Восходящий Империум

Император вошёл в зал и направился к группе детей и Асса-Матрари. Его встретили смех и оживлённые возгласы — Примархи ещё не заметили отца, скрытого древними искусствами незаметности и психическими тенями. Ощутив колебание в Имматериуме, он бросил взгляд на Тирика. Шестой Примарх концентрировал ментальную энергию в ладони, и Император усмехнулся — это был трюк, который мальчик освоил несколько месяцев назад. Новаторское применение криокинеза, естественного для него дара. В его руке сформировался снежок, предназначенный для неожиданной атаки на старшего брата, Эддарда. Император снизил перцептивный фильтр и материализовался перед сыновьями как раз вовремя, чтобы поймать снежный снаряд, летящий со скоростью 500 км/ч. Двадцать (или двадцать один?) голосов радостно воскликнули: — Отец! — Мальчики тут же начали наперебой рассказывать о своих достижениях, ведя себя как самые обычные братья. Когда шум утих, Император спокойно обратился к ним: — Сыны мои, через месяц начнётся экспедиция на Марс. Перед отбытием я хочу провести это время с вами — увидеть, как вы выросли и чего достигли. Они кивнули — расставание было неизбежным, и они давно готовились к этому моменту. Никаких слёз — Примархи были детьми, но прежде всего — Примархами. Они понимали причины отъезда и верили в его возвращение. Они превосходили людей во многих аспектах, включая эмоции. Их чувства были сильнее и чище, чем у обычных людей. Именно это в несостоявшейся временной линии привело к падению. Император не знал, было ли это побочным эффектом их связи с Варпом или особенностью тех бесчисленных генов, что были вплетены в их ДНК. Независимо от происхождения их эмоций, Император потратил бессчётные ночи, обучая сыновей искусству, которое редко постигают даже самые развитые существа — Равновесие Разума. Древняя техника, разработанная философскими культами на пике развития человечества. Синтез и совершенство медитативных практик всей истории человеческой мысли. Для баланса между интеллектом и эмоциями, укрепляющий психику. Его сыновья демонстрировали не просто сверхчеловеческие силу и ум — в них расцветала мудрость и умеренность, которые, как он надеялся, позволят им стать теми идеалами, в которых нуждалось не он, а всё человечество. Ни одна жертва не была слишком велика, чтобы предотвратить их падение. Оставалось лишь надеяться, что этого хватит. Император продолжил: — В этот месяц я буду активно участвовать в вашем обучении. Я намерен наблюдать за вами и передать как можно больше знаний перед следующим этапом. — Дети кивнули с недетской серьёзностью и продолжили утро с новой решимостью — оправдать ожидания отца и Асса-Матрари. Доказать, что достойны уготованной им судьбы. Завтрак прошёл относительно спокойно — присутствие Императора снижало привычный уровень шалостей. Затем начались утренние спарринги в гигантских тренировочных аренах Дворца, способных имитировать любую среду. Пока юные Примархи показывали результаты, сопоставимые с средним уровнем Гиканатои. Некоторые уже догоняли, а то и превосходили показатели Терминаторов Алларус. Император наблюдал за ними с видовой платформы, пока сыновья пробивались через искусственный подулей, отрабатывая тактику в условиях, близких к реальным. Они были вихрями пламени и ярости. Тысячи выращенных в чанах чудовищ и кибернетических убийц пали под ударами Примархов. Каждый из них с лёгкостью орудовал оружием, созданным для взрослых смертных. Император наблюдал, как Октавиар и Кулайн, стоя спиной к спине, расстреливали бесконечные волны плоточучел, превращая их в кровавую пасту под огнём болтеров и адратических пушек. Альфарий и Омегон дезориентировали стаи мурдер-тварей, заставляя их нападать на одичавшие племена мутантов, импортированных для этих испытаний. Эти и множество других сцен мастерства и свирепости впечатлили Императора, наблюдающего за тренировкой вместе с Асса-Матрари и наставниками. Снятие ограничений Император тихо произнёс: — Думаю, они готовы к снятию защитных протоколов Альфа и Бета. Мои сыновья действительно воплощают воинственный дух человечества. Мередит Кейн, Матрари Калиба, тихо рассмеялась: — Они уже сняты, владыка. Это бои насмерть. Полагаю, Хорус возглавил инициативу убедить мастеров арены разрешить это. Император приподнял бровь: — Мне почему-то не сообщили? Мередит спокойно ответила: — Они позаботились, чтобы вы не узнали. Кажется, хотели вас впечатлить. Мелодичный смех вырвался из уст