Восходящий Империум

Быстрее, чем позволяла его массивная терминаторская броня, Хорус бросился на Кровожада. Тот встретил его яростным рёвом и градом ударов своих чудовищных клинков. Вокруг Примарха вспыхнули кинетические щиты, пока он уворачивался от атак. Хорус прорвался сквозь защиту демона и рассёк ему грудь Копьём Судьбы. Рана не истекла кровью, но загорелась ослепительным белым светом, оставив на плоти твари обугленный шрам. Хорус попытался отступить, парируя удары Копьём и щитами, но замешкался на долю секунды — и шесть конечностей обрушились на его левый бок. Такого удара хватило бы, чтобы убить Астартес, и Примарх отлетел на несколько метров. Сверхчеловеческая ловкость и слабый телекинез позволили Хорусу приземлиться на ноги. Рыча, он развернулся к чудовищу, подняв оружие. Это был первый бой, в котором он использовал Копьё, и его возможности ещё не были до конца ясны. Что ж, лучшего момента для испытания дара не найти. Повинуясь внезапному озарению, Хорус направил психическую энергию в Копьё. Примарх — существо, принадлежащее обоим мирам. Каждый из братьев был душой непостижимой силы, заключённой в сверхчеловеческое тело. Способной направлять колоссальные потоки энергии Варпа в плоть, которая могла её выдержать. И теперь частица этого богоподобного потенциала вырвалась из острия Копья. Как помесь молнии и залпа лэнс-батареи, луч ударил в цель. Ослепительная вспышка на мгновение остановила битву вокруг. Шлемы Астартес автоматически затемнились, а вот берсеркам не повезло. Большинство ослепло, а у самых неудачливых выгорели глаза и открытые участки кожи. Луч Копья пробил демона точно в грудь, уничтожив большую часть торса и пройдя насквозь. Он ударил в место соединения Кровавых Врат и стен зала, разрушив вход в храм Кхорна и пробив брешь в наружных сооружениях. Психическая мощь Примарха, сфокусированная через резонирующий артефакт, оказалась сокрушительной — даже Хорус не ожидал такого. Ошеломлённый разрушительной силой, которую выпустил, Хорус отступил. Но, несмотря на несовместимые с жизнью раны, демон продолжал двигаться вперёд. Кровь и внутренности вытекали из катастрофических повреждений, оставляя кровавый след, пока он шатался к Примарху. Тело Кровожада быстро разрушалось, но он шёл, бормоча проклятия и угрозы на тёмном языке своей родины, отчаянно пытаясь приблизиться и пролить кровь Хоруса. Примарх зарядил Копьё новой искрой энергии, и пси-кристаллическое лезвие расширилось, превратившись в тяжёлую булаву из варп-материи. Подобно палачу древности, Хорус занёс оружие и обрушил его на голову демона. С оглушительным грохотом, отозвавшимся в материальном и нематериальном мирах, Кровожад был изгнан. Хотя Хорусу не хватило мастерства и знаний, чтобы полностью уничтожить чудовище, он сумел его искалечить. История его поражения навсегда вплелась в саму суть демона. Теперь это кровавое изгнание стало частью его легенды — так же, как древняя резня, породившая его. Если бы Кха’акша, Кровожад, когда-нибудь снова обрёл силу, чтобы явиться в материальный мир, он вернулся бы сломанным и уродливым. С гибелью демона берсерки были быстро добиты. Битва далась нелегко: апотекарии спешно собирали геносемя и перевязывали раненых в короткой передышке. Даже сам Примарх ощущал последствия содеянного. Хорус был молод, ему не хватало выносливости и контроля, которые он обретёт в грядущих веках. Его тело едва выдержало высвобожденную энергию, а разум был истощён. На мгновение он даже опёрся на оружие, как на посох, собираясь с силами. Вскоре его поразительные регенеративные способности начали действовать. До полного восстановления потребуются дни, но сражаться он мог уже сейчас. Новая форма оружия пришлась Хорусу по душе — могучая булава, сокрушающая врагов человечества. Умение менять его облик и свойства станет ценным инструментом. Молот, копьё, лэнс, алебарда… Бесчисленное оружие для грядущих битв. Подняв Лонгин и обратившись к сыновьям, Хорус издал победный рёв, затем направил наконечник молота к Вратам и приказал продолжать штурм. Повреждённые энергетическим выбросом Врата поддались после нескольких залпов плазмы. С воем разрываемого металла они рухнули, открыв XVI Легиону путь. Перед ними зиял чёрный туннель, наполненный тьмой, которая, казалось, взирала на Астартес из бездны. Терминаторы быстро построились — им предстояло первыми ступить в пролом, за ними последует ударная группа. Гул металлических сапог прокатился по тёмному коридору, словно громовая волна, возвещающая