысяч воинов, они двинулись вглубь Луны. Ничто не могло их остановить. С численностью и адаптивностью тринадцатых, подкреплённых жестокостью и пси-мастерством одиннадцатых, Кредо Четырёх Аспектов было обречено. Но их гнусные покровители ещё не сыграли все карты. Судьба — штука ироничная. Некоторые марионетки Тёмных Богов обречены танцевать под знакомую мелодию — даже если смерть уже давно забрала их.

***

Место: Хранилище опасных образцов Альфа, Море Мечты. Дата: 813.M30 (вскоре после убийства Заморы и высвобождения Хаоса). Границы реальности на Луне истончились до опасного предела. Энергия Варпа клубилась и трещала в недрах спутника. Разломы открывались постоянно, извергая демонов и мелких варп-тварей в лабиринты туннелей. Кошмарные ритуалы и тёмные обереги защищали культистов от света Астрономикона, создавая царство тьмы и разложения. Здесь элита Лунного Культа жадно пила силу Варпа, раздуваясь от благосклонности Богов и погружаясь в безумие. Те, кто некогда был Кредо Четырех Аспектов, ужаснулись бы тому, во что превратились они и священная Луна. Теперь же они славили своё падение, защищенные от здравомыслия и морали первым даром Хаоса. Все, кто идёт по пути славы, медленно теряют то, что ненавистно Хаосу — контроль. Они стали буквальными лунатиками, гнавшимися за всё большим безумием, чтобы снискать милость Богов. Вечный цикл саморазрушения, питающий Темных Богов и позволяющий им влиять на материальный мир. Этот пир Хаоса привлёк внимание бесчисленных демонов, жаждавших проникнуть в пропитанный Варпом мир Луны через врата, созданные культами. Сила Имматериума становилась частью Луны, и, будь воля Богов, она присоединилась бы к семье демонических миров, балансируя на грани реальностей. Среди древних чудовищ, способных существовать в таких условиях, было одно особенно древнее — существо проклятой крови, скользившее по туннелям в поисках старого друга. Оно приняло облик вороны — или, точнее, саму идею того, что символизирует ворона. Когда-то этот демон был скован с истинным сыном Анафемы — мудрым колдуном, в древние времена подчинившим себе 72 демона. Теперь же он шёл по кровавому следу, ведомый знакомым вкусом души… Теперь он бежал/летел/плыл к скрытому хранилищу внутри Луны — месту, где содержались самые опасные артефакты и образцы. Именно здесь Империум препарировал чудовищ и ужасов, с которыми сталкивался. Большинство экспонатов уже переправили в растущий Императорский Дворец, где их ждала участь в лабораториях Отца или Тёмных Камерах. Остались лишь немногие — те, что было сложнее всего транспортировать. Замора как раз был отправлен забрать их, когда Кредо Четырех Аспектов устроило засаду. Но главный артефакт, ради которого демон пришёл сюда, лежал здесь до сих пор. Труп невозможного человека. Капитан легиона, которого не существовало, посланный на задание падшим Примархом. Вместе с собратьями он был препарирован и изучен самим Анафемой. Многие усовершенствования Астартес и их вооружения появились благодаря этому. Теперь демон, известный смертным как Раум, вскрыл стазис-саркофаг и влился в иссохшую плоть. Тёмная энергия, наполнявшая Луну, дала силы воссоздать разрушенное тело. Бронепластины приросли к мутирующей коже, пулевые раны затянулись гниющей плотью. Нейроны перестроились, а осколки давно потерянной души были вырваны Раумом из Варпа. И тогда, с хриплым смехом, жаждущие боги вдохнули жизнь в своего будущего слугу. Астартес поднялся, а его демонический союзник приветствовал его в мире живых: — Здравствуй, Аргел Тал.