Императора: — Я впечатлён. Такая амбициозность, инициатива и целеустремлённость… Хорошо, тогда отключайте и протокол Гамма. На лицах девятнадцати матерей мелькнул страх. Лишь Мэри Атима, мать Филиппа, сохранила спокойную решимость. Её мягкий, мелодичный голос прозвучал в ответ: — Они преуспеют. Эти дети, рождённые от вашей крови и духа, воспитанные нами, превзошли все наши ожидания. Примархи встретят любой вызов и одержат победу. Я в этом уверена. Император наблюдал, как её уверенность передаётся остальным, и уголки его губ дрогнули в улыбке. Вера — враг разума, его грех и спасение в одном флаконе. Миллионы трудились под его и Урии руководством, чтобы обратить эту силу на благо человечества — научить детей Терры верить не в божеств или сверхлюдей, а друг в друга. Мэри Атима стала великим успехом этой миссии. Теперь она демонстрировала возрождённую веру — веру в своего сына и его братьев. Веру в человеческий потенциал. С протоколом Гамма отключились последние ограничения: гравитация арены удвоилась, температура начала хаотично колебаться, из глубин выпустили новых, ещё более чудовищных тварей — теперь и охотников, и добычи. Император наблюдал с отцовской гордостью и учёным интересом, как его сыновья раз за разом доказывали, что они — истинные воины. Барака едва увернулся от цепного клинка крупнее его самого, которым размахивало древнее оружие техно-варваров. Лезвие оставило царапину на его доспехах, но чудовище попало в ловушку: веб-граната взорвалась у него «лица», пригвоздив его к двум хабунитам, между которыми его заманили. Чем больше титаноподобное создание боролось, тем сильнее запутывалось в паутине. Когда оно окончательно остановилось, Барака отсёк ему голову одним ударом. Искандар уничтожил дюжину вой-скримеров, каждому досталось по одному точному удару. Рогал расчистил путь сквозь стаю гуларов с хладнокровной уверенностью. Через час утренние испытания завершились, и Примархи отправились снимать доспехи и сравнивать результаты. Затем они направились в Великую Библиотеку Дворца — растущий монумент знаниям, где хранились копии триллионов текстов. Здесь Примархи изучали всё, что потребуется им в будущем. Тема сегодняшней лекции: Легио Астартес — Космические Десантники. От Примархов ожидали такого же глубокого понимания своих генетических сыновей, как у величайших генетиков-мастеров и мудрейших старейшин Терраватт. Древний Мудрец (специалист по сверхчеловеческой биологии, доставленный с Луны) подробно разбирал биологию Астартес, их возможности и пути совершенствования. Император сидел в задних рядах лекционного зала, слушая с лёгким развлечённым интересом. Это был далеко не первый раз, когда он присутствовал на лекциях о своих творениях или достижениях. В прежние эпохи, странствуя под личиной учёного, он нередко находил это занимательным времяпрепровождением. Старший лектор начал занятие с простого вопроса: — Сверхлюди, созданные на основе вашего генокода, формально именуются Адептус Астартес — термин, восходящий к древнеземным корням. В готике и других языках их обычно называют «Космическими Десантниками», но каково буквальное значение исходного названия? Первым вызвался Магнус: — Адептус означает «Владыка», а Астар — «звезда». Значит, «Владыка Звёзд»? Мудрец мягко усмехнулся: — Распространённая ошибка, юный Магнус. Адепт — это звание владыки, но Адептус — действие. Адептус Астартес буквально означает «Овладевающие Звёздами». Подобно тому, как Адептус Администратум овладевает имперским управлением, Адептус Астра Телепатика овладевает Астрономиконом. Мудрец обратился к Примархам с благоговением и надеждой: — Вы и ваши генетические сыновья созданы, чтобы овладеть звёздами для человечества. Не как правители или хозяева Галактики, а как исследователи, завоеватели и защитники человеческого рода. Древний земной писатель перефразировал религиозный текст так: «По слову Божьему, кроткие однажды унаследуют Землю. Когда-нибудь. Но Бог не учёл могущественных». — Ваш отец стремится создать Галактику, где человечество сможет расти и процветать под собственным руководством. Но галактика полна ужасов, способных истребить человечество или сделать его участь хуже смерти. Вы и Астартес — ответ на эту дилемму. Могущественные защитят слабых, пока те не станут достойными наследниками. Император одобрительно отметил про себя, что Мудрец был хорошим выбором — он отлично знал теорию. Теперь предстояло проверить, как он справится с практическими