гибель врагам человечества. Но затем раздался новый звук — мерзкое хлюпанье, когда терминаторы шагнули во что-то, покрывавшее пол. Насколько хватало взора, зал был устлан отвратительным ковром из крови, разорванной плоти и раскрошенных костей. Тысячи людей погибли здесь мучительной смертью, и теперь их останки покрывали всё вокруг. Хорус приказал магам-телепатам из легионного Библиариума осмотреть это месиво. Один из библиариев опустился на колени, чтобы установить связь с наслоениями растерзанной плоти… но через мгновение резко отпрянул и выругался. Спешно возводя защитные барьеры, он крикнул: — К бою! Нерождённые идут! Гниющая плоть, заполнившая зал, была оставлена здесь, чтобы приманить обитателей Моря Душ — и дать тела тем, кто придет извне. Теневые щупальца энергии материализовались из Варпа, вползая в разорванные тела и сшивая их воедино, воплощая ярость и кровопролитие в физической форме. Демоны Кхорна вошли в материальный мир. Орда Жаждущих Крови сверхлюдей. Культисты Луны нашли множество способов эффективно использовать силу Варпа. Кощунственно сочетая человеческую любознательность, научное познание и помощь хищникам из Имматериума. Кредо Четырёх Аспектов превратило ритуалы и оккультизм из суеверий в точную науку. Если эти методы удастся усовершенствовать… Галактика сгорит. Но сначала Кредо предстояло пережить Гнев Императора — в лице трёх Легионов и их Примархов. Хорус повёл своих сыновей в атаку на Жаждущих Крови. Усиленные Варпом, каждый из них мог сравниться в силе с двумя Астартес. В любой другой день эта битва стала бы кровавой и жестокой схваткой. Но сегодня всё было иначе. Хорус сжал навершие булавы — и пси-кристалл рассыпался. Теперь было видно само копьё, его металл, очищенный от оболочки энергии. Острие сияло, как очищающее солнце, вобрав в себя силу всех мифов и легенд, каплю крови Императора — став оружием света, огня и разрушения всего, что есть зло. Подняв копьё так, что его свет образовал звезду Анафемы, Хорус наполнил зал волной псионического сияния. Оно обжигало демонов, отбрасывая их назад. Астартес ринулись в атаку, сокрушая ослабленных Нерождённых. Великие исчадия Кхорна были легко низвергнуты в бездну — их связь с Варпом подавлена светом копья Примарха. XVI Легион двинулся дальше, вглубь тёмного зала. Свет Императора вёл их клинки и болтеры против тех, кто осмелился встать на пути Империума Человечества. С момента высадки на Луну Астартес ощущали отвратительную скверну Варпа в самых душах. Описать её человеческими словами, как и все паранормальные явления, было невозможно. Но один из древних Сигиллитов подобрал близкое сравнение: — Представь вонь гниющей плоти и острое ощущение от вдыхания ледяного воздуха. Теперь смешай это с инстинктивным отвращением, которое испытывает смертный при виде зверств — каннибализма, увечий, насилия, бессмысленной резни или худшего. А теперь представь, что это чувство возникает не через органы чувств, а прямо в твоём разуме — без причины и предупреждения. Гипно-индоктринация, превратившая Ангелов Императора в сверхлюдей, защищала их — но лишь отчасти. Если бы здесь были смертные, их охватили бы паника и тошнота. Астартес же лишь испытывали раздражение. Они — Космодесантники, и они не ведают страха. Так было… пока угнетающая аура скверны не усиливалась с каждым шагом вглубь Луны. Медленно, но верно они начали ощущать тошнотворную неправильность, исходящую из её недр. Это стало особенно очевидно, когда они достигли конца длинного, залитого кровью коридора. Могучие адамантиевые врата преграждали путь, источая осязаемую скверну — настолько густую, что даже самые невосприимчивые к пси-энергии братья почти видели её. За ними находилось Сердце Тьмы — место, где проводился ритуал Хаоса, выпустивший ужас Варпа в систему. Святая святых Кредо Четырёх Аспектов, высокий алтарь и внутреннее святилище, построенное прямо над варп-разломом, некогда запечатанным Богом-Императором. Истинное логово мощи Хаоса и зла. Астартес ощущали смутный дискомфорт и тревогу, шаг за шагом приближаясь к вратам. Древний животный ужас, способный свести смертного с ума или заставить обмочиться от страха, почти не действовал на сверхчеловеческий разум. Броня Презрения держалась крепко, но в глубине сознания каждого Десантника звучал шёпот инстинкта: «То, что ждёт за этими вратами, может — и убьёт тебя». Но у них был долг. Сражаться и умирать за человечество. И когда Хорус Луперкаль приказал взорвать дверь и ринуться вперёд, они повиновались.

***

Место: «Буцефал», приближающийся к Луне. Дата: 813.M30 (Тринадцать часов с начала битвы за Луну) Император Человечества стоял на командной палубе «Буцефала», наблюдая за разворачивающимся Лунным Крестовым Походом. Древний и титанический разум, известный как Откровение, обрабатывал информацию из бесчисленных источников — от сверхчеловеческих чувств до эзотерических связей с Когнату Феррум и Астрономиконом. Он анализировал данные со скоростью, которую лишь величайшие ИИ Золотого Века могли бы хоть как-то сравниться. Император координировал перемещения флота, передавал тактические указания сыновьям и делал всё возможное, чтобы минимизировать урон колыбели человечества. Пока Император вёл эту материальную войну, он одновременно сражался и в войне нематериальной. Гнусная тяжесть Изначального Уничтожителя давила на реальность, словно шторм, бьющийся о волнорез. Тёмные Боги отчаянно пытались прорваться сквозь свет Императора, чтобы поглотить систему Сол. Каждый рой демонов и осквернённых кораблей, хлынувший из разломов реальности, был лишь крошечной частью той орды, что разбивалась и изгонялась перед мощью Императора. Он не знал точно, откуда появлялись эти разрозненные флоты демонических кораблей и проклятых пиратов. Это не было хаотичным натиском какой-то империи Тьмы, подобно Чёрным Крестовым Походам времён Бога-Императора. Скорее, это напоминало яростный выброс Варпом материального мусора через разрывы в пространстве-времени. Миллионы, если не миллиарды кораблей были потеряны в Варпе за миллионы лет, прошедшие со времён Войны в Небесах. Космические блуждающие крепости и прочие аномалии часто становились результатом этой трагической участи варп-путешествий. Флоты-отбросы и демонические суда, по-видимому, были ещё одним скоплением осквернённой материи, плывущей по волнам нереальности — словно обломки и выброшенный груз на Море Душ. Разбитые и одержимые корабли, укомплектованные безумцами, демонами и чем-то похуже. Итак, Империум сражался с проклятым флотом по всему космическому вакууму. Каждый Примарх возглавлял свой участок битвы. Октавиар Пертурабо, IV Примарх, превратил пространство вокруг одного из крупнейших разломов в трёхмерную зону убийства. Всё, что появлялось из зияющей бездны возле Венеры, разрывалось в клочья под шквалом огня. Филипп Лот вдохновлял новобранцев Империума своей непревзойдённой харизмой, превращая колеблющиеся сердца орденов Сатурна в твёрдых, как сталь, приверженцев Имперской Истины. Пока его сыновья крушили силы Хаоса, Император приказал «Буцефалу» направиться к Солу. Он распространит своё присутствие по всей Терре, давая подданным знать, что не покинул их. Затем, как и планировалось, он отправится на Луну, чтобы запечатать главный варп-разлом. Детали могли меняться, но пока всё шло по плану. Лунная скверна будет очищена, Легионы перерождены, а человечество защищено от Варпа. Знания, дарованные ему его тёмным двойником, вместе с его собственной проницательностью дали Императору непревзойдённое понимание судьбы. Но «непревзойдённое» не значит «безупречное», а Боги Хаоса — хитры и жестоки. И когда «Буцефал», успокоив массы, покинул орбиту Терры и направился к Луне, он столкнулся с чем-то поистине ужасным. Императору Человечества не суждено было сражаться рядом с сыновьями на Луне или закрывать разлом. Вместо этого ему предстояло бороться за свою жизнь против кошмара, ещё не рождённого. Когда имперский флот у Луны стал виден как россыпь светящихся точек, реальность содрогнулась вновь. В отличие от охватившего всю систему безумия, выпущенного Кредо Четырёх Аспектов, на этот раз разрыв завесы ограничился орбитой Луны. В полёте «Буцефала» пробуждался великий варп-левиафан — титан из глубин Имматериума, нечто, что не должно и не может существовать. Кровь и страдания