аспектами. Лекция углубилась в тонкости геносемени: его мета-психическую природу и биологические компоненты. Как оно связывает Астартес на генетическом и духовном уровнях с их Примархом — а через него и с самим Императором. Симптомы искажения Варпом и естественной деградации. Краткий обзор 24 гено-органов, включая уникальные для каждой кровной линии. Император наблюдал, как лекция течёт своим чередом, пока Тенгри, обычно молчаливый, не удивил всех вопросом: — Почему геносемя отвергает некоторых кандидатов? Разве все чистокровные люди не должны быть способны на аугментации? Мудрец пожимает плечами: — Причина неизвестна. Возможно, генетическая особенность. Но лишь определённые популяции человечества могут перенести трансформацию. Тут Император поднимается и выходит в центр зала. Мудрец кланяется и отступает, давая старейшему учителю человечества занять его место. В этот момент Император вспоминает бесчисленные подобные сцены из своего прошлого — когда он учил яркие молодые умы. Это вызывает у него улыбку. Он забыл, как приятно улыбаться. После Железной Войны он позволял себе улыбку раз в десятилетие — её ужасы выжгли большую часть его человечности. Но теперь его дети, живые и мёртвые, вернули её ему. Голосом, отточенным в дебатах с Сократом, он начинает: — Вы все — мои дети, рождённые от моей крови и души. Но не в этом дело. Каждый из вас был кропотливо создан с использованием всех знаний, накопленных мной за почти сорок тысячелетий. Я использовал свой геном как основу, но каждый из вас уникален. Пока он говорит, в сознании учеников вспыхивают пси-образы: бессчётные часы в тайных генетических хранилищах. Титанический труд по гибридизации миллионов нитей ДНК и наполнению их невозможными варп-искусствами. — Каждый из вас несёт гены, взятые у легендарных фигур человеческой истории, а также сверхчеловеческие усовершенствования, уникальные для каждого. *Древний центурион Старого Рима поднимает ксено-клинок в победном жесте* *Пять тысяч всадников мчатся за ослепительно красивым принцем в атаку* *Император и седой генерал обсуждают тактику, пока сингулярные машины Железных Людей смыкают кольцо окружения* *Справедливость в Чёрном карабкается между шпилями примитивных ульев, выслеживая чудовищ и преступников* *Раскаявшийся когносцит в отчаянии рвёт на себе багровые кудри, а воин с золотыми глазами пытается утешить его* *Умирающий Мудрец на руках у Императора шепчет последние слова перед произнесением Слова Закона* Видения, пронёсшиеся в сознании юных Примархов, раскрыли их генетическую родословную. Когда образы рассеялись, Император продолжил: — Вы — не просто мои клоны. Ваше наследие совместимо лишь с теми, кто обладает определёнными психо-генетическими маркерами. Например, геносемя Тирика куда лучше принимается людьми с дикой кровью, чем теми, у кого её нет. Примархи кивнули, осмысливая услышанное. Маркус, всегда сообразительный, поднял руку: — Значит, поэтому некоторым из нас проще находить подходящих кандидатов? Их маркеры встречаются чаще? — Верно, Маркус. Твоя линия, в частности, одна из самых плодовитых благодаря генам древнего Ультрамаркского Союза. Лекция длилась ещё час-два, охватывая всё новые детали о генетике Примархов, процессе создания Астартес и будущих углублённых уроках по этим темам. После занятия Примархи отправились на обед, а Император, следуя за ними, подумал: «О, дети Терры… ваши защитники уже на подходе». День Примархов проходил по обычному графику: боевые учения, тренировки с Первой Двадцаткой, уроки, творческие занятия где поощрялась креативность. Каждый выбирал своё: материальные искусства (кузнечное дело, скульптура), музыку и поэзию (как у Данте и, неожиданно, Морика). К досаде Данте, его произведения братья прозвали «птичьими трелями». Император наблюдал и взаимодействовал с сыновьями, ощущая, как в его душе пробуждается давно забытая радость отцовства. Но тени тревог и вечное бремя всё ещё цеплялись за него. Перед сном, глядя, как Примархи заканчивают вечерние дела, он тихо прошептал: — Двести десять лет… Надеюсь, этого хватит. Недели пролетели быстрее, чем хотелось бы и Примархам, и Императору. Сыновья впечатляли отца интеллектом, боевым мастерством, лидерскими качествами и мудростью неожиданной для их возраста. Он же дарил им знания, уроки и отцовскую любовь. День отлёта приближался. Император чувствовал уверенность — его дети Терры превзошли все ожидания. Теперь настало время привести в лоно Империума детей Марса.