Заморы, сквата, приманили этого ужаса. Ритуал Кредо швырнул душу Заморы в пучину Варпа, словно метеор мучений, ударивший по Морю Душ и вызвавший приливную волну безумия, прокатившуюся по системе Сол. Замору выбрали для этой роли не только за его верность Анафеме. Его душа и само существование взывали к одному из древних, нерождённых монархов безумия. Пробудившись, этот тёмный бог полностью поглотил Замору и проследил его падение вплоть до Материума, где сиял ослепляющий свет Анафемы. Охваченный яростью и жадностью, бог увидел систему Сол — и возжелал её. Рабы для порабощения. Миры для эксплуатации. Пламя индустрии, которое будет пылать! С потусторонним воем Материум разорвался, и Варп начал накладываться на реальность. Левиафан пытался втянуть себя в наш мир. Каждое живое существо в системе Сол почувствовало инстинктивную боль, когда бог попытался прорваться в реальность. Пси-энергия и демоническая мощь, которые Кредо Четырёх Аспектов качало через разлом из будущего, поглощались с пугающей скоростью. Тысячи клонированных мозгов, существовавших лишь для страданий и подпитки Варпа, разрывались под нагрузкой. Десятки латентных псайкеров по всей системе внезапно услышали зов Варпа и сошли с ума от присутствия левиафана. Но, несмотря на все планы Кредо и его божественных покровителей, этот младший бог Хаоса не смог материализоваться полностью. Если бы это произошло, система Сол (и немалая часть Сегментума Солар) превратились бы в новое Око Ужаса. Вместо этого в Материум вполз лишь ужасный аспект бога. Его тело состояло из десятков космических блуждающих крепостей, переплавленных в богохульный облик с бычьей головой и питаемых безумием и войной в системе Сол. Аватар нерождённого Хаоса ворвался в пустоту. Он жаждал сокрушить Анафему и пожрать человечество в своей вечной жадности. Император наблюдал за этим со своего флагмана, не в силах остановить процесс. Он мог лишь гарантировать, что разрыв не расширится дальше. Чудовище прорвётся в реальность, но он не позволит ему навсегда изуродовать систему. Поднявшись с командного трона, Император отправил срочное послание всем Примархам. Теперь они оставались одни. — Продолжайте выполнять план. Следуйте указаниям Малкадора, пока этот демонический король не будет изгнан. — На обоих планах существования Император встретился взглядом с пылающими, как адское пламя, очами чудовища — и произнёс одно из его проклятых имён. — Хашут… Бог Жадности, Огня, Индустрии и Тирании. Бог под числом Четыре ещё не достигший ужасающего апогея, этот бог, если Император преуспеет, никогда не обретёт свою силу. Хашут — имя, данное одному из Великих Демонических Королей Варпа. Существ, которые ещё не стали Богами Хаоса, но могли бы ими стать. Бог под числом Четыре должен был стать богом индустрии, машин и созидания. Скваты знали его как Хашута. Кай-кузнецы Са’а'рам и Кузница Душ называли его покровителем. Человечество столкнулось с ним во время Железной Войны под именем Вальхокт. Тёмные Механикус и подобные культы в будущем должны были возродить этого Демонического Короля в нового Бога Хаоса. Но пока этого не случилось, он должен был оставаться запечатанным в Глубинном Варпе — вместе с другими ужасами Войны в Небесах, способный влиять на реальность лишь тонкими намёками… Однако в акте отчаянной злобы Изначальный Уничтожитель выпустил этот малый аспект себя, поправ законы времени и пространства, чтобы уничтожить Анафему. Используя свою пси-ауру, чтобы укрепить экипажи «Буцефала» и сопровождающего флота, Император приготовился к битве. Направляя энергию в Когнату Феррум, он приказал псионическому интеллекту использовать всё возможное, чтобы изгнать Демонического Короля. Он мог быть могущественным, но его хватка в реальности была хрупкой. Достаточно сильный удар — и он будет низвергнут в бездну. Но если он продержится достаточно долго, чтобы подпитаться и закрепиться в Материуме… Конец реальности ускорится. Границы между мирами рухнут. И нерождённый бог, даже частично воплотившись, приблизит триумф безумия. «Буцефал» открыл огонь. Струи плазмы и более экзотические вещества обрушились на демона-крепость. Лучи энергии, усиленные пси-кристаллами Императора, ударили по чудовищу в обоих планах существования. Снаряды размером с Титана, сделанные из серебра и адамантия, были выпущены на релятивистских скоростях. Кустодес и Астартес на штурмовых кораблях ринулись в атаку. В ответ Хашут издал пронзительный рёв, бросающий вызов физике, разносящийся сквозь пустоту. Его зияющая пасть разверзлась, выпустив поток раскалённого и осквернённого металла. Тысячи тонн демонической шлаковой массы, словно целые корабли, устремились к «Буцефалу». Когнату Феррум напряг двигатели флагмана, развернув его, чтобы уклониться от потока смерти. «Буцефал» продолжил обстрел. Залп за залпом обрушивался на Демонического Короля. Хашут ответил градом ракет, собранных из обломков космических крепостей. Зубчатые снаряды из чёрного металла врезались в щиты «Буцефала». Торпеды были слишком медленными, чтобы активировать пустотные щиты, но ионные барьеры и кинетические щиты, контролируемые Когнату Феррум, защитили корпус. Вскоре истребительные эскадрильи имперского флагмана столкнулись с новой угрозой. Из трещин в теле Хашута хлынули стаи Хелдрейков — одержимых ударных кораблей, рожденных/созданных в недрах Демонического Короля. «Буцефал» и Хашут сошлись в поединке над Луной. Подобно древним чудовищам из мифов, они сражались в пустоте, пока судьба реальности висела на волоске. Имперская огневая мощь против техно-колдовства, непрерывно восстанавливающего тело космической крепости-демона. Когнату Феррум отчаянно пытался наносить урон быстрее, чем Хашут мог его чинить. Его искусственная душа стонала под нагрузкой координации флагманского флота Империума. Император дал ему два приказа: ранить Хашута и выиграть время для Повелителя Человечества. И даже когда когти демона впивались в борт корабля, заставляя Когнату кричать от боли, псионический интеллект продолжал бой. Пока слуги Императора сражались с Демоническим Королём в материальном плане, сам Повелитель Человечества бился с ним в Варпе. Золотой свет схлестнулся с тёмным пламенем, когда Анафема и будущий Бог Хаоса сошлись в битве. Хашут, покровитель Кузницы Душ, обрушил на Императора всю свою мощь: Измельчители Душ из всех пантеонов ринулись в бой, исполняя свою клятву. Хашут был столь же Кузницей Душ, сколь и её владыкой — подобно тому, как Четвёрка и их владения суть единое чудовищное целое. Но Император не сражался в одиночку. Души всех, павших во имя Бога-Императора, бились рядом с ним: вихри золотого и чёрного пламени сшибались в яростной схватке. Искры, некогда бывшие гвардейцами, держали оборону против демонических машин и кровожадных духов. Ангелы Смерти в сиянии святого света сражались с К’даай — огненными уродами. А тем временем Повелитель Человечества бился с самим Хашутом. С каждой минутой Демонический Король терял позиции. Праведная ярость человечества, направляемая Императором, превосходила мощь Бога Тирании. Атам Прозревший уже не раз сталкивался с воплощениями Изначального Уничтожителя: на Молехе, во время зажжения Астрономикона, в самый момент своего рождения, когда шаманы слились воедино, испив из Источника Вечности. Призрак нерождённого бога не мог победить его. Хашут знал это. Знала и остальная варп-нечисть. Он не убьёт Анафему… но может задержать его. Теперь Императору пришлось сражаться с Богом под числом Четыре — вместо того, чтобы стоять рядом с Хорусом у врат Внутреннего Святилища. XVI Примарх и его Легион останутся с Тьмой один на один.